Глава 16
- Не кусочничай! Сядь и позавтракай нормально!
Аня лишь чудом не поперхнулась яблоком, которое успела откусить, пока выискивала в холодильнике что-нибудь съестное. Вскрикнув от испуга, ибо никак не ожидала застать Олю дома в столь поздний час, она резко развернулась к ней лицом и торопливо захлопнула холодильник.
- Некогда, - промямлила с набитым ртом. – Опаздываю в универ.
Аня не кривила душой. Тренировка и утренний марафет заняли чуть больше времени, чем она рассчитывала. И теперь ей приходилось наверстывать упущенное, жертвуя полноценным завтраком. Но Олю это мало заботило.
Она настаивала:
- Поешь, говорю. У тебя сегодня три пары. Будешь голодная весь день?
- Но… скоро ведь звонок. И большая перемена.
И Вадим, которого ей так сильно хотелось увидеть. Перед которым хотелось успеть покрасоваться. Зря она что ли готовилась все утро? Зря наряжалась?
Но разве могла Аня объяснить эту свою… спорную мотивацию Оле?
Едва ли! Не желая больше спорить, она решила пойти на компромисс.
- Не волнуйся за меня, - нежно улыбнулась тете. - Я перекушу в университетском буфете, как только проголодаюсь. С голодухи не помру.
Оля прошлась по ней долгим внимательным, даже оценивающим взглядом.
Сверху вниз и обратно, отмечая каждую деталь в ее сегодняшнем образе: короткую юбку-колокольчик, обтягивающий лонгслив с квадратным вырезом на груди, широкий ремень на талии и тончайшие черные колготки. Вернее, чулки. В макияже акцент Аня сделала на губы – выделила их яркой стойкой помадой. А волосы просто распустила. Ей понравился конечный результат, но Оля отчего-то скривилась. Массируя свои виски, устало выдохнула:
- Ну, как знаешь…
Не проронив больше ни звука, она наполнила стакан водой и бросила в него шипучую таблетку аспирина. Отпив пару глотков, недовольно проворчала:
- Б-р-р! Ну и гадость!
Догадавшись, в чем дело, Аня беззлобно усмехнулась:
- День рождения подруги не прошел бесследно?
- Угу, - Оля плотнее закуталась в домашний халат и уставилась в окно отрешенным взглядом. – Я не из тех, кто напивается до беспамятства, но… вчера очень захотелось. Отключиться. Забыться. Ни о чем не думать. И вроде получилось. Мне впервые за долгое время было хорошо. Легко. Зато теперь мучаюсь. И голова раскалывается. И как домой вернулась не помню. И в целом чувствую себя странно. Как-будто я была с му… а, не важно. Одно знаю наверняка – работник из меня сейчас никакой. Я взяла отгул на сегодня.
- О, - Аня отложила в сторону надкусанное яблоко. – Тогда понятно, почему ты все еще не в ВУЗе. Ладно, не переживай из-за этого – ерунда же. С кем не бывает? Отдыхай, отлеживайся. А вернулась ты и правда очень поздно. Я к тому моменту уже Вадима проводила и спать легла. Но сквозь сон через приоткрытое окно слышала, как ты переговаривалась с кем-то. С мужчиной. И судя по его интонации, он был на взводе от того, что ты с ним спорила. В какой-то момент мне даже показалось, что это Бондарев. Представляешь?
Аня рассмеялась над нелепостью своего предположения, но замолчала, увидев реакцию тети. Она побледнела, словно статуя мраморная. Ее руки затряслись, дыхание сбилось. Никак не комментируя услышанное, Оля метнулась к раковине, включила кран с холодной водой и щедро плесканула себе на лицо несколько полных пригоршней. Растерявшись, Аня уставилась на нее широко распахнутыми глазами. Приблизилась, протягивая полотенце.
- Я сказала что-то не то? – поинтересовалась осторожно.
Оля ничего не ответила. Приняв полотенце из ее рук, насухо вытерлась.
А после произнесла чуть заторможенно:
- Ты, кажется, в универ опаздывала? Так беги скорее!
«Я что-то не понял! Ты где? Решила окончательно заделаться злостной прогульщицей? Сегодня тоже на занятиях не появишься?»
Прочитав сообщение от Вадима, Аня невольно закатила глаза. Поборов в себе желание уколоть его очевидным «уж кто бы говорил», напечатала:
«Появлюсь, конечно. И очень скоро. Еду в такси. Стоим на светофоре…»
Ответ не заставил себя ждать:
«Но перемена заканчивается! До звонка считанные минуты!»
Ей было это известно и без него. Она прекрасно понимала, что в сложившейся ситуации виновата сама – нужно было раньше выезжать из дома, но все же бросала недовольные взгляды на таксиста. Да и как иначе? Благодаря этому гению они собрали все красные светофоры на своем пути.
И в парочке пробок постояли. Тяжело вздохнув, Аня написала Вадиму:
«И что с того? Пусть заканчивается! Нам все равно общаться нельзя!»
«Кто тебе такое сказал?» - пришло в ту же секунду.
«Ты!» - не осталась она в долгу.
И тут же набрала текст нового сообщения.
«А я, как дура согласилась! И теперь даже не знаю, как быть и что делать. Вдруг мне захочется обнять тебя? Поцеловать? И не потом – наедине, без лишних глаз, а сейчас – при всех. Вдруг я не сдержусь и скомпрометирую тебя? Знаешь, наверное, нам лучше в универе вообще не контактировать!»
В ней говорило отчасти раздражение, отчасти ревность. Но Аня и впрямь не понимала, как вести себя с ним на публике. Вадим ответил коротким:
«В этом плане мне будет гораздо сложнее. Ты не в состоянии представить, на сколько. Дай мне немного времени. Я обязательно что-нибудь придумаю!»
Аня не привыкла верить кому-либо на слово, но в этот раз решила сделать исключение и не нагнетать обстановку. Вместо этого отправила Вадиму задумчивый смайлик и вполне закономерный вопрос:
«А сейчас что? Как мне вести себя при встрече с тобой и твоей свитой?»
«Как обычно…»
«Обычно, мы либо ругаемся, либо не замечаем друг друга! Так что же? Проявлять к тебе враждебность, или просто игнорировать?»
«ДЛЯ НАЧАЛА ПОЯВИСЬ В УНИВЕРЕ! А там… по ходу дела разберемся!»
Отвечать на последнее сообщение Аня не стала. Во-первых, таксист уже притормаживал на университетской парковке, а во-вторых – из вредности.
Ей не понравился тон Вадима. Решив, что до конца учебного дня телефон в руки не возьмет, Аня отключила его и со всех ног помчалась на занятия.
Ее старания принесли свои плоды – в нужную аудиторию она влетела со звонком. Буквально за пару мгновений до того, как вошел профессор и прикрыл за собой дверь, ознаменуя тем самым начало лекции. И все же появление Ани не осталось незамеченным. Она то и дело ловила на себе взгляды одногруппников. В большинстве своем приветливые и любопытные. Но и без косых взглядов в ее сторону не обошлось. И даже не оборачиваясь Аня знала, кому они принадлежат - Полозовой и ее кудахчущей стае. «Ничего нового!»
Радуясь временному затишью, так как дальше переглядок дело не заходило - никто из них не пытался заговорить с ней, или очередную склоку спровоцировать, Аня с головой ушла в учебу - лекция оказалась интересной.
Но ее неожиданно прервали. В аудиторию осторожно постучали. На пороге появилась староста первокурсников и блеющим голосом произнесла:
- Здравствуйте! Прошу прощения! Мне нужна Аня Стеклова. Можно мне с ней поговорить? Это срочно. Касается ее сес…
Аня вскочила из-за стола еще до того, как она закончила предложение.
Подгоняемая тревогой за Машку, вышла в коридор, не дожидаясь ответа профессора. Вот только вместо сестры обнаружила там Збруева. Напряженный. Недовольный. Он стоял, спрятав ладони в карманах брюк и изучал ее долгим непроницаемым взглядом. Не прерывая своего занятия, холодно бросил перепуганной первокурснице:
- Можешь идти. И язык за зубами держи, если проблем не хочешь! Поняла?
- Д-да…
- Свободна.
Девушка бросилась прочь, а Аня демонстративно скрестила руки на груди.
- Какой грозный! – фыркнула иронично.
Вадим шагнул вперед и глухо прохрипел:
- Какая красивая!
Секунда, и он оказался рядом. Прижал к стене собственным телом, расставив руки по обе стороны от ее головы. Проведя носом по ее щеке, шепнул на ухо:
- И что это за фокусы с выключенным телефоном?
- Фокусы? – нервно усмехнулась Аня, покрываясь мурашками с головы до пят. – Нет никаких фокусов. Просто разрядилась батарея.
- Как удобно, - улыбнулся Вадим, явно усомнившись. – И главное, вовремя.
- На счет удобства я бы поспо…
- Не делай так больше, - промурлыкал он, с обманчивой нежностью в голосе. – Я очень… очень… очень зол из-за этого.
Его горячая ладонь по-хозяйски накрыла на ее талию.
- Даже и не знаю, что меня сейчас может успокоить, - Вадим скользнул кончиком носа вниз, по ее беззащитному горлу. Потом снова вверх.
- Вот и хорошо, что не знаешь, - Аня злорадно улыбнулась. – Ведь успокаивать тебя… никто и не собирается!
- Да, ну?
- Точно говорю!
- Еще и губы так ярко накрасила, - произнес Вадим зомбирующим шепотом. – Зачем? Чтобы я ни о чем другом думать не мог, кроме…
Он резко замолчал, когда Аня накрыла ладонью бляшку на его ремне.
- Чтобы ни с кем не целоваться, - протянула заговорщицки. – Ни с кем!
- Дерьмовый план, - Збруев прожег ее остекленевшим взглядом. – Меня он точно не остановит. Я сожру эту чертову помаду прямо с твоих губ. Всю сожру, понимаешь?
- Спалишься же, Вадим, - Аня кокетливо надула губы. – Помада очень пигментированная и достаточно стойкая. И мне макияж испортишь, и сам потом… хрен ототрешься. И всем все станет ясно. Ты этого хочешь?
Вадим прижался к ней плотнее и произнес почти по слогам:
- Я. Хочу. Тебя.
Аня никак его слова не прокомментировала. Была не в состоянии мыслить здраво. У нее дыхание перехватило, колени ослабли и кровь в венах закипела. Вадим же, судорожно втянул воздух носом. А после отчеканил:
- Больше так не делай. Не выключай телефон. Если я перегибаю палку, возмущайся как-нибудь иначе. Ругайся. Матерись. Но телефон не выключай.
- А если я не хочу ругаться? Если мне так проще?
- Ни хрена это не проще! Ты даже не представляешь, в какой…
- Придумала! – воскликнула Аня, вынуждая его замолчать.
- Что придумала? – недоуменно вздернутая бровь.
Ее губы исказила хитрая озорная ухмылка:
- Как тебя успокоить.
Ничего более не объясняя, она направила его ладонь вверх по своей ноге.
И вела ее до тех пор, пока не задрался край юбки, оголяя кружевную резинку от чулок. План сработал, Вадим переключился. Мгновенно. Взгляд его затуманился. Дыхание участилось. Шумно сглотнув, он жадно смял ее бедро.
- Аня… - сипло выдал, неотрывно глядя в ее глаза. – Что ты…
Дверь соседней аудитории внезапно распахнулась и им пришлось резко отпрянуть друг от друга. Вадим закашлялся, поперхнувшись слюной.
Вышедший оттуда студент посмотрел на них с явным любопытством.
Нагло усмехнувшись, парень прошел мимо. Еще и обернулся пару раз.
- Он догадался? – пискнула Аня, глядя вслед удаляющейся фигуре.
- Похоже на то, - нахмурился Вадим. – Черт! Как невовремя-то!
- Ты должен догнать его. И заткнуть. Хотя бы временно.
- А ты?
- А я вернусь на пару.
- Ань…
- И включу телефон, - она крепко-крепко сжала его ладонь. – Поспеши.
Вадим поцеловал ее. Порывисто чмокнул в губы и умчался по своим делам.
Аня же вернулась в аудиторию лишь спустя пару минут. Сперва отдышалась и привела мысли в порядок. Телефон она включила, но только после окончания лекции. А едва прозвенел звонок, направилась на поиски сестры.
Сегодня Машка училась в первую смену, и они с ней еще не виделись.
Вот только нашла она… жутко недовольного чем-то ректора. Бондарев окликнул ее, едва увидел. Подозвал к себе и отчеканил суровым тоном:
- А скажи-ка мне, пожалуйста, Анна, где твою драгоценную тетушку черти носят? Почему я до сих пор не наблюдаю ее на рабочем месте?
От услышанного Аня даже немного растерялась. Потом кое-как промямлила:
- Так она же вроде… на сегодня… отгул взяла.
- Какой еще отгул? Кто ей его дал? На каком основании?
- Я не знаю! - на эмоциях Аня тоже повысила голос. – Она сказала, что неважно себя чувствует, что хочет отлежаться дома, что оповестила руководство о своем самочувствии и взяла на сегодня отгул!
- Меня никто и ни о чем не оповещал, - произнес Ярослав Маркович гораздо спокойнее. – Так что там еще случилось с Ольгой… Леонидовной?
Аня пожала плечами:
- Ничего особенного. Банальное похмелье. Переоценила она свои силы на дне рождения подруги. Но вы ведь и без меня об этом знаете. Правда же? Ведь вы лично привезли Олю вчера домой. Или мне просто показа…
Ректор остановил ее жестом и тихим:
- А вот об этом никому ни слова! Никому, поняла?
- Я и не собиралась болтать!
- Вот и умничка, - сухой смешок. – С похмелья она, значит, умирает. Одна. Дома. Ладно, разберемся. И с ней, с ее… непосредственным руководством.
- Простите? – озадаченно протянула Аня.
Бондарев встрепенулся, очевидно, забыв о ее присутствии.
Прочистил горло и будничным тоном заявил:
- Ступай Аня. Ступай. Больше я тебя не задерживаю.
Так и хотелось покрутить ему у виска, но Аня сдержалась. Подчеркнуто вежливо попрощалась с ректором и побрела в противоположную от него сторону. Поиски сестры тоже не увенчались успехом. Ее одногруппники утверждали, что ей кто-то позвонил, она вышла минут десять назад и до сих пор не вернулась. Дожидаться ее Аня не стала. Вместо этого направилась в буфет, собираясь позавтракать на скорую руку. Но вынуждена была изменить маршрут, когда увидела там всю Збруевскую компанию, с ним во главе. Искренне надеясь, что они не успели ее заметить, она поспешила в другое крыло. В туалет. Лишь там, оставшись в полном одиночестве и тишине, почувствовала какое-никакое облегчение. Жаль только, длилось оно недолго. Вскоре распахнулась дверь и в помещение буквально вплыла Полозова. Окинув ее недобрым взглядом, Аня отвернулась к умывальнику и включила кран с холодной водой. Ксюха проделала все тоже самое. Встав у соседней раковины, принялась тщательно намывать руки. Медленно так. Неторопливо. И явно испытывая на прочность ее терпение. И да, вывести Аню из эмоционального равновесия у нее… почти получилось. Сказать, что одно присутствие Полозовой напрягало ее – ничего не сказать. Аню буквально трясло рядом с ней. От презрения. Ее так и подмывало сказать ей что-нибудь резкое. Обидное. Но Аня держалась. Стиснув зубы, мысленно твердила себе:
«Спокойно. Не реагируй. Она этого и ждет. Но не дождется, гадина!»
Расправив плечи и вскинув подбородок, Аня перекрыла воду. Аккуратно вытерлась бумажными полотенцами, проверила макияж, поправила волосы и уже собиралась уйти, когда услышала от Ксюхи надменное и ехидное:
- Ну, надо же! Вот это я понимаю, крепкое мужское плечо рядом!
Аня шумно выдохнула, едва сдерживаясь от колкостей в ее адрес. Из глубин души поднималось раздражение. В голове мелькнуло вполне очевидное:
«Началось…»
Ей бы проигнорировать ее. Уйти отсюда, и как можно скорее. Не связываться с этой гадюкой ради спасения собственных нервных клеток. Ведь Аня знала наверняка, что ничего хорошего от нее не услышит. Все будет, как всегда. Тем не менее, она остановилась, сталкиваясь с Полозовой лицом к лицу.
- И что это должно значить? – уточнила, смерив ее долгим взглядом.
Демонстративно скрестив руки на груди, Ксения холодно улыбнулась.
- Ничего. Банальная констатация факта.
- Какого еще факта?
- Сложно не заметить, как ты счастлива, - ее издевательский смешок резанул по ушам. – Прямо светишься вся, как новогодняя гирлянда!
- И? – отмахнулась Аня, в точности повторив ее жест. – Что с того?
Ксюха пребывала на своей волне. Напрочь игнорируя ее вопрос, продолжала:
- Всеобщее внимание. Признание. Отношения с самым популярным парнем. Приятные ощущения, понимаю. Но не привыкай к ним. Это ненадолго. Имей в виду, скоро Вадим наиграется и ко мне вернется. Он всегда возвращается.
- Ого! – Аня нервно рассмеялась. – Какие громкие заявления. Тебе очень хочется в это верить, да? Ты так себя утешаешь или все же меня пугаешь?
- Пугаю? – пришел черед Полозовой напряженно хохотать. – Нет. Ни в коем случае. Скорее уж, предостерегаю. Так… по доброте душевной. Чтобы ты розовых замков себе не строила и иллюзий на счет Вадима не питала. И не страдала потом слишком сильно. Ты всего лишь его интрижка на стороне. Мимолетное увлечение. Просто сейчас ты очень популярна в универе, и это пробуждает его интерес к тебе. Чисто физический.
Ее слова ощущались хлесткой пощечиной. Не сорваться на крик было неимоверно сложно, но Аня смогла сдержать эмоции в узде. И пусть внутри у нее все горело, клокотало от ярости, внешне она держалась невозмутимо.
- Интрижка на стороне? – повторила задумчиво. – Это я-то? Ты что-то путаешь. Оглянись! В стороне сейчас ты. А у нас с ним… отношения.
- Ха! – Ксюха хрюкнула в кулачок. – Отношения! Не смеши меня! Разве это отношения? Так… обычный перепихон на разок-другой. Не более.
- О! – Аня подзавелась не на шутку. Даже угрожающе двинулась в сторону экс-соперницы. – А у вас с ним, значит, идеальные отношения были? Он бросил тебя. Предпочел меня. А ты вместо того, чтобы начать новую жизнь, готова примерить на себя роль половой тряпки? Закроешь на все глаза и будешь ждать, когда же он насытится другой девушкой? Чтобы принять его назад с распростертыми объятиями? Да у тебя с головой не все в порядке!
Полозову откровенно перекосило. Она покрылась красными пятнами.
- Много ты понимаешь, - выплюнула ядовито. – Мужчины по природе своей полигамны. Особенно, если это богатые и успешные мужчины. Вокруг них всегда будет достаточно шлюх, готовых в любой момент раздвинуть ноги. Все девушки нашего круга прекрасно об этом осведомлены, и реагируют на их временные прихоти соответственно. Мы знаем главное - неважно, с кем развлекаются наши мужчины. Важно, к кому они в итоге возвращаются.
Сказать, что от услышанного у Ани волосы на голове зашевелились – не отразить и сотой доли действительности. Она отказывалась принимать тот факт, что красивая девушка из обеспеченной семьи не имеет ни капли самоуважения. Что ради статуса и положения в обществе она готова на все.
Решив, что откровений этой сумасшедшей для нее более, чем достаточно, Аня смерила ее презрительным взглядом и твердо отчеканила:
- Я понимаю, к чему ты клонишь. Знаю, чего добиваешься. Но можешь больше не стараться. Я все равно не поверю ни единому твоему слову.
- Ну и зря! – театрально скривилась Полозова. – Я плохого не посоветую. Особенно человеку, с которым мы вынуждены делить один член на двоих.
Она застала ее врасплох. Буквально огорошила. Поперхнувшись воздухом, внезапно вставшим поперек горла, Аня процедила сквозь зубы:
- Ты совсем спятила? Я никогда ничего с тобой не делила! И делить не собираюсь! У нас с Вадимом ничего не было, пока он встречался с тобой. А теперь… он мой. Только мой! Так о какой дележке члена ты там бормочешь?
- Ох, милая моя, - Ксюха рассмеялась. – Ты такая наивная. Мужская верность – это миф. Что помешает Вадиму встречаться параллельно с нами обеими? Лично я ему не откажу, если он ко мне за сексом придет. Сразу тебе говорю. И дело тут вовсе не в нашем с тобой соперничестве. Просто… ты ничего не знаешь о наших отношениях с Вадимом. Он без меня не сможет. Нас связывает слишком многое. Мы очень близки. Наши семьи дружат с нашего младенчества. Мы вместе росли, развивались, влюблялись. Переживали самые счастливые и трагичные моменты в жизни. Такое одним махом не перечеркнешь. И даже лучшими дырками на свете не заменишь. У нас с ним гораздо больше общего, чем у вас. Я в любой момент могу заявится домой к Збруевым без приглашения. Могу остаться у них на ночь по-дружески, и меня примут с распростертыми объятиями. Лев Сергеевич меня просто обожает. Чего не скажешь о тебе и твоей хабалистой семейке. Готова поспорить на что угодно, что тебя Лев Сергеевич и на порог не пустит. Особенно после того, как твои родственнички выгнали из вашего дома и его близких людей, и его самого. Нет! Он такого не простит. Он очень гордый.
Ее слова задели Аню за живое. Еще как задели. Но вида она не подала.
Изобразив глубокую задумчивость, озадаченно хмыкнула:
- Спасибо, что предупредила. Значит, буду давать ему так, чтобы он с меня еле слезал. Чтобы вырубался от усталости и ни о ком другом думать не мог. Не хочу делиться. Не люблю. Но ты не отчаивайся. Возможно, он надоест мне раньше, чем я ему. Попользуюсь аккуратненько, и верну тебе. Жди!
Не желая более находиться наедине с этой гадиной ни минутки, Аня развернулась на каблуках и стремительно направилась к двери.
Но столь же резко остановилась, припомнив кое-что. Нахмурилась. Медленно развернулась к Полозовой и глядя в ее ошарашенное и перекошенное гневом лицо, хрипло пробормотала:
- Погоди-ка. А откуда ты знаешь о том, что произошло у нас дома?