Глава 10

– Боже ж ты мой! – восклицаю я, глядя на окружающую нас красоту. – Невероятно! Это просто невероятно!

Босс тихонько хмыкает рядом со мной. Ну а что он? Это он, может быть, на Мальдивах часто бывает, а я первый раз. Да еще в таком роскошном отеле! А теперь у меня, благодаря тому, что он так и не отпустил мою руку, есть возможность все рассмотреть.

И я не устаю восхищаться. Ну кто бы тут удержался?

Ресторан не просто расположен на острове, он будто часть его. Деревянный настил над водой, столики под навесами из пальмовых листьев, а между ними – живые деревья с гирляндами огоньков. А по периметру – факелы, пламя которых отражается в темной воде.

А еще – запах. Мне нравится запах. Во-первых, он отвлекает меня от навязчивых нот лимона и бергамота. А во-вторых, он тонкий, изысканный, непривычный. Я улавливаю только знакомые ноты жасмина. Хочется вдыхать и вдыхать, чтобы раскрыть все.

– Посмотри… ты только посмотри… – я дергаю босса за руку, чтобы он тоже это увидел, чтобы разделил мое восхищение.

Потому что одной мне столько не выдержать. Меня просто переполняют эмоции!

– Кто это придумал? – спрашиваю я изумленно.

– Природа? – выдвигает предположение босс.

Я только головой качаю. Ну это понятно, да, что природа. Но кто-то ведь придумал, как сделать так, чтобы природа захотела раскрыться, захотела предстать перед нами вот так. Так, что взгляд оторвать невозможно!

У барной стойки, прямо над водой, плавают живые цветы. Белые, розовые, голубые. А рядом с ними на лепестках – плавают свечи. Они покачиваются на легких волнах, и свет свечей танцует по стенам и по лицам людей.

– Тебе правда нравится? – спрашивает босс, остановившись рядом со мной и долго рассматривая эту живую картину.

– А то ты не видишь, что я в восторге! – пыхчу я.

– Вижу, – говорит он так нежно, что я удивленно смотрю на него.

И понимаю, что он смотрит не на цветы. И не на факелы. А исключительно на меня.

– Ну и… – я прочищаю першащее горло, стараясь сделать вид, что ничего особенного не происходит. – Как тебе?

Его взгляд по-прежнему не отрывается от моего лица. Скользит по лбу, по носу, задерживается на губах. Поднимается к переносице. Потом возвращается к глазам.

И он отвечает еще мягче, нежнее:

– Мне тоже… все нравится…

Я слышу отдаленные звуки медленной музыки, но они будто растворяются между нами. Отталкиваются от нас. И молчание растягивается на секунды, минуты, на бесконечность, из которой неохота выныривать.

Приходится напомнить себе, что все это не по-настоящему, что он и я… Мы просто притворяемся. Играем роль пары. И нам никак, никак нельзя влюбляться друг в друга. Даже если один из нас это давно уже сделал.

Подавив вздох, я стараюсь вернуть диалогу непринужденную атмосферу. Не до романтики нам. Нам нельзя потому что.

– Не понимаю, как ты можешь быть равнодушным к такой красоте! – фыркаю я.

Но он мне в этой задаче не помогает ни капельки. Я бы даже сказала – наоборот, он этому будто противится, потому что отвечает:

– Может, потому, что я вижу что-то, что мне нравится больше?

И не отводит свой взгляд, чтобы у меня не осталось сомнений, что он имеет в виду. Вернее – кого.

Судорожно вздохнув, опускаю глаза. Ну зачем он так, а? Зачем он играет в чувства так, что я даже на минуточку верю?

– Знаешь, – я оглядываюсь и смотрю назад, туда, где остался мой спасительный номер, – я что-то уже не уверена, что у меня получится притворяться…

– А может, – продолжает он, будто ничего не услышав, – потому, что этот отель принадлежит моему младшему брату.

– Как так?! – ахаю я.

– По наследству, – отвечает послушно, и, пользуясь моей растерянностью, ведет меня дальше.

– Надо же, как вам обоим повезло с наследством, – замечаю я. – А особенно, что несмотря на него, ваши родители живы.

Он бросает на меня быстрый взгляд, но понимает, что я серьезно. Это ведь и правда хорошо, когда живы родители.

Наверное, он видит что-то еще у меня на лице, потому что мгновенно спрашивает, ударяя по цели:

– А у тебя?

– К сожалению, у меня уже нет. Из семьи – только Настя. Она – самый близкий для меня человек! Единственный близкий… – я вовремя вспоминаю, почему я здесь и добавляю: – Бабушка, сам понимаешь, живет далеко, так что…

Босс кивает, а меня съедает такой стыд за вранье, что остаток пути я молчу. Просто молчу. Не могу, не хочу ничего говорить. И смотреть на него не могу. И за руку держать его мне кажется каким-то неправильным, поэтому…

Я осторожно высвобождаю свои пальцы, и тут же за это расплачиваюсь. Опять обо что-то спотыкаюсь. Не падаю только потому, что босс успевает меня подхватить. Он оказался очень близко, словно все это время только и ждал возможности снова взять меня за руку.

– Уже второй раз… – стону я не столько от боли, как от обиды и снова оглядываюсь. – Мне кажется…

– Правильно, Зоя! – подхватывает босс. – Я тоже в курсе про эту хорошую примету!

– Хорошую? Споткнуться? Два раза подряд?!

– Это для недоверчивых. Как раз как ты. Чтобы точно уверовали.

В общем, я еще раз убеждаюсь, что ораторское искусство – это его. Потому что спустя какое-то время понимаю, что он не только уговорил меня продолжить наш путь, но уже благополучно довел к нужной точке.

Мы проходим по красивому мостику и оказываемся в другой части ресторана. Здесь прохлада и приглушенный свет, а столики расставлены так, чтобы у каждого был вид на свой кусочек океана.

Нас уже ждут. Я это понимаю сразу, когда замечаю, как четверо человек, сидящих за угловым столиком, при виде нас мгновенно обрывают беседу.

– Артем! – поднимается женщина, едва мы подходим.

– Мама… – улыбается босс.

Не язвительно, уголком губ, а по-настоящему и тепло. И так же тепло обнимает, пока я ее незаметно рассматриваю.

Его мама – очень красивая женщина. Темные волосы собраны в небрежный узел, легкое платье цвета морской волны. Ей должно быть минимум лет сорок пять, но выглядит она гораздо моложе.

Я завистливо вздыхаю: вот что значит личный отель на Мальдивах! Всегда знала, что хороший отдых – самый короткий путь для омоложения. Вот, лишний раз убедилась. Нужно будет больше так не затягивать с отпусками.

Не подозревая о моих планах, босс с улыбкой оборачивается.

– Мама – это Зоя, – представляет он. – Зоя – это моя мама. А это – мой отец, мой брат и его супруга.

Между тем он успевает пожать руку мужчинам и подмигнуть симпатичной девушке, жене брата.

– На такие теплые объятия, как с мамой, не претендую, – басит его отец. – Но иди к старику, обниму тебя.

Мой босс подходит к отцу, приобнимает его, а тот похлопывает его пару раз по плечу. И, кстати, насчет старика – это лукавство чистой воды. Не знаю, сколько лет папе, но выглядит он тоже прекрасно.

Не уступает жене. Широкие плечи, легкая седина на висках, аккуратная борода. Он похож на моего босса. Или мой босс похож на него – те же скулы, разрез и цвет глаз. Только взгляд жестче, суровей. Ну, опыт.

– Зоя, присаживайся, – вернувшись после объятий, босс замечает, что я так и стою и отодвигает для меня стул.

Я оказываюсь напротив молодой пары. Да, Георгий младше брата, это сразу бросается в глаза. Как и то, что они с ним тоже очень похожи. Хотя черты лица мягче, улыбка легче. Он вообще будто постоянно улыбается, даже сейчас, когда молча на меня смотрит.

Жена у него тоже хорошенькая. Темные волосы, большие глаза, округлившийся животик под свободным сарафаном. Она вообще будто не здесь и не с нами, а уже со своим малышом. Молча поглаживает животик, о чем-то мечтает. И возвращается сюда только время от времени, когда ее муж накрывает ее руку своей.

– Зоя, значит… – брат босса задерживает на мне задумчивый взгляд. – А как же…

Я замечаю, как напрягается мой босс. Улыбка на месте, но уже холодная, не достигает глаз. Он будто ждет подвоха и готовится отразить удар.

Георгий бросает на него быстрый взгляд, расплывается в широченной улыбке и восклицает:

– Зоя, а как же мы рады вас видеть!

Он старается. Правда, старается, я это вижу, но актер из него никакой. Его бы с историей про бабушку точно ни в жизни не отпустили! Поэтому я не могу сдержаться – смеюсь.

– Спасибо, – говорю, чуть-чуть успокоившись, – теперь я вижу, что неожиданные встречи иногда самые лучшие!

Какое-то время он смотрит на меня с интересом, оценивающе. А потом его улыбка меняется. Становится простой, не натянутой маской.

– Да уж, – соглашается он, откинувшись на спинку плетеного кресла. – Просто нам Артем о вас ничего не рассказывал. А вам о нас?

– Ну, мне по блату информации досталось чуть больше, – признаюсь я. – Я хотя бы перед ужином узнала ваши имена.

Пауза.

И вдруг – смех. Дружный. Смеется не только Георгий, а и глава семейства, и мама. И даже Эльвира тихонько хихикает, словно не хочет разбудить еще не рожденного малыша.

А босс смотрит на меня. Просто смотрит. С улыбкой. Но она откликается в душе куда больше какого-то смеха.

– Невеста, значит, – продолжает Георгий, отсмеявшись, и в его голосе слышится что-то дразнящее. – А свадьба когда?

Босс набирает грудь воздуха, и я опускаю ладонь, и сама переплетаю опять наши пальцы. Чуть сжимаю их, чтобы он успокоился. Он переводит взгляд на меня и тоже сжимает пальцы.

Мы понимаем друг друга без слов. Да, это тот самый подвох, который он ждал. И, наверное, не последний. Мальчишки! Выросли, а соперничество осталось. Ну и что? Ругаться зачем? Мы так мирно сидим, по-домашнему. Я бы многое отдала за такое.

– Подождите, – я умоляюще смотрю на Георгия, – я еще к этому статусу не успела привыкнуть!

– То есть, вы стали невестой недавно?

– Угу, – я покаянно киваю, поднимаю наши ладони с боссом, смотрю на его циферблат и уточняю: – Примерно часик назад.

– То есть… – вступает в разговор мама Артема, и видно, что старается деликатно, потому что подбирает слова. – То есть, вы сблизились неожиданно?

– Не то слово, – поддакиваю. – По-моему, это стало неожиданным не только для меня, но и для вашего сына.

Я бросаю взгляд на босса. А тот согласно кивает и на полном серьезе подтверждает:

– Да. К такому жизнь меня не готовила. Но я рад, что все так сложилось.

А взгляд…

Боже, взгляд…

Мне будто кто-то стирает ластиком наш уговор в моем номере, потому что я сижу, смотрю на него и как дурочка счастливо улыбаюсь. А сердце тихонько пихается в ребра, показывая, как ему хорошо.

– Зоя, – снова включается Георгий, разрушая это странное наваждение, – скажите, а вы любите деньги?

Ну что ж, у него хорошо получается, и я ему благодарна. Потому что мне нельзя забываться.

Босс опять напрягается, но я снова сжимаю его пальцы. Не надо так нервничать по пустякам, в самом деле.

– Еще бы! – признаюсь я и бросаю лукавый взгляд на массивный дорогущий браслет на его руке. – И мне почему-то кажется, что вы меня, как никто, понимаете.

Он усмехается. Его супруга дергает себя за длинную сережку с бриллиантами. Его мама кокетливо поправляет на шее красивое ожерелье. Отец постукивает по столу пальцем с массивным перстнем. Мой босс со вздохом посматривает на свои часы.

– А, впрочем, – говорю я, обведя компанию взглядом, – извините, думаю, тут дела со взаимопроникаем обстоят даже лучше, чем мне показалось сначала!

И с чувством юмора тоже, потому что вместо того чтобы встать в позу, они опять улыбаются.

– Ну ладно, – подытоживает Георгий, – жениться вы пока не планируете…

– В ближайшее время не планируем, – мрачно вносит поправочку босс.

Георгий кивает, принимая ее, и буквально впивается в меня взглядом-рентгеном.

– Но брачный контракт вы уже обсуждали?

– А что, там есть что обсуждать? – удивляюсь я и перевожу взгляд на босса. – Понятное дело, что фирма мне не достанется. Наследство в виде отеля уже отписано твоему брату. Там что, есть что-то еще?

Он усмехается. И тогда я прибегаю к другому методу. Первый раз отказался. Но мужчинам иногда нужно дать возможность подумать. Нежно улыбнувшись, участливо спрашиваю:

– Хочешь об этом поговорить?

Босс с усмешкой качает головой.

Георгий смотрит на меня – долго, пристально. А спустя долгую паузу говорит почти восхищенно:

– Зоя, откройте секрет. Что предпочитают такие девушки, как вы? Хочу понять, где с вами можно было бы познакомиться?

Эльвира рядом с ним чуть поднимает бровь, но молчит. Мама укоризненно качает головой. Отец молча слушает, как будто тоже ожидает познать великую тайну.

– Никакого секрета здесь нет. Мы оба – поклонники классики. Он – босс, я – его секретарша.

Георгий хохочет. Тамара Борисовна прикрывает рот ладонью, но глаза сияют. Даже Георгий Артемович слегка улыбается.

А мой босс…

Мой босс сжимает мои пальцы под столом и смотрит так, что ресторан уже не кажется мне таким прохладным, как раньше.

– Можно воды? – прошу тихо, потому что в горле пересыхает.

И мир будто меняет оттенки и краски.

Меняется атмосфера, музыка, обстановка – тут же откуда-то появляются официанты, которые уставляют стол яствами. Но я отмечаю все это краем глаза – не отвлекаюсь потому что, пью воду, которую мне налил босс.

Он, кстати, тоже занят – пьет не менее жадно, чем я.