Глава 16

Назад Анна добиралась, как во сне. Подписанные документы лежали на сиденье рядом, и она время от времени недоверчиво на них поглядывала.

Кристалл авто кое-как дотянул до коттеджа. Ему требовалась перезарядка. Список необходимых покупок всплывал в голове Ани, и некоторые строчки его, по старой привычке, были подсвечены оранжевым. Однако папка с документами напоминала о том, что Анна теперь – хозяйкой старой типографии.

В какой-то момент ее накрыло паникой. Зачем она ввязалась в эту авантюру? Неужели вообразила себя владелицей газет, заводов и пароходов? Вот теперь-то ей покажется, что прежняя жизнь была гладкой и беззаботной! Все познается в сравнении!

Люк вывез спящего Эйджи на прогулку и теперь сидел под яблоней, задумчиво глядя вдаль. Аню кольнуло чувство вины, когда она обогнула дом и остановилась. У Танроу и так куча забот, а она повесила на него сына. Но что делать, если Гельда и Марисса заняты закупками?

Аня убедилась, что выгоднее раз в две недели покупать по куску хорошей телятины, тушку кролика, половину индейки и нескольких кур на фермерском рынке, чем потом выбирать из красивых, но дорогих упаковок в мясной лавке или замороженных полуфабрикатов у Эдрегейлов, которые в последнее время больше занимались продажей строительных материалов, чем еды. Фейт быстро раскусил, что городу предстоит этап большого строительства. Он верил в мэра и его планы по превращению Лонто-хейма в внесезонный курорт.

Люк снова вызвался посидеть с Эйджи. Малыш очень его выделял. Услышав голос Люка, Эйджи сразу переворачивался на живот и гукал. Теперь, когда он понял, что можно проситься на ручки и, если его не берут, громко настаивать на своем, хлопот с ним стало куда больше. Зато спал Эйджи крепко и кушал в одно и то же время. Анна уже могла что-то планировать, исходя из расписания кормления.

Мысли о сыне промелькнули в голове, и Анна перевела взгляд с коляски на инвалида в кресле. Несмотря на присутствие Мариссы и Гельды, Люк редко когда о чем-то просил, лишь иногда поднять что-то с пола или достать с высокой полки.

Аня не раз видела, как Танроу надевает верхнюю одежду, например, то добротное креповое пальто, что надето на нем сейчас: набрасывает на плечи, а затем рывками приподнимается в кресле, чтобы поправить полы. Он свободно пользуется туалетом и душевой, способен сварить себе кофе и приготовить нехитрый обед. Но что творится в голове у этого умного, одаренного и красивого мужчины? Эту загадку Анна никогда не смогла бы решить.

Люк обернулся на ее голос. Он внимательно выслушал новости. Лицо его осветилось улыбкой.

— Ты справишься, — сказал он. — В любом случае, это подарок, тебе не пришлось ничего платить.

— Расходные материалы стоят дорого, — напомнила Аня, отчаянно желая поверить в правоту детектива.

— В типографии осталось что-то?

— Да, от прежнего заказа мистресс-клуба. Ольфред Дюсс дал согласие использовать их в счет будущей продажи газеты… моей газеты. Ах, Люк! Я не уверена, что кто-то купит мои новости!

— Тогда просто закроешь убыток с очередного чека Фане и успокоишься, — посоветовал детектив. — Бороться ради призрачной идеи бессмысленно, тем не менее не попробовав, не проверишь, верно? Иногда нужно войти в убыток, но убедиться, что шанс использован.

— Спасибо, — искренне поблагодарила его Анна. — Ты меня действительно уравновесил. Прочитаешь мои каракули?

— Только в ответ на услугу. Давай попробуем еще раз. Устроим… как ты его называешь? Бурю, атаку?

— Мозговой штурм, — подсказала Анна. — Ты о деле Фане?

— Да. Неужели нет никакой лазейки?

… Вечером Гельда и Марисса занялись разделкой мяса на порции. Люк немного помог им с древней, довоенной мясорубкой. Руки у инвалида были сильными, и он в считанные минуты разделался с несколькими крупными кусками вырезки.

Аня уложила Эйджи спать и спустилась. После визита в дом престарелых она на радостях купила радионяню в «Броу и Броу». Да, устройство работало на кристалле, но и стоило в три раза дешевле, чем такое же с батарейками. Если использовать его не часто, заряда хватит надолго. Работает же до сих пор мобиль Эйджи, хотя кристалл в нем не заряжали с момента покупки. Теперь Анна в любой части дома сможет слышать дыхание сына.

Лоу спал под лестницей. Он увидел Анну и попятился, прячась в тени.

— Принесу тебе поесть, — пообещала ему Аня.

Она помогла разложить самодельные полуфабрикаты по пластиковым коробкам: фарш для фрикаделек, рубленую мякоть для бифштексов, отбивные в обсыпке, куриный рулет с оливками, нарезанную грудинку для яичницы, наборы для бульона и небольшие кусочки для рагу. Еду для Лоу положили в отдельный контейнер, завернув в обрывки пергамента, чтобы можно было размораживать небольшие порции каждый день.

— Напишите об этом методе в своей газете, мистресс Анна, — весело предложила Марисса, фаршируя куриные кармашки. — Заготовки экономят столько времени! Даже мейст Люк сможет приготовить себе что-нибудь из морозилки!

— Не уверена, что есть смысл делиться опытом госпожи Анны, — с сомнением заметила Гельда. — В богатых домах принято, чтобы прислуга каждый день ходила за покупками. Там не едят замороженное, уж я-то знаю.

— При этом весь город в рекламе тушеной говядины с горошком, — возразила Анна. — «Сто́ит лишь разогреть!». И у всей семьи на плакатах – предовольные лица. Нет, я, пожалуй, напишу и о заготовках. Может, богачи мою газету и читать-то не будут, а семьям со средним достатком все на пользу. Ох, что я говорю? Размечталась. Никакой газеты пока нет.

— Но будет, — Танроу с серьезным видом вмешался в разговор. Он держал записи Ани в руках. — Ты прекрасно пишешь. Не просто прекрасно – ты знаешь, как подцепить читателя на крючок. Наверное, в старшей школе училась на факультативе журналистики?

— Что-то в этом роде, — уклончиво ответила Анна, покраснев от похвалы.

— Завтра позвоню одному своему старому приятелю, бывшему редактору бытовой колонки, — предложил детектив, — совет профессионала не помешает.

— Отлично! — воодушевилась Аня.

Мозговой штурм, «заказанный» Люком, длился уже полтора с лишним часа. Лазейки, предложенные Анной, были забракованы детективом. Аня признала его правоту и сдалась: Танроу – профессионал, а она пока плохо знает законы этого мира.

Все упиралось в клятву неразглашения. Обойти ее было невозможно. Нарушение грозило серьезными последствиями.

Те немногие магические ритуалы, оставшиеся от былого величия драков и прочих волшебных существ, были привычно вплетены в повседневную жизнь людей этого мира. Аня боялась, что глупые вопросы ее выдадут.

На карту была поставлена жизнь Рины Фане, но не стоило забывать и о риске для агентства. Пеор Фане явно собирался выставить Люка причастным к исчезновению жены, направить внимание дознавателей на детектива и выйти сухим из воды.

— Мой дар не зарегистрирован, — напомнил Ане Танроу. — Когда он проявился, гнездо несколько месяцев совещалось и устраивало «консилиумы», но в регистр меня так и не внесли. Если убийство все-таки произойдет, меня лишат лицензии. Начнутся разбирательства. Человек, способный «видеть», всегда под подозрением. Когда у меня было видение, я четко осознал, что смерть Рины погубит и мое агентство. Могу показаться черствым, но это беспокоит не меньше, чем гибель невинного человека. Я уже чуть не потерял все, и сейчас подобный провал действительно станет для меня… концом.

Анна посмотрела в окно и отрывисто произнесла:

— Скоро пойдет снег. А в столице он может выпасть со дня на день.

— Пока не выпал, я каждый день слушаю прогноз.

— Нужно послать кого-то к Рине и убедиться, что кухня, мелькавшая в видении, находится в квартире Фане. Я могу ее нарисовать. Твой человек подождет, когда Пеор уйдет, под каким-нибудь предлогом зайдет к Рине на кухню и убедится.

— И что нам это даст? — устало спросил Люк.

— По крайней мере, мы будем знать, что у нас есть немного времени. Ведь ты сам говорил, что отец Рины живет на севере. Там снег выпадает раньше, — тихо ответила Аня. — Что если она захочет навестить отца на Праздник Зимы? Или… просто не выдержит и сбежит от мужа.

— Впервые чувствую себя таким беспомощным, — пробормотал Люк. — Но мы никак не можем ее предупредить. Все, что касается дел Пеора, попадает под клятву. Демоны! Мы не можем сообщить об этому ни-ко-му!

— Если мы нарушим клятву… — Анна сделала многозначительную паузу, надеясь, что Люк договорит за нее.

У детектива была привычка заканчивать чужие мысли. Сама Анна не особо представляла последствия нарушения обряда неразглашения. Об этом почти не писали в прессе и не говорили в приличном обществе.

Танроу действительно нехотя договорил:

— … в лучшем случае получим отдачу и как следствие – мелкое кровоизлияние в мозг. В худшем пополним ряды полоумных в доме смирения, и будем уповать, что какой-нибудь старый опытный маг, которых осталось немного, поможет снять последствия магического удара. Вернее, мы уже ни на что не будем уповать, нам выбьет память и самоосознание. Но ты ведь знала, на что шла, не так ли? — встревоженно спросил Люк.

— Конечно, — ответила Анна, мысленно содрогнувшись.

Ее предупреждали. И она опять недооценила, насколько плохо знает этот мир. Нужно искать решение, и да помогут им с Люком боги.

… Танроу беспокоил визит Горга Эглада, Анна же считала, что парень имел в виду что угодно, но не связь отца с убитыми девушками. Иначе это было бы слишком просто. Наверняка Люку уже тоже повсюду чудятся призраки Арифы, Тины и Гвенды, он даже визит альва связал с убийствами.

Это совесть – она не позволяет детективу выбросить эти три истории из головы. Люк чувствует себя ответственным, поскольку дело одной из его клиенток потянуло за собой страшные догадки, приоткрыв связь между погибшими. Танроу трудно теперь убедить себя, что убийствами с черными ритуалами должна заниматься только полиция.

И Анна готова была его поддержать. Несмотря на то, что ее впечатлило дело Фане (из-за которого разбились ее наивные розовые представления о работе детективов, навеянные чтением многочисленных криминальных романов), она ощущала свою причастность и здесь. Это ощущение усилилось после визита Бриллы.

Молодая женщина пришла в гости с сыном, трехлетним Эйтаном. Малыш сразу сунул нос под лестницу.

— Пусть идет, — Бри остановила дернувшуюся Анну. — У Эйти дар сильнее моего. Зверье ему подчиняется. Жду-не дождусь, когда он подрастет и сможет мне помогать. Видя его сейчас, уже понимаю, что какую профессию он не выбрал бы, она будет связана с животными.

Эйтан нашел Лоу без подсказок, хотя кот прятался. Малыш присел на корточки возле лежанки, и котяра, негодующе ворча, вылез к нему из-под ступенек. Эйти гладил серого бедолагу, явно не случайно осторожно избегая ран, и кот покорно сносил прикосновения. Однако когда мальчик отошел, заинтересовавшись игрушками Эйджи, Лоу снова спрятался.

Компания уютно разместилась на кухне. Торт, ожидающий визита Оэра Эвелейна, еще не успел как следует пропитаться, но уже обрел вкус и необыкновенную тающую текстуру.

Люка и Брилла плохо знали друг друга, но с удовольствием воспользовались возможностью познакомиться поближе. Разговор шел о погоде, городских новостях, например, сенсации на аукционе в честь Излома, планах по превращению Лонто-хейма во внесезонный курорт и новинках в бутике «Элегжи».

Аня рассказала, как Тилла пыталась подкупить ее каталогом со скидками.

— И ты устояла? — восхищенно повторяла Бри. — Хотя я бы из рук этой стервы сама ничего не взяла бы.

Анна деликатно расспросила подругу о ссоре с женой мэра.

— Она привлекла свое гнездо и жриц Афреи, — уплетая торт, с готовностью рассказывала Брилла. — Хотела обвинить меня в применении темной магии. Как будто нынче средневековье, ха! И все потому, что мой дар не занесен в реестр. Естественно, она просто подняла бы пустой шум, но мне такое внимание было ни к чему, только клиентов потеряла бы. Я в долгу не осталась. Истеричка Тилла и подумать не могла, что я тоже привлеку свое гнездо, с ответным обвинением, вот только обвиню ее мужа в домогательствах. Нападать на Фэнеса я, конечно, не стала, просто пригрозила, но этого хватило.

— Ага, — Анна вспомнила оговорку Дафны, — рыльце-то в пушку.

— Вот-вот. Но я пришла по другому поводу, — молодая женщина посерьезнела и явно занервничала. — Помнишь, я говорила про свои ощущения во время лечения Лоу? Чем старше становится Эйтэн, тем больше укрепляется мой дар. Иногда я чувствую эмоции людей, связанные с болезнью животных, которых лечу. Например, та лиса мистресс Эваншил: человек, который ее сбил, ужасно испугался, чуть сознания не лишился, но пришел в себя и укатил. А Лоу… Ну в общем, тот, кто избил его, очень злился. А еще… — Бри нервно сглотнула, — это сложно передать словами… там присутствовала дикая похоть, направленная конкретно на тебя, Анна. Он словно… словно расправлялся лично с тобой и испытывал при этом огромное сексуальное удовольствие. Прости, Анна, но я должна была рассказать.

Анна поверила Брилле. Сразу. Ее затошнило, по спине прокатилась капля пота, почему-то горячая. Она растерянно посмотрела на Люка. Детектив сидел, выпрямившись, стиснув подлокотники пальцами с побелевшими костяшками, и не мигая глядел на Анну.

— Это он, — слабым голосом сказала Аня. — Я знаю.

Танроу с сомнением покачал головой:

— Подать воды?

— Я сама.

— О чем вы? — Брилла непонимающе переводила взгляд с подруги на детектива и обратно.

— Расскажи ей, — попросила Люка Анна, вставая со стула, чтобы налить себе воды. — Ее это тоже касается.

— Это если твои предположения верны, — упрямо качнул головой Танроу.

— Да, я всего лишь спросила о фотографии и попросила показать место убийства, — сказала Анна между жадными глотками. — В одном случае присутствовала Тилла, в другом – ее пасынок. Нет, было кое-что еще. Я и Фэнес обсуждали перспективы курорта, когда он меня подвозил. Я аккуратно затронула тему гибели Тины, мэр заверил меня, что местные о преступлении забыли, а туристы воспринимают развалины часовни как достопримечательность, мол, «темный туризм» набирает обороты. Все семейство Эгладов в курсе моего интереса. Отлично!

— Плюс предупреждение Горга. Я и сам склонен думать, что мы разворошили осиное гнездо, — мрачно признался Люк.

— Вы о Тихой Тине? — уточнила Брилла. — Постойте, хотите сказать, Лоу вам подбросил тот, кто пришиб Тину Брибс? Ничего себе! Тогда картина проясняется!

Танроу рассказал Бри о связи трех убийств и возможной причастности к ним мэра.

— Но это высосано из пальца! — воскликнула молодая женщина. — Мало ли кто воспылал к тебе страстью, Анна! Ты – свежий глоток воздуха в Лонто-хейме! Красивая юная женщина, свободная, с изюминкой! Я сама слышала, как парни из местной молодежной компании называли тебя горячей штучкой.

— Воспылал страстью? — возразила Анна, скривившись. — Ты сама сказала: он хотел расправиться со мной. Поправь меня, если ошибаюсь, но «расправиться» – означает убить.

— Да, — неохотно признала Бри, поникнув. — Жажда убийства ощущалась… хм… сильно. Меня чуть не стошнило. Я все время думала: говорить тебе или нет. Руки дрожали, когда я зашивала Лоу. Хорошо, что ощущение длилось всего несколько секунд. Но и их мне… хватило.

— А если ты, Люк, возьмешь на руки кота? — осенило Аню. — Вдруг с помощью дара ты сможешь что-то увидеть! Убийцу Тины, например, или хотя бы какие-то детали!

Брилла задумалась и высказала сомнения. Коты настолько далеко не помнят, ну, по крайней мере, так считают зоологи. Другое дело, если Танроу увидит убийцу не глазами кота, но Лоу пока слишком слаб, чтобы подвергать его такому испытанию.

Анна уговорила подругу переночевать в Нестре-дуне. Как Бри не хорохорилась, разговор произвел на нее тягостное впечатление. Она уложила Эйтэна в гостевой спальне и устроилась там сама.

Люк же, вместо обычного пожелания спокойной ночи, процедил сквозь зубы:

— Продолжим разговор завтра, Анна. И никаких больше прогулок с Эйджи по лесу и над морем. Не покидай сад и не подходи близко к забору.

Анна хотела возмутиться, но Люк продолжил:

— У тебя Эйджи, помни об этом. Угроза не эфемерна. Никаких лишних телодвижений, пока я не разберусь… пока мы оба не разберемся. Видимо, никуда нам от этого дела не деться. Я не хотел его расследовать, но оно «пришло на дом».

Ане ничего не оставалось, как замолчать, признав правоту детектива.

Перспектива стать следующей жертвой маньяка отдавала романтикой лишь в криминальных романах. В реальности это больше напоминало разряды тока по оголенным нервам. Тревога Анны передалась Гельде, и экономка внимательно проверила все окна на втором этаже.

Аня покормила Эйджи, искупала сынишку и тоже начала готовиться ко сну. Она сняла платье перед ванной, и, развешивая его на распялке, заметила бурые пятна у застежки. К ее ужасу, нижняя сорочка присохла к коже. Аня рванула комбинацию и отодрала ее от спины.

Дополнительное зеркало позволило рассмотреть отражение в дверце шкафа. Спина Ани была покрыта разводами крови, но в ванной они смылись, не оставив после себя ни царапин, ни порезов.

Анна долго сидела в остывающей воде, пытаясь справиться с новым страхом. «Тут все еще сильна магия, — напомнила она себе. — И то, что происходит со мной, тоже с ней связано. Но, демоны, как же страшно! Вдруг это какое-то проклятье! С кем бы посоветоваться? Только не с Гельдой, она точно углядит тут дурной знак и будет целый день бормотать свои молитвы!»

Утро, несмотря ни на что, выдалось чудесным, свежим, немного морозным. Друзья позавтракали вместе, и Бри вызвала такси. Вчерашние страхи казались чем-то далеким, но подруги договорились постоянно созваниваться.

Анна уселась было за перепечатывание репортажа для отправки в типографию, но Люк позвал ее из сада. Аня спустилась, детектив поманил ее за собой.

Они переместились в дальнюю часть сада, к зарослям ежевики и полуразвалившейся беседке. Там Танроу остановился и обернулся к Анне.

— Ты говорила, что стреляешь из арбалета? Это хорошо, значит, рука и глазомер натренированы, — Люк протянул Ане… небольшой пистолет. — Арбалет с собой не потаскаешь, а вот это поместится в дамскую сумочку. Пистолет «блауст» малой отдачи, производился во время войны. Весит немного. Компактный, ничего лишнего, патроны легко купить в любом оружейном магазине. Видишь вон ту балку? Стреляй по ней.

Опыт стрельбы из арбалета действительно помог Анне быстро освоить пистолет. Танроу настаивал, чтобы она тренировалась каждый день. Из дальней части сада, конечно, было слышно стрельбу, но детектив заявил, что это к лучшему. Тот, кто охотится на детей и женщин, обычно труслив и слаб. Если маньяк следит за Анной, пусть знает, что в этот раз ошибся с выбором жертвы.

Вернувшись во двор, Аня увидела припаркованный у калитки знакомый фургон для перевозки мебели с ключами в замке зажигания.

— Я позвонил Эдрегейлу еще три дня назад, — пояснил Люк, — попросил продать машину, Фейт все равно собирался от нее избавиться. Он сделал скидку и обещал кое-что переделать…

Инвалид сам распахнул задние двери фургона.

— Отлично! — удовлетворенно констатировал он, осмотрев откидывающийся трап, пустое пространство на месте сидений и ремни, закрепленные на крюках. — Сюда встанет моя коляска. А на переднем сиденье должны быть поручни. Да, вот и они! Теперь я буду сопровождать тебя в поездках, Анна.

Люк даже не стал размениваться на всякие там «если ты, конечно, позволишь», а просто поставил Анну перед фактом.

Именно из этой особенности его характера они так часто ругались в первые дни знакомства, вспомнила Аня, но теперь ей почему-то не хотелось спорить и отстаивать свои права. Права правами, но рядом с человеком, который на ее глазах аккуратно, выстрел за выстрелом, выбил все сучки из доски-мишени, как-то… поспокойнее.

Утром на спине не оказалось ни царапины, и, если бы не замоченная в холодной воде сорочка, вечернее происшествие показалось бы Анне дурным сном. Бри тоже видела кровь, она неплохо разбирается в магии… и она женщина. Решено, после визита в типографию Аня обратится к новой подруге.

Гельду она тоже спросит, ведь странности могут быть связано с даром Анны. Если она умеет сопротивляться магии василисков, и каждый раз при столкновении с ними (или даже упоминании) из спины идет кровь, налицо непосредственная связь.

А вот Танроу говорить не стоит. У него и так куча проблем, вон, глаза впали, а под ними темные круги от недосыпа.

Люк переоделся в куртку авиатора со споротыми нашивками.

— Это отчима, — пояснил он. — Я был слишком молод, чтобы воевать.

Анна заглянула в почтовый ящик, давая Танроу время, чтобы вскарабкаться в машину, здраво рассудив, что детектив вряд ли примет ее помощь. В ящике лежало уведомление: гнездо Нестееров любезно напоминало, что Ане необходимо в ближайшее время создать фонд ремонта особняка.

Анне захотелось очень любезно послать гнездо подальше. Если бы не работа у Люка, ей с трудом хватало бы на еду. Она сама пожелала отдалить Нестеера от Эйджи и не собиралась жаловаться, но это требование – явная наглость! Теперь придется идти в банк и заводить счет, а потом откладывать на него каждый месяц. И ведь в случае ремонта гнездо потребует отчеты и чеки! Очень неудобно, учитывая, что тот же Фейт Эдрегейл предпочитает работать неофициально, чтобы не платить бешеные налоги, и его услуги Аню вполне устраивают.

Пока она читала письмо, Люк успешно справился с посадкой. Фейт Эдрегейл заранее закрепил металлические ручки над сиденьем. Детектив подтянулся на одной из них, затем перехватил другую, и мощным рывком перетащил тело внутрь. Анна закатила его коляску в фургон и закрепила ее специальными ремнями.

В отличие от Аниного карата-7, фургон Фейта бегал на бензине. Анна воспряла духом – с этой машинкой ей все было понятно. И снова ни малейшего укола страха и боли, которые так изводили Анну после аварии – они остались в старом мире.

Анна попыталась вспомнить, когда в последний раз заряжала кристалл карата. Кажется, перед поездкой в типографию с Горгом. Нет, намного раньше. Странно.

Анна заметила, что когда машина проезжала мимо развалин часовни над трассой, Танроу бросил короткий взгляд на обрыв. Утром он попытался погладить Лоу. Кот не сразу убежал, быстрые движения причиняли ему боль, но сжался и ощерился. Танроу покачал головой. Ничего. Никаких видений, ни одного проблеска. Иначе все было бы слишком просто.

— У нас сегодня гость, — напомнила Анна Люку.

Тот кивнул, глядя на дорогу.

— Ты действительно считаешь, что Оэр Эвелейн не настоящий ученый? Служанка альва рассказала Гельде, что он целыми дни просиживает за древними фолиантами.

— Одно другому не мешает, — бросил Танроу. — Вопрос: зачем он напросился к нам на ужин. Зачем перебил ставку мэра? Ты знаешь, что Гвенда Гоэль была воспитанницей сиротского дома «Семь Рун»? Ах да, я не успел тебе рассказать, мне позвонили прямо перед приходом Бриллы.

Аня с изумлением повернула голову к детективу, Люк отвел взгляд.

— И все-таки ты в это влез! — с торжеством воскликнула Анна. — А ругаешь меня!

— Я должен был выяснить, с какой целью вокруг нашего дома нарезает круги подозрительный альв.

— И?

— Гвенда росла в «Семи Рунах». К ней там относились хорошо, ну, по крайней мере, так говорят другие воспитанники. Родителей ребенка искали долго и безрезультатно, но дело в том, что Гвенда была полукровкой. В Эль-ЛЛиоле к ним относятся… не так трепетно, как к чистокровным альвам. Благодаря набожности, Гвенда стала любимицей жриц храма Элеи. Художественный дар девочки привлек внимание попечительского совета, ее отправили в Эй-лон-хейм учиться в академии искусств, несмотря на то, что она была несовершеннолетней. А потом ее… убили, так же как Арифу и Тину. Все пути ведут в Лонто-хейм, тут и отрицать нечего.

— И к нашему маньяку, — вздохнула Анна.

— … который, если мы не ошибаемся, перешел все границы и рассылает недвусмысленные намеки. Тебе, между прочим!

— Мне, — покладисто согласилась Аня. — Но мы же его поймаем?

— Несносная женщина, — проворчал Люк, отвернувшись к окну, но Анна услышала улыбку в его голосе.