11

Моё тело каменеет. Неотрывно смотрю на Глеба, что уже сидит на последнем ряду, и никак не могу отвести взгляд. Я так долго ждала нашей встречи. С самого февраля.

Неужели я упущу шанс наладить нашу дружбу?.. Неужели у меня больше не будет Снайпера, и я не смогу поделиться своими чувствами и переживаниями?..

Ощущаю себя виноватой. Это я всё испортила. Трусиха. Я такая никчёмная, поэтому Егор меня ненавидит. Может я и правда блоха? Мелкая, путающаяся под ногами, блоха...

Обзор перекрывает пелена из зародившихся слёз, но я вижу, как Глеб поднял на меня взгляд. Это точно он, ведь Егор только что обозвал меня и теперь идёт к брату.

– Всё, я закончил. Идём, – Тим отдаёт сумку Любе, и они подходят ко мне.

– Придурок, – говорит она в спину Егора и берёт меня за руку. А тот в ответ лишь усмехается и подмигивает.

Всю следующую пару меня терзают мысли. Был ведь шанс поговорить со Снайпером, но я стояла как вкопанная, взгляд отвести не могла, не то, чтобы слово сказать!

И чего я боюсь?.. Того, что он окажется придурком и хамом, как Егор? Да. Лучше ведь оставить нашу дружбу в сердце и вспоминать лучшие моменты, чем разочароваться в человеке, что был тебе ближе собственных родителей.

Трусиха.

Тяжело вздыхаю, совершенно не вникая в тему лекции. Работа после пар отвлекает. Покупателей много, но я всё успеваю. Я ещё путаюсь в некоторых названиях цветов, но в выходные я изучала новую для себя тему, и сейчас мне легче, чем на стажировке. Тут имеется телефон для заказов и доставки. Лада разрешила звонить ей с него в случае непредвиденной ситуации, пока я без собственного. И номер доставщика, что живёт рядом, есть. Хороший знакомый Лады.

Время пролетает очень быстро. Сегодня одни покупки, и телефоном я не пользуюсь. В десять вечера закрываю магазин выданным мне ключом, ставлю на сигнализацию и отписываюсь Ладе о выручке. А ещё рассказываю, как всё прошло, после чего она хвалит меня, и я иду домой. На улице только начинает темнеть, поэтому не страшно. Погода в Москве совершенно отличается от Дальнего Востока. Она последнее время странная и непредсказуемая. В городе Оксаны весь август шли дожди и сейчас тоже, судя по рассказам Соньки, а тут который день невыносимая жара в тридцать три градуса стоит.

– Привет, работяга. Как первый день? – спрашивает Катька, встречая меня у порога.

Чувствую запах чего-то мясного и пряного и только сейчас вспоминаю, что совсем не ела на работе. Да и в универе тоже не получилось перекусить. За работой как-то отвлекалась, а теперь желудок начало сводить.

– Всё супер. Клиентов было много, даже ноги с непривычки болят, – расплываюсь в счастливой улыбке, снимая босоножки. – К концу недели будут первые деньги. Наконец-то! – набрасываюсь на неё с объятиями.

– Ну вот, купишь телефон, чтобы я не переживала. Сегодня столько приколов пересмотрела, и не один не могла тебе переслать. Пришлось одной ржать, – серьёзно заявляет, а потом смеётся.

Время позднее и домашку делать не нужно, поэтому ужинаю и возвращаюсь к портрету. Уже далеко за полночь, но дорисовать никак времени не хватает. Завтра перед работой домой забежать не получится, и я кладу скетчбук в рюкзак, чтобы дорисовать уже в цветочном, когда не будет покупателей. Атмосфера там очень вдохновляющая.

Следующим утром, разойдясь с Катькой по своим корпусам, я стою у крыльца и высматриваю близнецов. Решила всё же извиниться перед Глебом. Про «Малину» скажу только в том случае, если он не такой же, как его брат.

Недалеко паркуется белый автомобиль, и из него выходят близнецы. Вдыхаю глубоко воздух, крепко сжимая лямку рюкзака. Ладони вспотели от страха, и волнение волной спускается по спине к копчику.

Примерно года два назад он написал мне, что своим страхам нужно смотреть в лицо. Только переборов их, можно чего-то добиться. И сейчас я буду добиваться его прощения за компот.

Я сразу понимаю, кто из них Глеб. В чёрных брюках и такого же цвета рубашке. А вот Егор в джинсах и футболке. И походка у них совсем разная. Глеб идёт уверенно, и от него веет серьезностью в то время, как Егор расслаблен и весело что-то рассказывает брату. Между нами всё меньше расстояния, и я, сглотнув, заставляю свои руки перестать трястись.

– Привет. Глеб, это я вчера… прости за компот! – получается эмоционально. Не слышу себя со стороны, но, кажется, словно я крикнула это.

Они останавливаются и смотрят на меня.

– Привет, – Глеб окидывает меня взглядом, пока его брат улыбается. Путь только попробует обозвать. Хотя, что я ему сделаю?.. – Забей, Малинка, ничего страшного, – на лице не намёка на улыбку, и они заходят в универ.

Стою с широко раскрытыми глазами и забываю, как дышать. Парализовало всё тело. В реальность возвращает внезапно начавшийся дождь в сопровождении оглушительного грома.