Глава 27
- Улыбайся, Вадим! Улыбайся!
Вадим криво усмехнулся, посмотрев на деда, как на умалишенного.
Выполнять его просьбу он не собирался. И притворяться тоже.
Тон родственника и всеобщая атмосфера действовали на него удручающе. Его все раздражало. Начиная от выбранного заведения, заканчивая гостями.
- А у меня разве есть повод для улыбки? – лениво протянул Вадим, сохраняя внешнее безразличие ко всему. – Для радости?
- А юбилей сестры для тебя уже не повод? – парировал дед.
Вадим вынужденно согласился:
- Повод, конечно.
Выдержав паузу, добавил:
- Но не достаточный для того, чтобы делить этот день с предателями, лицемерами и лжецами! Что здесь делают все эти люди? Кто их пригласил?
Он обвел помещение взглядом, в очередной раз убеждаясь в реальности происходящего. Семьи его бывших горе-друзей прибыли на Леськин праздник полным составом. И взрослое поколение, и их драгоценные отпрыски. Все они улыбались. Веселились. Поддерживали светские беседы с другими гостями. Вели себя, как ни в чем небывало. Сперва пылко приветствовали дядю Ярика, тетю Нину и Леську, которые на правах хозяев сегодняшнего торжества встречали всех вновь прибывших практически у входа. Затем подходили и к Вадиму - он стоял в противоположном конце банкетного зала в компании отца, деда и бабушки. Но и им выказывали уважение. Обменивались любезностями. Пожимали им руки. Сочувствовали общей беде и выражали полную готовность оказать любую помощь при необходимости. И это после того, как сами же стали причиной этой «общей беды»! После того, как показали свои мерзкие паскудные лица! После того, как вскрылись их грязные делишки и корыстные далекоидущие планы в отношении семьи Вадима! Но… продолжали улыбаться. Скрывались за масками дружелюбия. За красивыми манерами. И чем дольше сам он наблюдал за этим аттракционом нескончаемого лизоблюдства и лицемерия, тем сильнее его тошнило. Откровенно воротило от некоторых личностей. Вот только поделать он ничего не мог. А так хотелось выставить отсюда пинками всех этих… друзей. Будто прочитав его мысли, дед довольно ухмыльнулся.
- А ты разве не знаешь прописную истину? – теперь его улыбка напоминала хищный оскал. – Держи друга близко, а врага – еще ближе! Что мы, собственно, и делаем. Ты только полюбуйся на них. Они расслаблены. Довольны жизнью. Притворяются друзьями, хотя давно таковыми не являются. Они организовали целый заговор у нас за спиной, но думают, что нам об этом ничего неизвестно. Прекрасно. Нам это на руку. Пусть и дальше спят спокойно. Они не должны понять, что мы в курсе произошедшего, Вадим. Не должны догадаться, что мы предупреждены, вооружены и готовы. Так что, дружочек, держи лицо. И будь поприветливее. Не подводи семью.
- Я не стану притворяться! – огрызнулся Вадим. – Осточертело!
- Не забывай о прессе…
- Да отстань ты уже от внука! – сокрушенно выдохнула бабушка, ловким движением вклиниваясь между ними. – Дай ему расслабиться, наконец!
- Как раз расслабляться ему никто не мешает, - обозначил свое присутствие и отец, подзывая к ним официанта. Взяв у того с подноса два фужера с шампанским, он протянул один Вадиму. – На! Накати для настроения!
И вновь Вадим отрицательно покачал головой:
- Не могу. Я за рулем.
- За рулем? - отец насторожился. – В такой день?
- Да. У меня дела. Поздравлю Леську, побуду с вами часок и уеду.
- Ну-ну! – отчего-то искренне расхохотался дед.
- Что смешного я сказал? – Вадим напряженно уставился на него.
В ответ же услышал непоколебимое и жесткое:
- Ты будешь делать то, что от тебя требуется! То, что тебе велят! И на это есть как минимум две причины. Первая – появились кое-какие подвижки, связанные с поиском твоего телефона. И если ты хочешь узнать подробности, то будешь вести себя подобающе - спокойно и достойно. А вторая… скоро сам все увидишь. И что-то мне подсказывает, что никуда ты не уедешь!
Вадим дернулся от его заносчивой тирады. Насмешливой и унизительной.
В душе зрела злость на деда. Лютая. Неуемная. Требующая немедленного выхода. Но она угасла, как только до Вадима дошел смысл его слов.
- Ты не шутишь? – уточнил он сиплым от волнения голосом, машинально хватая деда за локоть. – Твои спецы нашли мой телефон?
- Я не так сказал! – тот немедленно освободил свою руку. – Но новости есть.
- Почему об этом даже я слышу впервые? – недовольно проворчал отец.
Но был удостоен лишь коротким:
- Я так решил, Лев. Я так решил.
Вадим собирался уже настоять на своем, надавить на деда, но вовремя осекся - поприветствовать их подошли очередные гости. Прибыли Полозовы.
Лучезарно улыбаясь, Вера Константиновна по очереди обняла каждого. Андрей Геннадиевич обменялся со всеми крепким рукопожатием.
А Ксюха произнесла с придыханием:
- Такой чудесный вечер! Мы так рады сегодня быть здесь! С вами!
- И мы безумно рады вам, - радушно отозвалась бабушка.
- Одного из вас недосчиталась, - рассмеялась Вера Константиновна. – Где Архипа потеряли?
Впервые за вечер Вадим всерьез озадачился тем же вопросом.
«И правда, где это нашего братца черти носят?»
Прояснил ситуацию дед. До жути странно улыбнувшись, сообщил:
- Архип скоро будет. Он встречает гостей. Особенных гостей.
- Что-то не заметили мы его рядом с родителями и сестрой…
- Все верно. Он дожидается их в другом месте, чтобы сопроводить к нам.
Дед говорил загадками, и это порождало множество вопросов. Но куда больше Вадима сейчас интересовало поведение отца. Он внимательно наблюдал за своим стариком. Должно быть, находиться рядом с другом, предавшим его, ему было чертовски сложно. И контролировать эмоции в присутствии Полозова тоже. Но… ни один мускул не дрогнул на его лице. Отец не выдал себя абсолютно ничем. Сориентировавшись, он протянул Ксюхиному папаше фужер шампанского, который изначально предназначался для Вадима. А когда тот его принял, торжественно заявил:
- За встречу, дружище!
Оба осушили напиток залпом. После чего Вера Константиновна поспешила увести мужа за собой – им предстояло поприветствовать других гостей. Ксюха же осталась. Встала рядом с Вадимом и тихо-тихо произнесла:
- Все еще злишься на меня?
Он окинул ее долгим взглядом, пытаясь отыскать в душе хоть крупицу тех нежных чувств, которые испытывал к ней когда-то. Хоть каплю прежней благодарности. Но… ничего. Внутри было пусто. Выжженная пустыня.
Не осталось даже элементарной обиды. Тяжело вздохнув, Вадим признался:
- Мне есть на кого и из-за чего злиться. О тебе я вообще не думаю.
- Специально словами жалишь, да? Отлично получается. Очень больно.
- А чего ты ожидала?
- Элементарного понимания. Снисхождения. Я же страдаю, Вадим!
- Ну, извини.
- Ты наказываешь меня ни за что! Так нельзя! Мы ведь близкие люди!
- Не выдумывай. Никого я не наказываю.
- Еще как наказываешь! – она надула губы. – Но в чем моя вина? Я всего лишь следовала твоим инструкциям! Я пыталась тебе угодить и…
- Хватит! – Вадим оборвал ее на полуслове. – Закрыли тему!
Такой ответ Ксюху явно не устроил. Наплевав на приличия, на присутствие родственников, она повисла у него на плече и потянулась к его уху:
- Но, Вадюша, я же просто…
На сей раз Полозова замолчала сама, уставившись в сторону главного входа перепуганными и круглыми от удивления глазами. Не менее ошеломленным выглядел и отец. У него даже кадык задергался и руки едва заметно задрожали. Проследив за его взглядом, оцепенел и сам Вадим. При полном параде, в сопровождении Пожарского, в банкетном зале появились Ольга и Мария Стекловы. А секунду спустя из-за их спин вынырнула еще одна до боли знакомая парочка и… Леська завизжала от восторга не своим голосом.
Вадима же этим визгом будто бы контузило. Парализовало. Оглушило.
Или то было сердце, сорвавшееся в галоп? Взревевшее так громко, что даже в висках загудело? Он не знал. И уж точно не понимал, какого черта происходит. Что это? Плод его больного воображения? Галлюцинация?
Или Аня и впрямь находилась сейчас здесь? В нескольких метрах от него?
Близкая, и в тоже время такая далекая. Сосредоточенная. Серьезная.
И… красивая до умопомрачения. В отличие от своих родственниц, она облачилась не в платье. На ней красовался стильный и явно дизайнерский комбинезон. Строгий и полностью закрытый спереди, но с глубоким острым вырезом на спине. Дополняли его высокие острые рукава-фонарики, придающие образу дерзости. А туфли на тонкой шпильке – элегантности.
И пусть местами ткань обтягивала ее тело, как вторая кожа, выглядела Аня отнюдь не вызывающе. При этом, умудрилась приковать к себе внимание всех присутствующих. Отчасти, конечно, из-за Леськи. Ведь еще никого юбилярша не приветствовала так пылко и душевно. Сестра никак не могла совладать с эмоциями при появлении Ани. Она расплакалась и бросилась обнимать ее, как родную. Но в какой-то момент вмешалась тетя Нина. Извиняясь, она таки освободила Аню, заставив Леську уделить внимание и Машке с Ольгой Леонидовной. Их сестра поприветствовала более сдержанно, но все равно очень-очень тепло. А от общения с Пожарским вообще смутилась. Раскраснелась, взирая на живую легенду фигурного катания глазами глупого доверчивого олененка. Вадим же, точно пришибленный наблюдал за разворачивающимися событиями, и никак не мог поверить, что все происходит на самом деле. Не только у него в голове.
Желая удостовериться в этом, он заторможенно покосился на отца.
Что ж… состояние родителя мало чем отличалось от его собственного.
Все тоже ошеломление. Все тоже не понимание. И тотальное напряжение.
В отличие от них, бабушка была лишь немного удивлена реакцией Леськи.
О чем поспешила сообщить деду:
- Кто эти девушки, Сережа? Наша внучка так им рада, а я… не припоминаю!
И только дед хитро ухмылялся, довольный произведенным эффектом.
- Эти девушки, Катенька, наши самые важные гости сегодня! – пояснил, приобнимая ее за плечи. – Ты с ними пока не знакома, но мы это исправим.
- Как скажешь, дорогой.
- Обрати внимание на девушку в черном.
- На нее сложно не обратить внимание, - беззлобно усмехнулась бабушка. – Из юных барышень она здесь… самая одетая. И держится по-королевски.
- И это далеко не все ее достоинства, - согласился дед. – Я еще не встречал представителей женского пола с таким железным самообладанием. Как она себя контролирует, Катя. Если бы ты только видела. Уж как только я ее на эмоции ни выводил. А она даже бровью не повела! Ни слез. Ни истерик.
- А ты зачем девочке нервы мотал, ирод?
- Хотел кое-что проверить…
Вадим даже не пытался проанализировать услышанное. Был слишком сосредоточен на Ане. Будто почувствовав его присутствие, она обернулась.
И время остановилось в ту секунду, когда их взгляды наконец встретились. Аня сделалась сосредоточенной. В ее глазах он прочел отчетливое:
«Ах, вот ты где!»
Едва заметно улыбнувшись, Вадим транслировал в ответ:
«Иди ко мне!»
Только вот никуда идти Аня явно не собиралась. Ее лицо превратилось в холодную маску, когда она посмотрела чуть левее. Только в тот момент Вадим и вспомнил о существовании Ксюхи, все еще цепляющейся за его плечо. Чертыхнувшись, он отпрянул от нее, как от прокаженной. Но было уже поздно – Аня на него больше не смотрела. Лучезарно улыбаясь, она с готовностью схватилась за галантно предложенную ей кем-то руку. И лишь спустя пару ударов взбесившегося сердца, Вадим наконец узнал ее ухажера.
- Архип? – внутри все замерло от нехороших предчувствий. – Какого черта?
Тело подалось вперед по инерции. Однако Вадим и шагу сделать не успел.
Тяжелая дедовская рука, опустившаяся на плечо, пригвоздила его к месту.
- А куда это ты собрался? – процедил он предостерегающе.
Раздраженно скинув с себя его ладонь, Вадим прорычал деду в лицо:
- Я спрашиваю, какого черта?
- А я очень настоятельно тебе советую следить за языком!
- Да плевать мне на…
- Вадим, уймись! – строго осадил его и отец. – Не время и не место!
- Вадюша, - внезапно вклинилась в их перепалку Ксюха, о существовании которой все благополучно забыли. – Давай отойдем. Нам нужно поговорить.
Он проигнорировал ее, испепеляя деда и отца взглядом полным презрения.
Но Ксюха не унималась.
- Я прошу тебя! – почти проблеяла дрожащим голосом. – Это очень важно. И срочно. Я должна сказать тебе кое-что! От этого зависит…
- Уйди! – холодно бросил Вадим, даже не взглянув на нее.
Ситуацию взяла в свои руки бабушка. Улыбнувшись Ксюхе, мягко велела:
- Ступай к родителям, Ксюшенька. Ступай. Позже поговорите.
- Но…
- У нас тут дела семейные. А мужчины в нашей семье вспыльчивые. Ни к чему сейчас лезть им под горячую руку. Пусь сперва остынут. Успокоятся.
Спорить с ней Ксюха не рискнула. Ушла. После чего дед заявил тоном, не терпящим возражений:
- Катя, Лев, и вы погуляйте. Составьте компанию Ярославу и Нине.
- Сережа, - с опаской начала бабушка.
Но была остановлена бескомпромиссным:
- Оставьте нас. Хочу поговорить с внуком наедине.
Вадима затрясло. И нет, не от страха перед дедом. От ярости!
Лютой. Бесконтрольной. Затмевающей разум. И от ревности.
Жгучей паскудной ревности, отравляющей каждый его вдох.
Вокруг Ани и Архипа столпилась приглашенная пресса. Их буквально окружили, фотографировали и заваливали различными вопросами.
Брат публично приобнимал Аню за плечи и выглядел при этом таким довольным. Галантным. Важным. Вадим же готов был растерзать его. Собственноручно башкой о стену приложить. Чтобы у него мозги на место встали. Чтобы Архип раз и навсегда уяснил, что прикасаться к Ане нельзя.
«Никому нельзя! Она – моя! Только моя!»
- Что такое? – раздался совсем рядом насмешливый голос деда. – Неприятно, да? Понимаю. Но такова уж правда жизни, Вадим. Если не ценишь женщину, если не умеешь достойно обращаться с ней, то рано или поздно… будешь наблюдать со стороны, как это делает кто-то другой. Кто-то лучше тебя.
Вадим горько усмехнулся:
- Твоя работа, да? Ты все устроил? Ты их свел?
- Слегка подтолкнул к сближению.
- Предатель! – гневно выплюнул он, уже не заботясь о том, услышат ли их. – Я от безвыходности готов на стену лезть! Я в поддержке и помощи твоей нуждаюсь! А ты в это время… помогаешь Архипу окончательно добить меня? Вы оба сговорились у меня за спиной, чтобы отнять у меня Аню?
- Как же приземленно ты мыслишь!
- Да, - Вадим скривился, ощутив горечь во рту. – Только ничего у вас не получится! Я верну ее. Запомни мои слова. Уведу. Отобью, но верну. И мне плевать, как далеко к тому моменту зайдут их отношения с Архипом!
- Вадим…
- Даже если Архип женится на ней, - он бормотал, точно одержимый. – Даже если она нарожает ему детей… я все равно верну ее! Себе! Она моя! Моя!
- А она-то об этом знает? - довольно пророкотал дед. – Не похоже.
- А вот это уже не твое…
Вадим замолчал. Его слова потонули в громком смехе.
Так толпа отреагировала на какой-то Анин ответ журналистам.
И тут же взгляд впился в крупную фигуру Архипа. Он стоял близко к Ане.
Слишком близко. Наверняка ощущал аромат ее духов. Жар тела.
Вадим заскрежетал зубами, стискивая ладони в кулаки.
«Нет! Это выше моих сил! Выше! Он… не имеет на нее никакого права!»
Ослепленный гневом, Вадим ринулся к ним, и вновь дед остановил его.
- Терпеть! – грозно рыкнул, наклоняясь к уху. – Молчать! Делать выводы!
- Дед, отвали от меня! Иди Архипа воспитывай!
- Держи лицо, внук. За тобой наблюдают.
- А мне…
- Только посмей выкинуть что-нибудь под камерами. Только посмей.
- А тебя лишь это волнует, да? – Вадим рассмеялся, каким-то чудом сохраняя самообладание. – Репутация заботит больше, чем чувства близких людей?
- Однажды ты поймешь, как сильно ошибаешься, - дед жестом остановил его.
- Тогда почему ты так жесток именно со мной?
- Потому что именно ты – продолжитель нашего рода! Нашей фамилии! В тебе течет моя кровь! Ты обязан соответствовать нашему статусу!
- А я что делаю?
- Да черти что ты делаешь! Или полагаешь, я о твоих делишках не наслышан? Еще как наслышан! Только закрывать глаза на твои действия не буду. И не собираюсь молча наблюдать за тем, в кого ты превращаешься!
- И в кого же?
- В лоботряса и эгоиста! Даже сейчас думаешь в первую очередь о себе!
- А о ком я должен думать?
- О семье, которая пострадала от действий твоих придурковатых и беспринципных дружков! – шепотом отчеканил дед. – О брате, который хватается за любой шанс, чтобы спасти свою карьеру, которая так же рискует пострадать от этого конфликта! О сестре, которая готова пожертвовать своим праздником ради общих семейных целей! О Стекловых, которые смело заявились в это змеиное логово… и тоже ради семьи. Только уже ради своей. Задумайся о них хоть на мгновение и потерпи. Просто потерпи.
- Серьезно? А чем в это время будет заниматься Архип? Обхаживать Аню?
- Полагаешь, ему хватит пары часов общения, чтобы уложить ее в постель? – театрально удивился дед. – Зачем тогда вообще нужна такая девушка?
- Дед! - Вадима откровенно передернуло. – Не говори о ней в таком ключе!
- Вы привлекаете слишком много внимания! – резюмировал отец, вернувшийся в компании бабушки. – Давайте отложим все разговоры и выяснения отношений на потом. Гости очень напряжены. Нужно как-то разрядить обстановку. Но это невозможно, пока Анну атакуют журналисты.
Дед сделался серьезным и уточнил:
- Справляется девочка?
Отец кивнул:
- Ей не привыкать. Даже на каверзные вопросы умело отвечает.
- Похвально.
- Не хочешь пояснить, зачем кинул их с Архипом на амбразуру?
- Я дал людям хлеба и зрелищ, чтобы ослабить их бдительнось.
- Звучит цинично.
- Иногда приходится чем-то…
Дед замолчал, глядя прямо перед собой. Проследив за его взглядом, Вадим обнаружил Машку, уверенно приближающуюся к ним в гордом одиночестве.
Она улыбалась, но глаза ее метали молнии. Остановившись в шаге от них, делая вид, что ведет обычную светскую беседу, Машка накинулась на деда:
- Ах вы… хитрый лис! Наобещали нам с три короба, заманили в эту преисподнюю. А о том, что наших злейших врагов тоже пригласили, упомянуть забыли? Взрослый мужчина! Уважаемый человек! А по факту, тот еще провокатор! И не стыдно вам, такими вещами заниматься? Не стыдно?
Вадим кашлянул в кулак, едва сдерживаясь от истерического хохота.
Вытянувшееся от изумления лицо деда было достойно увековечивания в музее. Так с ним еще точно никто не разговаривал. Он даже растерялся.
А Машка тем временем продолжала:
- В общем, так. Вы эту кашу заварили, вам ее и расхлебывать. Давайте, принимайте меры. Потому что я… я сейчас просто взорвусь. И натворю что-нибудь. Я себя знаю. Вон там стоит одна курица, которой я с превеликим удовольствием перья прорежу и клюв начищу. А мне… нельзя. Я Оле обещала, вести себя прилично. Делайте уже что-нибудь, Сергей Юрьевич! Что вы на меня так смотрите? Я уже на грани срыва! У меня нет ни Олиной рассудительности, ни Анькиного самообладания. И мне страшно. Очень страшно опозорить родных. Вон там у вас музыканты без дела сидят. Прикажите им играть. И на танец меня пригласите. Только скорее. Скорее!
Дед махнул головой, пытаясь вернуть себе утраченное самообладание.
- На танец? – переспросил удивленно.
- Танец-танец, - подтвердила Машка. – Вы ведь умете танцевать? Вы же аристократ! Вас с детства такому учат. Выбирайте любой, я подстроюсь.
Отец, наблюдавший за этой сценой с круглыми глазами, прочистил горло.
- Если не горишь желанием, - обратился к деду, - я тебя заменю.
- При всем уважении, Лев Сергеевич, - забраковала его кандидатуру Машка, -мне нужен самый влиятельный мужчина в этом здании. Едва ли вам по силам удержать меня от опрометчивых поступков. А вот ваш батюшка…
- Я сказал, за мной иди! – рыкнул вдруг отец.
Причем, таким тоном, что Машка подчинилась. Вадим озадаченно нахмурился.
А дед и бабушка недоуменно переглянулись, глядя им вслед.
Вскоре и впрямь заиграла музыка. Многие гости закружились в танце, вдохновленные примером отца и Машки. К тому моменту Аню перестали атаковать журналисты, и Вадим даже не удивился, когда Архип увлек ее на танцпол. Осатанел от злости – безусловно. Но не удивился. Куда больше его удивил дед, внезапно воспрявший духом. Кивком головы указав на Машку, он самодовольно ухмыльнулся и с юношеским задором подмигнул бабушке:
- Слышала, как она сказала? Самый влиятельный мужчина в этом зале!
- И? – бабуля иронично выгнула бровь.
- Это она про меня!
- Угу. Хитрый лис и бессовестный человек – это она тоже про тебя!
- Не было такого. Послышалось тебе.
Обменявшись взглядами, о значении которых Вадиму оставалось лишь догадываться, оба рассмеялись. Бабушка покачала головой, вынося вердикт:
- Ты неисправим!
- В моем возрасте люди уже не меняются.
Пользуясь моментом, Вадим попытался незаметно улизнуть.
Но был остановлен строгим дедовским:
- Я все еще здесь. И твоим обществом пока не насытился.
Не скрывая недовольства, Вадим раздраженно огрызнулся:
- И только поэтому я должен торчать рядом с тобой весь вечер?
- Формулировка грубовата, но суть верна. Будь рядышком. С дедушкой.
- Когда же ты поймешь – я не стану плясать под твою дудку!
- Будешь, - не утверждение даже – простая констатация факта. – Если тебе интересно, что узнали мои ребята о пропаже твоего телефона, будешь.
- Шантаж, значит? – Вадим рассвирепел от бессилия. – Это уже подло, дед!
- Иногда приходится идти на крайние меры. Ради безопасности близ…
- А вот и я! – восторженно воскликнула Леська, подкравшись к ним со спины и хватая обоих под локти. – Скучали по мне?
- Конечно, милая! – бабуля расплылась в улыбке, полной обожания.
Дед же коротко поинтересовался:
- Куда подевались твои родители?
Леська скорчила грустную мордашку:
- Когда прибыли последние гости, отец выскочил на улицу, как ошпаренный. Сказал, что хочет воздухом подышать. Мама пошла за ним.
- Ясно. С гостями все прошло гладко? Ты сделала то, о чем я тебя просил?
- Да.
- Никто ничего не заподозрил?
- Надеюсь, - сестра неопределенно пожала плечами. – Я очень старалась. Было так страшно спалиться. У меня до сих пор коленки трясутся. Папе спасибо - без него бы я не справилась. Он мне всецело помогал. Отвлекал гостей, если возникала необходимость. Если видел, что я не успеваю. В общем, деда, можешь нами гордиться. Всех из твоего списка мы пометили.
Вадим насторожился, уже ни черта не понимая. Затем все же уточнил:
- О чем это вы? И что значит «пометили»?
Дед не успел остановить Леську. На эмоциях та зачастила тихим шепотом:
- Это все – шпионские штучки. Дед выдал нам с отцом несколько микро-жучков и список гостей, на которых их нужно незаметно повесить. Проще всего провернуть подобное было во время приветствия. Мне на пояс платья прикрепили эти микроскопические штуки. Чтобы перенести их с себя на одежду нужного гостя, мне приходилось…
- Леся! – одернул ее дед, сверкая недовольным взглядом. – А язык за зубами держать, я тебя не просил?
- Но я же только Вадиму сказала! – растерялась Леська.
- Сережа! – с тревогой в голосе и взгляде выдохнула бабуля. – Ты что это задумал? Во что внуков наших втягиваешь? Это же… незаконно!
- Незаконно, Катюша, подвергать опасности мою семью! – отрезал дед тоном, не терпящим возражений. – Смешивать нашу фамилию с грязью и пытаться обогатиться за наш счет. Вот что действительно незаконно!
- Но…
Он остановил ее жестом, и принялся кому-то звонить.
- Вечер добрый, Григорий Иваныч. Да-да. Все готово. Овцы в загоне.
Едва дед завершил разговор, Вадим озвучил свои предположения:
- Дай угадаю - в твоем списке… семьи моих бывших друзей?
- Именно, мальчик мой. Именно.
- И твои безопасники… прямо сейчас… могут прослушать все их разговоры?
- Пока все верно.
- Да ты… чертов гений, дед! – выпалил Вадим, уже не справляясь с эмоциями. – Осталось спровоцировать их и…
- Не волнуйся. Я лично займусь этим с минуты на минуту.
- Я помогу тебе. Что мне делать?
- Вести себя естественно и ни во что не лезть.
- Но я серьезно. Я помогу.
- Лучше мне помоги, - Леська крепче сжала его локоть, высматривая кого-то среди танцующих пар. – Поздравляю, братишка!
- С чем?
- Тебе выпала великая честь – станцевать с именинницей!
Она потянула его за собой, но дед в который раз попытался воспрепятствовать этому.
Тогда Вадим сработал на опережение.
- Я буду вести себя прилично, - заверил старика. – Слово даю!
И наконец, после длительной паузы услышал снисходительное:
- Развлекайтесь.
Добившись одобрения старших, они с Леськой поспешили присоединиться к всеобщему веселью. Тогда-то Вадим и понял, кого она высматривала в толпе. К танцующим присоединились Ольга Леонидовна и Пожарский. С него-то сестра и не спускала глаз. И смущалась. И краснела. Но продолжала таращиться на Айсберга, как одержимая. Вадим и сам недалеко от нее ушел.
Ему хватило пары мгновений, чтобы отыскать Аню и Архипа. Но куда сложнее было не отыскать их, а сдержаться. От опрометчивых поступков. От рукоприкладства. А так хотелось кинуться к ним, подобно разъяренному зверю. Растащить их по разным углам, подальше друг от друга. Его пульс ревел. Кровь кипела в жилах. Инстинкты требовали немедленных действий.
«Убей! Убей! Убей!» - пульсировало в сознании. – «Забери! Укради! Твоя!»
Делая над собой титаническое усилие, Вадим встрепенулся.
Расправил плечи. Втянул воздух полной грудью и медленно закружил Леську в танце.
- Не заглядывайся на Пожарского, - заметил, как бы между делом.
- Почему? – искренне недоумевала сестра. – Он такой красивый!
- Наша семья никогда этого не допустит.
И снова наивное:
- Почему?
- Потому что он старше тебя. У него за плечами неудачный брак, и ребенок от этого брака. Да, личность известная. Но для нашего деда это не аргумент.
- А мне… - Леська смутилась. – Вам не о чем переживать. Саша никогда не посмотрит на меня, как на девушку. Я просто хочу потанцевать с ним. Всего один разочек. Всего один танец. Но сама я не осмелюсь его пригласить. Помоги мне. Уговори его. Пожалуйста! Я тебя умоляю, Вадим!
Поразмыслив над ее словами, он посмотрел на Аню и Архипа.
После чего задумчиво произнес:
- Хорошо. Я все устрою. Но сперва, сестренка, ты поможешь мне.
- Что угодно, Вадим! – благодарно затараторила Леська. – Что угодно!
- Архипа отвлеки.
- Эм…
- Сейчас мы приблизимся к ним. Ты перехватишь его в танце. Потребуешь уделить тебе внимание. А я… мне нужно кое-что сказать Ане.
- Боже! – сестра взвизгнула от восторга. – Что за день сегодня? Чувствую себя настоящей шпионкой! Наикрутейшей девушкой Бонда!
- Мы договорились? – поторопил ее Вадим.
- Да. Давай попробуем.
С поставленной задачей Леська справилась на ура. Налетев на Архипа, глупо хихикнула, извиняясь за свою неуклюжесть. Затем вдруг вспомнила, что родной брат не соизволил даже потанцевать с ней. И для пущей убедительности еще и губы надула. Естественно, отказать ей Архип не смог.
Вадим же в два шага настиг Аню. И выйти из толпы танцующих не позволил.
Дрожа от предвкушения, схватил ее за запястье. Вынудил развернуться и рывком притянул к себе, смыкая ладони на ее талии. Идеально, черт подери!
- И со мной уж потанцуй, – пророкотал он, жадно вглядываясь в ее лицо.
Ожидал от нее любой реакции на свою бесцеремонную выходку.
От оскорблений до банальной пощечины. Но Аня удивила его. Она просто улыбнулась.
Вежливо. Отстраненно. После чего мягко произнесла:
- С превеликим удовольствием!
Затем накрыла ладонями его плечи, приготовилась к танцу и… всем весом наступила ему на ботинок своей острой шпилькой. Вадим поморщился. Боль прострелила стопу, но вместо стона с губ его слетел приглушенный смешок. Аня же театрально охнула:
- Извини. Я такая неловкая. Может подыщешь себе другую партнершу?
Вадим покачал головой:
- Не надейся.
И прижал ее к себе еще плотнее. До неприличия близко. Одурманенный ее ароматом, жаром тела, едва-едва себя контролируя, скользнул ладонью вдоль ее спины. Выше и выше.
Пока не добрался до оголенного участка кожи.
Горячая. Нежная. Бархатистая. От его касаний она покрылась мурашками.
А сама Аня напряженно вздрогнула и гневно прошипела:
- Ты что творишь?
Ее слова подействовали на него отрезвляюще.
Теперь уже он, прочистив горло, пробормотал сдержанное:
- Извини.
Но… руку не убрал. Да и Аня в открытую не возражала.
Только раскраснелась и зло выплюнула:
- Да двигайся ты уже! Не стой. Танцуй. На нас же смотрят!