15. Лера

За Жаровым и Ладой захлопывается дверь, оставляя звенящий вакуум в квартире.

С Андреем для меня так было всегда — он занимает собой слишком много жизненного пространства, не габаритами, а энергией, поэтому, когда даже просто выходит из комнаты, оставляет там после себя пустоту.

Я помню, как мучилась первое время от этого ощущения. Что его нет и вокруг пусто...

Сейчас мне гораздо спокойней без него, мне комфортно.

Протяжно выдыхаю и плетусь на кухню. Из-за высокой температуры в голове вата и это даже отлично, ведь я не в силах проанализировать наш странный разговор. Только под кожей словно зудит что-то отдельными колкими фразами.

Ты хочешь меня так же, как я тебя...

И внутри вспыхивает беспомощный протест. С чего такие выводы?! Закидываюсь жаропонижающим, пью воду. Копошусь в аптечке в поисках капель от насморка.

Я просто хочу тебя трахнуть...Хотя бы раз...

Пф-ф-ф…! Заставляю себя на это бредовое высказывание в очередной раз закатить глаза, но низ живота все равно предательски наливается чувственной тяжестью. Ок, ладно... Может быть... Где-то в параллельной реальности... Да... Я бы тоже не отказалась. Но не здесь и сейчас.

Нет.

Собираюсь убрать со стола посуду, но щелчок дверного замка заставляет бросить это дело и выйти в коридор, чтобы встретить мужа.

На пороге появляется Егор. Слабо улыбнувшись и обняв руками свои знобящие плечи, я иду к нему.

— Привет, ну как вы тут? Справились без меня? — Егор тепло и устало улыбается, избавляясь от куртки.

Тянется было поцеловать, но я не даюсь, демонстративно не приближаясь ближе , чем на метр.

— Нормально, — отвечаю односложно, вдруг понимая, что у меня язык не поворачивается вот так сразу сказать, что справилась я не сама.

И вроде бы ничего такого в том, что Жаров забрал из школы Кукуса и повез ее сейчас на танцы, нет, но...

Но в моей голове звучит на репите то, как Андрей проговаривает «трахнуть», едва заметно растягивая «р», и почему-то кажется, что это наполненное сексуальной агрессией «р» услышит и Егор, стоит мне заикнуться про бывшего мужа.

— Как себя чувствуешь? — Егор разувается, наступая на задники кед.

— Нос заложило.

— Лада у себя? Тихо так, — замечает муж, усмехнувшись, — Я ей мороженое купил... Лад! — зовет громко, на всю квартиру.

Прикусываю губу, чувствуя смутную вину, хотя черт его знает за что вообще...

— Она на танцах, Егор. Ее отец повез.

Мой муж застывает, так и оставаясь в одной кеде. Светлые глаза мгновенно берут меня в фокус.

— Да-а-а... Тут такое дело, — я натянуто улыбаюсь, пожимая плечами, — Андрей позвонил Ладе, когда та была в школе, и они договорились, что он ее заберет. И вот... На танцы еще повезет. Для меня самой.. Мягко говоря, неожиданность, — усмехаюсь, прислонившись плечом к стене. Ноги почему-то слабеют под внимательным взглядом мужа, а тело начинает потеть. Но это наверно нурофен...

Егор хмурится с секунду, переваривая информацию, и тень недоверия, наползающая на его лицо, начинает напоминать грозовую тучу.

— То есть... Он договорился обо всем этом с восьмилетним ребенком? — с плохо скрываемым сарказмом, — А ты где была?

— Валялась дома с температурой, где же еще, — мгновенно начинаю огрызаться, — Что именно ты мне хочешь сейчас предъявить?

— Ничего, — поджимает губы, качнув головой, — Ничего...

Продолжает раздеваться. Аккуратно ставит обувь, показательно проходит мимо меня, не дотронувшись, и идет на кухню. Оттолкнувшись плечом от стены, следую за ним.

В кухонном дверном проеме Егор на секунду стопорится, уставившись куда-то. Затем делает широкий, резкий шаг внутрь.

— Он что? Еще и у нас ел?! — глухо.

Я прикрываю глаза, делая вдох. И как только догадался? А, точно, тарелок с супом три, просто я к своей не притронулась, да и не успела еще ничего убрать. Делаю длинный выдох. Дурацкая... Дурацкая ситуация!

— И что? Мне Ладу надо же было накормить, — ворчу.

— Ничего, — тихо рявкает Егор, садясь на место, на котором сидел Жаров всего каких-то минут двадцать назад. Его, Егорово место.

Суетливо убираю лишние тарелки. Кулаки Егора, лежащие на столе, сжаты. Челюсть напряжена. Воздух на кухне начинает душно давить.

— Тебе положить? — примирительно интересуюсь.

— Ты же знаешь, я не люблю первое.

— Пицца есть.

— Давай.

Приподнимаю полотенце с противня и тоскливо смотрю на обгрызанный последний кусок. Эти троглодиты Жаровы...!

Ну, мне не остается ничего, кроме как с невозмутимым видом положить его на тарелку и поставить перед хмуро взирающим на меня Егором.

— Может еще яичницу? — предлагаю с каменным лицом.

Он молча откусывает пиццу. Я, вздохнув, сажусь на стул рядом с ним.

— Слушай, я его ни о чем не просила. Клянусь, — начинаю, — Но в итоге...

— Что в итоге? — перебивает Егор, жуя.

— В итоге мы сейчас поговорили, и Андрей предлагает помощь с Ладой. Забирать ее со школы иногда, возить на танцы. Может быть он даже на выходные сможет ее брать... А мы побудем одни, разве плохо? Андрей, он...

— Андрей, — едко передразнивает мои почти ласковые интонации Егор, — А ты вообще помнишь, что он тебе руку сломал, Андрей этот?!