Глава пятнадцатая

Где бродил трейсер и возвращался ли он в палатку Дашка так и не поняла. Когда она проснулась, то соседний спальник так и оставался пустым, а во втором сидел Макс и с кем-то беседовал по телефону. Судя по тону — со своей девушкой. Он подмигнул сонной Дашке, а та поспешила вылезти наружу.

Утренний воздух после теплой и чуть душной палатки показался обжигающе холодным и бодрящим. Приплясывая, Дашка натянула поверх флиски еще и яркую куртку, после чего заозиралась с плохо скрываемым нетерпением.

Лагерь просыпался медленно и неохотно: мало кто горел желанием вылезать из уютного спальника. Лохматая Эрика отчаянно зевала и осматривала свой шлем, у костра возился Крис. Судя по долетевшему запаху — готовил кофе. Там же — тут у Дашки екнуло сердце — на пенке сидел хмурый Ладон и не спеша пил что-то горячее из металлической кружки. Судя по взгляду и повышенной лохматости, он в палатку так и не возвращался. А при виде Дашки помрачнел еще больше, выплеснул остатки напитка в костер и ушел.

— Козел! — веско сказал ему вслед Крис. — Чтоб я тебе еще кофе наливал! О, Дарья, это тебе что ли в ножки кланяться за настроение нашей Красной Шапочки?

— Красной Шапочки? — фыркнула девушка, присаживаясь на то место, откуда сбежал трейсер.

— Ну а фигли он волосню в такой цвет красит. — Крис покосился на задумчиво-рассеянное лицо Дашки, подумал и налил ей кофе в кружку Ладона. — Выпей, а то ты такая, словно всю ночь чертей ловила. Или Ладона?

— Я спала. — брюнетка аккуратно сделала глоток и тут же зажмурилась от восторга. — Боже, Крис, ты волшебник! Что ты туда добавил?

— Секретные ингредиенты в виде муската, корицы и гвоздики. Никому не говори, а то убью.

— Давай я сначала у нее стрясу обещание, а потом ты ее убьешь. — Эрика, со шлемом под мышкой, подошла к костру и потянула носом ароматы. — Крис, я тебя люблю.

— Сама мой свою чашку. — остался непреклонным любящий братик. — И кофе сама наливай, а я пойду, отлучусь.

Он налил кофе в походную кружку с изображением байка и не спеша направился к своей палатке.

— И не надо так ухмыляться. — проворчал, не оборачиваясь. Дашка с Эрикой переглянулись и заухмылялись еще сильнее, понимая, что сейчас будут будить Настю.

— Иногда я ей завидую. — пробормотала задумчиво Рика. А Дашка посмотрела на нее, вздернув бровь.

— Ты? У тебя самый красивый парень. И вы друг другу идеально подходите.

— Красивый. — кивнула Эрика. — Только мне его красота как-то по барабану. Главное, мы друг друга понимаем. А Наське завидую, что с нее пылинки, блин, сдувают. И завоевывали по всем правилам ухаживания. Иногда хочется почувствовать себя такой вот трепетной принцессой.

Дашка покосилась на коротковолосую исцарапанную мотоциклистку в джинсах и серой флиске.

— А Родька типа тебя не завоевывал, а ты сама вешалась ему на шею? И не волнуется о тебе?

— Вешалась? Да я его посылала! — Рика отхлебнула еще кофе и удовлетворенно вздохнула. — Господи, какой кайф. Хоть один кайф после того, как бросила курить.

— Бросила или заставили? — прищурилась Дашка. Красноволосая задумалась, а потом покачала головой.

— Ну-у-у, сложно сказать.

— А ты подумай. Ты курить бросила, когда с Родионом стала встречаться или как?

— Этот кретин заявил, что девушка с сигаретой отвратительна, что целоваться после курения не слишком сексуально.

— Оу! Действительно, какой мерзавец! Ты же его не послушала?

Эрика, которая явно хотела много сказать, открыла рот. Потом закрыла и ошарашенно заморгала.

— Знаешь, Даша, — она сделала пару шагов к своей палатке, но обернулась и посмотрела на брюнетку. Та весело помахала ей рукой. — Ты, блин, мне сейчас Ладона напомнила. Вот так бац, и исподтишка по башке пыльным мешком треснула.

— Иди Принца своего тресни. — засмеялась Дарья. Но едва Рика ушла, то улыбка с лица девушки исчезла, а сама она глубоко вздохнула и в сердцах пнула горстку лежалых листьев. Кофе Криса помогло прогнать сонливость, но вот тревожные мысли никуда не делись. Пусть Дашка в душе понимала, что Ладону она по меньшей мере интересна, но хотелось то большего.

Как же сложно приручать того, кто сопротивляется! Любовь вообще штука сложная. И непонятная. Столкнувшись с ней нос к носу, Дашка поняла, что все пафосные высказывания про это чувство — ничто. Они не могут передать и доли того, что творится на душе, когда ты видишь любимого так близко и одновременно так невозможно далеко.

Оставшись в одиночестве, пока остальные общались со своими половинками, брюнетка как никогда ощутила острую тоску и потребность кого-то обнять. В идеале, конечно, Ладона. Но можно ограничиться и спальным мешком. Захватив кружку, куда вылила остатки кофе, Дашка не спеша потопала к палатке, прикидывая, станет ли трейсер с ней разговаривать или продемонстрирует характер и удерет куда подальше.

Не доходя до палатки, Даша услышала негромкие мужские голоса и притихла. Затем на цыпочках подкралась к оранжевой, шелестевшей на ветру стенке и вся превратилась в слух.

Беседовали Макс и Ладон. Причем беседа длилась явно не минуту.

— Прости, не понимаю. — голос Макса звучал так, словно его хозяин считал собеседника идиотом. — Точнее, понимаю, что тебе пришлось пережить. Но не понимаю, почему ты с упорством мазохиста продолжаешь цепляться за свои фобии. Есть девушка — красивая, вроде умная и она тебя зацепила. Причем не только сиськами.

— Не только. — мрачно согласился Ладон. — Но они там тоже ого-го.

Дашка покосилась на часть тела, обсуждаемую парнями, и покрутила пальцем у виска. Ну вот любой разговор к женским прелестям сведут!

— Так что для тебя главное? — продолжал Макс. — Попытаться построить новые отношения или продолжать изображать страдальца? Что поделать, ну снова ты заинтересовался трейсершей, бывает. Дашка то вроде с головой.

— Скажи, — тон Ладона стал задумчивым, — а как ты справился, когда произошел тот несчастный случай с Никой? Я же в курсе, что ты уговаривал ее не принимать участие в заезде, вы даже поругались тогда. Ты не винил себя за то, что произошло?

Наступило молчание. Даша грызла рукав куртки, бесшумно приплясывая на месте. По ее мнению, Макс думал слишком долго. В любую минуту кто-то мог вылезти из палатки и нарушить процесс подслушивания.

— Было дело. — признался, наконец, парень. — Да, я считал, что должен был настоять на своем и не пустить Нику на трассу. Только вот потом мы сели и поговорили. Пока она лежала в больнице, у нас было много времени для разговоров. Это был ее сознательный выбор. Более того, она боролась за него. Мы оба виноваты в случившимся, но все же Ника заявила, что в основном вина на ней. Она знала свои возможности, знала, что не следовало разгоняться. А я знал, что можно было как-то уговорить ее. Понимаешь, обвинить себя очень легко. Гораздо легче, чем признать вину любимого человека. Но мы все взрослые люди. И сами принимаем решения. И сами же несем за них ответственность. Делай выводы.

— Я делаю. — как-то медленно произнес Ладон. Что-то зашуршало в палатке, звякнуло. Дашка, дрожа словно гончая на охоте, вся подалась вперед, боясь пропустить хоть слово.

Вход в палатке откинулся так внезапно, что брюнетка вздрогнула и едва не подпрыгнула на месте.

— Так вот кто пыхтит как бегемот. — трейсер без особой нежности уставился на Дашку. Та поняла, что делать вид проходившей мимо поздно и пожала плечами.

— Вы слишком громко разговаривали.

— Ха! — отпихнув Ладона от входа, наружу выбрался Макс, подмигнул Дашке. — Мы еще и виноваты, понял!

— Любопытство женщины нельзя сдерживать. — парировала брюнетка. — Иначе изнутри разорвет.

— Гы-гы. — сообщил Макс и ушел куда-то в сторону кустов. В то время как Ладон выбрался наружу и встал напротив Дашки. Еще более хмурый.

— Ты вообще в курсе, что подслушивать нехорошо.

— Ой, проходили такое! Я тебя умоляю!

— Никаких понятий о морали. — покачал головой парень. — И много ты успела услышать?

— Ну про то, что вы заценили мою грудь я в курсе.

— А. — трейсер невольно скосил взгляд на вышеупомянутую часть тела девушки. — Ну как, понравился комплимент?

— Я сейчас растаю.

— Это лучше, чем лопнуть. — Ладон посмотрел на бледное небо, на котором солнце пыталось пробиться сквозь тучи и стянул флиску, оставшись в тонком свитере. Дашка сглотнула, глядя как напряглись мышцы под тканью, поборола желание провести по ним ладонями и сделала вид, что любуется мимо пролетевшей птицей. Но когда Ладон развернулся, собираясь уйти, то не выдержала.

— Тебе реально не стоит себя винить. В конце концов, мозги то есть у каждого! А если они работают со сбоями, то это явно не проблема других людей.

Широкая спина парня буквально окаменела. Почувствовав недоброе, Даша решила, что зря она, наверное, брякнула. И попятилась.

— Стоять! — голос Ладона пригвоздил ее к земле. Парень все не оборачивался.

— Что бы ты знала!

— Я знаю. — Дашка мысленно дала себе оплеуху, но язык сработал быстрее мозга. — Я в курсе про твою бывшую девушку. И не понимаю, почему ты считаешь виновным себя. Ты же пытался остановить ее? Пытался. Она знала, что трейсер не должен так себя вести? Знала. Так в чем проблемы? Это ужасное происшествие, но твоей вины в нем нет.

Ладон обернулся, и Даша перепугано попятилась: настолько злым выглядел молодой человек. Серые глаза наводили на мысль о штормовых облаках и молниях.

— Какого черта ты лезешь, куда тебя не просят! — рявканье трейсера разнеслось по всему лагерю. Из палаток начали выглядывать заинтересованные люди.

— Я лезу? — возмутилась Дашка. — Ну да, я лезу! Ты же мне вчера нотации читал про мой образ жизни? Читал! Теперь моя очередь!

Поднявшийся ветер швырнул темно-красные волосы прямо в лицо парню. Тот нетерпеливо махнул головой, продолжая смотреть на Дашку. Та тоже не отводила взгляд, хотя внутри все дрожало. Невольные зрители затаили дыхание, слившись со своими палатками, Макс в кустах забыл зачем туда пошел.

— Да пошли вы все! — махнув рукой, Ладон ушел к костру, не оглядываясь. Повисшее было напряжение слегка рассеялось, но до конца не исчезло. Все нерешительно переглядывались, чувствуя общую неловкость, какая бывает, если случайно услышишь нечто интимное.

«Вот и поговорили», — только и мелькнуло у Дашки в голове.

***

По молчаливому уговору никто обсуждать происшествие не стал. Сделали вид, что ничего не произошло и принялись готовить завтрак. Хотя тень неловкости витала над лагерем. Ее чувствовали все. Но при этом старались не замечать. Разве что Настя, улучив момент, поймала взгляд Дашки и покрутила пальцем у виска. Сестра в ответ скорчила рожицу и продолжила болтать с Рикой, пока та готовилась к очередным покатушкам.

— Короче, через неделю фотосессия. — эндуристка застегивала мотоботы, из-за чего голос звучал несколько приглушенно. — Ты давай поправляйся там до конца. А то мне на фото красивая девушка нужна, а не панда.

— Это тупость. — вздохнула Дашка, сидевшая рядом, на корточках. — Представляешь, что будет с Ладоном после сегодняшнего. Господи, я думала, он меня прибьет.

— Спасибо, что не раскололась про то, кто тебе инфу подкинул. — Эрика выпрямилась. — Уффф, моя спина. Надо мануальщика посетить, Родька массаж неплохо делает, но его хватает на минуту.

— Устает?

— Соблазняет. А насчет Ладона не парься, это я тебе как его сестра говорю. Он психует, потому что в душе считает, что ты права. Если был бы уверен в своей правоте, орать бы не стал. Уж поверь мне!

Дашке очень хотелось верить. Интуиция нашептывала, что подходить к Ладону сейчас не стоит. Впрочем, парень все равно куда-то испарился, сообщив, что ему надо погулять и развеяться. Остальные тоже уехали кататься, оставив Настю с Дашкой вдвоем. Но разговор у сестер не клеился. Одна ходила и глуповато улыбалась, а вторая терзалась мыслями и сомнениями. В итоге они бродили вокруг лагеря, перебрасываясь короткими фразами. Объединились только, чтобы приготовить обед. Вернулся Ладон, посмотрел на возившихся у костра девушек и залез в палатку.

— Иди поговори с ним. — нарезавшая картошку Настя заметила каким взглядом проводила парня ее сестра. Но Дарья покачала головой. Недели две назад она бы с радостью последовала совету сестры. Но сейчас что-то изменилось.

— Не надо. Пусть подумает без помех. А я ведь та еще помеха.

Эндуристы вернулись рано. Крис похитил Настю, сообщив, что хочет снова дать ей покататься на байке. Правда, обратно они вернулись довольно быстро. Причем парень хватался за голову, покрытую теплой банданой и вопрошал:

— Как? Как можно в чистом поле въехать в единственный стог, да и тот на другом конце этого чертового поля? Настя, ответь мне?

— Это талант. — скромно отвечала ему подруга. — Поэтому экстрим не для меня. Я слишком неожиданная особа, с тягой к таким вот казусам.

— Ты сама экстрим ходячий. — сплюнул Крис, радуясь, что ни девушка, ни байк не пострадали.

Это были хорошие выходные, полные неожиданных поворотов, интересных решений и ярких впечатлений. Возвращаясь обратно, на заднем сидении машины, и слушая как Крис и Настя обсуждают каких-то общих знакомых, Дашка дремала и лениво думала, что это ей было нужно. Все переутомление как рукой сняло. Перед лицом любви подобное казалось просто мелочью. К тому же Дарья поняла, что ей сейчас понадобятся все силы, чтобы выиграть бой.

А что такое любовь, как не битва? Пусть приятная и волнующая, но порой ранящая ничуть не меньше настоящей.

Вернувшись домой Дашка знала, чем займется на следующей неделе. Во-первых, снизит количество заказов. Но помощницу нанимать не будет, это все после Нового Года. Во-вторых, начнет чаще посещать Школу, все равно на улице погода слишком мокрая и ветреная. А она не суровый трейсер, она все же девушка.

Плюс придется основательно пересмотреть свое отношению к покорению Ладона.