Двадцать девятая глава

Сон никак не желал приходить, хотя измученное тело буквально молило об отдыхе. Мозг работал лихорадочно, яркими вспышками бросая воспоминания о том, что пришлось пережить. Сейчас она была в безопасности, дети – тоже. Но что было бы, если… Думать об этом не хотелось, но не думать не получалось. Лера стискивала зубы, закрывала глаза, их которых непрерывным потоком струились слёзы. Она так испугалась сегодня, как не боялась до этого никогда в жизни. Страх смерти, ужас от боли – всё это было по-прежнему чётким, свежим. Наконец сознание начало успокаиваться, и Лера проварилась в глубокий сон без сновидений, а когда проснулась, почувствовала себя полностью отдохнувшей.

Была глубокая ночь. В спальне едва горел единственный ночник, на полу плясали отблески пламени от камина. Лера пошевелилась было, но тут же поморщилась – ноги словно залило свинцом. Приподнявшись на локтях, она увидела Аджитта, обнимавшего её колени. Он спал, неудобно свернувшись на самом краю кровати. Осторожно протянув руку, Лера ласково коснулась смоляных прядей, пропустила через пальцы. Волна нежности пронзила сердце, разлилась в груди, не давая вздохнуть. Словно почувствовав, что она проснулась, Аджитт моргнул и медленно открыл глаза. Увидел, что она смотрит на него, выпрямился резко, потянулся к ней, но замер в нескольких сантиметрах от лица. Обжёг горячим, взволнованным взглядом.

– Ты как? – спросил хрипло, тихо кашлянул.

– Уже в порядке. – Лера сама не могла понять, почему улыбается. Коснулась его лица, провела по отросшей щетине. – Ты давно здесь?

– Приехал, как только узнал. – Аджитт прикрыл глаза на несколько секунд, позволяя себе насладиться её лаской. Но вот уже собрался, с видимым сожалением отстранился, смягчив свой отказ тем, что взял её за руку и погладил костяшки. – Почему ты поехала, почему не позвонила мне?

– Ты не присылал машину. – Лера не спрашивала, утверждала. Аджитт качнул головой.

– Кто-то взломал твой телефон, написал от моего имени. Конечно, можно думать, что это Лийя, но сейчас у тебя слишком много врагов, чтобы сходу обвинять её.

– Я тоже в замешательстве, – признала Лера. – Неужели меня настолько возненавидели в Милларде, что решили убить только за несколько законов?

– Ты сама понимаешь, как они повиляют на жизнь. Думаю, мы не можем сбрасывать это со счетов. Но с этого момента лучше не выходить из дома и ограничить все контакты с внешним миром. До твоего выступления будешь под усиленной охраной, я пришлю.

– Спасибо. – Она склонила голову, украдкой прикусив губу. Хотелось, чтобы он остался с ней, а не присылал охрану, хоть десяток, хоть сотню.

– Если позволишь, – тихо сказал он, чуть сильнее сжав ладонь, – я тоже останусь.

– Правда? – Глаза Леры ярко вспыхнули, она даже не попыталась скрыть облегчение и радость.

– Не могу представить, что ты здесь одна, – нехотя признал Аджитт.

Лера промолчала, только выдохнула беззвучно.

– Хочу поскорее увидеть малышей, – наконец сказала она. – Они, наверное, спят сейчас, но утром…

– Лера, – перебил Аджитт, и что-то в его голосе заставило тревожно сжаться. – С ними всё в порядке, но они сейчас лежат в боксах. За ними наблюдают врачи.

– Что с ними! – Лера дёрнулась, делая попытку встать, но Аджитт мягко надавил на плечи, снова укладывая её на подушки.

– Они недоношенные, к тому же двойняшки. Врачи говорят, что всё будет в порядке, но какое-то время им придётся провести отдельно от нас и от друг друга.

– Ты уже сделал тест? – прошептала она, не в силах сдержать слёзы.

– Нет. – Аджитт посмотрел в её глаза и осторожно убрал прядь волос с лица. – Успеем ещё. Сейчас это совершенно неважно.

– Неважно, – эхом повторила она. Аджитт вдруг скинул обувь и забралась на одеяло, лёг рядом с ней, обнял.

– Ты не против, если я посплю рядом с тобой?

– Конечно нет, – слабо улыбнулась Лера и сама уютно устроилась в кольце его рук. Если Аджитт говорит, что с детьми всё будет в порядке, значит, так и будет. Очередное испытание, которое они переживут вместе и обязательно станут сильнее. А все, кто желал им смерти, сами найдут её, пусть даже и не от её рук.

– Немыслимо!

Лийа рвала и метала, расхаживая по спальне. Остановившись у кресла, она с силой пнула его и поморщилась от острой боли в мизинце – это отрезвило. Всё это время Ландор молча наблюдал за ней, терпеливо ожидая, когда она наконец успокоится и объяснит, что происходит. Час назад Лийа получила какое-то сообщение и после этого как с цепи сорвалась. Но сейчас гнев постепенно пошёл на спад, и Лийа остановилась перед Ландором, тяжело дыша.

– Эту суку ничем не убьёшь!

– Ты о ком? – поинтересовался было Ландор, но тут же выпрямился, упёрся ладонями в колени и требовательно спросил: – Сарасвати?

– Да, это шлюха Аджитта! Ничто её не берёт, ни её, ни её отродья!

– Только не говори, что ты попыталась её убить, – угрожающе тихо произнёс Ландор, поднимаясь.

– Плохая вышла попытка, – скривилась Лера. – Надо было лошадиную дозу колоть, не нежничать.

– Идиотка! – Ландор схватил её за плечи и встряхнул. – Ты вообще думаешь хоть когда-нибудь своей головой?!

Лийа испуганно моргнула – она впервые видела Ландора в такой ярости. На миг внутри даже всё сжалось, словно она впервые разглядела его. Настоящего.

– Я должна убить её, – упрямо произнесла она.

– У нас всё выверено до мелочей, зачем ты полезла к ней раньше срока? – прошипел Ландор, сузив глаза. – Чего ты хочешь? Чтобы Ракеш от нас отказался? А потом что? Как ты собираешься подбираться к Аджитту без его родного брата?

– Ракеш не узнает. Никто не узнает, что это я организовала. Никаких следов не осталось. Водитель, который вёз её через лес, в тот лесу и остался. Я дала ему яд замедленного действия.

– Пора завязывать с ядами, – мрачно сказал Ландор, остывая. Разжал руки, выпуская Лийу, нервно прошёлся по комнате и остановился у столика. Налил вина и залпом осушил бокал.

– Ничего не делай, не посоветовавшись со мной. Мне и так теперь думать, как успокоить Ракеша. Обещаешь?

– Обещаю, – покорно кивнула Лийа и снова посмотрела на него долгим, внимательным взглядом. Ещё недавно она не видела в Ландоре ничего, что могло бы зацепить её сердце – тень будущей Высшей. Умный, расчётливый, но она сильнее. Сейчас Лийа впервые подумала, что Ландор может просто скрывать свою силу, и что перед этой силой она, возможно, с охотой склонилась бы.