Глава 32

— Все-таки прием получился замечательный! — с горящими от счастья глазами озиралась вокруг Дилания. Ее изумрудное платье хоть и не подходило для дебютантки, но изумительно подчеркивало красоту волос и цвет кожи молодой девушки. Она вся буквально светилась от счастья.

Эсти тоже улыбалась.

Но делала это насильно, в мучительной боли растягивая губы и пытаясь скрыть свои настоящие эмоции. А они били через край, грозя пролиться горькими слезами.

Но плакать было нельзя.

Наверное, ее истинное состояние прочувствовал только Одер, который изредка пристально поглядывал на супругу брата, словно подозревая, что что-то неладно.

— Завтра гости посетят питомник, а уже после обеда отправятся в обратное путешествие. Очень жаль, что твоей сестре не удалось побывать в наших краях. — с нотками грусти в голосе заметила Дилания, обращаясь к Эстер. — Может быть чуть позже она сможет навестить нас?

— Не думаю, что это случится в ближайшем будущем, поскольку Китти еще слишком юна, и папенька не отпустит ее в такое путешествие даже в сопровождении наставниц и маменьки.

— Твой брат выглядит несколько…напряженным. — Одер запнулся, подбирая правильное слово, но это совершенно не задело Эстер. Сейчас ей меньше всего хотелось вспоминать разговор с Кевином, но холодящая кожу склянка не давала забыть о том, что ей приказал сделать старший брат. Девушка опасалась, что может как-то выдать себя и свое волнение, поэтому желала поскорее избавиться от ненавистного яда.

Даже услышав слова супруга о том, что он не испытывает к ней теплых и уж тем более романтических чувств, Эсти не хотела, чтобы он умер. Не желала смерти Андеру.

Время, проведенное с супругом в последние дни непостижимым образом подействовало на Эстер, открыв ей глаза на другую сторону мужчины. На его доброту и ответственность перед кланом, на его настоящее лицо, сокрытое под маской строгости. На душевность и чистоту помыслов, лишенных ненависти и жестокости. Андер лишь только казался грозным и властным мужчиной, но внутри него кипела совсем иная сущность.

И такой другой Андер Реймер располагал к себе благородством и человечностью.

Видимо именно поэтому Эстер была уверена, что вызывает хотя бы немного теплоты в сердце и сознании супруга, но это оказалось не так. Ей было больно и отчего-то неприятно, словно холод сковал внутренности, замораживая до основания все добрые воспоминания, связанные с Андером.

Эстер еле ворочала языком стоя у стола, за которым расположился супруг и совершенно не помнила, что говорила, а когда смогла отвернуться и сделать хотя бы пару шагов в сторону, готова была рухнуть на колени.

Отчаянное желание покинуть бальный зал накрыло девушку и удержать ее на ногах смогла лишь вовремя подоспевшая Дилания, без слов потянув ее к окну.

— Зато ты братец, как я погляжу, очень даже прочувствовался атмосферой вечера. — лукаво заметила Дилания, с хитрецой поглядывая на молодого человека. Уже некоторое время они расположившись на небольшом диванчике наблюдали за происходящим в зале. — Юная Изабелла Лейн весь прием поглядывает в твою сторону. И о чем это вы беседовали с ней так долго?

— Она всего лишь рассказывала мне новости Слитауна. — поспешно ответил Одер и быстро ответ взгляд от сестры. Эсти была готова поспорить, что увидела как щеки молодого человека слегка порозовели.

— Правда? — не унималась Дилания, радуясь смущению брата. — А я вот обратила внимание как ее матушка не спускала с вас глаз. Думаю благородная семья Лейн даже и не думала о возможности породниться с Реймерами. Зато теперь…

— Что за вздор, Дилания! — тут же нахмурился Одер. — Ты же знаешь, что я калека! Ни одна семья даже и не подумает о том, чтобы отдать свою дочь за такого замуж!

Эстер вздрогнула, почувствовав боль в словах молодого человека и готовая тут же возразить ему. Как бы ей хотелось переубедить Одера и помочь поверить ему, что жизнь не закончена и у него тоже есть шанс стать счастливым.

Хотя для нее самой похоже такой возможности уже никогда не будет.

Каждый раз как только вспоминала услышанные слова супруга, Эсти ощущала как мучительно сжималось сердце.

— Одер, порой мы не можем предугадать какие сюрпризы нас ожидают, но я уверена, что для настоящих чувств нет ничего пугающего и отталкивающего. Дело даже не в твоем физическом состоянии, а в том, какая у тебя душа. Способна ли она любить сама и дарить любовь другим. Возможно тебе нужно просто поверить в нее. — тихонько произнесла Эсти, стараясь правда не смотреть в глаза молодому мужчине. Она еще помнила его пылкое признание и боялась ранить Одера.

А он глядел на нее пристально, а потом вдруг произнес слова, так поразившие девушку.

— Его душа не способна любить, Эстер. И всей твоей любви не хватит, чтобы это изменить.

Одер не стал дожидаться ответа и развернув коляску отъехал в сторону, оставив Диланию и Эсти стоять с раскрытыми от удивления ртами.

Шум приема доносился даже на второй этаж, но благо уже совсем отдаленно и у Андера появилась возможность немного выдохнуть и расслабиться. Коридор был пуст, да он и сам не стал вызывать прислугу для помощи, потому что хотел побыть хоть пару минут в тишине, наедине со своими мыслями.

Тяжелая поступь мужчины была практически не слышна, заглушаемая тонким ковром, покрывавшим весь пол коридора, ведущего к его покоям. К его и Эстер.

Глубокие вдохи помогали унять раздражение на самого себя. Андер до сих пор чувствовал себя отвратно из-за слов сказанных на эмоциях, но похоже ни капельки не отражающих настоящие его чувства.

Весь оставшийся вечер он наблюдал за супругой, не решаясь первым начать разговор, а она как специально все время ускользала от него. То общалась с его сестрой, то с некоторыми знатными матронами их клана, однако, практически не контактировала с представителями клана Кавалл, что несомненно удивляло.

Эстер выглядела спокойной, но Андер уже научился различать ее эмоции и точно знал, что внутри она как на «иголках». Его очень смущала реакция девушки, ведь по идее она должна быть рада приезду родственников, а создавалось впечатление, что ей хотелось бы скрыться от них.

Он с удовольствием вспоминал их танец. Пожалуй его эмоции в тот момент поглощали все, что происходило вокруг, потому что мужчина очень хорошо запомнил только огромные, преисполненные удивления и желания, да именно желания, глаза супруги, неотрывно глядевшие на него. Как бы ему хотелось повторить или хотя бы вернуть эти минуты. Время, когда они будто слились в единое существо, охваченное огнем невиданных доселе эмоций и чувств.

Протяжно вздохнув, Андер открыл дверь своих покоев и зашел внутрь. Ему пришлось покинуть шумный бальный зал из-за оплошности кого-то из гостей. Разговаривая с одним из старейших представителей клана Аделаар, мужчину вдруг сильно толкнули и бордовая жидкость в его бокале пролилась прямиком на белоснежный галстук старательно завязанный слугой перед ужином. Выслушав тысячу извинений от молодого юнца так неосторожно споткнувшегося и задевшего главу клана, Андер отправился наверх, давая себе тем самым передышку от светских разговоров и созерцания не особо приятных лиц враждующего клана.

В покоях царил полумрак, лишь пара масляных ламп освещали углы комнаты, но этого было достаточно, чтобы быстро стянуть некогда белый галстук и проследовав к гардеробу, выбрать новый. Андер легко завязал отрез ткани вокруг шеи, выведя замысловатый бант в районе яремной впадины и уже собирался развернуться и покинуть помещение, как вдруг его внимание зацепила одна деталь.

Мужчина быстро прошел к дивану, на котором обычно спала Эстер и наклонившись взял в руки альбом для рисования. Он казался потрепанным и явно не новым, но не это привлекло внимание Андера. Альбом был раскрыт и со слегка пожелтевшего листа на главу клана Аделаар глядел Итон Хоул собственной персоной. Реалистичные черты лица, добрый взгляд, который в живую таким не являлся, безусловно говорили о прекрасном таланте, передавшем на бумагу облик молодого мужчины. Однако, в самом углу листа Андер заметил надпись, которая острой пикой пронзила его сердце.

«Любимый».

Кэтлин внимательно наблюдала как Андер практически не владея своим телом вышел за порог и прислонившись затылком к закрывшейся двери, простоял так несколько секунд.

Она пряталась за углом коридора в темноте и совершенно не боялась быть замеченной. Улыбка украшала ее миловидное личико.

Все случилось именно так, как они задумали и теперь осталось дело за малым. Толкнуть какого-то растяпу в толпе на балу оказалось проще простого и собственно задача заставить главу клана подняться в покои была выполнена. А там уже…

Когда только мерзавка Эстер появилась в этом доме, Кэтлин толкнула ее на лестнице и успела забрать с собой альбом, который та обронила полетев вниз и вот теперь он сослужил им службу. Лишь только делегация из клана Кавалл заявилась в особняк Реймеров и Андеру был представлен один молодой мужчина, Кэтлин сразу же его узнала. Оказывается, до замужества девка лошадников была влюблена в некого Итона Хоула и нарисованный портрет с надписью стал козырем в рукаве Кэтлин.

План созрел очень быстро и нужно было его осуществить незамедлительно, к чему они и приступили.

Первая партия разыграна. И весьма удачно.