Глава 13

— Чего это ты такой задумчивый?

Андер оторвал взгляд от кусочка ткани, что лежал перед ним на столе и посмотрел на друга. Мартин как всегда выглядел слегка беззаботно.

— Мартин, скажи мне, я ужасный брат?

Мужчина прыснул и подавился вязкой, ароматной жидкостью, которую только что неосмотрительно выпил. Чуть не выронив бокал из рук, он кулаком принялся стучать в грудь, пытаясь прийти в себя.

— С чего вдруг такие глупые вопросы? Андер, ты какой-то странный стал после женитьбы! Правду в народе говорят, что жена меняет мужчину. Ни за что не буду давать клятву в храме Создателя!

Андер поморщился, не оценив шутку приятеля.

— Я всегда считал, что умею заботиться о тех, кто находится у меня на попечении. Весь клан, все люди что проживают на территории Аделаар, моя семья. Они важны для меня и я должен делать все, чтобы им жилось хорошо. Но сегодня я почувствовал себя… Эгоистом. Меня не беспокоили истинные проблемы близкого человека. Я бы даже никогда и не задумывался о неудобствах, с которыми приходится сталкиваться Одеру каждый день. Если бы не…

Андер замолчал, опять задумчиво уставившись на изрисованную салфетку.

— Если бы не Что? — поторопил его друг.

— Кто. Она. — мужчина тяжело вздохнул и вновь вернулся в реальность.

— Она? О ком ты?

— Эстер. — нахмурившись ответил Андер и ухватив ткань, протянул салфетку Мартину. Тот приглядевшись к рисунку внимательно его изучал и по мере того, как до него доходило то, что было там изображено, брови мужчины от удивления ползли вверх.

— Да это же… Гениально! — воскликнул он, быстро переведя взгляд на главу клана. — Это твоя жена нарисовала? Она придумала?

— Она самая. — неохотно кивнул головой Андер. — Вот поэтому я и говорю, что так долго не мог разобраться в потребностях брата, хотя он столько лет живет со мной под одной крышей. А эта девчонка за пару дней сумела не просто вернуть ему интерес к жизни, так еще и сообразила как выводить его на прогулки, как предоставить возможность Одеру передвигаться по дому самому.

Мартин лишь качал головой, не веря в услышанное.

— Удивительно, и как мы сами до этого не додумались.

— Иногда мне кажется, что я слеп в каких-то вещах.

— И что ты теперь будешь делать?

— Для начала попрошу, чтобы она перенесла рисунок на бумагу.

— Постой, постой. А почему кстати, она рисовала на… салфетке?

Андер закатил глаза.

— И не спрашивай. После того как будет готов четкий эскиз, отдам его мастерам, чтобы они осуществили задуманное. Ну и как будет готова коляска, Одер переедет на первый этаж. Возможно ему понадобятся дополнительные спуски, но и это тоже организуют.

— Мда, твоя жена оказалась не промах. — хохотнул Мартин, сделав новый глоток и вновь поперхнувшись уже от стального взгляда Андера.

— Пока мне не понятны ее мотивы. — мужчина медленно поднялся, проследовал к небольшому столику, на котором стояла бутылка того самого напитка, которым увлекался его друг и наполнив еще один стакан, залпом осушил его. — Но я уверен, что смогу раскусить ее замысел.

— А что, если ты ошибаешься? — предположил Мартин. — Что если она просто… Нормальная? Что если в ней нет ничего от гадкого нрава отца? Что если она просто молоденькая девушка, оказавшаяся в логове врага и просто пытается жить?

— Я знаю Ладмеров, Мартин. Они все до одного пропитаны ненавистью к Реймерам. Они все одного поля ягоды. И она не исключение.

Но почему-то от произнесенных слов, Андеру самому сделалось неприятно.

Эстер спускалась по лестнице и довольно улыбалась.

Сегодня утром Тристан сообщил, что глава клана дал добро на то, чтобы переоборудовать одну из небольших гостиных на первом этаже под личные покои господина Одера. А днем ранее Кадия принесла девушке листы и графитовые карандаши, чтобы та перенесла свой рисунок с ткани на бумагу.

Это так обрадовало Эстер, что она закончила работу в самые кратчайшие сроки. Ей очень хотелось помочь младшему Реймеру и все ее мысли были заняты тем, что в очень скором времени Одер сможет выезжать на улицу и любоваться красотой сада не из окна своей комнаты, а в живую, имея возможность прикоснуться к цветам и вдыхать их прекрасный аромат.

Конечно же, Эсти сначала не поверила ключнице, но улыбка женщины говорила сама за себя, и девушка чуть не завизжала от восторга, когда Кадия сообщила, что господин Андер все же согласился на реализацию задуманного Эстер.

И вот сейчас, спускаясь по лестнице, она слышала как на первом этаже в одной из комнат передвигали мебель, шумели слуги и было понятно, что идет какая-то перестановка.

Как только девушка оказалась в просторном холе, решила сразу же заглянуть и посмотреть как идут приготовления в новых покоях Одера. В примыкающем к холлу коридоре, одна из первых дверей была открыта и Эсти конечно же подошла ближе.

Небольшая, но просторная комната выглядела уже пустынной, потому что слуги вынесли практически всю мебель и теперь горничные активно протирали каждый уголок.

— Что здесь происходит⁈

Эсти вздрогнула, тут же узнав строгий и недовольный голос хозяйки дома. Холодок проскочил по ее спине.

— Я спрашиваю, что здесь происходит⁈ — еще более грозно и гораздо громче заговорила госпожа Надин. Эстер пришлось обернуться и она сразу же натолкнулась на горящие ненавистью глаза. Позади женщины стояли Дилания и Кэтлин, тоже нахмурив прекрасные лица.

— Мм… Господин Андер распорядился подготовить новую опочивальню для господина Одера. — Эсти заговорила неуверенно, волнуясь и побаиваясь хозяйки дома. — Очень скоро ваш сын сможет передвигаться по дому и даже выходить в сад. Я придумала коляску, при помощи которой…

Но договорить Эстер не успела, потому что звонкая пощечина заставила ее голову дернуться и уже в следующую секунду она ощутила цепкие пальцы на своей шее. Госпожа Надин с перекошенным от злости лицом со всей силы сжимала хрупкую шею девушки и толкала ее к стене, пытаясь впечатать в каменную поверхность.

— Ах ты дрянь! Да как ты смеешь даже думать о моем сыне? Гадина! Лицемерка, лживая змея! Что ты задумала на этот раз? Пытаешься навредить моему сыну?

Эсти катастрофически не хватало воздуха, она извивалась и пыталась хоть как-то освободиться от оков, которые не давали ей дышать, но у нее ничего не получалось.

— Мама! — Дилания ринулась было к матери, но Кэтлин преградила ей дорогу.

Перепуганные служанки выглядывали из комнаты, но боялись сделать шаг и навлечь на себя гнев госпожи.

— Довольно!

Мужской голос подобно грому прокатился по коридору и заставил всех вздрогнуть. Госпожа Надин на секунду ослабила хватку, но продолжала удерживать Эсти, у которой перед глазами уже заплясали темные точки.

— Госпожа Надин, остановись! — Андер одним движением разжал руки матери и Эсти наконец смогла сделать вдох. Она закашлялась от количества воздуха, который тут же проник в ее легкие.

Мужчина оттащил сопротивлявшуюся женщину от Эсти и грозно заговорил.

— Что ты делаешь?

— Это правда, что она сказала? — шипела словно кошка немолодая женщина и продолжала с ненавистью смотреть на Эстер. — Эта мерзавка пытается убить твоего брата!

— Эта, как ты выразилась мерзавка, пытается облегчить твоему сыну существование в этом доме! — зло заявил Андер, быстро глянув в сторону супруги, будто проверяя все ли с ней в порядке. — Никто из нас не догадался до то, что предложила она.

На секунду в коридоре воцарилась тишина.

— Этого не может быть! — ошарашенно уставилась на старшего сына госпожа Надин. — Ты защищаешь ее? Защищаешь кровного врага? Андер, опомнись, она желает смерти нашему роду! Она, она…

— Хватит, матушка! Я не позволю, чтобы в этом доме пролилась кровь! Умерь свой пыл и лучше займись обустройством комнаты для Одера. Он должен в ближайшие дни переехать жить в эту комнату.

— Андер! Андер…

Но мужчина резко развернулся и ухватив не ожидавшую ничего подобного Эстер за руку, потянул за собой в сторону выхода из дома. Девушка еле поспевала переставлять ноги, а когда они наконец оказались на улице, Андер все же отпустил ее. Его лицо выражало недовольство и Эстер боялась вновь услышать оскорбления в свой адрес. Поджав плечи она готова была уже ко всему. Ведь похоже, в этом доме унижать ее персону стало «доброй» традицией.

— Почему ты везде суешь свой нос? — мужчина сжимал кулаки и было видно, как резко и быстро вздымается его широкая грудь. — А если бы я не успел вовремя? Если бы она… Моя мать может быть очень жестокой!

— Я ведь просто…

— Просто что? Ты все время нарываешься на неприятности. Хватит. Уж коли мы не можем разорвать этот брак, хотя бы просто веди себя тихо! Не попадайся на глаза моей матери, не разговаривай с ней, если видишь ее издалека, уходи. Не испытывай судьбу, в другой раз меня может не оказаться рядом.

Та ярость, с которой Андер произносил свою речь, подействовала на Эстер странным образом. Ей стало обидно. Больно. От того, что ее супруг даже не попытался разобраться в ситуации, а выставил ее виноватой. От того, что уже не в первый раз он вроде бы помогает ей, но при этом осуждает.

Не желая больше слушать обвинения в свой адрес и еле сдерживая подступающие слезы, Эсти ничего не говоря Андеру в ответ, развернулась и бросилась бежать в сад, оставив опешившего мужа наблюдать за своей удаляющейся фигуркой.

А в это время в доме, в коридоре первого этажа, расхаживая из стороны в сторону, нахмурив уже подернутое мелкими морщинами лицо, вышагивала хозяйка рода Реймер.

— Почему? Почему он защищает ее? — недовольно бурчала она себе под нос, не замечая дочь и племянницу, что стояли рядышком и с недоумением наблюдали за женщиной. — Почему не дает свести с ней счеты?

— Матушка, так же нельзя! — вступилась за Эстер Дилания. — Сам император благословил их брак. Невозможно просто так взять и лишить девушку жизни в нашем доме. Мы навлечем на себя его гнев!

— Много ты понимаешь! — презрительно сморщила губы госпожа Надин. — Эта мерзавка пытается навести свои порядки в доме! Этому не бывать! Кэтлин, немедленно разузнай, что она там говорила по поводу какой-то коляски. А ты Дилания, наблюдай за ключницей, мне кажется, они с ней заодно. Я не позволю этой гадине вить веревки из моего сына и руководить этим домом.

— Не беспокойтесь, госпожа Надин. Я с вами и так же как и вы, желаю избавиться от этой…- Кэтлин брезгливо повела плечами. Ее голос был пропитан ядом, а лицо излучало ненависть. — И я придумаю способ, чтобы она навсегда оставила нас в покое!

Эстер весь следующий день провела в своей комнате, не желая покидать ее пределов. Почему-то слова супруга не просто обидели ее, а запали в душу, оставив там неприятный, тяжелый след.

Девушка никак не ожидала, что вновь окажется виноватой в том, что просто оказалась рядом с госпожой Надин. Еще неприятнее стало от того, что Андер даже не пожелал ее выслушать. Впрочем, в который раз?

Ей не хотелось вновь стать причиной скандала или выслушивать очередные ругательства в свой адрес, а потому, она просто просидела в комнате, даже отказавшись от ужина. Настроения и аппетита не было совсем.

Рано приготовившись ко сну, девушка легка в кровать и попробовала заснуть, но не тут-то было. Крутясь в кровати, она вспоминала все свои злоключения, которые произошли здесь и очень хотела очутиться подальше от этого места. Вычеркнуть из жизни все те дни, что провела в доме Реймеров. Страшно было осознавать, что до конца своей жизни ей придется называть замок своим домом. Но, сердце подсказывало, что из-за ненависти всех, кто ее окружает, ей похоже не долго осталось.

Тревожные мысли так захватили девушку, что она не заметила, как все-таки заснула. Ей снились кошмары. То костлявые руки госпожи Надин, то злой взгляд Кэтлин, то обидные слова, брошенные супругом. В итоге, Эсти все же проснулась, ощущая, как ночная сорочка прилипла к мокрому от пота телу. Девушка уже хотела было подняться с кровати, как услышала странный, еле уловимый шорох. Одинокая свеча, что стояла на прикроватной тумбочке давала мало света и Эстер уже хотела было потянуться к ней, но странный звук послышался уже ближе. Внимательно вглядываясь в полумрак комнаты, девушка вдруг заметила небольшое движение в изножье кровати. Прищурившись, Эсти вдруг охнула.

По покрывалу, направляясь прямиком к ней, ползла серая змея.