Глава 14 · Антон

Известие о том, что он станет отцом, напугало Антона. В его планах не было сейчас обзаводиться детьми. Тем более ему хотелось насладиться близостью с Таис без таких серьезных отягощений. Проводить время вместе, заниматься любовью, а не сразу строить планы на будущее, учитывая интересы третьего. Конечно, ничего из этого он не сказал Таис, видя, как этот ребенок важен для нее, но от молчания ему легче не стало. Антона мучили сомнения и страхи. Он боялся потерять свою привычную жизнь, а вместе с ней и себя.

В клуб он приехал позже, чем обычно. Таис с утра нездоровилось, и ему не захотелось оставлять ее одну. Он все еще не мог поверить в то, что Ник отпустил ее и они теперь жили вместе. Все его попытки узнать, как Тае это удалось, натыкались на стену молчания. А его как назло раздирало любопытство, и он продолжал допытываться.

— Алексей второй день не выходит на работу, — с порога сообщила Антону Марта. — И я не могу до него дозвониться. Он тебе ничего не говорил?

— Нет, ничего.

— Ты знаешь, где он живет? Может, съездить к нему? — обеспокоено произнесла Марта. — На него такое поведение совсем не похоже…

— Думаешь, с ним что-то случилось?

— Не знаю, заметил ты или нет, но последнее время он был сам не свой. Будто его что-то беспокоило, — сказала Марта и посмотрела на Антона.

— Было очень много работы.

— Ты как всегда, невнимателен к людям.

— Не делай из меня монстра.

— Я еще даже не пыталась!

— Я загружу тебя делами, чтобы не было времени на глупости, — улыбнулся Антон, хотя на душе у него было неспокойно. Он прошел в кабинет и сел за стол. Выдвинув ящик, достал сигару и закурил, стряхивая пепел в пепельницу. Его терзали нехорошие предчувствия, и как бы он ни гнал их от себя, они упорно возвращались и накрывали его с новой силой.

Усилием воли взяв себя в руки, Антон на пару часов сосредоточился на делах. Ему не хватало Алексея, и он то и дело думал о том, что заставило его так вести себя? Если он решил уволиться, то почему ничего не сказал ему? А если с ним произошло несчастье? Антон выглянул в приемную.

— Март, обзвони больницы, — попросил он. — Вдруг Лешка в аварию попал.

— Уже, — показывая ему телефон, шепотом ответила Марта. Антон ощутил себя паникером, и ему стало неловко от этого.

— Скажи, как будут новости, — попросил ее Антон. Марта кивнула, рисуя карандашом разводы на белом листе бумаги.

Вернувшись в кабинет, Антон прошелся несколько раз взад-вперед. Открыл окно, впуская летний воздух и шум проезжий части. Снова выглянул в приемную, но Марты там не было. У него зазвонил мобильный. Таис.

— Слушай, я закончила съемку, и у меня перерыв на три часа, — сказала она. — Пообедаем вместе?

У Антона не было никакого желания есть, но он согласился. Ему всегда было приятно провести время с Таис. Смотреть на нее, слушать ее голос. Он влюблялся в нее все больше, и порой ему казалось, что эта женщина заполнила всю его жизнь, стерев его самого.

Таис приехала к нему в клуб, и они пошли обедать в ближайшее кафе. Она выглядела жизнерадостной, на щеках сиял здоровый румянец. В белой блузке и розовых джинсах она выглядела по-особому милой. Белокурые волосы были заплетены в косу, которую девушка перекинула на грудь.

— Как же хорошо стало в студии после ремонта! — с восторгом сказала Таис. — Правда, еще попахивает краской, но это такие мелочи!

— Крылов уже посмотрел, на что ты потратила его деньги? — спросил Антон. Ему не нравилось, что свекор оказывал Таис финансовую поддержку. Он ревновал, чувствуя себе на его фоне несостоятельным.

— Да, он заезжал вчера, — ответила Таис. — Сказал, что нормально, но ему никогда ничего не нравится. Так что можно считать это полным восторгом.

— Вы проводите слишком много времени вместе.

— Тебе это неприятно?

— Мне это непонятно, — признался Антон. — Раньше ты говорила, что у вас сложные отношения, и вот вы вдвоем летите во Францию. Он заезжает к нам домой, чтобы вместе поужинать, вы часами говорите по телефону.

— Он болен, — вздохнув, сказала Таис. — Ему хочется ощутить поддержку, почувствовать, что у него есть семья, близкие люди. Ник не может ему этого дать.

— Поэтому он направляет свое внимание на меня? Ищет во мне замену сыну? — пожал плечами Антон. — По-твоему, это нормально?

— Ты ему нравишься.

— Я заметил, и меня это напрягает. Несколько месяцев назад он угрожал мне и едва не угробил мой бизнес, — проворчал Антон. — А теперь…

— Но он же все исправил, — улыбнулась Таис. — Не злись на него, ладно?

— Ты его любишь?

— Да, — ответила Таис и опустила глаза. — Никогда не думала, что скажу это, но Крылов стал мне ближе, чем моя собственная семья. С ним я почувствовала себя уверенней.

— Это должен дать тебе я, — сказал Антон и снова ощутил себя слабым.

— Нет, это я должна была получить от своего отца, но он уехал от нас, когда я была еще маленькой. Я даже не помню, как он выглядит. Мама уничтожила все фотографии, так как была зла на него. Не знаю, что он был за человек, но мне всегда его не хватало. Я пыталась его придумать, приписывала какие-то черты, которых, скорее всего у него не было, — сказала Таис и грустно усмехнулась. — Представляла, как он защитит меня от брата и запретит ему надо мной издеваться.

— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти.

— Мне тоже, — сказала Таис. — Скажи, ты давно виделся с Машей?

— В последний раз мы общались, когда встретились с тобой в ресторане. А что?

— Артур ее бросил, и я хотела убедиться, что она в порядке, — вздохнув, сказал Таис. — Со мной Маша говорить не захотела. Ревнует к тебе. Между вами что-то было?

— Нет. Наши интересы не совпали. Если хочешь, могу написать ей, спросить, как дела.

— Только не обещай на ней жениться.

— Постараюсь сдержаться, — улыбнулся Антон и взял Таис за руку. Она ту же сплела его пальцы со своими. — Ты еще общаешься с Алексеем?

— Нет, — поспешно ответила Таис. — А что? Он спрашивал обо мне?

— Алексей два дня не появлялся в клубе. Это не похоже на него, — сказал Антон, и Таис заметно побледнела. — Я подумал, что он сказал что-то тебе…

— Мы… Мы никогда не были близки, — с трудом проговорила Таис и подняв чашку, сделала несколько глотков кофе. — Так что ты обратился с вопросом не по адресу. Надеюсь, с ним все хорошо.

— Ты чего-то недоговариваешь, — подаваясь вперед, сказал Антон. — Тай, ты же знаешь, что можешь быть со мной полностью откровенна!

— Нет, с чего ты взял? — пожала плечами Таис и посмотрела на часы. — О, мне уже пора ехать!

— До съемки еще полтора часа, — заметил Антон.

— Не хочу спешить, — улыбнулась Таис и поднялась. Наклонилась к нему и поцеловала его в губы. — Увидимся вечером!

Не дожидаясь его ответа, Таис торопливо выскочила из кафе. Антон проводил ее взглядом. У него не было сомнений в том, что она что-то скрывает от него. И вдруг все встало на места. Алексей все же поделился с Таис тем компроматом, что у него был… Вот почему она спокойно ушла от Ника. Она нашла его слабые места и ударила по ним. Ник, конечно, все понял, и скорее всего, отыгрался на Алексее. От этого предположения Антону стало нехорошо, по коже пробежал неприятный озноб. Рука сама потянулась к животу, где остался шрам после удаления селезенки. Ник мстительный и жестокий, и если он решил мстить, то вряд ли Алексею удалось выжить.

Антон жестом подозвал официанта и расплатился за обед. Выскочил из кафе и сев за руль «Мазератти», поехал к Алексею домой.

Конечно, дверь Антону никто не открыл. Он несколько раз прислушивался после настойчивых звонков, но в квартире было тихо. Его терзали сомнения, он не знал, что делать. Алексей мало что рассказывал о своей жизни и он не знал, с кем он живет, есть ли у него родственники. Брагин уважал его замкнутость и не лез с расспросами. А как бы ему сейчас пригодилась эта информация! С досадой стукнув кулаком по двери, Антон достал из кармана мобильник и позвонил Марте.

— Узнала что-нибудь о Лешке? — спросил он.

— Ни в одной больнице города его нет, — вздохнув, сказала Марта. — Возможно, мы зря паникуем? Может, парень просто загулял!

— Я так не думаю, — возразил Антон, вспомнив реакцию Таис на свои слова. — Поищи его близких по соцсетям, а я пока поговорю с соседями.

— Вас поняла, босс, — отчеканила Марта и отключилась.

Антон позвонил в соседнюю квартиру. Не прошло и секунды, как ему открыла пожилая женщина в толстых очках в темно-зеленой оправе с оранжевыми крапинками. Ему даже показалось, что все это время она наблюдала за ним в глазок.

— Что вы хотели, молодой человек? — строго спросила она, окидывая Антона подозрительным взглядом.

— В квартире 277 живет мой друг, — кивая в сторону двери, сказал Антон. — И я второй день не могу связаться с ним. Алексей не говорил вам, что уедет куда-то?

— Нет, этот мальчик не хочет со мной дружить, он слишком независимый и несчастный, для дружбы с другими людьми, — пожевав губами, сказала старушка.

— А кто-то из соседей с ним дружит? — спросил Антон.

— Насколько я знаю — нет. Но позавчера к нему пришел молодой человек, они минут десять общались на повышенных тонах, а потом ушли, — подумав, сказала старушка.

— А как выглядел этот мужчина?

— Высокий, светловолосый, но не как вы, темнее. Держался очень уверенно, даже нагло. И одет был хорошо.

— О чем они говорили, вы не слышали?

— Нет, у меня проблемы со слухом. Но пару раз упоминалось имя Таис, оно звучало достаточно громко, чтобы я сумела его разобрать, — сказала женщина и внимательно посмотрела на Антона. — Я ведь помогла вам, правда?

— Да, и я вам за это очень благодарен, — улыбнулся Антон. — Спасибо, что уделили мне время! У вас очень красивые очки.

— Сын привез из Англии, — улыбнулась старушка. — Всего доброго, молодой человек!

Женщина захлопнула дверь, и Антон остался в одиночестве. Он не сомневался, что Алексей ушел с Ником. Вопрос в том, где он сейчас и жив ли. Может быть, ему стоит обратиться в полицию? Размышляя над этим, Антон сбежал по ступенькам вниз и обошел территорию, прилегающую к дому. Машина Алексея стояла на стоянке. Значит, он уехал на машине Ника. Вряд ли добровольно, хотя… Он достал мобильный и снова позвонил помощнику. В ухо неожиданно раздались длинные гудки, хотя прежде телефон был вне зоны.

— Слушаю! — бодро произнес незнакомый голос.

— Я могу поговорить с хозяином мобильного? — спросил Антон.

— Боюсь, что нет, — все так же бодро ответил голос. — Но раз вы его знаете, то можете помочь нам установить его личность.

— Он жив? Что с ним? Где он?

— Спокойно! Парень жив, но сколько он пробудет в таком состоянии, один Бог знает. А вот вы можете нам помочь…

Когда Антон вернулся домой, Таис крутилась на кухне и готовила ужин. На ней было домашнее платье, волосы убраны в пучок. Она подошла к нему и поцеловала. Он привлек ее к себе, вдыхая аромат, исходящий от ее кожи.

— На ужин будет индейка с рисом, — произнесла Таис, отстраняясь от него. Ему показалось, что она расстроена. Похоже, его догадка верна.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — посмотрев девушке в глаза, спросил Антон. Тая пожала плечами.

— О чем ты?

— О Нике, об Алексее, — пряча руки в карманы, сказал Антон, и его охватило раздражение. — О компромате, который ты все-таки получила.

— Ты нашел Лешу? — спросила Таис, и ее щеки порозовели.

— Его нашли полицейские, еле живого и изуродованного, — сказал Антон. — Он сейчас в реанимации, состояние тяжелое. Из-за удара по голове, у него провал в памяти.

— О Господи! — прошептала Таис.

— Расскажи мне все, — попросил Антон, взяв Таис за плечи. Она испуганно посмотрела на него, словно боясь, что он причинит ей боль.

— Леша передал мне конверт, в котором был компромат на Ника, — безжизненным голосом произнесла Таис. — Я его уже не просила, он сам так решил. И чтобы Ник дал мне уйти, я его шантажировала тем, что все узнают о том, что он сделал, если попытается мне помешать или причинит вред кому-то из моих близких.

— Кажется, он не принял твои слова всерьез.

— Похоже на то.

— Где сейчас Ник? Ты ведь к нему помчалась в обед?

— Его нет в городе, — ответила Таис и опустила голову. — Я не знаю, где он.

— Ты понимаешь, что должна сдержать слово, которое дала ему? Ник должен оказаться за решеткой! — повысил голос Антон и Таис съежилась. — Если ты не сделаешь этого, то с тобой может случиться то же, что и с Лешкой! Тебя найдут в лесу изуродованной! Ты этого хочешь? Ты осознаешь, что станешь следующей⁈

— Антон…

— Какого дьявола ты не посоветовалась со мной, прежде чем идти на такую авантюру⁈ — продолжил бушевать Антон, который сходил с ума от беспокойства. — Неужели до тебя не дошло, что шантажировать такого человека опасно для жизни, и не только для твоей?

— Я просто хотела освободиться от него. Никто не мог защитить меня от Ника, — глухо произнесла Таис. — Поэтому я сделала то, что считала правильным и возможным. И мне очень жаль, что Алексей пострадал из-за меня. Он ведь выживет, правда?

— Я надеюсь, — сдержанно ответил Антон, хотя врачи не давали никаких гарантий. Состояние его помощника было критическим, слишком много внутренних повреждений. — Неужели ты не могла посоветоваться со мной?

— И чтобы ты мне предложил?

— Пойти в полицию. Ника бы посадили, и ты бы стала свободна.

— Мы это уже проходили! — напомнила Таис. — И я еще не забыла, чем все закончилось! Пойми, я беременна! Мне нужна уверенность в завтрашнем дне! Мне важно чувствовать себя защищенной! Что Ник не приблизится ко мне, не ударит и не изнасилует, потому что у него, видите ли, есть право на мое тело!

— У тебя есть я! — рявкнул Антон и Таис попятилась. — По-твоему, я настолько плох, что не смогу защитить тебя и своего ребенка?

По той бледности, что разлилась по лицу Таис и дрожащим губам, он понял, что перегнул палку. Он напугал ее. Антон шагнул к ней, чтобы обнять, но она шарахнулась от него.

— Прости, — с раскаянием проговорил он, поймав Таис за руку. — Не надо было кричать на тебя, просто я очень испугался, что с тобой может случиться что-то плохое.

Таис кивнула. Она старалась не смотреть на него, и когда он взял ее за подбородок, чтобы заглянуть в глаза, увидел, что она плачет.

— Тай… — виновато проговорил он, вытирая ее мокрые щеки.

— Я чувствовала себя загнанной в угол, — прорыдала Таис, и Антон прижал ее к себе. — Мне нужно было самой принять решение. Но если Леша умрет, то я не знаю, как мне с этим жить.

— Это был его выбор, — глядя Таис по волосам, тихо сказал Антон. — И с ним все будет в порядке.

— Обещаешь?

— Конечно. Иди, умойся и будем ужинать, — как можно более миролюбиво проговорил Антон и поцеловал Таис в лоб. Та кивнула и шмыгнув носом, ушла в ванную. Сев на стул, он устало потер пальцами виски. Антон бахвалился, хотел выглядеть сильным в глазах Таис, но сам понятия не имел, что сделать, чтобы Ник навсегда оставил его женщину в покое. Вариант был только один, и ему нужно было понять, готов ли он пойти на такие крайние меры.

Приехав в офис к Крылову, Антон застал его лежащим на диване с капельницей. Он был бледен, под глазами пролегли черные тени. Взгляд тусклый, безжизненный.

— Кажется, я не вовремя, — сказал Антон.

— Ну почему же, — вздохнул Крылов. — Это теперь часть моей жизни, так что не стоит обращать внимание. Раз ты пришел, значит, случилось что-то серьезное.

— Ник напал на Алексея, — помолчав, сказал Антон, и ему стало жаль Крылова. Тот отвел взгляд в сторону и тяжело вздохнул. — Я боюсь, что Таис может стать следующей в его списке.

— Ты знаешь причину, по которой он так поступил с этим парнем?

Антон сел на стул напротив Крылова и пересказал ему все, что узнал от Таис о компромате.

— Маленькая глупая девочка, — тихо произнес Крылов. — Мне она тоже ничего не сказала о своем решении. Ника такие вещи не останавливают, скорее, раззадоривают еще больше. У вас с Таей будет ребенок… Что ты собираешься делать?

— Женюсь на ней, как только Ник даст ей развод. Она, правда, пока об этом не знает. Может, еще пошлет меня куда подальше.

Крылов засмеялся и тут же поморщился. На лбу выступила испарина.

— Я знаю, мой сын никогда этого не сделает, поэтому я хочу принести извинения вместо него, — помолчав, сказал Крылов. — Мне жаль, что тебе пришлось пройти через боль. Я бы многое отдал, чтобы этого не случилось.

— Вы не виноваты, — сказал Антон. Ему с трудом дались эти слова, потому что в глубине души он винил Крылова в том, что творил его сын. Но в тоже время понимал, что то, что творит Ник только его выбор. Сейчас, когда он все чаще думал об отцовстве, многие его убеждения стали меняться.

— Я дал Нику деньги. Можно сказать, оплатил все его преступления.

— Но вы же не знали, на что они пойдут.

— Должен был догадаться, ведь это мой сын. Получается, что я совсем его не знаю, — сказал Крылов и потер пальцами лоб.

— Я хочу, чтобы Таис пошла с компроматом на Ника в полицию, — помолчав, сказал Антон.

— Здравое решение. Я не буду защищать Ника, если ты хочешь узнать об этом. Если тюрьма сможет его остановить и вразумить, то пусть так и будет. Это не значит, что мне не больно, просто я не вижу других вариантов. Когда ты станешь отцом, ты поймешь, почему я так говорю.

— Если бы вы знали, как меня это пугает! — неожиданно признался Антон.

— По тебе не скажешь, — улыбнулся Крылов. — Из своего опыта я понял одно: ребенка нельзя воспитать. Его можно либо переделать по своему образу и подобию, либо дать ему крылья. Но и в том, и в другом случае ломаться или взлетать, зависит только от него самого. Не стоит видеть в нем отражение своих надежд. Он — личность, впитавшая в себя лучшее и худшее от родителей, но полностью индивидуальная.

— То есть, нет никаких рецептов и тайных кнопок, — усмехнулся Антон.

— Слушай своего ребенка, наблюдай за ним. У меня на это не было времени, наверное, это и было моей ошибкой, — вздохнул Крылов. — Ты можешь ее избежать, но сделать свои. Так что…

— Сплошная импровизация.

— Точно.

В кабинет заглянула секретарша и напомнила, что у Крылова через пятнадцать минут встреча. Антон поднялся, понимая, что их беседа закончена.

— Поужинаем сегодня вместе? — спросил Крылов, глядя, как секретарша отключает от его руки капельницу. — Приезжай ко мне в восемь с Таис.

— Хорошо, мы будем, — ответил Антон, и они простились.

Без Алексея Антон чувствовал себя как без рук. Марта, как могла старалась компенсировать его отсутствие, но у нее не получалось. Она нервничала, из-за чего многое вылетало у нее из головы, чем она еще больше раздражала босса, который был как на иголках.

— Если не можешь запомнить, записывай! Это же элементарно! — накричал на нее Антон после очередного косяка. — Взять ручку и записать в ежедневник!

— Ты бываешь здесь не больше шести часов, а я тусуюсь по двенадцать! — не осталась в долгу Марта. — На мне все дела, включая те, что вел Леша! Да любой компьютер завис бы от такого количества открытых программ!

— Тогда есть смысл поискать работу попроще!

— Пожалуй, я так и сделаю! — сказала Марта и выскочила из кабинета. Антон устало уронил голову на руки. Он совсем не хотел ругаться с Мартой и тем более увольнять ее, но напряжение последних дней рвалось наружу. Он вышел из кабинета и, спустившись вниз, увидел плачущую Марту. Он обнял ее, привлек к себе.

— Прости, — тихо проговорил Антон. — У меня едет крыша. Ты ни в чем не виновата.

— Ты все время указываешь мне, какая тупая и несостоятельная, — всхлипнула Марта.

— Это не так. Без тебя я бы просто загнулся. Не воспринимай мои слова всерьез. Я не хочу, чтобы ты уходила.

— Все слишком сложно, да? — подняв на него заплаканное лицо, спросила Марта. Антон кивнул. — Я могу что-то сделать?

— Просто будь рядом, — попросил Антон. Марта кивнула и обняла его в ответ. — Я был сегодня у Лешки, все очень паршиво.

Марта охнула и уткнулась лбом ему в грудь. Антон провел рукой по ее волосам. Он вспомнил Алексея, опутанного трубками, который был подключен к аппарату искусственного дыхания, и ему стало тошно. Не в его власти было помочь ему. У него зазвонил мобильный, и он отстранился от девушки. Звонила Катя.

— Это просто кошмар какой-то! — прорыдала она в трубку.

— Что случилось, Кать? — насторожился Антон. — Что-то с Женькой?

— Наташа поругалась с Борисом, — всхлипывая, сказала Катя. — У них был такой скандал, они столько всего друг другу наговорили! И Борис…

Девушка зашлась в рыданиях и не смогла продолжить.

— Кать, что с ним? — крикнул Антон.

— Его увезли в больницу, — с трудом проговорила Катя. — Я сейчас с ним, но все очень плохо!

— Инфаркт? — спросил Антон, взбегая по лестнице в кабинет. Ему нужно было взять ключи от машины.

— Скорее всего, — всхлипнула Катя. — Мне пока ничего не говорят! Он в реанимации, с ним врачи.

— Говори, где вы. Я сейчас приеду, — сказал Антон, пробегая мимо расстроенной Марты. — Наташа знает, что случилось?

— Нет, я не смогла до нее дозвониться.

— Ладно, я сам ей позвоню. А ты возьми себя в руки, хорошо? — мягко проговорил Антон.

— Да, — просипела Катя и отключилась.

— Все опять на мне? — спросила Марта, следуя за Антоном до выхода из клуба.

— Всего на пру часов, — заверил ее Антон и послал ей воздушный поцелуй. — Я знаю, что ты справишься!

Катя, сгорбившись сидела в приемном покое. Она теребила в руках бумажный носовой платок, уставившись в солнечный блик на полу. На ней был сарафан на тонких бретельках, на коленях лежала белая вязаная кофточка. Рыжие волосы убраны в пучок.

— Ну что? — подходя к ней, спросил Антон.

— Пока все без изменений, — ответила Катя и хмуро посмотрела на него. — Вы дозвонились до Наташи?

— Нет, она не отвечает.

— Сомневаюсь, что Борис захочет ее видеть, — вздохнула Катя. — Да и вас тоже.

— Борис узнал, что мы были любовниками?

— Наташа сама ему сказала, — ответила Катя и сурово посмотрела на Антона. — Вам не стыдно? Он же ваш друг!

— Допустим, стыдно. Сейчас это что-то изменит?

— Я ожидала, что вы лучше.

— С чего вдруг?

— С того, что человек, который помогает другим, не может быть настолько плохим! — выпалила Катя и ее бледные щеки покраснели. — А вы –обыкновенный предатель! И теперь Борис умрет из-за этого!

— Я понимаю, что ты расстроена и напугана, но от того, что ты сделаешь больно мне, тебе легче не станет, — сказал Антон, садясь на скамью рядом с ней. — Что было перед тем, как Наташа устроила скандал? Только честно.

— Борис поцеловал меня, — после долгой паузы, тихо проговорила Катя. — Мы целовались, когда она вошла. Но это не то, что вы думаете! Правда!

— Серьезно? Это было искусственное дыхание, да? — язвительно сказал Антон. Понятно тогда, почему Наташу понесло.

Катя ничего не ответила и отвернулась. Антон заметил, что у нее дрожит подбородок.

— Это был просто поцелуй, — упрямо повторила Катя. — Между нами ничего не было!

Антон не поверил ей, но комментировать не стал. У Кати зазвонил телефон, и она вытащила из складок кофты мобильный Бориса и по-хозяйски поднесла его к уху.

— Слушаю. Нет, Борис Алексеевич сейчас в реанимации, — взволнованно проговорила она. — О Господи! Как она? Да-да, конечно…

Катя отложила сотовый и посмотрела на Антона пустым взглядом.

— Наташа разбилась на машине, — безжизненным голосом сказала она.

Антон издал глухой стон и закрыл лицо руками.

К Борису их не пустили. Состояние было тяжелым, и врачи пришли к выводу, что его нельзя сейчас волновать. Антон отвез рыдающую Катю домой. Она чувствовала себя виноватой в том, что случилось и не могла взять себя в руки. У нее были ледяные руки, а плечи дрожали. Антон даже начал переживать, как бы она не тронулась умом от таких переживаний. Но все его мысли снова и снова возвращались к Наташе. После аварии ее доставили в больницу и сейчас делали операцию. Никаких подробностей он больше не знал. Брагин мысленно молился, чтобы она выжила. Ему было невыносимо от того, что она умрет.

Их встретил Женька. Он ждал их на крыльце в инвалидной коляске. В его глазах была тревога, смешанная со страхом.

— У него сегодня было достижение, — неожиданно спокойным голосом проговорила Катя, глядя на брата. — Он смог сам стоять тридцать секунд.

— Я очень рад за него! — искренне сказал Антон.

— Но он продолжает считать, что ничего у него не получается, — вздохнула Катя.

— Я это уже понял, — сказал Антон, поднимаясь по ступенькам. — Привет, Жень!

— Все плохо, да? — облизывая губы, спросил Женька.

— Пока непонятно, — осторожно сказал Антон. — Но лучше готовиться к самому плохому.

Женька бросил на сестру хмурый взгляд и, развернувшись на коляске, вкатился в дом.

— Останетесь на ужин? — предложила Катя.

— Нет, — ответил Антон и посмотрел на часы. — Мне надо ехать. Пока, Кать.

Антон вернулся к машине и сев за руль, выехал на дорогу. Он ехал в больницу к Наташе. Ему было необходимо увидеть ее. У него зазвонил мобильник. Таис.

— Я сейчас у Крылова, — сказала она, и Антон с досадой понял, что забыл об ужине. — Ты приедешь?

— Я буду позже, — ответил он. — У меня сейчас встреча, которую я не смог отменить. Как только освобожусь, я тебе позвоню.

Антон сам не знал, зачем соврал Таис. Вряд ли бы она стала на него злиться, узнав ситуацию, но ему хотелось сохранить свою поездку к Наташе в секрете от всех, словно их тайные отношения продолжались. Он столько раз говорил ей, что не любит ее, но все же у него были к ней чувства, которых он стыдился и о которых хотел забыть.

У него не хватило терпения дождаться лифта, и он побежал по лестнице. Шрам тут же напомнил о себе тупой болью, и он прижал к нему руку, желая его успокоить. Оказавшись в отделении, он нашел врача, который занимался Наташей.

— А вы ей кто? — строго спросил он, окинув Антона взглядом.

— Муж, — соврал тот. Он сомневался, что Борис сюда приедет и его ложь вскроется.

— У вашей жены сотрясение мозга, сломаны ребра, а так же перелом бедра, — задумчиво перечислил врач. — Ее прооперировали, кровотечение остановлено. Состояние тяжелое, но не критическое.

— Можно ее увидеть?

— Да, но ненадолго. У вас десять минут, — посмотрев на часы, сказал врач. — Пойдемте, провожу вас.

Лицо Наташи закрывала кислородная маска. На лбу — красный подтек, на скуле — синяк. Рыжие волосы разметались по подушке. Антон сел на край койки и взял ее за руку. Она вздрогнула и распахнула глаза.

— Ты… — выдохнула она.

— Тихо, не надо говорить, — сказал Антон, поглаживая ее пальцы. — Врач сказал, что ты скоро будешь в порядке.

— А смысл…

— Жить — это и есть смысл.

— Я призналась Боре, что спала с тобой, — устало сказала Наташа.

— Да, я знаю.

— Ненавидишь меня за это?

— Нет. Мне даже стало легче, — признался Антон.

— И мне. Хотя теперь все кончено… Я все потеряла, — сказала Наташа и из ее глаз потекли слезы. — Боря меня никогда не простит. У него теперь на первом плане эта дура… Никогда тебе ее не прощу!

— Найдешь себе другого парня. Ты красивая девушка, проблем с этим не будет.

— Да я теперь инвалид! — дрожа, прошептала Наташа. — Кому я нужна?

— Не наговаривай на себя, — сказал Антон. — С тобой все будет хорошо. Кости срастутся, синяки исчезнут. Как случилась авария?

— А сам не догадываешься? — горько усмехнулась Наташа, и Антон мысленно чертыхнулся. — Даже в этом я неудачница.

— Я приду к тебе завтра, — пообещал Антон.

— Боря как? Как он воспринял известие об аварии?

— Он не знает, его увезли в больницу. Обширный инфаркт. Врачи ничего не обещают.

Наташа тихо вздохнула и больше ничего не сказала. Отвернулась от Антона и притворилась, что уснула. Он еще несколько минут посидел рядом с ней и когда медсестра сделал ему знак рукой, что пора уходить, поднялся с койки. Бросил взгляд на девушку и вышел из реанимации.

Ужин у Крылова оказался для Антона пыткой. Он очень устал, и у него не было желания вести светскую беседу. Ему хотелось завалиться в постель и никого не видеть. Он наблюдал, с каким воодушевлением Таис общается со свекром и решил, что не будет прерывать этот вечер своим плохим настроением. У него болела голова и было ощущение, что поднимается температура.

Крылов выглядел намного лучше, чем утром. Похоже, капельница помогла ему, а может быть, он умел хорошо держать себя в руках.

— У Ильи есть чудесный домик в Испании, — медленно проговорил Крылов, словно смакуя сам факт такого владения. — Будет здорово, если ты поживешь там месяц-другой.

— С чего вдруг? — насторожилась Таис и бросила взгляд на Антона.

— Ты беременна, и, насколько я знаю, беременность протекает не очень легко, — сказал Крылов. — Полноценный отдых пойдет тебе на пользу.

— Вы уже знаете про Алексея, да? — догадалась Таис.

— Ник выбрал свой путь и теперь его больше ничего не сдерживает. Я не хочу, чтобы ты рисковала собой и моим внуком. Я уже договорился с Покровским, завтра ты улетаешь в Испанию, — тоном, не терпящим возражений, сказал Крылов.

— Ты знал о планах Романа Львовича? — спросила Таис и посмотрела на Антона.

— Нет.

— Я с ним не советовался, не наезжай на него, — сказал Крылов. — Это мое решение.

— Но я его поддерживаю, — сказал Антон. — Тай, будет лучше, если ты уедешь.

— Ты ведь приедешь ко мне? — посмотрев на Антона, спросила Таис.

— Конечно, — поспешно заверил ее Антон. — Я тоже хочу бесплатно отдохнуть на морском побережье.

Таис рассмеялась и прижалась к его плечу. Он рассеянно поцеловал ее в макушку.

— Скажу Оксане, чтобы приготовила вам комнату, — поднимаясь, сказал Крылов. Антон с облегчением вздохнул: в таком состоянии ему не хотелось садиться за руль.

— У тебя все хорошо? — спросила Таис, когда Крылов ушел.

— Друг попал в больницу с инфарктом.

— Ты к нему ездил?

— Да, — ответил Антон и не испытал ни малейших угрызений совести из-за своей лжи. — Мне не хочется сейчас об этом говорить.

— Хорошо, — Таис поцеловала его в висок. Она верила ему, и это на секунду кольнуло Антона в сердце, но он тут же напомнил себе, что не делает ничего плохого.

После ночи в чужой кровати у Антона ныла спина. Когда он встал, Тая еще сладко спала, и он не стал будить ее. Посмотрел, как она лежит, разметавшись на простыне и подавив пробудившееся желание, заставил себя выйти из спальни. Сбежал по лестнице в гостиную и нашел на журнальном столике мобильный, который забыл вчера в столовой. Он боялся увидеть среди пропущенных звонок от Кати с сообщением, что Борис умер. Но три пропущенных оказались от Марты, и он сразу перезвонил ей.

— Я была сегодня утром у Леши, — запыхавшись, проговорила Марта. — Он пришел в себя!

— Он рассказал тебе, что случилось?

— Нет, врач запретил его волновать, поэтому я не стала задавать таких вопросов! Но он уже сообщил следователю о том, что Леша очнулся! Тот сегодня должен прийти, — быстро проговорила Марта.

У Антона затеплилась надежда, что после заявления Алексея Ника задержат, и тогда они смогут вздохнуть с облегчением. Этот тип не будет больше угрожать им. Но предыдущий печальный опыт подсказывал ему, что посадить Ника будет не так-то просто.

— Я в обед заеду к нему, — сказал Антон. — Клуб опять на тебе будет, я весь день проведу в разъездах.

— Вот удивил, прям! — фыркнула Марта. — За всю эту нервотрепку ты должен поднять мне зарплату! И выплатить премию!

— Какая ты жадная девочка!

— Хочу купить остров и свалить подальше от тебя!

— Ты сегодня в хорошем настроении!

— Леша очнулся! — сказала Марта и Антон понял, что она улыбается. — И мы договорились пойти в поход, как только он поправится.

— Звучит как приглашение на свидание.

— Так и есть. Но я тебе ничего не говорила!

Антон улыбнулся, хотя на душе у него было тревожно. Он сунул мобильный в карман и пошел на кухню, чтобы сделать кофе. Там уже суетилась Оксана.

— Сейчас будет завтрак! — сказала она, бросив на Антона взгляд. — Потерпите еще пять минут и поешьте как человек!

— Роман Львович уже встал? — спросил Антон, усаживаясь за стол. Ему не хотелось лишний раз пересекаться с Крыловым.

— Он рано уехал, — ответила Оксана. — Ночью сюда приезжал Ник, и они поругались… Я уж испугалась, что придется опять «скорую» вызывать, но вроде все обошлось. Сегодня встал в пять утра, чаю попил и уехал.

— Ничего не слышал, — сказал Антон и занервничал. Нет сомнений, что Ник знал, что он и Таис здесь. Не мог не видеть его машину, стоящую во дворе.

— Роман Львович сразу увел его в кабинет и закрыл дверь, — прояснила ситуацию Оксана. — Думаю, Ник пришел просить денег, а Крылов так рано встал, чтобы снять для него нужную сумму.

— Вряд ли это поможет, — пробормотал Антон. Оксана пожала плечами и поставила перед ним тарелку с пшенной кашей, украшенной орехами и курагой.

— Приятного аппетита!

— Спасибо, — ответил Антон и принялся за еду.

Борис был бледен, но на умирающего совсем не походил. Увидев Брагина, он не отвел взгляд. Его губы изогнулись в холодной усмешке. Антону внезапно стало жарко, словно температура его тела резко поднялась до сорока.

— Что я в тебе всегда уважал, так это смелость, — хрипло проговорил Борис.

— Я не мог не прийти. Нам нужно поговорить, — сказал Антон, садясь на стул.

— Это тебе нужно выговориться, а мне и так все понятно, — сказал Борис и тяжело сглотнул. — Но я сделаю вид, что буду слушать.

— Я никогда не хотел причинить тебе боль или унизить.

— Ты просто по-тихому воровал мое доверие.

— И один Бог знает, как сожалею об этом, — искренне сказал Антон. Борис грустно улыбнулся.

— Разве это что-то меняет? Но приятно понимать, что тебе жаль.

— Ты сможешь простить мне это?

— Неужели ты нуждаешься в такой подачке от меня?

— Ты ведь знаешь, как много значишь для меня, — сказал Антон и к горлу подкатил ком. — Ты мне больше, чем друг. Ты — моя семья.

— Я догадывался, что между тобой и Наташей что-то происходит, — сказал Борис, и его щеки покраснели. — Видел, как она смотрит на тебе, как ты тянешься к ней… Я игнорировал сплетни, потому что боялся правды. Но не из-за страха потерять жену, нет. Мне было страшно, что, приняв такое положение вещей, я потеряю тебя.

— Это было большой ошибкой с моей стороны.

— Ошибка — это единичный случай. Два года отношений — это уже выбор. Наташа была со мной очень откровенна, — усмехнулся Борис и поправил тонкие проводки с кислородом возле носа. — Даже чересчур. Много из того, что она сказала, я бы предпочел никогда не знать.

— Что теперь с ней будет?

— Я попросил адвоката приготовить документы о разводе. Наташа об этом уже знает. Можешь позаботиться о ней теперь, если хочешь. Хотя у тебя теперь есть Таис.

— И я скоро стану отцом, — сказал Антон и улыбнулся.

— Поздравляю. Это важное событие в жизни каждого человека… Когда свою роль ребенка ты уступаешь другому…Надеюсь, твой сын будет похож на тебя. И мне немного грустно, что я не доживу до его рождения…

— Борис, я…

— Я рад, что ты пришел. Будь я в другом состоянии наша беседа сложилась бы иначе. Не думай, что ты бы легко отделался. Если ты помнишь, я умею неплохо боксировать. Так что тебе бы досталось…

— Не сомневаюсь, — ответил Антон. Каждое слово Бориса било в самое сердце.

— А сейчас… Все, на что у меня хватает мужества, это простить тебя, — помолчав, сказал Борис и его глаза стали влажными. Он взял Антона за руку и крепко сжал ее. — Это не значит, что мне не больно и я не разочарован. Я разбит твоим предательством, но у меня слишком мало времени, чтобы тратить его на обиды.

— Это лучший подарок в моей жизни, — сказал Антон, и его глазам стало горячо. Щедрость Бориса тронула его до глубины души.

— Подарком было бы сломать тебе нос… — Борис издал хриплый смешок и ослабил хватку, с которой сжимал руку Антона.

— Я люблю тебя, — тихо сказал Антон и посмотрел Борису в глаза.

— Я тоже люблю тебя, хотя временами ты такой сказочный дурак…

Антон засмеялся, и слезы по его щекам. Докатились до губ, и он ощутил их соль.

— Ну, вот я про это и говорю, — глянув на него, сказал Борис.

— Дружба с тобой — самое ценное, что у меня есть.

— После Таис, конечно.

— Нет. Без тебя бы не было того, кем я стал, а значит, не было бы и встречи с Таис. Знаю, после всего, что случилось это звучит как издевательство…

— Что только подтверждает мои слова.

— Здорово, что ты даже сейчас не теряешь чувство юмора.

— Это все, что у меня осталось, — сказал Борис. На его лице отразилась усталость, губы посерели. — Поспать хочу… Поговорим позже, ладно?

Антон кивнул. Он пожал прохладные пальцы Бориса и вышел из палаты. Ему не хотелось думать, что он видел его в последний раз. Он уже подъезжал к клубу, когда ему позвонила Таис.

— Я сейчас еду в больницу, — прерывающимся голосом, сказала Таис. — Крылова сбили машиной.

— О Господи! — простонал Антон, у которого уже начинал дергаться глаз от неприятностей. — Как он?

— Не знаю. Сказали, состояние критическое, — вздохнула Таис. — Заберешь меня вечером оттуда?

— Я приеду к тебе сейчас, — ответил Антон. Отложив мобильник, он развернул машину и поехал в больницу.

Таис стояла у окна, сжимая в руках бумажный стаканчик с кофе. Ее губы были плотно сжаты, на скулах выступили желтые пятна. Антон подошел к ней и не говоря ничего, сгреб ее в объятия. Она охнула и прижалась к его груди.

— У Крылова сломан позвоночник, он никогда не сможет ходить, — глухо сказала Таис. — Если, конечно, переживет эту ночь. Врач сказал, что следующие трое суток будут решающими.

— Нашли того, кто его сбил?

— Машина была без номеров, — отстраняясь, сказал Таис. — Его сбили, когда он выходил из банка. Я думаю, это был Ник.

— Он приезжал сегодня ночью к отцу.

— Да, я знаю, — рассеяно проговорила Таис.

— Ты с ним говорила?

— Это сложно назвать разговором.

— Почему ты ничего не сказала мне? — беря ее за плечи, устало спросил Антон. — Какого черта ты все время выкидываешь меня из своей жизни?

— Ты спал, и мне не захотелось тебя будить, — виновато произнесла Таис и коснулась пальцами его щеки. — За ужином ты выглядел очень уставшим, а ночью ты горел.

— Я в порядке! Ник тебе ничего не сделал?

— Нет. Крылов не дал ему. Видимо, за это и поплатился, — сказала Таис и села на скамейку. — Все, кто пытается меня защитить, страдают.

— Полиция подозревает Ника?

— Я рассказала следователю об их с отцом конфликте. Будут проверять. Там, где случился наезд, было много видеокамер, так что есть надежда… — сказала Таис.

— Поедем домой, — сказал Антон. — Тебе нужно поспать. Ночью у тебя самолет, ты должна быть в порядке.

— Я никуда не поеду! Как я оставлю Крылова в таком состоянии? — вскинулась Таис и с вызовом посмотрела на Антона. Мол, за кого ты меня принимаешь? Совсем с ума сошел?

— Ты уедешь, — решительно сказал Антон. — Никаких отговорок. Если ты не согласишься добровольно, мне придется тебя заставить! И будь Крылов сейчас в сознании, он сам бы запихал тебя в самолет!

Таис ничего не ответила, но в ее глазах заблестели слезы. Она допила кофе и выбросила пустой стаканчик в мусорное ведро. Антон взял ее за локоть, вынуждая встать. Она неохотно подчинилась ему. Он приобнял ее за талию, и они медленно двинулись к выходу.

Всю дорогу до башен они молчали. Таис даже не смотрела в его сторону. Видимо, своим высказыванием Антон напомнил ей Ника. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы она сравнивала его с ним.

— Прости, я не хотел задеть тебя, — сказал Антон, когда они вошли в лифт.

Таис кивнула и ничего не ответила. Обхватила плечи руками и опустила голову.

— Я очень устала бояться, — сказала она и вдруг порывисто обняла Антона. — Мне кажется, этот ад никогда не закончится, и я всю жизнь должна буду прятаться от Ника. Все эти месяцы, с того дня, как он пытался убить меня, я засыпаю с мыслью, что это может быть моя последняя ночь. И это угнетает. Я уже не знаю, какое решение правильное и стоит ли бежать дальше.

— Мы со всем справимся, — зарываясь пальцами ей в волосы, сказал Антон, прижимая Таис к себе. — Ты больше не одна, запомни это.

Таис тихо всхлипнула и еще теснее прижалась к нему.

— Я люблю тебя, — едва слышно проговорила она. Подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Очень люблю.

Антон наклонился к ней и поцеловал ее. Она ответила на его поцелуй с той же страстью, с какой они целовались впервые. На мгновение ему даже показалось, что она хочет заняться с ним любовью, но в этот момент Таис резко отстранилась. Дверцы лифта открылись, и они вышли в коридор. Антон не сразу заметил мужскую фигуру возле своей квартиры, а когда увидел, то лифт уже ехал вниз. Ник стоял, привалившись к стене и ухмылялся. Таис вцепилась в запястье Антона, раня его своими ногтями.

— Уходи, — толкнув ее, бросил Антон. — Беги вниз по лестнице!

— Ребятки, давно не виделись! — изображая радушие, сказал Ник, шагнув им навстречу. — Вы ведь тоже хотели увидеть меня, не так ли?

— Просто умирали от желания, — пряча Таис за спину, сказал Антон.

— Ну, я сейчас могу реализовать ваши стремления, — широко улыбнувшись, сказал Ник. Он достал из кармана ветровки пистолет с глушителем и наставил его на Антона. — Давай, открывай дверь!

— Ты выбрал не лучший способ для убийства, — сказал Антон. — Здесь полно видеокамер. Тебя задержат на раз-два.

— Я и так уже в бегах. Мне терять нечего, — сказал Ник. — Так что давай, открывай, повеселимся. Не испытывай мое терпение.

Круглое отверстие глушителя уперлось Антону в грудь. Он мог бы его обезоружить, но Таис мертвой хваткой вцепилась ему в руку, и момент был упущен. Он послушно достал ключ и вставил его в замок. Щелкнул механизм, и Ник ногой открыл дверь, ни на секунду не отвлекаясь от своей мишени.

— Ты первый, — сказал Ник. — Двигайся, ну!

Антону не хотелось поворачиваться к нему спиной. Он сделал шаг вперед и повернулся к Нику лицом. Тот продолжал целиться в него, но его внимание уже переключилось на Таис, следовавшую за ним. Прежде чем она успела войти в квартиру, Ник обхватил ее шею и приставил к виску пистолет. Таис охнула и побледнела.

— Подними руки над головой, — потребовал Ник, глядя на Антона, который пятился в гостиную. Тот старался незаметно озираться по сторонам, чтобы найти что-то, чем можно было обезоружить Ника. Он секунду помедлил, чем разозлил парня, и он снова наставил на него пистолет. — Быстрее!

Антон подчинился. Поднял руки, глядя на Таис, которая была ни жива, ни мертва. Взгляд отсутствующий, словно она не верит в происходящее.

— Если у тебя претензии ко мне, давай поговорим, — сказал Антон. — Отпусти Таис.

— Ну что ты! К тебе у меня нет никаких претензий! — великодушно произнес Ник. — Ты не изменял мне, не занимал мое место в завещании. Я тебе даже сочувствую, что ты запал на такую змею, как моя жена! Ладно бы просто переспал, но ты еще и влюбился в нее! Поэтому я буду добр к тебе и убью быстро!

Антон не успел ничего понять, как острая боль обожгла грудь, словно сквозь нее прошло пламя. Его отбросило назад и он упал. Таис закричала. Хотела рвануться к нему, но Ник не дал ей этого сделать. Жадно хватая ртом воздух, Антон часто моргал, чтобы пелена перед глазами рассеялась. Боль разливалась по всему телу. Он старался упереться рукой в пол, чтобы подняться, но не смог. Голова, казалось, заполнилась водой, звуки стали дальше и глуше. Краем сознания он понимал, что ускользает из реальности, и нужно было изо всех сил за нее зацепиться.

— Не трогай меня! — как в замедленной записи, прозвучало у него в ушах. Пол слегка качнулся, словно на него упало что-то тяжелое. Антон спиной ощутил эту волну.

— Еще полчаса ты моя жена! — снова проговорил механический голос. — Ну или десять минут. Как пойдет.

Темнота перед глазами Антона медленно рассеивалась. Боль все еще не давала ему дышать, но он почувствовал прояснение. Словно организм, понимая всю критичность ситуации, запустил резервные силы. Ухватившись за спинку дивана, Антон поднялся. Его взгляд упал на грудь — белая ткань рубашки была залита кровью до пояса. Его шатало, во пересохло. Перед глазами летала муть, словно ему в лицо швырнули сухого песка.

— Хочешь убить — убей, только не прикасайся! — сдавленно крикнула Таис. Вслед за ее криком послышался звук удара. Антону хотелось бежать, но ноги были словно ватные. Каждый шаг давался с таким трудом, словно он никогда прежде не умел ходить. Прежде чем он добрался до прихожей, ему показалось, что прошла вечность.

Таис лежала на полу, изо всех сил стараясь вырваться из тисков Ника. Она отворачивала от него лицо, желая высвободить запястья из его рук, но тот крепко прижал их полу, не давая возможности выскользнуть. Пистолет лежал рядом. Антона нагнулся и поднял его. Он показался ему неподъемной ношей. Его руки дрожали.

— Отпусти ее! — глухо потребовал Антон, касаясь глушителем затылка Ника. Тот замер и медленно повернулся к нему.

— Ну ты и живучий! — удивленно произнес Ник, резко откидываясь назад. Антон отшатнулся назад. Он не хотел, чтобы Ник выбил оружие из его слабых рук. По тому, как гудело все тело, времени у него оставалось в обрез. Таис отползла в сторону и поднялась на ноги. Тяжелая сталь пистолета выскальзывала из липких пальцев Антона. Он судорожно сжал ствол, не давая ему упасть. Ник выпрямился и напрягся, словно кошка готовая к прыжку. Палец Антона судорожно дернулся, нажимая на спусковой крючок. Все его тело содрогнулось от отдачи, и Антон не смог устоять на ногах. Ник с удивлением уставился на него, вытянул вперед руку и тут же упал. Таис охнула и закрыла лицо руками.

— Ты свободна, — прошептал Антон, и оружие упало на пол. Он понял, что больше не сможет бороться, и провалился в темноту.

Антон не помнил, как его привезли в больницу и как готовили к операции. Он очнулся ночью и долго не мог понять, где он. От жужжания аппаратов, ему пришло в голову, что он находится в космическом корабле и его душу везут в космос. А потом кто-то поблизости несколько раз чихнул, и у него загудело в ушах. Вряд ли, будь он мертвым, почувствовал бы это. Боль в груди тоже тут же дала знать о себе, и он понял, что жив. Воспоминания медленно воскресали в памяти. Он убил Ника. Стал убийцей. Это удивляло его, но угрызений совести не возникло. Может быть, они придут потом, спустя время. Хотя были ли у него другие варианты? Может, и были, но в тот момент он не мог их увидеть. Все, чего он хотел — защитить Таис. Что с ней сейчас? Как она? От этих мыслей Антон беспокойно заворочался, боль стала острее, и он затих.

Что теперь с ним будет? Он превысил самооборону и теперь ему предстоит суд. Скорее всего, как только ему станет чуть лучше, его арестуют. На несколько секунд Антона накрыла паника, и на лбу выступила испарина. Его зазнобило. До этого дня у него никогда не было проблем с законом, и он испугался. Но на смену страху пришло успокоение: раз с Таис все хорошо, это того стоило. Они живы, а значит, у них есть шанс на счастье и они со всем справятся. Вот только будет ли он ей нужен после того, как отмотает срок? Хотя разве это имеет значение? Главное, чтобы она и ребенок были в порядке.

Усталость навалилась мгновенно, и Антон закрыл глаза. Он не хотел спать, но тут же провалился в забытье.

Через два дня Антона перевели из реанимации в палату. Ему было больно дышать, от любого движения темнело в глазах. Врач сказал, что он выжил чудом, пуля прошла навылет в нескольких миллиметрах от сердца. Хороший повод почувствовать себя счастливчиком! Кто-то привез ему вещи и телефон. Наверное, Марта. Хотя ему хотелось верить, что это сделала Таис.

Он еще не успел обжиться в палате, как к нему пришел следователь и стал задавать вопросы. Антон занервничал. Ему нужно было поговорить с адвокатом, прежде чем давать показания. Но предыдущие двое суток прошли как в аду, и он плохо соображал. Поэтому отвечал он осторожно, озвучивая только факты.

— Вы говорили с Таис? — спросил Антон, понимая, что сойдет с ума от неизвестности. — Она в порядке?

Следователь внимательно посмотрел на него, прежде чем ответить. Словно оценивал что-то для себя, взвешивая, что ему будет лучше сказать.

— Крылова сейчас находится в больнице, — сказал следователь, и Антон похолодел. Он не помнил, чтобы Таис была ранена. Но, может быть, он что-то упустил, не заметил? — Вчера ее прооперировали.

— Что с ней? — подавшись вперед, спросил Антон.

— Она потеряла ребенка, — ответил следователь. — Я так понимаю, Крылова была беременна от вас?

— Да, все так, — ответил Антон и потер переносицу, чтобы дать себе паузу и совладать с нахлынувшими чувствами. Ему показалось, что в душе у него что-то умерло.

— Мои соболезнования, — сухо сказал следователь. — Озаботьтесь адвокатом, он вам скоро очень понадобиться.

— Меня арестуют?

— Как только вашему здоровью ничего не будет угрожать.

Антон кивнул. Ничего другого он и не ожидал. Следователь ушел, и он устало откинулся на подушку. Ему хотелось позвонить Таис, услышать ее. Но он не знал, что сказать ей. Если он ощущает себя разбитым и потерянным, то что чувствует она? Как ему с ней вообще говорить? Чтобы он ни сказал, ей будет только больнее.

Антону потребовался час, чтобы собраться с силами и позвонить Таис. Она долго не брала трубку, и он уже собирался нажать отбой, когда услышал ее усталый голос.

— Привет, Антон. Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке. У меня был следователь. Сказал, что ты в больнице, — сказал Антон, и у него сел голос.

— Да, — ответила Таис и замолчала.

— Мне жаль.

— И мне, — ответила Таис и Антона обжег холод в ее голосе.

— Поговори со мной, пожалуйста, — взмолился он.

— Я не могу. У меня сейчас нет слов, — сухо ответила Таис. — Слишком много всего произошло.

— Крылов знает, о том, что его сын… погиб? — У Антона не повернулся язык сказать «убит». Он еще не свыкся с мыслью, что на его руках всегда будет чужая кровь.

— Знает. Я ему сказала об этом.

Антону хотелось спросить: он теперь ненавидит меня? Но смелости задать этот вопрос не хватило. И так можно было понять, что к нему чувствует человек, близкого которого он отправил на тот свет.

— Как его состояние?

— Кризис миновал. Значит, пойдет на поправку, — ответила Таис.

— Я так полагаю, теперь весь бизнес будет на тебе.

— Не могу сказать, что я от этого в восторге. Я надеялась, пройдет больше времени прежде, чем я возьму на себя ответственность за эту махину, — задумчиво проговорила Таис.

— Ну, у тебя есть помощники, — сказал Антон и подумал, что это хорошо. Работа отвлечет ее от того, что случилось, и поможет пережить горе.

— Да, Покровский уже приезжал, предлагал свою помощь, — сказала Таис, и Антона кольнула ревность. Он вспомнил их разговор на благотворительном вечере.

— Тай, мы должны поговорить о том, что случилось.

— Не сейчас. Я все это видела своими глазами и не могу об этом вести беседы, — сухо ответила Таис, и ему показалось, что она винит его в том, что он нажал на спусковой крючок. — Мне нужно время.

— Ты мне никогда этого не простишь?

— Антон, ведь не об этом речь, — расстроено произнесла Таис. — Ты спас мне жизнь, я этого никогда не забуду. Но мне тяжело. Я понимаю, что тебе тоже. И на тебе ответственности больше, чем на ком-либо, но мне нужно прийти в себя.

— Я понимаю, — сказал Антон и это было правдой. Но это не значило, что ему от этого понимания стало легче.

— Ты сейчас должен заботиться о себе. Я нашла тебе адвоката. Уже поговорила с ним, и он готов взяться за твое дело, — сказала Таис и ее голос стал чуть бодрее. — Мы справимся.

Ее слова вселили в Антона уверенность, что у них есть шанс, и теперь он был готов свернуть горы, чтобы снова быть с Таей. Он устал и закрыл глаза. Словно почувствовав его состояние, Таис закончила разговор.

Антон шел по тюремному коридору. До суда он должен будет провести время в заключении. Это пугало его, хотя адвокат, которого нашла Таис, заверил его, что у них неплохие шансы на то, что его самооборону признают допустимой. Ник ворвался на его территорию и это давало ему возможность на смягчение приговора.

Тяжелая дверь открылась, и Антон оказался в камере. Он старался сохранять спокойствие, но он не знал правил этой жизни и опасался своим незнанием навредить себе. Помимо него в камере уже было трое.

— Добрый день, — поздоровался Антон. На его приветствие никто не ответил. В его сторону даже не посмотрели, словно он был призраком. Здесь так принято? Или он сделал что-то не так? Антон не знал этого. Осторожно, чтобы не вызвать раздражения, он посмотрел на своих сокамерников. Самому старшему было около пятидесяти. У него было красное лицо, светлые волосы с налетом выгоревшей рыжины. На лбу — два тонких шрама, от уголка глаза через всю щеку — еще один, похожий на росчерк шпаги. Взгляд хитрый, оценивающий, в котором было что–то птичье. Другой был ровесником Антона, нервный парень, который не мог спокойно сидеть на месте, то и дело вертелся, трогал лицо, приглаживал волосы и за это получал подзатыльники от самого молодого из троицы. Нервно смеялся, замирал на мгновение и принимался за старое. Антон задержал взгляд на том, кто был младше всех. Крепкий, мускулистый, с коротким ежиком на голове и загорелой кожей, он резко выделялся на фоне двух других. В нем чувствовалась наглость и духовная сила, но назвать здешним лидером его было нельзя. Брагину подумалось, либо он новичок в криминальных делах, либо попал сюда случайно.

До конца дня с ним никто так и не заговорил. Антон не знал, хорошо это или плохо. Может быть, ему самому нужно было начать разговор? Спросить у каждого, как дела? Или бы это ничего не изменило и его проигнорировали бы? Он терялся в догадках и от этого нервничал еще больше.

После отбоя он сразу лег спать. Рана болела, и он стискивал зубы, чтобы не стонать от боли. Он не мог улечься, а лишний раз ворочаться и привлекать к себе внимание не хотелось. Закрыв глаза, он стал думать о Женьке. Делает ли тот упражнения или забросил? Будет очень обидно, если так. У него уже многое получалось! Антону стало жаль, если парень без него сдаться и месяцы тренировок пойдут насмарку. Как не вовремя случился этот арест! Он до крови закусил губу. Мысли о Женьке заставили его вспомнить Бориса. Они пару раз созванивались после того, как он убил Ника. Борис позвонил ему сам, узнать, правда ли о то, что о нем говорят. Для человека, который собирался умирать, его голос звучал достаточно бодро. Он расспросил его, как дела, узнал кто будет его защищать, и остался очень доволен выбором адвоката.

— Этот адвокат приятель Крылова, ты знал? — спросил его Борис.

— Нет, я не в курсе, — растерялся Антон.

— Они сотрудничают с Мухиным уже лет пять. Мухин выигрывал даже самые безнадежные дела. Чертовски талантливый человек! Но и услуги его стоят, как покупка хорошего самолета. Удивительно, как он согласился защищать тебя при таком раскладе.

Антона тоже очень интересовал этот вопрос. На какой-то момент ему даже стало не по себе от того, что все так складывается. О чем думала Таис, когда договаривалась с Мухиным? Неужели ее не насторожила двойственность этой ситуации? Как на все это отреагирует сам Крылов?

А через час к нему в больницу приехала Катя. Привезла гостинцы и рассказала о том, что теперь ухаживает за Наташей, пока та приходит в себя после аварии.

— Борис разрешил ей жить у него в доме, — с грустью сказала Катя. — И мне кажется, что они помирятся.

— Сильно я в этом сомневаюсь, — вздохнул Антон.

— А я этого очень боюсь, — тихо призналась Катя.

— Все-таки любовь? — улыбнулся Антон.

— Вот все это поняли раньше меня! Хотя Наташу мне тоже жаль, она сейчас такая потерянная… Мы много общаемся, потому что я за ней присматриваю. Боря попросил, сама бы я не стала. Она хорошая, просто не в том искала счастье.

— Не знаешь, какие у нее планы на будущее?

— Борис пообещал помочь ей открыть свой магазинчик нижнего белья. Она сейчас придумывает свои модели. Создает коллекцию «Горячая девчонка» или как-то так. Рисунки очень милые!

— Это называется эскизы.

— Ну да, — кивнула Катя и покраснела. — Я помогаю ей подбирать ткани, очень хлопотное занятие!

— Да у вас там семейный бизнес!

— На попе ровно посидеть некогда! — вздохнула Катя. — А так хотелось!

— У тебя для этого будет старость. Как чувствует себя Борис?

— Держится. Понятно, что чуда не будет и он не сможет полностью выздороветь, но все могло быть намного хуже… А так есть еще сколько-то времени. Я стараюсь сделать все, чтобы ему было хорошо.

Антон не сомневался, что у Кати все получится. Любовь и внимание — это то, что сейчас нужно Борису. То, отчего он отказывался всю жизнь и в чем так остро нуждался. Встреть он эту девушку тремя годами раньше, возможно, его жизнь сложилась бы иначе. Хотя, может быть, тогда бы он не заметил ее, потому что был другим человеком.

До ареста он виделся с Таис лишь один раз. Она приехала к нему в больницу. Их встреча была короткой, она куда-то спешила, но Антон был рад и этим минутам, что мог видеть ее. В черных шелковых брюках и такого же цвета блузке Тая выглядела скромно и по-деловому. За эти дни она сильно похудела, лицо осунулось и скулы стали острее. Она быстро поцеловала его в щеку и тут же отстранилась, словно не хотела лишний раз касаться его. Он взял ее за руку, но она мягко освободилась и села на стул, создав между ними дистанцию. Это задело Антона, но он не подал виду.

— Я переехала жить к Крылову, — сказала Таис. — Его завтра выписывают, и я хочу быть рядом.

— Конечно, — машинально произнес Антон. Ему было бы приятней, если бы Таис жила в его квартире и спала в их постели.

— Это временно, — сказала Таис.

— Я понимаю.

— Тебя же все равно не будет дома, — сказала Таис, и в ее взгляде появилась тоска. — Мне не хочется быть одной.

— Не надо оправдываться, пожалуйста. Ты вольна поступать так, как считаешь нужным.

— Я не хочу, чтобы тебе было больно.

— Ты останешься со мной? — вырвалось у Антона. Он не хотел задать этот вопрос в лоб, еще больше его пугало сейчас услышать ответ. — Будешь ждать меня?

Таис подняла голову и посмотрела ему в глаза. Она ответила не сразу, и Антон понял, что девушка сомневается.

— Я буду тебя ждать, — произнесла Таис. — Почему ты сомневаешься в этом?

Антон подумал, что с его стороны будет малодушием говорить ей, что ему кажется, что она отдалилась от него. Не те обстоятельства нынче для таких упреков.

— Просто стараюсь прикинуть планы на жизнь, — улыбнулся он. Лицо Таис осталось непроницаемым.

— Убийство Ника… Оно всегда будет стоять между нами, — помедлив, сказала Таис. — Но это не значит, что мы не справимся.

— Тай, если тебе тяжело принять меня после всего, что случилось — скажи мне это сейчас, — попросил Антон. Таис посмотрела на часы и поднялась.

— Через полчаса к тебе приедет Мухин, вам многое надо обсудить. Береги силы и не задавай мне дурацких вопросов, — сухо сказала Таис, подошла к нему и поцеловала его в лоб. Мягко провела рукой по волосам и быстро вышла из палаты. Больше они не виделись.

На Антона накатила тоска. Он скучал по Тае. Ему не хватало ее. И он очень боялся, что у них ничего не получится. Сейчас она с человеком, чьего сына он убил. Когда его выпустят на свободу, какой выбор сделает Таис? Вряд ли Крылов примет тот факт, что его невестка будет в отношениях с убийцей его ребенка. Наверное, он бы тоже не смог, у него не хватило бы на это мужества, а Крылову и так досталось, он бы никогда не осудил его за это. Антон не заметил, как его сморило, и он заснул.

С ним заговорили только на третий день. Антон не смог понять, обрадовало его это или нет. Он уже привык к молчанию, оно даже начало казаться уютным и безопасным.

— Как тебя зовут? — обратился к нему старший.

— Антон Брагин, — скромно представился он. Средний перестал перебирать руками и открыто посмотрел на него. До этого он бросал на Антона взгляды лишь украдкой, опасаясь, что это внимание кто-то заметит.

— За что ты здесь?

— Убийство.

— По твоему холеному личику и не скажешь, что ты серьезный игрок, –усмехнулся Старший. — Или это была случайность?

— Самооборона.

— Удивительно, я ждал услышать от него «меня подставили», — ухмыльнулся Средний. — По-моему, здесь что-то не так!

— Ты сказал — Брагин, да? — переспросил Младший, потирая рукой подбородок.

— Да, — ответил Антон и у него в душе шевельнулось нехорошее предчувствие, которое бывает, как когда делаешь заведомую глупость, которая может обернуться трагедией.

— И кого же ты отправил в мир иной? — поинтересовался Старший. Прищурившись, он внимательно наблюдал за Антоном, и его шрамы напоминали загадочные иероглифы.

— Это важно? — спросил Антон и на его лбу выступила испарина.

— Хочу узнать тебя поближе, — поднявшись, сказал Старший. Средний последовал его примеру, и вдвоем они двинулись к Брагину. Младший продолжил сидеть на нарах, задумчиво поглаживая подбородок. — Ты ведь не против более близкого знакомства?

От его слов Антон похолодел, и его дыхание сбилось. Если бы не ранение, он был бы в хорошей физической форме. Если бы не маленькое помещение, у него была бы возможность раскидать этих парней. Если бы… Все упиралось именно в это. Двое вплотную подошли к нему, и его замутило от запаха их немытых тел. Он не успел опомниться, как старший схватил его за запястье и заломил ему руку за спину. Антон вскрикнул от боли. Шов от ранения запульсировал и ему показалось, что грудная клетка сейчас расколется. За спиной послышался хриплый смешок, и чья-то рука хлопнула его по заднице. Он понимал, что должно произойти, и знал, что его ждет поражение. Чьи-то пальцы вцепились ему в волосы, и он стиснул зубы, чтобы не издать ни звука.

— Хочешь ли ты меня так же сильно, как я тебя? — Антон не смог понять, кто это сказал, но ему было все равно.

— Эй! — резкий окрик заставил его вздрогнуть. — Ну-ка отвалите от него! Мне надо задать ему пару вопросов!

— Что, подождать никак?

— Никак, — резко ответил Младший.

Антона отпустили, и он потер запястье, желая стереть чужое прикосновение. Сердце бешено билось и ему показалось, что он сейчас задохнется. Младший поднялся и подошел к нему.

— Ты Гарика знаешь? — хрипло спросил он, глядя ему в лицо.

— Да.

— При каких обстоятельствах ты с ним познакомился?

— Он нанял меня после того, как получил травму позвоночника, — сказал Антон. — Кто-то из ребят в качалке сказал ему обо мне и дал номер телефона.

— То есть ты костоправ? — продолжил задавать вопросы Младший.

— Можно и так сказать.

— Сколько ты с ним занимался?

— Более полугода, — ответил Антон, который не понимал, к чему все эти вопросы и не будет ли от них еще хуже.

— Ты еще стишок попроси его рассказать! — с презрительной ухмылкой сказал Старший, явно невольный тем, что их прервали.

— Заткнись! — оборвал его Младший, пряча руки в карманы спортивных штанов. — Брагин поставил на ноги моего брата. Если кто-то из вас тронет его пальцем и подышит в его сторону — убью.

— Спасибо, — пробормотал Антон, хотя это, наверное, было лишним.

Младший больше не сказал ни слова. Уселся на свое место и словно тут же забыл о том, что только что произошло. Средний недобро покосился на Антона и скривился в злой ухмылке, мол, это все временно. Пусть даже так, но сейчас он был спасен. Еще никогда в жизни он так не радовался знакомству с Гариком! Борис был прав, никогда заранее не знаешь, к чему может привести то или иное событие.

Устроившись на нарах, Антон прижал руку к груди, желая снять боль и унять сердцебиение. Дыхание немного выровнялось, но его все еще трясло. Надо было отвлечься, чтобы этот кошмар остался позади. Он снова подумал о Женьке. Делает ли он упражнения? Было бы здорово, если бы у него был ассистент или кто-то, кто смог бы присмотреть за парнем, направить его в случае, если он вдруг сбился или опустил руки. Его всегда устраивало быть индивидуальным тренером, но что, если этого мало? Он никогда не рассматривал эту идею, но что, если открыть центр, в котором людям помогали бы вставать на ноги по его методике? От этой мысли ему вдруг стало спокойно и хорошо, словно он выбрал правильное решение. Он посмотрел на свои пальцы — они перестали дрожать. Теперь он знал, чем займется, когда выйдет отсюда.