Глава 42 · Тяжелая ночь

«Беды не ходят поодиночке, по разным берегам реки». Так гласит старая эльфийская мудрость…

Я торопливо поднимаюсь вместе с Мэттом на третий этаж кампуса Академии. Туда, где раньше была лаборатория магов. Мы сворачиваем в узкий коридор, Мэтт открывает самую дальнюю дверь, ведущую в бывшую гардеробную. В холодной маленькой комнате стоит остывшая жаровня, уже не дающая никакого тепла.

Тускло горит старый магический светильник. Односпальная кровать, маленький стол и стул.

На полу стоит таз, в котором лежат окровавленные обрывки простыни и полотенец.

Я с ужасом понимаю, что уже видела эту сцену, и не единожды…

Вот только на кровати лежит моя бывшая подруга Амалия Картье.

Богиня — мать, что натворила эта лисица?

Инесс металась. Ее худенькое и заплаканное лицо, с ввалившимися глазами буквально вопило от ужаса и паники. Мне не нужно было объяснять, что здесь произошло… Всё и так предельно ясно. Я уже видела не раз подобные сцены. И не всегда подобные «операции» заканчивались благополучно…

Лисица решила прервать нежелательную беременность. Я только спросила у Инесс, какой срок? Девушка, с трудом сдерживая рыдания, поведала, что два дня назад к ней пришла Амалия, и попросила помочь в решении деликатного женского вопроса. Когда Инесс резко отказала, лиса перевёртыш заявила, что справится сама.

Амалия собрала травы, которые только могла найти и приготовила зелье, вызывающее самопроизвольный выкидыш. Вот только Инесс не уверена, что лисица правильно приготовила его в нужной пропорции…

Амалия нашла помещение подальше от общих комнат, затопила жаровню, подготовила бельё, тазы, заварила кровеостанавливающий сбор. Но что-то пошло не так…

Инесс, которая случайно обнаружила свою знакомую, уже более часа не может остановить кровотечение…

Я велела Мэтту принести два кувшина горячей кипячёной воды, чистое полотенце и ещё один таз.

Спросила, вышел ли плод? Сколько времени прошло?

У Амалии поднялся жар, Инесс боялась, что началась инфекция.

Я вымыла руки, обработала их камфотеном, надела чистый передник. Осмотрела Амалию, велела Инесс бежать к госпоже Салли, взять ключ от прачечной и комнаты кастелянши. Нам понадобятся чистые полотенца и простыни. Мэтта отправила за доктором Гилмором. Тут нужен хирург. Одни мы не справимся….

Через четверть часа приходит доктор Гилмор, ему хватает пары минут, чтобы понять ситуацию и осмотреть Амалию. Он отправляет Инесс кипятить инструменты, а Мэтта раздобыть дополнительные свечи и светильники.

Через пять минут, я даю Амалии двойную дозу крепкой маковой настойки. Нам с доктором Гилмором придётся выполнить не самую приятную процедуру, но без хирургического вмешательства моя бывшая подруга может умереть….

Инесс бледнеет, а я поднимаю с пола таз с окровавленными полотенцами, велю ей забрать их и унести в прачечную, так, чтобы никто не видел.

Через полчаса мы заканчиваем. Доктор Гилмор собирает инструменты. Я окровавленные полотенца, бинты, тампоны. Мэтт принес ещё одну жаровню, в которую наложил побольше горячих углей. Жаровня давала хоть немного тепла. Я укрываю Амалию вторым одеялом.

Доктор Гилмор отправился прачечную, чтобы раздобыть подушки и старые одеяла для новых постояльцев своего дома.

Мэтт деликатно попросил меня принести пару бутербродов с окороком для Инесс. Девушка несколько часов провела на ногах, рядом с Амалией и пропустила ужин. Ей необходимо подкрепиться и отдохнуть.

Я говорю своему другу, чтобы прихватил из бельевой пару одеял и матрасов, и пошёл в дом госпожи Салли. Передаст ей мою просьбу, накормить Мэтта и Инесс, а заодно отнесёт все необходимое для ночлега наших незваных гостей. Заодно пусть попросит Саломею Талбот прийти сюда. Мне нужна её помощь.

Чувствую, ночь будет длинной….

Саломея Талбот ушла три часа назад. Нужно уложить девочек спать и вымыть посуду. А заодно присмотреть за нашими незваными гостями….

Мы переодели Амалию и сменили простыни. Саломея Талбот унесла бельё в прачечную, обещая замочить и завтра утром выстирать его, пока адептки утром заняты своими делами….

На смену экономке пришли Инесс и Мэтт. Однако уже через полчаса я отправила своих друзей спать. Инесс сделала всё, что смогла. Оставалось только ждать и надеется, что молодой организм Амалии справится с инфекцией. Мэтт с раннего утра на ногах, он несколько часов ползал в катакомбах. Ему необходимо выспаться. Завтра будет очень сложный день, от которого зависит наша дальнейшая жизнь….

У Амалии начался сильный жар, она бредила…. Девушка вспоминала Лисану, просила прощение у сестры, и все время повторяла фразу:

— На север, держи курс на север….

Я делала компрессы Амалии. Поила её из ложки кровевосстанавливающим отваром.

Потом заварила отвар хинной коры. Через пару часов жар начал спадать.

Амалия перестала бредить и метаться. Ещё через час, когда я задремала на стуле, девушка открыла глаза и позвала меня…

Я тотчас же открыла глаза и подошла к ней. Кровотечение остановилось, жар спадает…. Спасибо, Богине — матери. Она смилостивилась над своей непутёвой дочерью…

Я спросила Амалию, зачем она это сделала? Ответ не удивил, у неё не было другого выхода. Эта беременность досадная случайность, которой не должно было быть…. Инесс не захотела помочь. Пришлось действовать самой. Я только спросила

— Что произошло с тобой и Лисаной, когда вы подались в бега? Где твоя сестра? Почему ты вернулась одна?

Амалия тяжело вздохнула, а по её лицу прошла судорожная тень. И она заговорила….

После того, как сестры Картье попрощались со мной, и продали на чёрном рынке вещи сбежавших драконесс, лисицы прихватили свои пожитки и ринулись домой, через леса. Они собирались вернуться в свой фьорд, где проживал клан красных лисиц, где предводителем и старейшиной был их отец.

Сёстрам Картье пришлось нелегко. Им несколько раз пришлось нарезать большие круги, чтобы обойти армию драконов, или наоборот пушечную батарею магов.

Через семь дней мытарств девушки оказались на земле своего клана. Однако за последние три года многое изменилось…

Оказалось, что мать Амалии и Лисаны умерла год назад. Их отец взял новую жену. Это была представительница клана росомах.

Более того в клане появились двое магов и одна магичка, которая постоянно давала отцу и мачехе какие-то советы, травы, снадобья. Когда Лисана стала задавать вопросы, то получила ответ, что эти зелья должны помочь новой жене отца родить наследника клана красных лис…

Амалия в первый же день обратила внимание, что многие представители клана покинули или переехали с этих земель. Отец объяснял это тем, что в лесу стало мало дичи и лисицам негде охотиться. Чуть позже Амалия поняла, что все разумные перевёртыши уже давно сбежали, покинув фьорд… Лисана задавала вопросы, а мачеха только огрызалась, не желая отвечать на них. Магичка, которая постоянно находилась рядом с отцом, была настроена избавиться от девушек, как и мачеха.

А через неделю отец заявил, что сестры должны выйти замуж. Им уже подобрали женихов. Времена сейчас тяжёлые, у отца скоро родится наследник, ему тяжело и накладно кормить двух дочерей. Лисана и Амалия категорически отказались, заявив, что лучше они вернутся в Корсунь, в Академию.

А на следующее утро обе проснулись с магическими ошейниками привязки на шеях…

Как бы не сопротивлялись сёстры, пытаясь сбежать из дома отца, все их попытки были тщетны…

Через пару дней обеих девушек посадили в клетку, как животных, и увезли в неизвестном направлении…

Но это оказалось ещё не самое страшное…

По дороге они узнали, что их отец заключил союз с Одичалами… Он поставлял пленных и оружие, за это Одичалые не трогали его жену, и клан красных лисиц…

Сёстры не могли поверить, что их отец опустился до такой низости, что согласился на условия Одичалых…

А на следующий день они почувствовали результаты этого союза на собственной шкуре…

Их привезли в лагерь, который находился где-то в междуречье. Дорогу они не видели и не смогли запомнить, так как клетка, в которой их везли всю дорогу, была накрыта брезентом.

Возможно, раньше этот лагерь был деревней. Но жителей там уже давно не было. Были только рабы…

Амалию отдали бешеному, из клана чёрных волков Ривасу Блейку. Этот огромный волк давно продал душу чёрным ведунам и стал Одичалым. Большой любитель избивать женщин, упиваясь их болью и страхом…

Лисане повезло ещё меньше. Её отдали в гарем предводителю Одичалых.

В ту же ночь обеих девушек изнасиловали. Лисана сопротивлялась и предводитель Одичалых отдал её своим людям, как непригодный товар.

Лисану насиловали на глазах у всех несколько раз…

Амалия прикрывает глаза, ей тяжело говорить…

А я прикрываю рот рукой, радуясь, что так и не поужинала вечером… Мой разум сопротивлялся восприятию информации. А желудок и вовсе бунтовал, пытаясь вывернуться наизнанку…

Амалия открыла глаза и продолжила…

Сестры пытались бежать, но магические ошейники не давали им этого сделать. В общей сложности они провели в лагере больше месяца…

Сам лагерь представлял собой небольшую деревню. Дюжина домов и сараев. Оружейная, баня, большой сарай, где чинили лодки. Два барака и странный дом, с огромной трубой… Каждое утро из трубы шел дым. И пепел разносило от одного берега реки до другого. И запах был невыносим. Запах палёной плоти. Как перевёртыш Амалия знала, что означает этот запах. Но, правда, оказалась ещё страшнее… Раз в неделю Одичалые устраивали показательную казнь… Это было одно из главных развлечений этого лагеря. Несчастную жертву подвешивали на деревянном столбе, жестоко пытали и измывались. Когда несчастные умирали, то тело насаживали на кол и оставляли на виду, для устрашения остальных рабов… Через несколько дней тело убирали, чтобы через какое — то время заменить на новое. Затем труп сжигали. Собственно говоря, крематорий был рядом. Каждый вечер заканчивался одинаково. Пьянки, драки, издательства над рабами, насилие над женщинами…

Так продолжалось, пока в лагерь не привели пленных магичек. Одна из них смогла снять с сестёр Картье магические ошейники привязки. На следующий день сестры стали разрабатывать план побега. С ними решились бежать ещё несколько пленниц.

На рассвете, пленницы решили бежать. На берегу, они разделились. Амалия и магичка Элия постараются переплыть на другой берег реки. Лисана не умела плавать. Поэтому она с тремя женщинами побежит через лес. Они попробуют найти дорогу, по которой их привезли сюда. И они побежали…

Амалия и Элия с трудом, но всё же смогли переплыть на другой берег реки. Только оказалось, что это не противоположный берег, а остров. Точнее в проеме рек находилась гряда из небольших островов. Девушки перебрались на соседний остров. Потом на следующий, и следующий… Где-то вплавь, где-то просто шли по дну. Одежда не просыхала, еда быстро закончилась. На третий день девушки поняли, что заблудились, и им придётся возвращаться обратно…

Однажды я и моя бригада скорой помощи выезжали на вызов спасателей. Они разыскивали заблудившихся нерадивых туристов, а одного и вовсе пришлось вытаскивать из оврага. Так вот, эти недотёпы умудрились заблудиться в лесу, а затем двое суток искали дорогу. Среди спасателей это называется — состояние лесного шока. Человек плутает по местности, ходит кругами и не может найти дорогу.

Вот только Лисана и Амалия перевёртыши. Обе лисицы прекрасно ориентируются в лесах, и на местности. Что же это за лагерь такой, что лисица не могли найти обратную дорогу?

Оказалось, что Лисану и ее подруг по несчастью поймали на следующий день после побега. Их долго и жестоко пытали несколько дней, а потом убили. Амалия видела, как тело сестры прибили к воротам для устрашения других. Чтобы никому в голову не пришло бежать из лагеря…

Магичка Элия ночью смогла украсть лодку. Вдвоём они поплыли на север… Попали на речные пороги, которые с трудом смогли пройти. Ели сырую рыбу, потому как не было возможности развести огонь.

На третий день они причалили, так как лодка дала течь. Девушки пошли лесом, прячась от Одичалых и оборотней.

На следующий день вышли к старой, обветшалой деревне. Старые крестьяне пожалели беглянок, накормили, дали возможность просушить одежду.

Потом они пошли дальше. Где-то их прогоняли, кто-то жалел и пускал в дом, наливая плошку постного супа.

Примерно через неделю девушки вышли к Восточному тракту. Элия отправилась в Итову, искать своих родных. Амалии некуда было податься. У неё не было денег, не было родственников, которые могли приютить, не было друзей. После всего пережитого ужаса ей некуда было пойти. Она решила вернуться в Академию.

— Знаешь, я очень злилась на тебя тогда, — её голос тихий, и неестественно глубокий, — Ты всегда была такой правильной и умной. Никогда не ошибалась, всегда знала, чего хочешь. Нейты тебя любили. Даже старая экономка, которая всех презирала, хорошо к тебе относилась. Николь тоже любила тебя. Я всё думала почему?

— И что ты решила?

— Ты сильная и добрая. Ты заботилась обо всех, кто обращался к тебе за помощью. Нейты любили тебя, потому, что ты любила их. Даже сейчас, здесь, ты рядом со мной….

— Почему ты решила вернуться в Академию?

— Потому, что мне некуда было идти. Меня не хотели принимать обратно. Я ведь пропустила несколько месяцев и не сдала экзамены….

Оказалось, что ей помог восстановиться в Академии магистр Рош.

Разумеется, сделал он это не по доброте душевной… Амалия расплатилась с магистром всем известным способом… Обслуживала его в постели. Магистр Рош не церемонился, открыто заявил, что теперь Амалии терять нечего, она товар порченный. Никто не женится на подстилке Одичалых. Периодически этот учёный муж, давал Амалии деньги на еду и некоторые девчачьи радости. Платил ей как проститутке, не иначе… Потом начал шантажировать, и подкладывать девушку под разных перевёртышей, которые служили в Городской Управе. Амалия должна была разговорить каждого мужика в постели, чтобы выведать нужную информацию. После этого докладывала всё магистру Рошу.

Так продолжалось четыре месяца. До тех пор пока лисица не забеременела. Она и сама не знала, кто отец ребёнка. Знала лишь одно, идти ей некуда, рассчитывать на чужую помощь не приходится. И этот ребёнок ей не нужен.

— Почему ты не пришла ко мне и не рассказала всё сразу? — взволнованно спрашиваю я, — Мы бы непременно нашли способ, как тебе помочь. Придумали, как восстановить тебя в Академии, избегая помощи этого подлого хлыща магистра Роша.

Амалия усмехается и говорит:

— Как бы пришла к тебе просить помощи? После того как шантажировала твою экономку? После того, как мы сбежали? У меня просто не хватило духу…

Ну да конечно, попросить прощения и покаяться для гордой и спесивой лисы тяжело и невыносимо. А продавать себя такому мерзкому слизняку, так магистр Рош не стыдно? Никогда, я не понимала такую логику. И, наверное, не пойму…

Мне безумно жаль Лисану Картье. Ещё больше жаль Амалию. То, что они пережили чудовищно! Ни одна женщина не должна переживать ничего подобного. Но шантаж магистра Роша просто омерзителен. Он знал, что Амалии некуда пойти. У неё нет денег, нет родственников, к которым можно обратиться за помощью. Ей негде укрыться кроме стен Академии. И эта сволочь шантажировала девушку, которая пережила ад и многократные акты насилия.

Амалия Картье сама наказала себя за собственную гордость и глупость. А магистра Роша накажу я… Зло должно быть наказано. Иначе эта жизнь не имела смысла….

Я заварила травяной сбор, добавив туда немного снотворного. Моей подруге, теперь уже моей, необходимо спать как можно больше. Сон лучшее лекарство. Через четверть часа Амалия крепко заснула. А ещё через час меня пришла сменить Инесс.

Мы растопили обе жаровни, Инесс принесла два кувшина воды. Я оставила лекарство, и травы для отваров, пообещала прислать девушкам завтрак, а потом отправилась в дом Саломеи Талбот.

Амалия передала мне магическую красную нить рода Рош, которую ей удалось украсть у её владельца.

Сегодня утром мне впервые предстоит сделать магические обереги. Надеюсь, у меня получится…

Надеваю пальто, спускаюсь по задней лестнице вниз. Если повезет, то мне удастся пару часов поспать.

Когда до дома госпожа Салли оставалось всего несколько ярдов, навстречу мне вышел магистр Рош.

Этот «достопочтенный джентльмен» не соизволил поздороваться, зато сразу перешёл к делу. Он ждёт от меня сегодня днём карту.

В случае если я надумаю обдурить его, то очень сильно об этом пожалею. Если я не передам ему карту с четким маршрутом пути в катакомбах, до пяти часов, то вечером в домике Саломеи Талбот случайно произойдёт пожар. Мои девочки в самом лучшем случае останутся зимой без крыши над головой. А о худшем варианте развития событий лучше не говорить и не думать…

Эта тварь открыто угрожает мне и моим детям… Вот только он не знает, что я уже не та напуганная деревенская девчонка, которая боится всего на свете…

Я ответила, что ровно в пять часов вечера, магистр Рош получит карту. Ни минутой раньше…

Мы встретимся у старой мельницы, сгоревшей десять лет назад, на окраине города. Он должен прийти один и принести оставшуюся сумму сольдов…

Я развернулась, и хотела было уже уйти, как магистр Рош задал мне неожиданный вопрос…

Откуда я возвращаюсь так рано утром?

— Мне пришлось оказывать медицинскую помощь одной адептке. Она была вынуждена прервать беременность, отец ребёнка оказался редкостным мерзавцем и сволочью.

— Да простит Богиня-мать её грехи и пригрешения…

Магистр Рош усмехнулся, и хотел было уже уйти, как услышал вслед:

— Она простит, не сомневайтесь. Все женщины в этом мире, дочери Богини-матери. А вот мужчинам придётся сполна заплатить за свои грехи…

Теперь моя очередь гордо развернуться и уйти….

На крыльце я встречаю Дживана. Барс бодр, хоть и не весел…. Мы прошли в дом, и я закрыла заднюю дверь на щеколду. Барс сказал, что слышал мой разговор с магистром Рошем…. Я не стала ничего объяснять, просто попросила, глядя прямо ему в глаза:

— Он не должен уйти безнаказанным. Особенно после всего того, что сделал….

— Пообещай, что не позволишь ему скрыться? — я понимаю, о чём прошу. Возможно, это жестоко? Но мои близкие должны быть в безопасности. Именно ради этого я рисковала. — Дживан, если магистру Рошу удастся уйти от расплаты, то мне не будет спокойной жизни. Маги никогда не простят предательства. Я и мои девочки никогда не будем жить спокойно.

Глаза барса опасно полыхнули изумрудным огнем. Он оскалился и прошипел:

— Он не уйдёт живым. И на суд драконов, пусть даже не рассчитывает. Можешь быть спокойна….

Не знаю почему, но я верю ему….

Захожу в гостиную, больше похожую на гиганскую кровать и вижу, как на ковре, на матрасах умильно посапывают пять здоровых барсов. Мужчины кутаются в старые одеяла с печатью Академии и довольно похрапывают.

Дживан говорит, что впервые за два месяца мужчинам повезло спать под целой крышей тёплого дома, на матрасах, пользоваться подушками и одеялами. Давно они не знали такой роскоши. Затем добавил, что подбросил дров в камин моей комнаты. А малышка Николина спит.

Я поднимаюсь к себе и смотрю на свою маленькую красавицу, сладко спящую в своей кроватке.

Я молюсь лишь об одном, чтобы мы всегда были вместе… И когда придёт пора мне покинуть этот мир, Николина будет уже взрослой и самодостаточной женщиной. У неё будет свой дом, муж, дети и внуки… Моя девочка не должна остаться одна, как я в своё время…

Много лет спустя меня спросят, как я рискнула спуститься в старые штольни? Как хрупкая девушка решилась пойти в катакомбы, чтобы выяснить незнакомый мне путь из города, да ещё разыскать оборотней?

И я отвечаю, ради таких моментов….

Я хочу приходить в уютный дом, зная, что мои близкие в безопасности. Хочу брать на руки своего ребёнка, слышать его речь, и знать, что ему ничего не угрожает. Что у нас есть крыша над головой, теплая постель, одежда, еда на столе. И мне не нужно думать о том, как я буду выживать завтра. Где достать обувь для Агнес? Не бояться, что завтра Саломея Талбот сляжет от болезни, или малышка Ники простынет и заболеет… Сколько людей умрёт на моих руках в следующем месяце?

Я не гналась за деньгами и славой. Я не хотела никому мстить. Или думала, что не хочу…

Я поставила на карту всё, что имела в этой жизни, но не для того, чтобы проиграть, или найти компромисс… Я хотела навсегда избавиться от магов и жить спокойно…