Глава 10

У Эльджеты похолодело сердце. Неужели их настигла погоня?

— Надеюсь, это всего лишь львы, — с неподражаемой невозмутимостью проговорил Лонгаронель.

— Львы?! — шепотом взвизгнула Эльджета.

Едва не закричала в голос, однако вампир, от греха подальше, уже зажал ей рот ладонью.

— Тихо! — рыкнул в самое ухо, приводя ее в чувство.

Девушка кивнула, и он убрал руку.

— Всего лишь львы?! — высказалась-таки Эльджета, но еле слышным шепотом.

— А ты бы предпочла вампиров?!

Она отчаянно замотала головой.

— Думаешь, лошадей напугали они? — от страха подкашивались ноги. И, по правде сказать, она даже не знала, которую из опасностей счесть наихудшей. Вампиры, по крайней мере, убьют безболезненно — львы же раздерут на части!

— Нет, вряд ли. Эманаций страха я не чувствую, значит, лошадей напугал запах льва или еще какого-нибудь хищника.

— Что же мы будем делать? — Эльджета даже не замечала, что в ужасе инстинктивно прижимается к вампиру всем телом — так же, как тогда в ельнике. Если бы она сейчас вдруг обрела способность соображать, наверняка бы задумалась над странной двойственностью своего поведения. Да, при иных обстоятельствах она бы и близко не подошла к вампиру по собственной воле. Однако сейчас он был ее единственной надеждой и опорой, и в минуту опасности она невольно кидалась к своему защитнику.

— Ничего. Пойдем дальше. Только паникеров придется держать под контролем.

— Ты это обо мне? — рассеяно поинтересовалась девушка. Сейчас она могла думать лишь о хищниках где-то там, во тьме.

— Нет, о лошадях. Подавлять твою волю мне бы не хотелось. Но если опять захочешь заорать — придется.

Вампир двинулся вперед, однако Эльджета намертво вцепилась в его руку, пытаясь удержать на месте.

— Они же тоже учуют нас!

— Может, и не учуют. Я не знаю, насколько они далеко или близко. Идем! Не стоять же здесь вечно.

Они все-таки стронулись с места. Лошади безропотно зацокали позади. А шагов через двадцать, в очередной раз повернув, Лонгаронель остановился сам.

— Точно, лев, — констатировал он с изумительным спокойствием, если не вовсе с облегчением. — Видишь?

— Нет, естественно! — простонала еле живая от страха эльфийка, что есть силы сжимая его руку.

— Ах, да…

Вдруг пещеру озарил тусклый свет — словно бы засветился сам воздух под каменными сводами. Не лишиться чувств Эльджете стоило немалых усилий — поперек довольно широкого прохода лежал огромный лев! Конечно, тот факт, что в лапах он держал уже порядком поглоданного горного барана, несколько обнадеживал — по крайней мере, зверски голоден хищник явно не был. Но что помешает ему запастись едой — в виде нее и лошадей — на потом? Питаются ли львы вампирами, Эльджета понятия не имела. Только эльфийкой он уж точно закусить не откажется.

Лев пристально взирал на пришельцев… однако подниматься с места не спешил. В душе девушки уже начала было зарождаться слабая надежда, что… И тут из бокового прохода возникла львица! Тихонько вскрикнув, Эльджета отпрыгнула за спину Лонгаронеля. Однако львица, вопреки всем ожиданиям, вдруг тоже улеглась на пол пещеры — аккурат рядышком со своим супругом.

Абсолютно ничего не понимая, девушка хлопала глазами — сейчас по округлости они скорее напоминали совиные, нежели эльфийские, а парочка львов почему-то и вовсе решила вздремнуть.

Постепенно Эльджета все-таки оправилась от шока, и до нее наконец дошло, что вампир, по всей видимости, способен усыпить не только ее саму или лошадей, но и львов. Какая же она идиотка, раз только сейчас поняла, почему Лонгаронель ничуть не боялся хищников! Естественно — чем это львы лучше лошадей или людей?!

И тут глаза эльфийки снова округлились — только сейчас она обратила внимание, что оба льва абсолютно черного окраса. Разве такие вообще бывают?! Или в Черном хребте обитают исключительно черные животные?

— Идем, — Лонгаронель потянул ее за руку. — Они спят.

— Куда? Туда?! — Эльджета вновь задрожала. — Ни за что!

— Да не бойся же — они не проснутся!

— Нет! — уперлась эльфийка, отчаянно мотая головой.

— Не заставляй меня применять силу… — пригрозил вампир.

— Не пойду! Не пойду! — пятясь назад, завыла она. Конечно, девушка понимала, что вампир все равно заставит ее — он в состоянии заставить ее сделать что угодно, это она помнила хорошо — однако панический страх перед жуткими хищниками возобладал над разумом.

Осознав тупиковость ситуации, Лонгаронель поступил просто — подхватил Эльджету на руки и понес вперед. За ним, как пришитые, поплелись лошади. Нимало не задумываясь, вампир перешагнул через перегораживавшую проход тушу льва — эльфийка прижалась к мужчине еще сильнее — всего на несколько мгновений, но вновь прижалась.

А когда Лонгаронель поставил ее на ноги, она осознала-таки, что только что обнимала нежить, будто родного. Эльджету передернуло. Стараясь загнать эпизод в самый дальний уголок памяти, она тут же клятвенно пообещала себе больше никогда так не делать! Что бы ни случилось!

Углубившись в собственные переживания, она даже не сразу заметила, что вампир вернулся обратно к львам. Когда же вновь начала воспринимать действительность, с ужасом узрела, как Лонгаронель нагло утягивает барана из лап льва. Затем он мечом отрубил от полуобглоданной туши задние ноги — фактически не тронутые хищником.

— Что ты делаешь? — простонала Эльджета.

— Разве еда нам не пригодится? — невозмутимо ответил он вопросом на вопрос.

— На месте льва я бы тебя точно загрызла, — улыбнулась девушка. О голоде она вспомнила лишь сейчас, хотя со вчерашнего утра у нее маковой росинки во рту не было.

— Рад, что ты не на его месте, — усмехнулся вампир. А обернувшись к ограбленному им хищнику, добавил: — Извини, приятель, но придется тебе поймать другой обед для своей дамы.

Погрузив провизию на вороного жеребца, явно отличавшегося большей выносливостью, нежели его белоснежная возлюбленная, они продолжили путь — на счастье Эльджеты, тусклый свет сопровождал их и дальше.

— Ты вроде бы хотела отдохнуть, — напомнил Лонгаронель эльфийке, теперь бежавшей аж впереди него — страх перед хищниками, которые, по ее мнению, могли проснуться в любой момент, начисто вытеснил даже воспоминания об усталости.

— Позже, — отозвалась Эльджета. — Когда уберемся от них подальше.

— Не факт, что нам не встретится других львов, — с поразительным спокойствием заметил вампир.

Эльфийка резко остановилась, будто натолкнулась на невидимую стену, и развернулась к нему.

— Раньше, ты, между прочим, даже не упоминал, что здесь водятся львы… — проговорила она, враз побледнев.

— Не хотел лишний раз пугать тебя. Однако они здесь действительно обитают.

— Откуда в Бордгире вообще взялись львы, да еще черные?

— Откровенно говоря, не знаю. Скорее всего, когда-то пришли сюда из Вирги́на. В былые времена там каких только зверей не водилось.

— А в Виргине откуда появились? Климат-то для львов все равно неподходящий.

— Точных сведений у нас нет, но, возможно, за это нужно сказать спасибо эльфам.

— Эльфам?! — изумилась Эльджета.

— Да. По неподтвержденным, правда, сведениям, они собирали хищников со всего света, занимались их скрещиванием, выведением новых видов. Как ты сама понимаешь, горные пещеры — никак не место для львов. С кем уж их там скрестили, что они почернели и обрели повадки каких-нибудь барсов или пум…

— Ничего я не понимаю! — воскликнула эльфийка, настолько пораженная словами вампира, что даже прервала его, не дав закончить мысль. — По правде говоря, до сих пор я видела только нарисованных львов и знаю о них лишь то, что они обитают где-то на юге. Но зачем это понадобилось эльфам?

— Они пытались поставить хищников на охрану границ Лорвейна. Но, похоже, что-то у них не заладилось. В результате процесс вышел из-под контроля, и хищники заполонили больше половины эльфийского леса.

— А вирги?

— Вирги появились там уже позже. И именно они, кстати, стали называть северную половину Лорвейна Виргином.

— Хм… Я-то думала, что именование «вирги» — это производная от Виргина.

— Нет, все с точностью до наоборот.

— Лонгаронель, а почему ты вообще думаешь, что все было именно так?

— У нас имеются довольно отрывочные сведения. Но если проанализировать их в совокупности, складывается примерно такая картина развития событий.

— Странно, никогда не слышала ничего подобного.

— А ты своих родственников порасспроси, — усмехнулся вампир. — Хотя вряд ли они станут с тобой откровенничать — ты ж нечистокровная.

— Вряд ли… — вздохнула девушка.

— Кто там у тебя эльф? Отец?

— Да. И дед тоже. Только я никогда их даже в глаза не видела.

— Значит, в Лорвейн ты не собираешься? — уточнил Лонгаронель. Девушка помотала головой. — В любом случае, возвращаться в Аст-Лерон я бы тебе не советовал.

— Почему? — опешила она.

— Потому что там тебя хотят убить. Или забыла уже?! — зло напомнил вампир.

— Нет, — Эльджета вздрогнула и расстроенно замолчала.

С того момента, как Лонгаронель рассказал ей, проблема неведомого врага, по сути, перед ней и не вставала. Ведь тот остался где-то в Аст-Лероне, а ей было не суждено покинуть Бордгир. Однако теперь вампирская вотчина стала для нее самым опасным местом на всем Альтеране, выбраться за ее пределы необходимо. Но там-то и поджидает враг.

Да, в Аст-Лерон ей никак нельзя возвращаться.

Неизвестно, о чем думал Лонгаронель, однако молчания не нарушал. Просто шел рядом, время от времени меняя направление пути своего маленького отряда на бесчисленных развилках и ответвлениях лабиринта пещер.

Как он только умудряется не заблудиться здесь?! Пожалуй, в умении ориентировать в горных лабиринтах он мог бы поспорить с любым гномом. А вот если ее запустить сюда одну — она бы, наверное, заплутала в пещерах уже после четвертой-пятой развилки. Да и львы бы ее давно сожрали.

Тьфу ты пропасть! Опять ее занесло в дебри проклятых «бы»! Ей сейчас надо думать, как из Бордгира вырваться, а не рассуждать о всяком бреде. Впрочем, об этом наверняка думает Лонгаронель. А ей и толку-то мозги мучить — все равно ни дороги не знает, ни привычек вампиров. Что бы она вообще делала без него? Да ничего бы не делала — слопали бы ее вампиры еще вчера. И поделом бы — нечего бегать, коль не имеешь абсолютно никакого плана спасения!

Теперь Эльджета ударилась в проклятия собственной дурости. Совсем ни о чем не думать она просто не могла, а в нынешнем положении бессмысленными оказывались любые думы о прошлом и уж тем более о будущем — такового может вовсе не быть, если удача повернется к ней спиной.

— Отдыхаем или идем дальше? — спросил вампир, останавливаясь посреди небольшого зальчика, от которого в разные стороны отходили еще три прохода, помимо того, из которого вышли они.

— А сколько мы уже протопали?

— Примерно треть пути.

И тут Эльджета вмиг осознала, что фактически не чувствует под собой ног. Усталость навалилась как-то сразу, всей тяжестью пройденных без отдыха часов.

— Отдыхаем, — выдохнула эльфийка, в бессилии опускаясь на оказавшийся рядом камень.

— Как насчет перекусить? — поинтересовался Лонгаронель, уже сдирая шкуру с бараньей ноги.

— Неплохо бы.

Разобравшись со шкурой, он отрезал кинжалом солидный кусок мяса и протянул его девушке.

— Сырое? Ты издеваешься?! — вскричала она.

— Может быть, ты прихватила с собой дрова для костра? — теперь вампир действительно издевался, по крайней мере, тон его был именно таким.

— Нет, — пробурчала Эльджета.

— Вот и я тоже. Так будешь есть?

— Не буду.

— Ну, как знаешь! Предпочитаешь умереть с голоду — дело твое.

Вампир сам впился зубами в уже отрезанный кусок. Вновь сверкнули его клыки — рвущие мясо. Эльджету замутило — но на сей раз не от вида его жутких клыков, а от голода — Лонгаронель поедал «блюдо» с завидным аппетитом. Впрочем, от одной только мысли, чтобы взять в рот сырое мясо, эльфийку замутило еще больше. Конечно, ему-то к сырому не привыкать. Хотя стоп! Разве…

— Разве вы едите обычную пищу? — удивилась она уже вслух. — Правда, вряд ли в данном случае ее можно назвать обычной… В общем, разве употребляете что-нибудь, кроме крови?

— Ну, нужно же мне хоть на чем-то держаться. Или предлагаешь испить твоей крови?

— Нет! — Эльджета невольно отпрянула, хотя было ясно, что со стороны вампира это просто шутка.

— Да не бойся ты! — Лонгаронель вдруг помрачнел. — Не трону я тебя. Никогда.

Обещание успокоило, но тут же что-то словно царапнуло в груди. Кажется… она его обидела?

Эльджета продолжала наблюдать, как вампир поглощает мясо. Голод доставал ее все больше… Однако пересилить себя девушка не могла.

— Ладно, подожди здесь, — Лонгаронель вскочил на ноги, ринувшись к одному из проходов.

— Куда ты? — воскликнула Эльджета.

— Быть может, найду дрова для тебя. Но не обещаю — не помню, оставались ли они, когда я был в пещерах в последний раз.

— А это далеко?

— Не очень.

Он исчез в проходе. А вместе с ним исчез и свет, озарявший пещерку.

— Лонгаронель, подожди! Не надо! — закричала Эльджета, кидаясь за ним следом. — Не оставляй меня в темноте!

Вампир вернулся.

— Не оставляй меня одну в темноте, — вновь попросила девушка.

Ничего не ответив, Лонгаронель поставил перед собой руки, будто бы обхватывая ладонями невидимый шар и стал пристально смотреть на этот самый несуществующий шар. Однако спустя несколько секунд шар все-таки возник буквально из ничего — огненный шар. Переложив, фигурально выражаясь, шар на правую ладонь — на самом деле между огнем и ладонью вампира оставалось приличное расстояние, шар парил в воздухе — он подбросил файербол к своду пещеры, где тот успешно и завис.

— Вот тебе — чтобы не оставаться в темноте.

Лонгаронель удалился вторично.

Первое время Эльджета сидела спокойно — файербол угаснуть вроде бы не планировал, львы тоже остались далеко позади. Но текли минуты, сливались в четверть часа… полчаса… час… А вампир все никак не возвращался. И с каждой лишней минутой в душе нарастало беспокойство.

А что если он вообще не вернется? Вдруг случилось нечто непредвиденное? Львы… вампиры… да мало ли что! Или же он одумался и решил не идти против соплеменников ради ее спасения. Может, он сейчас уже на полпути обратно к своим?

Но даже если он не приведет вампиров сюда — с ней-то что будет? Самостоятельно ей ведь никогда не выбраться из безумного лабиринта этих пещер. Тем более, в темноте! В лучшем случае, она через какое-то время умрет здесь от голода и жажды. В худшем — повстречает кого-нибудь из черных львов. Или, наоборот — в лучшем случае, ее быстро сожрут хищники, а в худшем она будет долго и мучительно умирать без воды и пищи…

Представив это в самых ярких красках, Эльджета уже была готова завыть от отчаяния, но тут где-то в проходе ей почудились шаги — мягкие, едва слышные. Впрочем, подкрадываться беззвучно Лонгаронель всегда умел — для него это даже слишком громко.

Эльфийка вскочила, рванулась к проходу. Нет, кажется, она что-то перепутала — вампир ушел в левый проход, а звуки слышались из того, что прямо. Или она неправильно запомнила?

Пока девушка маялась попытками что-то вспомнить, стоя посреди пещерки, из прохода прямо вновь раздался шорох. И сразу же за ним — леденящий душу взрык! Лошади испугано дернулись, но, тем не менее, не побежали прочь.

Неужели опять лев? Эльджета в ужасе попятилась, споткнулась о камень, упала, больно ударившись локтем. Лев… это точно конец! Но почему же не паникуют лошади? Или ей все причудилось со страху?! Да, наверное, так и есть — иначе бы лошади обязательно почуяли хищника и перепугались не меньше нее самой! Вот идиотка — сама себя довела до галлюцинаций.

А локоть-то как больно. Эльджета согнула руку, задрала рукав, пытаясь осмотреть место ушиба. Только дотуда ее взгляд не дошел, упершись в располосованное острым камнем предплечье. Кровь текла едва ли не ручьем. Да, и рукав тоже успел перепачкаться кровью.

Ища чем бы перевязать рану, Эльджета подняла глаза и… застыла в ужасе — на выходе из прохода стоял громадный лев! Кажется, даже еще крупнее предыдущего. Зверюга вперила в нее голодный взгляд, подозрительно принюхиваясь. Учуяла ее кровь, сочившуюся из раны?! Ну, все — теперь ей однозначно конец! Так и не став обедом вампирам, она утолит голод льва. Добегалась! А лошади что, совсем одурели?! Стоят себе, как ни в чем не бывало, лишь глазами косят на хищника.

— Привет! — произнес до боли знакомый голос.