Глава 31

Андер неотрывно следил за танцующей парой и брови его постепенно сводились к переносице.

— Ну что, как тебе вечер? — Мартин оказался тут как тут и присел на свободное место рядом с главой клана. — Мне показалось, что Каваллы не настолько просты, как хотят выглядеть. Все-таки не с добром они к нам приехали. Ох, не с добром. — тут мужчина пригляделся к другу и попытался проследить за тем, куда же Андер так пристально смотрит. — Ты что? А, за супругой наблюдаешь. Послушай, а тебе не кажется, что этот… Как его… Забыл! А, Хоук, или нет, нет! Хоул! Вот, кажется Хоул, как-то уж слишком крепко прижимает Эстер к себе. И рука его должна быть повыше.

Слова друга лишний раз подтвердили подозрения мужчины, порождая неприятное ощущение, что стискивало сердце в груди с неистовой, невероятной силой. Разве вообще возможно чувствовать что-то подобное?

Андер с самой первой минуты, как только этот противный хлыщ подошел к его жене, заподозрил неладное. Какое-то жжение внутри заставляло его не упускать из вида танцующую пару.

Эстер была напряжена, это Андер заметил практически сразу. Даже во время утренней церемонии, когда им представляли этого молодого мужчину с супругой, Эстер вроде бы даже вздрогнула. Ну или ему это так показалось.

Что-то нечисто было в этом ненормальном поведении.

— Знаешь, глядя на твое лицо сейчас, если бы я не знал, что ваш брак навязанный, то подумал бы, что ты ревнуешь. — хохотнул Мартин, похлопав друга по плечу. — ты их сейчас взглядом разорвешь на мелкие кусочки!

— Ты ошибаешься. — сквозь зубы заговорил мужчина, крепко сжимая кулак, покоящийся на столе. — Просто не могу понять, когда же моя жена натанцуется с этим лошадниками. То брат, то этот…

— Она вообще-то одна из них. — напомнил Мартин.

— Она моя жена! Моя! — тут же грозно глянул на друга Андер. — Она принадлежит клану Аделаар,

Несколько мгновений Мартин изучающее смотрел на Андера, а потом вдруг выдал фразу, которая чуть не заставила мужчину подскочить на месте.

— Да ты влюбился, что ли?

Андер как ужаленный вздрогнул и готов был наброситься на друга с кулаками.

— Что за ерунду ты несешь! — зашипел он как раздразненная змея, готовая в любой момент сделать решающий бросок в сторону нарушителя ее спокойствия. — Не смей даже думать об этом. Я Андер Реймер и никогда не буду испытывать любви ни к кому на свете и уж тем более к навязанной жене!

Андера так разозлились слова Мартина, просто потому, что он и сам уже кажется поверил в то, что Эстер для него стала значить очень много. Он переживал за нее, беспокоился, не мог уснуть, чтобы не подойти к дивану и ругая его на чем стоит свет, прикоснуться к смешным завитками волос, так забавно торчавшим в разные стороны. Эстер никогда не просыпалась от такого баловства, но Андер испытывал какой-то щенячий восторг от по-детски глупого ритуала, помогающего уснуть и отречься от совсем не детских картинок, что тут же вставали у него перед глазами, когда он ложился на кровать. Туда, где когда-то лежала ОНА.

Ему действительно стало важно, что думает его жена, о чем переживает. Что ей может понравиться, а что расстроить. Андера будоражила любая деталь, касающаяся Эстер. И это радовало, но и раздражало ужасно!

Потому что глава клана не может испытывать никаких подобных чувств. Он всегда должен оставаться с холодной головой и быть бесстрастным ко всему, что происходит вокруг. Заботиться, но не любить.

И вот он вроде бы решил сдаться этим непонятным чувствам и завоевать свою жену, но… Где-то в глубине души засел червячок, который не давал успокоиться, каждый раз напоминая мужчине кто он, а кто Эстер.

Мужчина успел лишь сделать вдох и вновь обернуться к танцующим парам, чтобы проследить за Эстер, как тут же почувствовал неприятный холодок пробежавший по коже. Девушка стояла рядом со столом, за которым он и Мартин сидели и нервно сжимала тоненькие кулачки.

— Простите, кажется я помешала вашему разговору. — тихонько выдавила она из себя слова, которые прозвучали как-то уж очень надрывно. — Я пожалуй, отыщу Диланию.

И она быстро присела вежливо склонив голову, а Андеру захотелось ее остановить. Немедленно.

Услышала или нет? Поняла ли смысл его последней фразы?

Как же… Неправильно!

Еще сильнее разозлившись, мужчина со всей силы ударил кулаком об стол.

Слова брата привели Эстер в ступор. Он продолжил сжимать ее руку, будто требуя положительного ответа сию секунду. Или грозя наказанием если его воля не будет выполнена.

— Надеюсь, ты его по-прежнему ненавидишь? Не забывай, что он наш кровный враг.

Эсти вдруг испытала практически физическое желание влепить брату пощечину. Сильную, чтобы остался красный след на его щеке, как клеймо позора за жестокость и мысли об убийстве.

Почему? Почему ее семье так важна кровная вражда?

И ее ли теперь семья Ладмер? Нет, она чувствует себя одной из Реймер.

Как же быстро все изменилось. Как же быстро она изменилась.

— Для чего эта вражда, Кевин?

Молодой мужчина вскинул брови.

— Что за вопрос, Эстер? — по его голосу девушка поняла, что брат недоволен. — С каких пор ты стала интересоваться такими вещами? Твоя задача выполнить свой долг перед кланом, не более.

Сказанное больно ранило Эсти. Она даже прикрыла глаза, понимая, что ничего не сможет доказать и уж тем более изменить. Ее брат останется при своем мнении, а то, что важно для нее, не имеет никакого значения если это не перекликается с целями клана.

— Или ты неравнодушна к этому птичнику? — брезгливо бросил Кевин. — Ты только посмотри на него! Волосы как у бабы, глаза и правда как у орлов, пристальные, хитрые. Представляю как тебе противно ублажать его!

Эсти если сдержала себя, чтобы не остановиться и не вырваться из рук брата. Сколько же ненависти было в его голосе!

Она не считала Андера противным. Для нее он стал в этом доме поддержкой и опорой. И несмотря на то, что ее жизнь здесь началась с боли и унижений, сейчас она чувствовала себя в безопасности рядом с ним.

Нисколько ее не беспокоили волосы супруга, а глаза казались самыми красивыми и притягательными из всех, которые она когда-либо видела.

— Ладно, шутки в сторону. — Кевин продолжал крепко удерживать Эсти. — Сейчас во время поклона я передам тебе бутылек. Его спрячь надежно! Первое время пока не используй. Нам не нужны лишние подозрения и хотя создатель этого яда уверяет, что смерть наступает не быстро и в запасе есть пара месяцев, не стоит слишком усердствовать сразу после нашего отъезда. Выжди недельки две, когда все успокоятся, потеряют бдительность и ты можешь начинать свое дело. Пару капель в бокал с вином или просто водой. Не переборщи! Лучше всего давать вечером, перед сном.

Эстер отказывалась верить в то, что слышала.

Не могла представить, что все будет именно так.

Сердце сжимала мучительная боль, а голова гудела от эмоций, которые буквально поглотили сознание.

— Я не…

Девушка не успела договорить, потому что музыка прекратилась и танцующие пару приготовились к поклону. Кевин ухватил ее кисть для поцелуя и незаметно вложил в руку маленький флакончик, стекло которого холодило кожу. А уже через секунду молодой мужчина двинулся в противоположную сторону зала, к своему месту за столом.

Эсти замерла на месте не соображая, что же ей делать дальше. Куда спрятать флакон? Как теперь себя вести? Как лучше всего избавиться от яда?

То, что травить Андера она не будет, девушка решила сразу же, как только брат заговорил об этом. Невозможно убить человека, который тебе дорог. Невозможно убить вообще любого человека.

Эстер никогда не представляла себя в роли убийцы, она была так далека от этого. И никогда не замечала у брата такой жестокости и жажды мести, стремления к уничтожению кого-либо.

Зато теперь эта злоба губила некогда улыбчивого паренька. Кевин в какой-то момент превратился в коварного мужчину.

Чтобы не показаться подозрительной и переживая, что кто-то может заметить у нее в руках склянку, девушка сделала вид что поправляет платье возле плеч, а сама быстро опустила бутылек в пространство между округлых полушарий груди, прямиком в основание корсета. Кружево, окаймляющее платье надежно скрывало «подарок» от брата и Эсти решила в первый же подходящий момент избавиться от яда.

Но не смогла она сделать и пару шагов с сторону своего места за столом, как рядом раздался знакомый голос, который раньше звучал для нее усладой.

— Не окажете ли честь потанцевать со мной, леди Реймер?

Эсти тут же напряглась, понимая насколько опасным может быть этот танец. Медленно обернувшись она встретилась взглядом с некогда такими любимыми глазами. Но сейчас…

Не очень уверенно кивнув головой, девушка вложила свою руку в протянутую ладонь и совсем не испытав трепета, приготовилась к танцу. Она до сих пор пребывала в растерянном состоянии, думая о разговоре с братом и появление Итона на горизонте не сулило ничего хорошего. Было странно видеть его так близко, разговаривать с ним и даже танцевать. Им бы стоило многое сказать друг другу, но это нужно было сделать до свадьбы Эстер. Хотя…былого уже не вернешь и нет смысла даже думать об этом.

Итон как-то уж очень натянуто улыбался, но расстояние между ними не выдерживал, так и норовя оказаться ближе к Эстер.

— Ты прекрасно выглядишь, Эсти. — заговорил молодой мужчина, не спуская пристального взгляда с девушки. — Я бы и не сказал, что тебя насильно выдали замуж. Неужели ты действительно счастлива с кровным врагом?

На секунду Эсти оторопела от такой наглости. А потом вдруг собралась с силами и решила не давать себя в обиду.

— Андер Реймер, мой супруг, — она специально выделила последние слова голосом. — благородный мужчина. Вне зависимости от того как образовался наш союз, я отношусь к нему с уважением.

— Мм, понятно. — с довольной улыбкой протянул Итон, еще ниже переместив ладонь на спине девушке, заставив ее почувствовать дискомфорт. Ей бы не хотелось быть опозоренной в доме своего супруга. — Какое замечательно слово, уважение! Звучит очень размыто, ты не находишь? Вряд ли бы могла такое сказать про меня еще пару месяцев назад. Или даже лет.

Девушка тут же напряглась. Было неприятно слышать подобное от молодого мужчины, которого раньше она считала эталоном благородства.

— Я храню твое письмо. — вдруг тихо произнес Итон Хоул. — И частенько перечитываю.

Эсти вспыхнула, широко раскрыв глаза.

Сердце трепыхалось, а красные щеки похоже выдали все ее эмоции.

Нужно было что-то сказать, но она не могла.

— Не переживай, никто про него не узнает. Тем более твой супруг. — мужчина же был спокоен и Эсти показалось, что он наслаждается моментом. — Это наша с тобой маленькая тайна, которую я буду хранить.

Унижение и отторжение сейчас переполняли девушку, ведь в письме она раскрыла свою душу и осмелилась рассказать о тех чувствах, которые долгие годы хранила в своем сердце. Так легко, так беззаботно Итон Хоул говорил сейчас об этом, словно в этой любви Эстер не было ничего особенного. Для него это была забава тешащая самолюбие, а вот для Эсти…

Как же была она слепа к обратной стороне доброго и всегда приветливого молодого человека. Каким коварным он оказался. Сколько неприглядного эгоизма таилось под маской вежливости и обходительности.

Эсти благодарила Создателя, что удержалась на ногах и не рухнула от стыда прямо по середине бального зала. Ей до дрожи в коленках захотелось оказаться рядом с Андером, вложить свою ладошку в его огромную ладонь и почувствовать силу и спокойствие мужчины. Рядом с ним ей было хорошо.

На удачу Эстер, музыка завершилась и слишком поспешно поклонившись, девушка резко развернулась и двинулась к главному столу, где в какой-то напряженной позе на своем месте главы клана сидел Андер. Он о чем-то говорил с Мартином, своим другом и соратником и даже не заметил ее приближения. И подойдя ближе Эсти отчетливо услышала слова супруга, которые как острый кинжал прошлись по ее и без того израненному сердцу.

— Я Андер Реймер и никогда не буду испытывать любви ни к кому на свете и уж тем более к навязанной жене!