Глава 19 · Первый учебный день

Последние три дня перед началом учёбы, пролетели очень быстро. Большую часть времени я копалась в своей новой теплице. Перекапывала землю, рыхлила, поливала, полола, снова копала. От предыдущей владелицы мне досталось весьма скудное наследство. Растения в теплице находились в ужасном состоянии, так как моя предшественница за три месяца до окончания Академии, неожиданно вышла замуж и окончательно забросила теплицу.

Растения, виде засохших мяты, мать-и-мачехи, чабреца, зверобоя, базилика, дикого укропа находились в плачевном высохшем и увядшем состоянии.

Я было, совсем уже расстроилась, но вездесущий Раймонд Нейт не мог спокойно пройти мимо моей беды. Помощь мага воды оказалось бесценной. За сутки моя теплица преобразилась. Растения вновь ожили и зацвели. Вот она сила магии!

Верона поделилась со мной своими запасами. Теперь в моей теплице были высажены кабачки, лук, морковь, зелёный салат, петрушка, перец, свекла.

В прошлой жизни я задала бы себе вопрос, как овощи будут созревать, и расти осенью? Ведь в обычных условиях осенью собирают урожай, но никак не высаживают его.

Верона поведала мне, что помощь в созревании трав и растений почти круглый год оказывают магические светильники. Именно они выполняют роль искусственного солнечного света и фотосинтеза. Зимой правда эффект от них слабее, но если бытовые маги заряжают их вовремя, то и зимой растения могут созревать и давать урожай. К счастью у нас с Вероной был Раймонд, который был не только магом воды, но и сильным бытовиком.

Повезло Вероне с мужем. Их сильные чувства и крепкую связь видел любой, стоило лишь получше приглядеться.

Помимо этого госпожа Талбот разрешила мне выкопать несколько растений в саду, чтобы иметь возможность пересадить их в свою теплицу.

На следующий день мы с Вероной отправились в ближайший лес, где я нашла немало необходимых мне растений. Таким образом, мне удалось посадить лихнис, ромашку, аир, календулу, очанку, белую лапчатку, ятрышник, синий василёк, молочай.

Моя несчастная спина и поясница болели от количества проделанной работы, но я была жутко довольна.

Вчера я получила в прачечной Академии учебную форму, которая мягко говоря, меня разочаровала.

Я прекрасно понимала, что учебная форма не будет являться шедевром высокой моды. По крайней мере, рассчитывала, что платья будут новыми и удобными. Каково же было мои разочарование когда, я получила на руки два расклешённых поношенных, хотя и чистых тёмно-синих платья. Оба платья были явно с чужого плеча. Девушка, которая носила их до меня, была шире в талии и выше ростом. Первое платье сшито из сукна с рукавами до локтя, оторочено чёрной атласной лентой. Предполагалась, что рукава нижнего платья будут белого цвета, либо синего. К нему прилагался серый повседневный передник. Второе платье было с длинным рукавом, из шерсти, и выглядело более изношенным. В дополнение ко всему мне выдали белый парадный передник, отороченный белоснежной атласной лентой. Очевидно, он полагался для парадной формы.

Оба платья нуждались в переделке, на которую оставался всего один день. Разумеется, у меня было слишком мало времени, чтобы привезти хотя бы одно платье в порядок и как-то обновить его.

Вечером мы с Вероной в две пары рук ушивали форменное суконное платье.

Пожалуй, впервые в жизни я пожалела о том, что не научилась плести кружева крючком. Кружевной белый воротник очень бы оживил это платье. Однако Верона напомнила, что форму адепток нельзя переделывать. Обидно конечно, в 20 лет не хочется выглядеть огородным пугалом. С другой стороны мне же не на бал идти в этом платье, чтобы жениха искать.

Прокопавшись, целый день в теплице, а затем занятая переделкой платья, я совсем забыла, что не зашла в библиотеку и не получила учебники.

Раймонд Нейт напомнил мне, что я как любая адептка могу получить учебники в любой день. Можно спокойно сделать это завтра.

Я немного нервничала перед предстоящим первым учебным днём.

А ночью мне снова приснился мой белый дракон с бирюзовым взглядом… Я была на зелёном утёсе, сидела на огромном камне, и любовалась бушующим морем. Рядом со мной, низко опустив голову, утробно урчал мой дракон. Урчал, как мой любимый сибирский котик Персик, который жил у меня в прошлой жизни…

Утром я проснулась раньше всех. Заправила кровать, предварительно сняв постельное бельё. Сегодня я буду ночевать уже в стенах Академии. Мне предоставят койку в кампусе. Конечно, я могла переехать туда ещё раньше, но Верона предложила мне остаться у них на весь год. Я ответила, что перееду в первый учебный день, так как понимала, что нельзя злоупотреблять их с Раймондом гостеприимством. Всё же они были молодожёнами, и им требовалось личное пространство. И хотя мы очень подружились за последние дни, Верона в первую очередь должна уделять внимание мужу. Я прекрасно это понимала, как и то, что могу рассчитывать на их поддержку. Это было очень важно для меня, так как я знала, что супруги Нейт мои единственные близкие друзья.

Чемоданом или приличным саквояжем я так и не разжилась, поэтому мне пришлось сложить все свои вещи в старую котомку и корзинку. Все учебные принадлежности поместились старую кожаную сумку Вероны.

За завтраком профессор Нейт поздравил меня с первым учебным днём и преподнёс подарок. Красивую деревянную украшенную резьбой и морскими кораллами шкатулку. Верона улыбнулась и сказала, что любая девушка должна иметь красивую шкатулку, чтобы хранить любимые мелочи. Я была очень растрогана таким милым подарком. Поблагодарив супругов Нейт, обняв Верону, я пошла, переодеваться в учебную форму.

Да, платье сидело не очень хорошо. Надев сверху белый передник, я поняла, что выгляжу как квакерша. Но ничего другого всё равно уже не придумать. Собрала волосы в пышную косу и украсила белой атласной лентой. Подхватив сумку, спустилась вниз и направилась в главное здание Академии.

Сегодня была торжественная часть, знакомство с преподавателями, учебным советом Академии, затем секретарь объявит расписание занятий. После состоится знакомство с учебным планом и первые вводные лекции. Затем праздничный обед, расселение адептов первого курса.

Адептов первокурсников собрали в большом зале, представили преподавателей, кураторов группы, зачитали основные правила Устава учреждения. После секретарь Академии сообщила расписание лекций на сегодня, напомнив о необходимости адепткам заселиться на третьем этаже кампуса.

Через четверть часа адепты первокурсники прочитали общую молитву Богине матери и разошлись по классам. Я обратила внимание, что адепты вторых и старших курсов собирались во дворе, в более парадной обстановке.

Здесь же я встретила свою старую знакомую Николь Дайн, которая теперь моя однокурсница. Она же познакомила меня с другой приятельницей, которая являлась лисой перевёртышем. Девушку звали Амалия Картье, и она приходилась младшей сестрой нашего библиотекаря, госпожи Лисаны Картье. Мы втроём будем учиться в одной группе и через четыре года станем дипломированными лекарями. Николь предложила дружбу нам обеим, заявив, что простые девочки должны держаться вместе… Я с радостью согласилась. В конце концов, здесь мне учиться четыре года. И, конечно же, я планирую завести друзей. И начало, похоже, уже положено….

Узнав о том, то я ещё не заселилась в кампус, девушки сообщили мне, что в их спальне есть две свободных койки. Амалия сказала, будет лучше, если я поспешу занять место, так как адептки первокурсницы живут не в двухместных комнатах, а в общих спальнях на третьем этаже.

Через несколько минут нас пригласили в учебную аудиторию.

Наш учебный класс располагался на четвёртом, самом последнем этаже. Помещение было хоть и большим, но едва ли его можно было назвать уютным. Стрельчатые окна выходили в сад, благодаря этому в кабинете было достаточно светло. Штукатурка под камень была унылого серого цвета. На полу простой деревянный паркет.

Под сводчатым потолком, поддерживаемым широкими деревянными балками висели медные люстры с несколькими рожками. В аудитории стояла небольшая кафедра, где находился стол и стул преподавателя, учебная доска, а также три ряда столов со скамейками для учащихся. Сидеть было ужасно неудобно, так как у скамеек не было спинки. Позади учебных столов у стены стояли стеллажи с книгами, учебниками, таблицами, справочниками по травоведению. На противоположной стене над кафедрой висели старинные часы, которые громко отбивали каждый час.

Следующие четыре года мне предстоит провести здесь половину учебного времени. Главным преподавателем нашей группы будет доктор Одетта Тремашко. Это была отличная новость, так как я помнила, что эта женщина тепло отнеслась ко мне при поступлении в Академию. А непосредственно руководителем первого курса стал доктор Ральф Гилмор.

Сегодня у нас были вступительные лекции по травоведению, биологии, анатомии. Между лекциями были небольшие перерывы, всего по 10 минут. Во время одного из них, нас проводили в лечебный класс, на втором этаже, который нам предстояло делить со вторым курсом адепток по лекарскому делу и повитухами.

Лечебный класс представлял собой скорее большую зелёную аптеку, нежели учебное помещение. Витражные окна пропускали очень много воздуха и света. Пол был выложен каменной плиткой. С потолка свисали огромные фонари, позже я узнаю, что это магические светильники. Вдоль стен и посередине стояло несколько больших широких деревянных столов. К каждому из них примыкал высокий стеллаж полками. Стеллаж имел несколько полок, как открытых, так и закрытых. Каждая полка имела своё назначение.

На самой верхней открытой полке стояли ящики, в которых росли лекарственные травы и растения. На средних полках стояли многочисленные бутылочки и флаконы с лекарственными препаратами. Внутри закрытых полок находились медицинские инструменты, а также принадлежности и специальная тара для приготовления лекарств. Вокруг каждого стола стояло по три табурета для адептов. На подоконниках и полках вдоль стен также стояли горшки с лечебными растениями.

В два часа, когда мы уже изрядно проголодались, наконец-то пригласили на праздничный обед.

Спустившись на первый этаж, повернув налево, из реакции попадаешь в огромную столовую….

Столовая гудела как улей, слишком много народа она вмещала. Помещение было очень большим, с высоким потолком и большими витражными окнами. Большинство арочных проёмов занимали высокие дубовые буфеты. Вероятнее всего в них хранили посуду и столовые приборы.

В некоторых арочных проёмах стояли столы и стулья. Ошибочно, я решила, что это места для преподавателей…. Три длинных ряда столов, плотно сдвинутых между собой, табуреты и скамейки должны вмещать всех адептов, желающих принимать пищу.

Под сводчатым потолком, вдоль стен висели белые гобелены, на которых были вышиты чёрные птицы и драконы в натуральную величину. Николь шепнёт мне на ухо, что это символы рода Лотарь, которые были основателями Академии. Сейчас одним из покровителей Академии в Корсуни является Дариус Лотарь, чёрный дракон.

Праздничный обед? Пожалуй, это слишком громко сказано… На столах были постелены обыкновенные льняные скатерти с вышивкой. Посуда была простой, глиняной с росписью, по крайней мере, для адептов. Преподаватели кушали из светлой фаянсовой посуды.

На праздничном обеде подавали куриный суп с крупой, на второе — отварной рис с овощами и тремя маленькими куриными фрикадельками. Также на столах стояли миски с овощной нарезкой, выполняющие роль салатников. Дополняли это пиршество тарелки с белым пшеничным хлебом, стаканы с ягодным морсом для каждого адепта. Ни десертов, ни фруктов не было.

Николь заметила, что обед действительно праздничный, по словам её старшей сестры за последний год питание в стенах Академии было не очень разнообразным и вкусным. Амалия лишь хмыкнула, ответив, что у неё другие представления о праздничном обеде. Я тактично промолчала, про себя решив, что лисица права. Однако мы съели весь обед до крошки, так как были очень голодны. Я сделала вывод, что и завтрак у девушек был не очень сытным.

После обеда многие девушки вышли сад. Мы же с новыми подругами отправились осматривать общую спальню.

Спальня первокурсниц располагалась на самом верхнем третьем этаже. Само помещение было явно не приспособлено под общую спальню. Слишком неуютно и помпезно оно выглядело. Арочные проходы, стрельчатые окна, стены серого цвета. По обе стороны находились окна.

Стёкла в окнах в виде мозаики, хотя и давали много света, но отчего — то суживали пространство. Вдоль окон стояли восемь кроватей для адепток. Над каждой кроватью висела книжная полка. Кровати были разделены тумбочками. У противоположной стены расположился камин, а по бокам от него два высоких шифоньера. Очевидно для хранения вещей. Для каждой адептки была выделена полка в шкафу и несколько вешалок для верхней одежды. У входа стояла вешалка, а в углу два небольших письменных стола и два стула. Обстановка была достаточно спартанской. Ни ковра, ни гобеленов, ни ярких люстр или подсвечников, не мягкого удобного кресла. В комнате не было никаких милых девчачьих вещей, таких как яркие подушки или плетёные коврики.

Неудобство комнаты было связано ещё и с тем, что она выходила прямо в коридор, переходя плавно в другую такую же длинную и неуютную спальню. Мне как медику, становилось понятно, что зимой здесь будет очень холодно. Большое количество мозаичных окон и всего один камин, который не сможет отапливать такое большое помещение. Широкие арочные пролеты, выходящие в коридор, будут пропускать все сквозняки. Это означало, что мне придётся подумать о тёплых вещах для сна и как минимум о дополнительном одеяле. А ещё нужно будет связать тёплые шерстяные носки.

Мне досталась самая крайняя кровать у окна. Я поставила справочник по травоведению на полку, решив, что все остальные адептки поймут, что место занято.

После часового перерыва нам следовало вернуться к лекциям. Нас ждали теология, лекарский уход, повивальное дело.

После лекций я отправилась в библиотеку. Мне было необходимо получить учебники и взять пару книг по истории и литературе. Для меня было очень важно восполнить пробелы в образовании.

Лисана Картье быстро подобрала для меня все необходимые книги и, заполнив формуляр, выдала мне. Получилась очень приличная стопка. Я решила отнести все книги разом. Это была стратегическая ошибка, так как библиотека находилась на четвёртом этаже, и мне предстояло спуститься вниз и пройти через весь этаж и две рекреации.

Взяв высокую и весьма нелёгкую стопку книг в руки, я вышла из библиотеки.

Но едва спустившись на несколько ступенек, натолкнулась на девушку. Две книги, лежащие сверху, упали, а сама я едва не растянулась на лестнице. Едва успев пробормотать пару слов извинений, как услышала в ответ:

— Нужно смотреть по сторонам, когда идёшь, — громко, с высокомерной интонацией проговорила она, — Хотя, что взять с простой крестьянки? Абсолютно никаких знаний о приличиях и хороших манерах.

Оторвав глаза от пола, я поняла, что столкнулась с драконессами, которых встретила несколько дней назад. Девицы были сёстрами генералов армии драконов. И, конечно же, обе были невероятно высокомерными задаваками, которые считали себя королевами Академии. Одна из них была сестрой генерала Эдварда Райтона.

— Прошу прощения ещё раз, я действительно вас не заметила, — я решила немного повысить голос, привлекая к себе внимание, — А вы прекрасно видели, что я несу книги, и вполне могли бы уступить дорогу.

Девицы, как по команде удивлённо подняли брови, поражённые моей наглостью. Та, что ниже ростом, вообще была похожа на рыбу, выкинутую на берег, открывала и закрывала рот, силясь подобрать слова. Высокая барышня не стала стесняться в выражениях и буквально накинулась на меня:

— Неслыханная наглость, ты слышала это Рихеза? — нарочно громко голосила она, стараясь привлечь внимание подруги, — Ты убогая, знаешь кто мы? С каких пор драконессы уступают дорогу крестьянкам? Ты в своём уме деревенщина?

Вторая девица казалось, проснулась, и решила тоже вставить своё слово.

— А с каких пор служанки стали адептками Академии? — голос хрипотцой, чётко проговаривал каждый звук, — Или ты так хорошо служила в доме профессора Нейта, что он определил тебя в Академию? Интересно, а его жена знает?

Вторая девица противно рассмеялась и прошипела:

— А прикидывался таким святошей. Старый развратник. А ещё говорили, что они с супругой Истинные…

— Он же маг. У них целые гаремы таких вот девиц, непонятного происхождения, — эта драконья красотка не собиралась сдаваться, сознательно унижая меня и получая от этого удовольствие.

Возможно, я бы промолчала, если бы это касалось только меня. Но эти мерзавки обсуждали брак моих друзей, унижая самых близких мне на сегодняшний день людей. Они порочили имя профессора Нейта, мужчины которого я безумно уважала. Опускали мерзкие сальные шуточки по поводу его морального облика в стенах Академии, где он преподавал. Этого я стерпеть не могла.

Ну, подождите у меня драконьи королевы, я вам устрою…

— Адепткой я стала на общих основаниях! Как и все остальные сдала экзамены, — также громко отчеканила я, — И жена профессора Нейта прекрасно со мной знакома, я её двоюродная сестра. А вот как вы сюда попали это ещё вопрос? Скорее всего, по протекции своих высокопоставленных родственников. Так, что нужно выяснить, кто кому должен уступать дорогу?

Девицы покраснели. А сестра генерала Райтона, я забыла её имя, готова была растерзать меня на месте:

— Ты неотёсанная деревенщина, как ты смеешь так разговаривать с нами? — шипела она, — Да одно наше слово и ты вылетишь отсюда. Я сестра генерала Райтона, и моё мнение будет учитывать любой профессор в этой Академии!

Вторая барышня тоже, похоже, не собиралась сдаваться так просто…

— Вернёшься в свою жалкую деревню, и профессор Нейт тебя не спасёт.

Я ухмыльнулась, понимая, что нажила себе двух врагов в первый же день учёбы. Да, девица Элен, только ты могла так вляпаться! Однако, виноватой я себя не считала.

— А без брата генерала, ты, что из себя представляешь? — нахально спрашиваю я, — Если убрать антураж аксельбанта твоего брата генерала и шёлковое платье, что от тебя останется?

Девица оторопели, очевидно, не ожидая такого напора от простой крестьянки.

— Ваше происхождение барышни явно не тянет на аристократок. Да и порода не та… А воспитание и вовсе подкачало, как и отсутствие хороших манер, — также бесцеремонно говорю я — Если убрать шёлковое платье и золотые серьги, останется глупая, необразованная облезлая ящерица. Разве что большого размера.

Ещё в столовой Николь обратила внимание, что драконессы носят шёлковые синие платья, а не суконные, как остальные адептки. Да и отделка у этих платьев выглядела несказанно богаче. Эти барышни точно не будут носить платья из чужого плеча. Однако это не делает меня хуже их. К тому же им разрешали носить золотые серьги, тогда как остальным девушкам только серебряные украшения. Да и то только кулоны и серьги. А вот сестрица генерала Райтона была обвешена золотыми побрякушками. Серьги, кулон на шее, два золотых кольца с драгоценными камнями, браслет на правом запястье.

Услышав мои последние слова, драконессы отчего-то замолчали, и не могли ответить. Возможно, удивились моей наглости и напору? Но подозреваю, что они были просто поражены, что нашёлся человек, поставивший их на место. И это простая крестьянка, адептка первокурсница.

Мне показалось, что с них обеих частично слетели маски. А главное им явно не понравилось то, что они увидели. Та, что пониже ростом дёрнула свою подругу за руку и сказала:

— Идём Клер. Эта крестьянка всё равно ничего не поймёт.

И обе девицы поднялись в библиотеку.

Через полчаса к нам в спальню спустилась Лисана Картье, сестра Амалии. Она сообщила, что драконессы были в бешенстве и похоже задумали что — то недоброе… Мне стоит остерегаться их, и не искать приключения на свою голову.

Николь казалась напуганной и сообщила, что Учебный совет всегда примет сторону драконесс, в любом споре. Потому как эти дамочки приехали в Академию два с половиной года назад по личному распоряжению Дариуса Лотаря. И обе были незамедлительно приняты в Академию, без экзаменов.

Через полчаса позвонил колокол, и нас позвали на ужин.

В огромной столовой мы нашли свой стол и сели ужинать. На ужин подавали отварной рис с овощами, который, очевидно остался с обеда, и кусочек отварной белой рыбы. Скромный ужин дополнялся хлебом и парой ложек овощного салата с маслом. В качестве напитка предложили травяной чай.

После ужина я отправилась в дом супругов Нейт. Мне было необходимо забрать свои вещи.

Верона была несказанно мне рада. Она расспрашивала, о том, как прошёл мой первый учебный день? Я не решилась ей рассказать о том, что столкнулась с драконессами, а те в свою очередь полоскали честное имя её мужа. Есть вещи, о которых лучше не знать.

Через пару минут Раймонд Нейт вышел из своего кабинета и позвал нас обеих в маленькую столовую, пить нис с тортом. Оказалось, что сегодня он зашёл в булочную и заказал небольшой медовый торт. Верона заявила, что мы должны непременно отметить мой первый учебный день в Академии.

Следующие полтора часа мы пили нис с медовиком, обсуждали новости, учебный план и лекции в Академии…

После я отправилась переодеваться. Затем мы с Вероной отправились в свои теплицы. Нашим растениям требовалась поливка.

Ещё через час я забрала свои вещи, вернулась в кампус и улеглась спать. Девушки ещё недолго шушукались, а потом мы все мирно погрузились в сон…

Так прошёл мой первый день в Академии…