Глава 22 · Зима

г. Корсунь.

Медленно опускаются пушистые отдельные пятна-снежинки: невесомое белое тихо проходит передо мной. Нет четких очертаний деревьев, кампуса Академии, есть угадываемое окружение…

Чуть холодеют щеки; снежинки, касаясь моего лица, будят от мыслей.

Падающий летящий снег — то мелодия невесомых снежинок — видимая тишина, то колючая ласка невидимого прикосновения, то серая толща движения, которая показывает нам огромный объем воздуха, но каждый раз снег нов, каждый раз удивителен.

Я направляюсь в свою теплицу, нужно проверить смог ли профессор Нейт отрегулировать свет магического светильника, работающего с перебоями с правой стороны теплицы. Несколько дней назад я заметила, что мои растения плохо набирают рост и бледнеют. А ещё сегодня у меня два заказа из города на свежую зелень и пряные травы.

К счастью, сразу же после Сочельника — Учебный совет Академии разрешил адептам выходить в город ежедневно с четырех часов пополудни. Связано это было ещё и с тем, что в жизни Академии произошли большие перемены.

За неделю до Сочельника всех адептов собрали в большом зале и объявили, что в связи с подорожанием цен на продукты и уменьшением финансирования Академии, будет уволена большая часть прислуги и обслуживающего персонала. Таким образом, были уволены все прачки и горничные, мажордом и плотник. На кухне оставались лишь повариха с помощником и две поденщицы. Также из обслуживающего персонала остался один истопник, птичница, сторож, и один садовник, чтобы ухаживать за парком. Отныне все дежурства в зданиях и кампусе Академии лежат на адептах. Теперь в обязанности адепток входило уборка спален, аудиторий, специальных залов, рекреаций, лечебных кабинетов, лазарета, столовой и библиотеки. Это не считая коридоров, лестниц, уборных, чердака, бани. Каждая адептка обязана была не только стирать свои личные вещи самостоятельно, но и стирать постельное бельё и полотенца. А ещё еженедельно принимать участие в уборке территории и зданиях Академии, дежурствах в столовой, влажной уборки классов. Все попытки возмутиться пресекались на корню Учебным Советом. Также адептов предупредили, что в следующем учебном году не будет выдаваться новая учебная форма.

Ещё через неделю Магистр Оккуль зачитал приказ, о том, что адептов лекарей и бытовых магов третьего и четвёртого курса обязали дважды в неделю помимо основной практики помогать в приютах и городской больнице.

Всем собравшимся зачитали письмо, где сообщалось, что Городской совет Корсуни надеется, что адепты низкого сословия ценят ту возможность, которую им предоставляет Академия и город Корсунь в получении бесплатного образования, а также их обязывают отработать в качестве добровольных помощников следующим летом в приютах, больницах, лагерях беженцев, и монастыре заблудших душ. Адепты Академии обязаны осуществлять помощь в развитии сельского хозяйства города, то есть отработать на полях и сельхозугодиях Корсуни будущим летом.

Таким образом, вместо летних каникул, адепты будут бесплатно батрачить во благо города и его жителей. Конечно же, мы все были возмущены таким решением хозяйственных вопросов. Но все прекрасно понимали, что большинству из нас просто некуда податься.

Наступившая зима принесла новые трудности. Учебный совет Академии экономил буквально на всём. Именно поэтому печи и камины топились один раз в день, утром. К вечеру в помещениях и классах было очень холодно. Вода в уборных была еле тёплой. Зачастую девушкам приходилось стирать бельё холодной водой. Свечи тоже необходимо было экономить. Магические светильники работали только в классах и аудиториях. Поэтому спать ложились уже в девять часов вечера.

Питание и до этого было не очень сытным, стало ещё более экономичным. Из рациона полностью исчезли фрукты, пироги, сыр, мясо, сливочное масло.

Теперь каждой адептке приходилось раз в неделю дежурить в столовой, дважды мыть полы в классах и спальне, участвовать в уборке помещений общего пользования.

Разумеется, драконессы аристократки и дочери богатых магов в общих работах не участвовали. За них отрабатывали девушки из бедных семей, которым они приплачивали. Бельё для них стирала специально нанятая прачка. На такое распределение обязанностей Учебный Совет и преподаватели закрывали глаза, стараясь делать вид, что ничего особенного не происходит. Тем самым эти леди и джентльмены только разжигали ещё большую неприязнь между адептами разных социальных слоёв.

Мне тоже не нравились все перемены, которые происходили в стенах Академии. Но возражать было бесполезно, и иного выхода, как принять все новшества у меня не было. Идти мне было всё равно некуда. Не возвращаться же мне обратно к Агате в деревню? Мне нужен был диплом и патент на работу лекаря. Без них мои знания ничего не стоили. А ещё в Академии жили мои близкие друзья, супруги Нейт.

Несмотря на то что все адепты возмущённо роптали, но выказывать неповиновение никто не спешил. Адепты из богатых семей себя работой не утруждали. За них отрабатывали девушки крестьянки, соглашающиеся выполнять самую грязную работу за несколько медяков.

Молодые парни адепты каждое утро участвовали в расчистке снега и уборке территории. Конюшню закрыли, конюхов уволили. У госпожи Саломеи Талбот также добавилось работы. Этой немолодой женщине приходилось успевать буквально везде. Нужно было следить за работой в прачечной, чистотой в кабинетах и классах, за порядком на всей территории Академии.

Мне жилось немного легче, чем остальным адепткам, так как у меня была своя теплица, и я постепенно налаживала изготовление лекарств и косметических средств, а также их сбыт на рынке. А ещё у меня были друзья….

После памятного званого ужина у профессора Оккуля, Верона вернулась домой очень расстроенной. Она долгое время не хотела говорить мужу о том, что же произошло на том вечере. Но Раймонд Нейт и сам догадался, что его супругу оскорбили высокопоставленные господа и уважаемые маги Корсуни. Больше супруги не посещали никакие увеселительные мероприятия….

В Сочельник, мы с Вероной украсили дом, приготовили угощение благодаря моим новым рецептам, накрыли стол и позвали гостей.

Также Верона сообщила мужу и мне, о том, что она ждёт ребёнка и надеется в июне стать матерью. Новость и впрямь была прекрасная, и её супруг был несказанно рад. Я настояла на том, чтобы Верона написала Агате письмо и сообщила радостную новость своей матери.

В Сочельник мы пригласили в гости госпожу Салли, доктора Одетту Тремашко, и даже вредного мейстера Умлиса. К счастью, тетка профессора Нейта, госпожа Бьяка Мортон с детьми решили отпраздновать Сочельник у более обеспеченных родственников магов. Пожалуй, их отсутствию и я, и Верона радовались больше, чем самому празднику.

Накануне Сочельника, рано утром мы с Вероной отправились в лес. Я настояла на том, чтобы срубить небольшую ёлочку, а также нарвать крупных веток окролиста. Днём мы украшали дом. Разумеется, ёлочных игрушек ни у кого не было. Нам с Вероной пришлось импровизировать, завернув в яркие серебристые бумажки скорлупу от грецких орехов, и перевязав их ниточками повесить на ёлку. А ещё Раймонд нашел на чердаке старые стеклянные бусы, ими также украсили ёлку.

Я вырезала из серой бумаги несколько фигурок животных, зайцев, белок, лисичек и раскрасила их восковыми мелками. Животные также отправились украшать ёлку. Благодаря свежим овощам и зелени, выращенных в наших теплицах, мы смогли приготовить несколько интересных блюд.

В целом вечер прошёл замечательно. Гости вручили друг другу подарки, плотно поужинали, закусив вкусностями, затем играли в весёлые игры, слушали как играет госпожа Салли и доктор Тремашко на клавесине.

Я тоже приготовила всем небольшие подарки, не смотря на то, что была весьма ограничена в средствах. Для профессора Нейта я связала тёплые шерстяные носки и приготовила пару кусочков мыла. Для мейстера Умлиса были приготовлены несколько травяных чаёв. Госпоже Салли и доктору Одетте Тремашко досталось мыло с лихнисом и шампунь с календулой.

Самый объёмный подарок достался, конечно же, Вероне. Для своей лучшей подруги я постаралась собрать полный набор растительной косметики. Туда вошли два шампуня, пара масок для волос, гель и мыло, крем, лосьон для лица, успокаивающая мазь. Конечно же, мне не удалось подобрать одинаковые красивые флакончики для косметики, и выглядел мой набор не очень эстетично, но этот факт никак не повлиял на его качество.

Мейстер Умлис подарил мне редкую книгу по истории создания Гардарики. А госпожа Салли и доктор Тремашко решили, что мне, как молодой барышне требуется обновить гардероб. Поэтому они подарили мне небольшой отрез ярко-синего шелковистого сукна. Но самый драгоценный подарок меня ждал, конечно же, от моих друзей. Верона и Раймонд преподнесли мне большую коробку, перевязанную красной шёлковой лентой. Открыв её, я не смогла сдержать визга радости. В коробке был деревянный, обитый кожей сундучок лекаря. Именно в него я влюбилась, когда впервые с Вероной отправилась в город и зашла в кожевенную лавку. По понятным причинам у меня не было денег, чтобы купить этот сундучок.

А еще я прекрасно знала, что супруги Нейт не богаты, и данный подарок стоил недёшево. Тем более ценным он был для меня.

Разумеется я приготовила небольшие подарки для своих подружек по Академии.

Вечером в Сочельник, адептов собрали в столовой, пригласив на скромный праздничный ужин. Предварительно вручив девушкам подарки, я убежала в дом супругов Нейт. Так что ж данное мероприятие прошло без моего присутствия, о чём я ни капельки не жалела.

А после Сочельника наступила пора экзаменов…

Несмотря на небольшие трудности, я успешно сдала все экзамены, и стала первой в списке по успеваемости.

Январь устал самым холодным и трудным месяцем в Академии. В связи с тем, что в стране шли военные действия, большинство адептов не могли уехать на каникулы. Всего несколько человек покинули стены Академии, и это были исключительно те, кто проживал непосредственно в самом городе. Остальным пришлось провести каникулы в стенах Академии. Адепты первого и второго курса, занимались уборкой, а старшекурсники лекари и бытовые маги работали в госпиталях и приютах города.

Вернувшиеся адепты принесли не только новости, но и инфекцию. А с учётом того, что мы проживали в холодном, плохо отапливаемом помещении, то болезнь распространилась очень быстро. Большая часть девушек чихали и кашляли, иммунитет был ослаблен постоянными сквозняками и чересчур экономичным питанием без витаминов.

Каким-то чудом, ни я, ни мои подруги не заболели. Позже выяснится, что наша спальня самой тёплой.

Ещё в ноябре, я попросила разрешения у госпожи Салли вынести лишнюю кровать из нашей спальни. Это было необходимо ещё и потому, что в комнате нас проживало семь человек, а письменных столов было только два. Саломея Талбот приказала перевёртышем адептам занести в нашу спальню дополнительный письменный стол и стул. Благодаря нашей с ней дружбе, мне удалось разжиться старыми жаровнями и несколькими вязаными половиками.

В один из выходных дней, я настояла, чтобы мы с девушками сделали генеральную уборку в спальне и утеплили окна. Вымоли окна, и заклеили стыки рам полосками ткани. Затем мы сдвинули кровати в центр комнаты, разделив их тумбочками посередине. В свободных углах расставили столы и стулья. Оба комода передвинули к окнам. Половики расстелили рядом с каждой кроватью, чтобы не вставать с постели босыми ногами на ледяной пол. Самых хлипких положили на кровати стоящими рядом с камином. Тех, кто покрепче здоровьем переселили ближе к дверям. Между нашими кроватями расставили жаровни, которые набивали каждый вечер горячими углями. Углями нам помогала разжиться Лисана Картье, договорившись с кухаркой на кухне. На этих же жаровнях, я каждый вечер заваривала в чайнике травяные сборы для себя и девушек.

Также энергичная экономка по старой дружбе выдала мне несколько старых, списанных, шерстяных одеял. Мы утеплились, как только смогли….

Раймонд Нейт настоял, чтобы в пятницу, субботу и воскресенье, я ночевала в их с Вероной доме. Благодаря этому мне удавалось стирать своё бельё в горячей воде, а не в еле тёплой, как остальным девушкам.

Недавно Верона поделилась со мной, что очень переживает по поводу своей беременности. Ей казалось, что её раннее материнство, сейчас очень некстати…. Финансовое положение семьи Нейт оставляет желать лучшего. Супруги проживали на территории Академии, не имея собственного дома. У самой Вероны нет постоянной работы, а жалование профессора Нейта в Академии тоже невелико. К тому же тётка Раймонда, госпожа Мортон, узнав о том, что её племянник вскоре станет отцом, не выказала особой радости. Она лишь заметила, что благородный Раймонд Нейт не забудет о вдове своего дяди и несчастных сиротах.

Обстановка в городе была очень тревожной. Переговоры с драконами были сорваны. Бургомистр не пожелал принять покровительство наследника драконов Владоса Справедливого. На Восточном тракте и дорогах промышляли перевёртыши и Одичалые. Цены на продукты питания и товары были очень высокими. Многие жители были просто не в состоянии их покупать.

Возможно, сейчас действительно было не самое подходящее время, чтобы заводить детей…

Я как могла, утешала Верону. Рассказывала о том, что даже в войну, которую не удалось пережить её матери в моём мире, женщины рожали детей. Очень редко бывает так, что всё складывается благополучно, а Вселенная радуется новой жизни. У Вероны был любящий прекрасный муж, который был искренне рад стать отцом.

Я абсолютно убеждена, что Раймонд Нейт станет заботливым отцом и надёжным мужем для моей подруги. По-другому просто не может быть. Я буду изо всех сил стараться помочь и Вероне, и её будущему ребёнку….

Нужно поспешить в теплицу, чтобы собрать травы и зелень, а главное нужно доставить их в город до темноты.

Месяц назад мне удалось договориться с мясником об обмене зелени на небольшие кусочки мяса и косточки. В прошлую пятницу, я принесла Вероне очень приличную говяжью косточку. Срезав немного мякоти с косточки, я приготовила жаркое с картошкой и морковью на ужин. А на следующий день сварила борщ, использовав саму косточку.

Поначалу Раймонд Нейт очень подозрительно отнёсся к картофелю. Но спустя время, распробовав несколько приготовленных мною блюд, уплетал картофель за обе щёки.

Да, времена действительно тяжёлые, особенно после того что произошло в городке Вейросса.

Несколько месяцев назад бургомистр приезжал в Академию и объявил о том, что произошло.

Адептов собрали в саду, и бургомистр долго и жалобно вещал, о жестоком нападении Одичалых на мирных жителей Вейроссы. Оный джентльмен добавил, что всё население Корсуни надеется, что драконы не причастны к этому злодеянию….

И тут произошло, то, чего никто не ожидал… Драконесса Рихеза Ормс во всеуслышание заявила, что именно маги повинны в том, что произошло с жителями городка Вейросса. Её братья генералы Ормс, сейчас помогают ликвидировать последствия бесчеловечного нападения Одичалых и магов.

А самому бургомистру и Совету города следует не жаловаться, а оказать помощь пострадавшим жителям Вейроссы. А заодно перестать поддерживать магов.

Я терпеть не могла эту высокомерную задаваку Рихезу Ормс, но её поступок, несомненно, заслуживал уважения…

Глядя на чересчур упитанного бургомистра, разогретого в парчу, обвешанного золотыми цепями, мне совершенно не хочется сочувствовать Городскому Совету. Профессора и магистры Академии, совместно с бургомистром недовольно шушукались между собой, осуждая речь дерзкой драконессы. Однако высказать свои претензии вслух не осмелились. Слишком хорошо все понимали, кто именно построил эту Академию… И кому эти господа обязаны своими званиями и регалиями….