45. Андрей

— Ну что скажешь, Егор Евгеньевич? — постукиваю ручкой по столу, вертя ее в руке.

Напротив меня сидит Леркин муж. Уже совсем скоро бывший.

Савченко сам подал на развод через Госуслуги пару дней назад, Лерка показала мне уведомление и молча его подтвердила. Насколько я знаю, они ни разу не общались с той ночи. Ни сообщений, ни звонка. Если бы Савченко стал ей названивать, я бы...Моя легенда про новую джедайскую выдержку, которую я так старательно скармливаю своей принцеске, разлетелась бы к херам.

Но Егор этого не делает, и потихоньку я начинаю верить, что их брак действительно был скорее удобной сделкой для обоих, чем актом любви.

Хотя лично мне конечно сложно понять, как можно Лерку не любить. И вот так просто отойти в сторону. Может, гордость... Или он всегда знал, что играет в команде запасных.

Рассматриваю Савченко, склонив голову, в ожидании ответа на свое предложение.

Егор нервно чешет бровь. Смахивает перед собой несуществующие пылинки со стола.

— Андрей Валерьевич, давайте честно. Я был уверен, что вы меня терпеть не можете из-за... Кхм.. Сами понимаете...по личным обстоятельствам, — вбивает в меня прямой, сдержанный взгляд, — Я уже написал заявление на увольнение, вы его приняли, и тут вдруг... Такое, — разводит руками, — Я не понимаю, что вами руководит.

Эх, Савченко, я бы и сам хотел знать как додумался до этой херни! Но, чем больше я продолжаю об этом думать, тем мне все больше нравится эта с первого взгляда дикая идея.

— Егор, ок, давай честно. Можно же просто «Егор»? — сцепляю руки, лежащие на столе, в замок.

— Без проблем.

— Так вот... Я знаю, что Федотов спит и видит себя на этой должности, но как сотрудник он откровенное дерьмо, и как человек впрочем тоже, но это уже не суть. Он держался при моем отце, который помнил его былые заслуги, и просто зализывал ему жопу в местах своих проебов, — когда говорю это, у Егора дергается щека в нервной улыбке, которую он тут же подавляет. Сто процентов, согласен со мной, но субординация и особенности характера не дают признать, что их генеральный чванливое ведро с помоями, — А отцу было лень вникать, ведь планы выполняются, деньги идут… Да и все его внимание всегда было направлено на родной Урал, — продолжаю, — Но мы сейчас привлекаем очень большие средства для предприятия в Отрадном, и я там такого жука как Федотов видеть не хочу. Да и зам его меня тоже не вдохновляет. А ты...

И тут я подвисаю, потому что личное во мне все равно спорит с рабочим. Вот это мне Лерка аутотренинг подкинула, блядь...!

Но пофигу, как там... Иди, куда страшно.

Так что, сглотнув свою гребаную ревность, которая все равно упрямо тлеет во мне, продолжаю.

— Я переговорил со всеми, с кем можно, и люди уверены, что ты справишься. О тебе отзываются как о спокойном, обязательном, трудолюбивом сотруднике и справедливом руководителе. У твоего отдела вообще никаких видимых пробелов нет в отличие от остальных, что тоже в твою пользу. Даже акционеры согласны на твою кандидатуру, хотя половина вообще без понятия, что ты за хер с горы. Но Федотов, как и его зам, всех уже заебали. Ну и... Кхм... То, как ты сейчас себя в личной ситуации ведешь... Даже с Ладой…Меня тоже убеждает в том, что за спиной ты говна делать не будешь. Даже если сильно захочется. Так что...— сжимаю пальцы в замок крепче. Чувствую, как по щекам перекатываются желваки, — Ничего личного. Я правда считаю, что ты отлично подходишь на должность генерального в Отрадное. Пока там все только строится, будешь отвечать за возведение объекта. Тем более, что ты и так этим занимался помимо своих обязанностей с подачи Федотова. Я свою позицию ясно пояснил?

Савченко медленно кивает, задумавшись. Видимо, спорит сам с собой. Предложение для него охрененное — новый уровень, на который он совсем не факт залезет где-то еще. Но моя рожа его очевидно смущает. Я даже слегка выбешиваюсь от этого — и так себе на горло наступаю в попытке постичь дзен!

— И вас, Андрей Валерьевич, не смущает, что мы все вместе останемся на одной работе? Меня вот смущает, я Валерию видеть не хочу, — опять честно-пречестно выдает этот чувак.

Бля, если бы он Лерку не трахал, я бы с ним скорешился. На рыбалку бы сходили... Нормальный же вроде мужик. Прямой и бесхитростный как гардемарин.

— Лерку я к Отрадному не подпущу. Я это момент обдумал, не пересечетесь, — отвечаю немного резко, так как мне не нравится произносить при Савченко ее имя.

«Да и вообще пусть в декрет сваливает,» — добавляю про себя.

Егор проводит пятерней по блеклому короткому ежику.

— Признаюсь, так— то очень заманчиво, — бормочет.

— Значит соглашайся.

— Подумать могу?

— Два дня.

— Хорошо, я дам ответ. Можно идти? Меня там еще Миронов ждет дела принимать, — привстает со стула.

— Да, конечно, — тоже встаю. Подаю ему руку.

Крепко пожимает и, кивнув, идет к двери. Но, распахнув ее, замирает с вытянувшемся лицом будто привидение увидел. Заглядываю за его плечо.

Блядь, Лерка... Точно, уже же время обеда.

Она тоже молчит, уставившись на Савченко и краснея как рак. Мнется, сводит брови вместе будто сейчас от сожаления расплачется. Он, сглотнув, кивает ей словно юнкер на балу и, так и слова не сказав, пулей вылетает в приемной.

Лера провожает его взглядом. Я сжимаю челюсти до хруста, думая, что расчет там был явно только с бабской стороны... Л-л-ладно, переживет.

— Привет,— Лера тем временем переводит взгляд на меня.

В глазах плещется немой вопрос, что тут Савченко делал.

Я ей о своей шикарной идее сделать его генеральным в Отрадном еще не говорил.

— Привет, — бросаю глухо, выходя из-за своего стола.

Подхожу к Лере и, приобняв, нажимаю ей на поясницу, задавая направление движения.

— Пойдем в комнату отдыха. Валентина Владимировна, нас не беспокоить. У меня обед.