Друзья? - Суженые!

«Одно слово порой меняет смысл сказанного..».

После недели дежурств в вотчине мадам Флаффи Салли ещё больше уверился: друзей необходимо защитить. Однако все его благие намерения пошли прахом, ибо аккурат на Празднико Урожая прадедушка огорошил подростка новостью.

«Здравствуй, внук!— писал он.

Несмотря на все наши предосторожности, старые семьи тебя вычислили, и у меня весь стол завален письмами с предложениями помолвки(1).

Предупреждаю, если к празднованию Смены Года у тебя не будет невесты, мне придётся выбирать из предложенного.

P.S. Салли, напоминаю, что помолвка (если договоришься сам) — ещё не брак, её всегда можно расторгнуть.

Любящий тебя дед, Освальд Штольц».

Сразу после завтрака Салливан отвёл Эмми в сторону и попросил о личном разговоре. Та, конечно, напряглась, но кивнула, и ребята, покинув Обеденный зал, вошли в ближайший класс.

— Ну, что же ты хотел мне сказать? — резко обернувшись, буркнула она. При этом её коса, описав широкую дугу, перекинулась через плечо.

Сердце паренька пропустило удар. Он покраснел до корней волос и опустил взгляд.

— Эмми, скажи: ты мне друг? — произнёс он, разглядывая свои ладони.

— Да, конечно.

— То есть, если я попрошу, ты мне не откажешь? — допытывался подросток.

— Нет… Салли, у тебя что-то случилось? Какие-то проблемы? Не молчи, пожалуйста!

Тот кисло усмехнулся:

— Проблемы — не то слово, я бы назвал это катастрофой. За завтраком я получил письмо от деда. Он пишет, что, если не выберу себе невесту до новолетия, — тут он всё же поднял взгляд на сокурсницу и боязливо посмотрел ей в глаза, — он займётся этим сам: магические семьи, прознав, что у Штольцев появился «неучтённый» наследник, — парень и сам не заметил, как сболтнул лишнего, — решили прибрать к рукам сей «бриллиант». Деда завалили брачными предложениями. Так вот — ты можешь стать моей невестой? Хотя бы на время обучения…

Девушка прыснула в кулачок…

— Это самое невероятное предложение помолвки, которое я слышала!

— Значит, это всё-таки «нет»… — отчаявшись, прошептал Салли.

— Это — «да», дуралей, — взлохматила ему волосы Эмми. — Разве я могу отказать такому выгодному жениху: не каждый день мне предлагают стать частью семьи Главного Лекаря Королевской Клиники.

Зелёные омуты Салли выражали искреннее удивление.

— Так ты знала?! — воскликнул он.

— Это все знают, глупый, — ответила та, не став «тыкать носом» друга в его беспечность. — Нозэр, прежде чем стать Штольцем, пять лет был Кринжем, так что несложно догадаться… Не дуйся. Кстати, а почему ты не предложил Касси, а? Мы же вроде как все вместе дружим…

— Кассандре? Ну уж нет… Она, конечно, классная девчонка, но, ради всех богов — она жевидящая. Как по мне, это проклятие, а не дар — знать будущее наперёд и не иметь возможности что-либо изменить. Думаешь она из-за плохого зрения носит те жуткие очки с толстыми линзами? Наоборот, она просто не хочет видеть чужие судьбы. Лично я своим детям желаю счастья.

С каждым словом Салли лицо девушки становилось всё серьёзнее.

— То есть, ты настроен серьёзно, если даже о детях подумал.

— Это что-то меняет? — Салли мысленно дал себе пинка за длинный язык, но подруга не разочаровала:

— Только не для меня — теперь я совершенно уверена: можешь писать деду, что договорился о помолвке. А чтобы всё было по-честному, дай мне руки и прими клятву.

Салли заключил её ладошки в свои и стал настороженно вслушиваться в слова.

— Я, княжна Емелиана Вазонская, даю своё согласие на брак с Салливаном Кринж-Штольцем.

От волнения девушка выпустила всего одно слово…

Глаза Гарри засияли, он подскочил к подруге и чмокнул её в уголок губ.

— Я люблю тебя, Емелиана Вазонская! — крикнул он. — Ты — самая лучшая!

Внезапно пару окружило белым сиянием, которое, рассеявшись, оставило на руках ребят серебряные помолвочные браслеты — парные к уже имевшимся концентраторам.

И тутже у них над головами зазвучал противный металлический голос:

— Студенты Кринж и Вазонская! Немедленно в кабинет директора!!!

— Ой! — хором воскликнули они.

* * *

Когда ребята прибыли, их уже ждали.

За директорским столом кроме самого Версена сидели Освальд и Нозэр Штольцы. Оба мрачнее тучи.

— Вызывали, директор? — робко спросил Салли, стараясь не поднимать глаз от ковра, дабы не столкнуться взглядом с рассерженными родственниками.

— Я же просил быть осторожным, — вымученно попенял ему Версен. — Что Вас понесло заключать помолвку, тем более магическую?

— Так ведь дед… — обиженный тон Салли не ушёл от внимания директора.

— Понятно. Вы испугались и решили заключить соглашение на своих условиях. Разумно. Но Вы-то, княжна, должны знать цену подобных клятв…

— Я произнесла стандартную формулировку, — ответила Эмми, — подобной мой род пользовался многие века. Всё было под контролем.

— А повторить общую формулу сможете? — задал вдруг вопрос Освальд.

— Пожалуйста, — с гордо вскинутым подбородком откликнулась девушка. — Я,(имярек) даю своё предварительное согласие на брак с (имярек жениха). Ой…

— Что-то не так? — прищурившись, спросил Главный лекарь.

— Я, кажется, выпустила одно слово…

— Что и требовалось доказать, — подал голос Нозэр.

— И что теперь? — как-то беспомощно спросила Эмми.

— Это Вы нам скажите, княжна, — горько усмехнулся мессир Штольц. — Всё же формулу составлялиВашипредки.

— Помолвку не разорвать?.. — и, виновато посмотрев на друга (возможно, уже бывшего), пролепетала: — Прости, я не нарочно…

Но тут в поток извинений вклинился резкий голос Версена:

— А Вы этого хотели бы?

— Что именно, директор? Простите, я не совсем понимаю…

— Разорвать помолвку, разумеется, — ответил тот с нескрываемой неприязнью.

— Нет, но…

— Тогда и говорить не о чем, — отрезал тот жёстко. — Живите, учитесь. И, Салли, ты теперь в ответе не только за себя. Подумай об этом. Всё, идите, мне ещё с вашим опекуном беседу проводить. О том что можно и чегокатегорически нельзяписать подростку. Свободны!

Уже в конце коридора ребят нагнал Нозэр.

Он хлопнул брата по плечу и глубокомысленно изрёк:

— Нет, я так и не понял: что вы сотворили такое, что оказались чуть ли не повенчаны, и даже согласия глав родов не потребовалось? — Он уже примерно знал, что услышит, но, посмеиваясь про себя, ждал ответа: ему до сих пор нравилось смущать младшего брата.

— Сначала Эмми назвала своё полное имя и выразила согласие выйти за меня замуж; я обрадовался и, чмокнув её, кажется, в щёку… — тут он по привычке скрестил за спиной пальцы, — сказал, что она — лучшая и я её люблю… Но я же по-дружески!

— Братец, ты — балбес: это же практически супружеские обеты! Теперь только смерть сможет вас разлучить, и то — не факт. Ладно, что сделано, то сделано. Совет вам да любовь!

____________

1) Освальд обеспокоен, поскольку Салливану, как младшему в роду, предлагают войти в род жены.