Тридцать вторая глава

Ракеш не находил себе места от беспокойства – Лийа и Ландор, словно хищники, затаились, перестали обсуждать с ним свой план и вообще вели себя так, будто ничего не планировали и не собираются убивать Аджитта. Боясь показаться излишне любопытным и вызвать подозрения, Ракеш делал вид, что полностью доверяет им, и не пытался выспрашивать о подробностях плана. Но нервозность нарастала, а вместе с ней пришли бессонница и постоянно напряжение. Что, если он что-то упустит, что, если не сможет помочь? Оставалась возможность рассказать обо всём брату, но её Ракеш постоянно отбрасывал – у него были лишь чужие домыслы и слова, требовалось больше доказательств, а значит всё, что оставалось – ждать.

Накануне Миллард взорвался от очередного выступления Леры, а после – от заявления Старейшин о том, что все законы будут приняты в ближайшее время. Мир стремительно менялся, как бы мужчины ни пытались не обращать на это внимания. Уже с лета женщины получат практически равные права, смогут выбирать не только мужа, но и то, как именно они будут жить в браке. Активисты начали продвигать идею брачных контрактов, в которых должны быть прописаны увлечения мужа, которые могут оскорбить жену. А Игрушки из других миров теперь должны были проходить тщательную проверку не только среди мужчин, но и среди женщин, которые смогут сами выбирать девушек. Всё по взаимному договору среди мужа и жены, естественно. Особенно смелые и вовсе говорили о том, что женщинам тоже можно заводить Игрушек. Но пока эти разговоры оставались разговорами – к подобным радикальным переменам всё же мужчины пока были не готовы.

Ракеш наблюдал за происходящим будто со стороны, не особо вникая в перемены. Возможно, когда-нибудь он полюбит кого-нибудь так же сильно, как любил Леру. А может, это будут совершенно другие чувства. В любом случае, к тому времени, как он решит жениться, перемены станут частью их жизни, поэтому думать о них сейчас просто нет смысла. Особенно, когда есть другие, более важные дела.

– Через три дня.

Ландор как всегда подкрался неслышно, просто возник перед столом в ресторане, за которым сидел Ракеш. Он вздрогнул, поднял на него глаза и прищурился.

– Через три дня что?

– Ты знаешь, что. – Ландор усмехнулся, упал на стул и забросил ногу на ногу. – Ты, наверное, хочешь узнать, почему мы молчали всё это время. Прости, что не посвящали в планы. Во-первых, надо было дать Сарасвати протащить свои глупые законы. Теперь покушение будет выглядеть естественно – мало ли, сколько врагов нажил Высший? Во-вторых, Лийа готовила яд, которым надо будет пропитать стрелу, которая поразит Аджитта.

– Яд? Стрела? Может, сразу копье? – не смог сдержать иронию Ракеш.

– А что ты хотел? Высшего не убить простой пулей. Тебе ли не знать о его неуязвимости. Мы выбрали древнее, но мощное оружие, которое гарантировано поразит с нескольких шагов. Яд должен попасть в сердце, иначе есть вероятность, что он сможет излечиться. Ты подберёшься к Аджитту так близко, как не сможет никто другой. И выстрелишь.

– И где вы собираетесь это сделать? Я должен буду расхаживать с арбалетом по Милларду?

– Нет. – Ландор холодно улыбнулся. – Думаю, вы можете пойти на охоту.

– Мы не выбирались на охоту лет двадцать, не меньше, – с сомнением протянул Ракеш.

– Думаю, ты найдёшь повод. Это уже не наша забота – твоя. Арбалет тебе доставят сегодня вечером, потренируешься. Яд привезут накануне охоты, он должен быть свежим. Когда убьёшь Аджитта, сообщишь нам. А после – позвонишь и расскажешь о несчастном случае. Если сможешь сделать так, чтобы об охоте никто не узнал – полностью отведёшь от себя все подозрения. Тренируйся разыгрывать из себя безутешного брата и готовься утешать его вдову. Думаю, эта часть нашего плана тебе дастся отлично.

Ландор ушёл, а Ракеш ещё долго сидел, размышляя над его словами. Естественно, стрелять в Аджитта он не собирается. Напротив – наличие арбалета с отравленной стрелой станет доказательством виновности Лийи и Ландора. Их казнят на площади, в назидание всем, кто сомневается в силе и власти Высших, а также забыл, что в Абхее все вопросы принято решать, говоря о них. А не строя козни и убивая друг друга.

– Охота? – брови Аджитта поднялись вверх. – Что это на тебя нашло?

– Охота, – кивнул Ракеш. – На птицу. С луком и стрелами.

– Может, и доспехи на себя натянуть? – Аджитт откровенно развеселился.

– На самом деле мы просто давно не выбирались куда-то вдвоём, – серьёзно сказал Ракеш. – У меня есть новости, которые надо сообщить тебе без лишних глаз и ушей. Поэтому лучше не говорить никому, куда мы отправляемся.

– Всё так серьёзно?

– Более чем. Прости, пока больше сказать не могу. Просто доверься мне.

– Я всегда доверял тебе, – тепло улыбнулся Аджитт. – Если хочешь, чтобы мы бродили по лесу, почему нет?

Аджитт думал о предложении Ракеша всю дорогу к Ледяному замку. Несмотря на слова о доверии он не мог избавиться от смутного ощущения опасности, нависшей над ним и Ракешем. «Куда же ты ввязался, брат?» – спрашивал себя Аджитт снова и снова, отгоняя тревогу. Поначалу он и Лере не хотел говорить, но потом всё же решился. Что такого в том, чтобы сходить с братом на охоту? И почему его любимая женщина не должна об этом знать?

Любимая женщина. Аджитт только начал привыкать к этим мыслям, но уже сейчас они наполняли его таким теплом, что хотелось непрерывно улыбаться. Пока он не говорил Лере о своих чувствах, не потому, что боялся. Просто тихо наслаждался ими, привыкал к ним и позволял любви пустить корни как можно глубже. Когда придёт время, он скажет, что полюбил её всем сердцем, что даже не думал, что способен на подобные чувства. Что только она делает его по-настоящему живым. Она и дети. Вчера врачи впервые позволили взять их на руки, и это непередаваемое чувство, что ты держишь в руках частичку себя, выбило дух и лишило всех сил разом. Аджитт никогда ещё не ощущал себя настолько беспомощным и всемогущим одновременно. Жизнь сделала такой виток, перевернулась с ног на голову, что теперь он просто не мог представить, как жил раньше. Один. Холодный и расчётливый. Думающий только о Милларде и никогда – о себе.

День свадьбы приближался, и это тоже наполняло трепетом – ведь совсем скоро он сможет подняться в небо, наконец разделить его вместе с Лерой. Сколько раз он смотрел, как она парит высоко-высоко, сколько раз представлял, что летает рядом. Он не чувствовал зависти к её способности оборачиваться. Только глухую тоску. Ведь у него этот дар задержится ненадолго. И когда у него отберут крылья, будет тяжело. И больно. Но рядом с Лерой он справится. Остальные ведь как-то справляются, значит, сможет и он. Однако не думать об этом Аджитт не мог. Часто просыпался и подолгу смотрел на неё, спящую, представляя, как много на самом деле их разделяет. И насколько же на самом деле они равны. Почему раньше он не придавал значения её силе, могуществу? Почему так легко списывал со счетов тот факт, что она не просто глава утерянного клана – она Высшая. Могла бы с лёгкостью ей стать, если бы захотела. А предпочла стать его женой, женой Высшего. Его умная, прекрасная девочка, будущая жена, подарившая детей. Любимая. Единственная.

Лес пах влажной землёй, яркой зеленью первых листьев и ароматом первоцветов, которые ветер доносил с гор. Аджитт приехал на поляну, выбранную местом встречи, первым, и теперь неспешно прогуливался по ней, набирая полные лёгкие запахами весны. Сегодня всё казалось светлее, насыщенней, словно кто-то подкрутил краски на максимум, добавил резкости. Как давно он не позволял себе такого вот, простого и понятного счастья? Когда в последний раз позволял просто быть самим собой, отбросив официоз и вечную строгость? Здесь не было необходимости держать лицо, не было необходимости ежесекундно помнить, что за ним могут следить тысячи лиц.

Распахнув светло-зелёную охотничью куртку, он подставлял лицо и шею тёплым солнечным лучам, щурясь, когда они били прямо в глаза. Ветер шевелил густые чёрные волосы, ноги в высоких армейских ботинках по щиколотку утопали в рыхлой земле, из-за плеча выглядывал лук и колчан со стрелами. Выбор Ракеша поначалу заставил посмеяться, а сейчас казался единственно верным – сейчас, в этой дикой, первозданной природе хотелось не просто слиться с ней – причинить как можно меньше вреда. А ещё испытать азарт и предвкушение, выслеживая дичь. Когда-то в детстве они с Ракешем часто соревновались, кто лучший охотник. Наверное, в следующий раз надо будет предложить ему сходить вместе на рыбалку с треногой. Половить яркую форель в прозрачной воде Ледяного озера.

Где-то в глубине леса треснула ветка, Аджитт резко обернулся, но ничего не увидел. Какой-то зверь осторожно пробирался сквозь бурелом. Ракеш немного задерживался, но набрать его и узнать причину Аджитт не мог – связь здесь попросту не ловила. Оставалось запастись терпением и ждать, когда появится брат.

Лийа и Ландор появились в лесу на полчаса раньше Аджитта. Место было выбрано идеально – сплетение ветвей огромного кедра надёжно скрывало от чужих глаз, зато поляна, по которой сейчас расхаживал высший, была как на ладони. Всё обговорено сотню раз, учтены малейшие погрешности в плане, и никакой осечки быть не может. Арбалет с ядовитой стрелой привезли Ракешу накануне, а в руках Лийи сейчас уютно лежала оптическая винтовка с пулей-ампулой. Очередной яд, сначала парализующий, чтобы жертва могла понять, кто виноват в смерти. Паралич разовьётся моментально, но до того, как остановится сердце, пройдёт четверть часа, не меньше. Лийа хотела, чтобы Ракеш прочувствовал и понял, что он натворил по её велению. Чтобы она успела ему сказать – его прекрасную и любимую Леру ждёт такая же смерть. Яд растворится в крови, не оставив никаких следов. Идеальное убийство, для которого уже составлена целая история: младший брат возжелал власти, убил старшего, а когда понял, что натворил, от потрясения остановилось сердце.

Клан Чёрных будет дискредитирован и повержен. Мало кто посмеет заикнуться о том, чтобы передать власть кому-то из их клана. Такой скандал в семье Высшего, кто бы мог подумать! Лийа холодно улыбалась, ловя Аджитта на прицел и снова отпуская. Совсем скоро все её мечты станут явью! А присутствие за спиной Ландора придавало сил и уверенности. Ни одного следа магии быть не должно, здесь наверняка будут работать лучшие криминалисты и маги Абхеи. А значит – обойтись своими силами. Оставить обоих братьев на поляне, вернуться к себе и ждать, когда кто-то хватится. К тому времени даже след от укола на коже Ракеша сотрётся, а вот Аджитт наоборот почернеет и будет выглядеть просто ужасно. Наверное, его сожгут, обернув в саван, чтобы не пугать подданных.

Несколько интервью, открывающих глаза на подлинную причину конфликта – Сарасвати. И та с позором будет изгнана из Милларда. Разве кто-то осудит её, когда она наложит на себя руки? На себя и своих детей, ведь малюткам просто не будет жизни без родителей.

– Твоё сердце бьётся слишком громко, – еле слышно прошептал Ландор на ухо. – Успокойся. Всё получится.

В этом Лийа не сомневалась. Она слишком долго шла к этому, пройдя путь от невесты Высшего, потом – почти опустившись на уровень его Игрушки, а теперь став уважаемой главой одного из самых многочисленных Кланов. Она заслужила всё это.

Ракеш почти не спал ночью, но утром проснулся с на удивление ясной головой. Рассказать обо всём Аджитту, а потом – созвать совет Старейшин, где можно будет обвинить Лийу и Ландора в покушении на убийство. Последний разговор с Ландором Ракеш предусмотрительно записал, и запись лежала в сейфе, ожидая своего часа. Ракеш уже собирался выйти из дома, когда телефон взорвался требовательной трелью – звонила Лера. Сердце тут же подпрыгнуло вверх, стремительно забилось, заставив подавиться воздухом. Она впервые звонила сама, и Ракеш без раздумий схватил телефон и ответил.

– Ты уже выехал? – Голос Леры звучал встревоженно.

– Нет, а что? – настороженно спросил Ракеш.

– Не знаю. – Лера помолчала. – На душе как-то неприятно, словно кто-то камнем придавил. С утра не могу избавиться от этого чувства.

– Не волнуйся, это просто охота. – Ракеш невольно улыбнулся. – Самое страшное, что там может произойти – мы никого не найдём и вернёмся с пустыми руками.

– Ты прав, – послышался шумный вздох. – Но я всё равно переживаю. Не знаю, от чего. Может, ты скажешь, куда вы направляетесь?

– Будешь следить?

– Нет, – немного нервно рассмеялась Лера. – Не буду. Просто мне будет спокойней, если буду знать, где вы находитесь.

Ракеш пожал плечами – делать тайну из места встречи не было смысла. Поэтому он быстро скинул координаты, заверил Леру, что будет следить за Аджиттом и с сожалением попрощался. Нет, ему явно не было больше места рядом с ней. Но и злости тоже больше не было, только тоска, светлая и чистая. Подхватив арбалет, он вышел из дома и уже сел за руль, когда в стекло постучали – посыльный от одного из акционеров передал срочный пакет и сказал, что ответ нужен незамедлительно. Прошло ещё полчаса, прежде чем Ракеш ознакомился с документами, написал несколько строчек и только тогда тронулся с места.

Вскоре Миллард остался позади, впереди вставал лес, окружая со всех сторон. Ещё час, и Ракеш увидел машину Аджитта, которую тот оставил в нескольких сотнях метров от поляны. Оставшийся путь предстояло проделать пешком, и Ракеш, поправив лук за спиной и удобнее перехватив арбалет, который собирался показать брату, нырнул под сплетение ветвей.

– Это просто охота, – снова и снова повторяла себе Лера, расхаживая по террасе. Но с каждым шагом на сердце становилось всё тяжелее, а внутри всё скручивалось, щекотало беспокойством. Отчётливым и пугающим ещё больше от того, что причин для него не было.

– Раньше ты не волновалась, когда Аджитт куда-то отлучался, – заметила Ада, всё это время следившая за подругой.

– Знаю, – резко откликнулась Лера, остановилась и глубоко вздохнула. – Прости, сама не понимаю, что на меня нашло. Может, это от того, что они впервые за долгое время будут где-то только вдвоём? Но это же бред – Ракеш никогда не причинит Аджитту вред. Хотя ещё недавно я бы засомневалась в этом…

Прикусив губу, Лера повернулась к озеру, по ровной глади которого пробегала лёгкая рябь. Там, у самой кромки воды звонко смеялись девушки, разворачивающие цветастые ковры, которые прибыли из Милларда накануне. Они собирались проветрить их, прежде чем разложить в покоях на первом этаже. Всё дышало таким миром и покоем, что места для страха просто не оставалось, и тем не менее он был. И пугал с каждой секундой всё сильнее. Глубоко вздохнув, Лера приняла решение. Встретилась глазами с Адой, безмолвно понявшей её, и скинула платье. Вскоре белоснежный дракон, распахнув крылья и ловя ветер, полетел в сторону северного леса.