Глава 31. Цель

Доминика

После последней встречи у кабинета директора Доминика не видела Нолана. Он был занят, и она понимала это, хотя некие вопросы уже начали формироваться у нее в голове, особенно после того, как он подтвердил, что в ЦДС что-то творится и это может касаться и учеников тоже.

Некие предположения, само собой, у нее были, но их было катастрофически недостаточно, чтобы понять, что конкретно происходит. В конце концов, занимаясь своими учениками, она всецело посвящала свое время тому, чтобы выполнить свою работу качественно, а уделять внимание постороннему делу у нее не всегда хватало времени. И пусть все считают, что как психологу ей нужно было бы замечать больше остальных, но не стоит забывать, что она всего лишь человек, у которого есть свои лимиты.

С той встречи прошло два дня, и все это время Нолан не появлялся даже на занятиях, что заставило Доминику понять, что невольно она то и дело возвращает свой взгляд в ту сторону, где всегда сидел он. Она к нему уже так привыкла, что без него и его реакции на ее очередную выходку стало пустовато.

Сейчас же она сидела у себя в жилой зоне, место, которое было выделено для нее в центре на случай, если ей нужно будет остаться тут, а не поехать домой, и занималась анализом всей информации на учеников, которой собралось не так уж и мало.

Она высоко завязала свои волосы в рабочий беспорядок, а привычная форма сменилась объемным худи и штанами, которые напрочь скрывали ее стройное тело. Тут она позволяла своему образу «училки» пропадать и становилась самой собой. Именно в таком виде и застал ее неожиданный звонок в дверь.

Доминика лишь удивилась и отложила свой планшетник в сторону.

Она широко открыла дверь, не стесняясь своего внешнего вида и слегка застыла, так как совершенно не ожидала увидеть на пороге Нолана, который слегка опешил при виде ее, а затем на его лице появилась забавная улыбка.

— Ты выглядишь… Так по-домашнему, — сказал он. — Мне нравиться.

Доминика лишь слегка покачала головой на его реплику, но комплимент ей понравился.

— Ты на время смотрел? — спросила она, так и стоя у порога.

— Прости, — сказал он ничуть не раскаиваясь. — Нам нужно поговорить, — добавил он и как будто вспоминая причину своего прихода вновь вернул себе профессиональную уверенность.

— Судя по твоему лицу — не о нас. — посмотрев на его изменения сказала Доминика, чуть отступая в сторону и пропуская мужчину внутрь.

— Не о нас. — подтвердил он, проходя в ее место обитания, состоящее из одной комнаты, небольшой кухоньки и ванной.

Нолану выделили нечто подобное, и поэтому он ничуть не удивился такому интерьеру.

Доминика невольно посмотрела по сторонам, убедившись, что никто не смотрит, а затем закрыла дверь за собой и указала на кухонный стол с двумя стульями.

— Что-то случилось? — спросила она, направляясь к кофемашине, чтобы приготовить им напитки.

— Мне нужна информация об одном из твоих учеников, — сказал он, чем заставил Доминику остановиться на полпути с удивлением посмотреть на него.

Такая просьба была не простым запросом, а тем, что могло считаться нарушением ее профессионализма и слитием секретной информации, и Нолан не мог этого не знать, но в то же время Доминика осознавала, что просто так он бы об этом не попросил.

— Нолан, если ты пришел ко мне с официальным запросом, говори прямо. Если нет — объясни, зачем тебе его сведения, — сказала она, возвращаясь к приготовлению напитков.

Нолан молчал, а Доминика быстро приготовила оба напитка и поставила кружку перед ним и собой. Затем она села точно напротив него и посмотрела ему в глаза, чтобы ту же понять, что все же дело тут не чисто.

По всем правилам она должна была выпроводить его прочь и доложить об инциденте начальству, но почему-то у нее и в мыслях не возникло так поступить, а после увиденного пару дней назад у кабинета Леонида она лишь схватилась обеими руками за свою чашу и спросила:

— О ком конкретно ты хочешь узнать?

— О самом перспективном из твоей группы. Знаю лишь то, что это парень и он выдающийся, — сказал Нолан с неким удивлением и облегчением, смотря на нее.

— Таких несколько, но если мы говорим о парнях, то я бы выделила Никиту Лепина — он подает надежды стать отличным психологом, Олег Смирнов — он тихоня, но у него неплохие задатки в стратегическом мышлении, умении найти то, что другие пропускают, ну и Виктор Хмелев — бунтарь, но из него выйдет отличный военный офицер, а то и кто повыше. У него есть все задатки, чтобы пробиться в этой отрасли. — перечислила краткое описание тех, кого искал проверяющий перед ней.

Она не вдавалась в подробности, да и секретов великих не разглашала, ведь Нолан сам присутствовал на занятиях и мог сделать те же вывод, что и она.

На пару минут повисла тишина, так как Нолан анализировал полученную от нее информацию и сверял с тем, что знал сам. Он пытался что-то вспомнить и сопоставить. Доминика ему не мешала, хотя и хотела бы узнать, о чем он думает.

— Виктор. — придя к какому-то выводу сказал он. — Когда он впервые начал говорить о военном направлении? — спросил мужчина.

— Почему тебя это интересует? — спросила Доминика, смотря на него и понимая, что у нее поджилки начинают трещать от беспокойства о своем ученике.

— Ответь, пожалуйста. — попросил он и в этот момент перед ней сидел не просто мужчина, перед ней был проверяющий, военный при исполнении, наконец понявший что-то очень важное.

— Да думаю с момента его прихода все стало понятно. Сначала это было просто одним из вариантов. Потом он стал говорить об этом серьезнее, — ответила она.

— Он говорил, почему? — новый вопрос.

— Да. Ему нравится сама система. Дисциплина, ответственность, возможность работать там, где от решений человека действительно что-то зависит. — Этот ответ Доминика узнала из вечных опросов, которые для учеников напоминали пытку, но которые позволяли ей увидеть всю картину целиком.

— Он когда-нибудь упоминал людей, которые могли бы повлиять на его выбор? — вопрос слегка заставил Доминику напрячься, но к этому моменту она уже поняла к чему клонит Нолан.

— Нет. По крайней мере, никого конкретного, — ответила она, искренне пытаясь вспомнить не упустила ли она чего.

— А кто-нибудь пытался изменить его планы?

— Были разговоры. Но ничего, что показалось бы мне подозрительным, — сказала Доминика.

— Хорошо. — слегка расслабившись сказал Нолан, понимая, что он успел до того, как до парня добрались заговорщики. — Кто, кроме психологов, имеет доступ к информации о его успеваемости, психологических характеристиках и планах?

— Руководство центра. Директор в первую очередь. — быстрый ответ, который и так был всем им известен.

— Ты ему доверяешь? — спросил Нолан, смотря ей в глаза.

— Как руководителю? — уточнила она.

— Как человеку. — конкретизировал он.

— Это уже сложнее. — не смогла быстро ответить на вопрос Доминика.

— Почему?

— Потому что я давно его знаю. Он способен быть очень убедительным. И умеет находить оправдание практически любому своему решению. — попыталась подобрать она правильные слова.

— Ты думаешь, он способен стать предателем? — вопрос, который так и напрашивался сам собой и который Доминика обдумывала уже как два дня.

— Если ты спрашиваешь, исключаю ли я такую возможность… нет. — честно отвалила она и отпила небольшой глоток кофе перед собой. — Скорее да, чем нет. — дополнила она свой ответ, после того как опустила чашку.

— Я думал также. — Нолан даже кивнул медленно головой, соглашаясь с ее выводами.

— Но я не считаю, что он сделал бы это просто так. — спустя мгновение продолжила она, так как считала это важным дополнением.

— Что должно произойти, чтобы он решился? — спросил Нолан, так и не тронув чашку перед собой.

— Его должны подтолкнуть и направить, — сказала Доминика как психолог, который сейчас рассматривал своего пациента куда пристальней, чем до этого. — Кто-то должен дать ему ощущение, что он не предает, а делает правильный выбор. Что его действия необходимы. Что он якобы защищает центр, учеников или даже более высокую цель, а потом постепенно подвести его к точке, где назад уже нельзя.

— Есть еще кто-нибудь, кто может получить доступ к такой информации? — задал он вопрос, ответ на который он и так уже знал, но желал убедиться, что он не надумал все лишь из-за личной неприязни к Веронике, так как она ему сильно была неприятна после их разговора.

— Главврач. У нее достаточно широкий доступ. Медицинские данные, результаты обследований, психологические заключения, характеристики, — сказала Доминика, а затем хмыкнула и добавила. — К тому же это двоя любовники уже давным-давно. Они просто считают, что никто этого не видит, а нам, психологам, просто до этого дела нет, — пояснила она свою позицию.

— Ты считаешь она могла бы стать той, кто мог бы направить Леонида, если бы дело дошло бы до предательства? — спросил он гипотетически, но они оба понимали, что разговор давно перешел стадию предположений.

— Я не могу ее обвинять. Но доверяю ей меньше, чем хотелось бы. Она очень закрытая. Всегда знает больше, чем говорит., и если директор действительно под чьим-то влиянием… — тут она не договорила, но все и так было понятно без слов.

— Тогда у нас две возможные фигуры. Директор и главврач. В принципе, так как я и думал. — подвел итог Нолан, слегка откидываясь на спинку кресла.

— Но ты ведь пришел не для того, чтобы просто перечислить подозреваемых и подтвердить свои предположения? — спросила Доминика, видя, что разговор еще не закончился.

— Ты ищешь того, кто стоит за ними. Человека, который покупает сведения? — спросила она то, что и так уже смогла понять из всего того, что услышала от Нолана, да и всех тех слухов, которые ходили вокруг.

— Да. — больше не скрывая свою истинную цель сказал мужчина, веря, что ей можно довериться.

Доминика несколько секунд молчала, обдумывая все услышанное.

— Значит, мое подозрение было правильным. У тебя действительно есть скрытое задание. — подвела она как итог.

— Да.

— И тот ученик — не случайный объект расследования. — еще один вывод, который не подлежал сомнениям.

— Нет.

— Почему именно он? — этот вопрос не давал ей покоя. — Почему не тот же Никита или Олег?

— Потому что он очень перспективен., и если он действительно пойдет на военное направление, его захотят получить еще до того, как он окажется там, — пояснил он и тем самым дал ей понять, насколько серьезно дело перед ней.

— Переманить до поступления, — прошептала Доминика, понимая весь масштаб проблемы в которой они оказались.

— Именно. — согласился с ней Нолан и подавшись вперед.

— А если информация о нем уже продана? — спросила Доминика то, что беспокоило не ее одну сейчас.

— Тогда вопрос уже не в том, кто хотел ее получить, а в том, что они собираются сделать дальше, — сказал он, и между ними повисла гнетущая тишина.

— Насколько ты близко? — Доминика внимательно посмотрела на Нолана пытаясь понять как далеко он уже продвинулся.

— Достаточно, чтобы начать задавать неудобные вопросы, — ответил он без подробностей.

— А если директор действительно замешан? — вопрос, который теперь звучал почти насмешкой, так как они и так видели сцену два дня назад и отрицать его причастность было бы нелепицей.

— Тогда я хочу понять, сделал ли он это добровольно. Если же нет, тогда буду искать того, кто его подтолкнул и направил, — сказал он.

Доминика лишь тяжело вдохнула и подумала о том, что ей придется слегка изменить свою программу обучения на оставшееся время, так чтобы у нее всегда была возможность вмешаться и проследить за всеми учениками, в особенности такими как Виктор. Допускать промашку она не собиралась, ведь пусть она только временно с ними, но сейчас они находятся у нее под опекой, и неважно, что они далеко не юнцы. Они находились в опасности, хотя сами этого не понимали, и она была именно той, кому предстояло защитить их, как в свое время ее защитили в детстве.

— Хорошо. Спрашивай дальше, — сказала она, приняв для себя столь важное решение.

— Тогда мне нужно, чтобы ты вспомнила все. Даже то, что в тот момент показалось совершенно незначительным. Ты же уже что-то подозревала, раз сделала то фото два дня назад, — сказал он, подводя к тому, о чем они оба понимали.

— Я постараюсь, — сказала она и впервые за их разговор она поняла, что не вставила и одной реплики сарказма или насмешки, что обычно было частью ее речи.

— Нет. Не постарайся, — сказал серьезно он, пристально смотря ей в глаза. — Вспомни.