47. Андрей

Дневной свет нещадно заливает комнату, придавая каждой интимной детали порнушный оттенок. И мне хочется так же — как в жесткой порнухе выдрать ее до визгов.

Нетерпеливыми рывками вытаскиваю из-за высокого пояса брюк Леркину блузку, пока Лера, целуясь, чувственно обсасывает мой язык. Дергаю мелкие пуговки, вырывая их из петелек. Отрываюсь от ее рта и влажно присасываюсь к шее, сминая нежную, небольшую грудь и спуская вниз чашечки лифчика. Лера тихонько хнычет, ведя губами по моему виску. Покорно обмякает, позволяя все это делать. Лишь женские бедра инстинктивно и нетерпеливо елозят по моим, натирая сквозь одежду подрагивающий уже член.

— О, черт, тиш-ш-ше, — шипит Лера, когда обхватываю губами левый сосок и сильно втягиваю в себя.

Жалобно всхлипывает, когда прикусываю, легонько выкручивая второй. Я бы даже подумал, что ей не нравится, если бы она так не выгибалась навстречу, сама подставляясь.

Ее пальцы зарываются в мои волосы, притягивая ближе, словно она хочет меня так придушить. Отрываюсь от груди, снова целую в горло, ловя как в нем зарождается тихий вибрирующий стон.

— Снимай, — шлепаю Леру по заднице и сталкиваю со своих колен.

Послушно, покачнувшись, встает. Глаза пьяные, губы уже припухли и блестят от слюны, над ключицей кажется краснеет маленький засос... Охуенная...!

Сползаю по креслу ниже, широко расставляя колени и пожирая ее глазами. Тяну через голову тонкий пуловер, Лера тем временем деревянными пальцами возится со своей ширинкой, стоя между моих ног. Закусив губу, стягивает брюки по бедрам. Подаюсь к ней и целую в показывавшиеся черные ажурные трусики. Прижимаюсь губами прямо к самой вершинке мокрых губок через ткань, тычу туда языком, чувствуя ее вкус, смешанный с привкусом хлопка. Ее руки снова находят мою макушку, бедра раскрываются.

— А-ах, — капризно, тихо стонет, когда смяв ладонями попку, притягиваю ее максимально близко к своему лицу.

И заметно задерживает дыхание, становясь на цыпочки, стоит зубами потянуть трусы вниз.

Отстраняюсь, быстро проходясь языком по губам. Выгибаю бровь, кивая на белье и брюки, чтобы избавилась полностью.

В ярком свете видно, как ее бедра покрывает гусиная кожа, как пальцы мелко подрагивают, когда без разговоров делает то, что хочу. Это охрененное чувство и шикарное зрелище — хочется его запечатлеть хотя бы на сетчатке.

Пока Лера, путаясь, избавляется от нижней части одежды, расстегиваю свою ширинку и тоже приспускаю штаны сразу вместе с бельем. Член, качнувшись, бьется в живот. Лерка коротко выдыхает, гипнотизируя его мутными глазами, и он подрагивает, реагируя на ее взгляд как на прикосновение.

Вжимаюсь спиной и затылком в мягкую спинку кресла и маню свою принцеску пальцами, наблюдая, как заливается возбужденным румянцем из— под потяжелевших век. Ее ноздри вздрагивают, по шее и груди ползут розовые пятна. Медленно ставит колени на сидение около моих бедер, чтобы оседлать. Зависает на миг, смотря на меня сверху— вниз и, глядя в глаза, неспешно опускается.

У меня все мышцы поджимаются, блядь, когда чувствую, как головка слепо тычется ей между губок. Сердца выламывает ребра, волоски дыбом встают на загривке, пальцы впиваются в подлокотники... Дава-а-ай... Да-а-а...Будто всасывает в свои горячую, мокрую глубину. Охрененно...

— Сама? — только и хриплю, интересуясь, сколько мне в этом раунде отмерено инициативы.

— Мхм, — то ли стонет, то ли отвечает Лера, упираясь мне в плечи ладонями и начиная рисовать бедрами плавные восьмерки.

Прикрываю глаза, часто и шумно дыша. Мышцы спазмируют, реагируя на неспешное тугое скольжение. Это не тот темп, от которого я быстро кончу, зато я знаю, что от него отлично улетает она.

Звуки соединения стремительно становятся влажными, как и наша кожа. Целуемся, трогая друг друга языками, сминаю ее бедра, щупаю мягкую задницу, лишь чуть-чуть направляя, чтобы каждый раз садилась поглубже. Лерка по нарастающей начинает дрожать и то и дело сжимать в себе до звезд, хаотично напрягаясь. В какой-то момент перестает целоваться, роняя голову мне на плечо, бедра уже резко елозят по моим, ловя подступающий оргазм. Подаюсь в нее снизу, начиная вдалбливаться резко и часто, но она только хнычет.

— Нет-нет-нет...

Замираю, не мешая. Женские пальцы, впиваются в мои плечи до вмятин, спина деревенеет... Просовываю руку между нашими слипающимися телами и просто прижимаю ладонь к лобку и разбухшему клитору.

— М-м-м, да-а, — тихо скулит Лерка, начиная тереться об нее.

Давлю сильнее, пара хаотичных, сильных движений бедрами, и ее наконец с беззвучным криком выгибает.

Так спазмирует, что у меня темнеет в глазах от отдачи. Пах весь мокрый и липкий. Перехватив за шею, целую свою кончающую детку в распахнутый рот. Лерка даже толком не отвечает, плывет где-то там, встряхиваясь... И значит уже можно ее.

Привстаю прямо с Лерой и, не расцепляясь, укладываю уже в кресло ее. Закидываю одну ногу себе на плечо, Лера упирается ладонями мне в грудь, болезненно застонав, потому что ее еще кроет и не хочется, но я уже, нависнув сверху, начинаю ее быстро и жестко натягивать.

Так светло, так хорошо видно… Я уже кончить готов от одной картинки, как у нее закатываются глаза, и как член, весь в смазке, поршнем растягивает набухшую и раскрасневшуюся дырочку. Но я оттягиваю этот момент сколько могу, потому что ощущения просто фееричные.

Лерка утробно и хрипло стонет, словно голос сорвала. Надеюсь, Валентина Владимировна сбежала в столовку на обед... Кажется, мою детку накрывает еще раз. Она делает брови домиком будто сейчас расплачется, и, выгибаясь дугой, намертво пережимает меня собой. Бля... По позвоночнику от паха и обратно словно шаровая молния катит. Выпадаю из реальности, ощущая только, как толчками из меня выходит оргазм, и как Лера, крупно дрожа, расслабляется. Кажется, глохну на секунду. Валюсь на нее как подкошенный. Жадно дышу ее распаренной теплой кожей. Кости мягкие... Лерка тихо смеется подо мной, закрывая лицо руками, и обвивая ногами мои бедра. Лежим так пару минут, пока все не затекает. Только тогда, кряхтя, поднимаюсь и, окончательно избавившись от штанов, подхватываю свою принцеску на руки, чтобы отнести на кровать.

— Андрей, мы же на работе, скоро уже обед кончится, — слабо ворчит она.

Бросаю взгляд на настенные часы.

— У нас еще двадцать семь минут, — сваливаю фыркающую Лерку на постель.

Снимаю с нее изрядно помятую уже рубашку, потом лифчик, который болтается где-то на животе. Оставшись голой, Лера демонстративно тяжко вздыхает, будто ей ничего не остается как смириться, а затем вытягивается кошкой, переворачиваясь на живот, и игриво поглядывает на меня. Сучка... Целую между лопаток и дальше по позвоночнику. Протянув руку, Лера ловит мой пока мягкий член. Сжимает... М-м-м... Губками давай проводи реанимацию...

— Кстати, — решаю кое-что обсудить, пока у нее рот не занят, — Ладе сегодня вечером доделают комнату. Она собралась в ней переночевать, ты же в курсе? — надавив на плечо, переворачиваю Леру на спину и подсаживаюсь к ее голове.

— Мхм, — рассеянно отзывается, водя ладонью по твердеющему от такого внимания члену.

Облизывается, поднимая на меня взгляд. Чуть приоткрывает рот и высовывает расслабленный кончик языка. Ласково провожу по ее волосам, гладя. Да, детка, сейчас...Только договорим.

— Нам с Кукусом нужна твоя помощь, вдруг мы вдвоем не справимся, — заманиваю в свою квартиру, в которую всю последнюю неделю Лера принципиально подниматься отказывалась.

— Опять пользуешься дочерью, чтобы затащить меня поближе, — тут же возмущенно поджимает Лерка губы, которые только что были так призывно расслаблены.

— Куда уж ближе? — выразительно кошусь на свой член в ее руке, — Да и вообще.. Завтра выходные и ты, помнится, обещала нам спальню покрасить.

— Тебе, — поправляет.

— Нам, — давлю.

Лерка начинает сопеть, как потревоженный ежик.

— Скажи «нам», — настаиваю, давя на ее щеки и делая губы уточкой.

Молчит, увернувшись, и отпускает член, тут же грустно дернувшийся за ее ладошкой. Потерпи, приятель, сейчас все вернем...

Лерка хмурит брови, слепой взгляд скользит по комнате. Секунда… две… Она шумно выдыхает и садится на кровати, чтобы меня поцеловать. Обвивает шею руками, трется о нос носом. Но... Молчит!

— Тебе не нравится эта квартира? Скажи, я куплю нам другую, — ворчу уже я.

— Мне нравится эта квартира, Андрей, не надо другую, — шепчет, ласково ероша ежик на моем затылке и заглядывая в глаза.

— Тогда называй ее нашей... Живи со мной. Разве мы и так не вместе? Ты просила — я подождал.

— Подождал он, не прошло и недели! — смеется, но уже расслабленно.

И я тоже начинаю довольно улыбаться, понимая по этим интонациям, что победил.

— Бесконечной недели, — заваливаю ее обратно на кровать, — Меня размазывает эта подвешенное состояние. Давай— ка тоже пойди мне навстречу, а?

Пытливо смотрим друг на друга.

— Хорошо, — беззвучно артикулирует Лерка, обводя пальцем черты моего лица.

— Хорошо? — требую ответа погромче.

— Хорошо,— уже в полный голос, закатывая глаза, — На этих выходных переезжаем в нашу квартиру.

— Бляяя, я люблю тебя, — смачно целую свою детку и тут же нахожу ее руку, чтобы быстренько обратно вложить в нее член.

— Ахах, Андрей!

— Что? У нас еще...— снова кошусь на часы, —... двадцать одна минута.