Глава 47

Любовь

Наконец-то мой упрямый мужчина на свободе. Как же я переживала за него, пока он был за решёткой… Но этот невозможный человек запретил мне вмешиваться. Хорошо, что у меня на всё есть своё мнение. И я бы всё это повторила, чтобы ещё раз посмотреть на вытянутое лицо Грега. Такого щелчка по носу он не ожидал от «обычной модельки», как он брезгливо меня называл. Надеюсь, он больше никогда не появится в моей жизни.

Такой тихий и неуютный ещё утром номер сейчас наполняется звуками и теплом. А всему виной Вадим. Стоит ему переступить порог моего временного жилища, как оно начинает источать жизнь.

— Ты так сильно оброс, — говорю с улыбкой, гладя колючую щетину.

— Сам в шоке. Пустишь в душ?

— Там для тебя уже всё готово.

Ещё вчера вечером я заказала доставку: шампунь, гель, пена и станки для бритья. А ещё не удержалась и купила новые чёрные рубашки. Это мой личный фетиш — Вадим в чёрном особенно сексуален.

Он уходит в душ, а я в спальню. Снимаю костюм, вешаю его назад в шкаф и надеваю длинный шёлковый халат с какими-то китайскими сюжетами. Стягиваю резинку, что туго фиксировала мои волосы на затылке, и смотрю в окно, чтобы чем-то себя занять.

Из ванной доносится пение, и это не может не вызывать улыбку. Низкий с хрипотцой голос Вадима словно создан, чтобы соблазнять. Не планировала мешать ему мыться, но держаться вдали от него с каждой секундой становится всё сложнее.

Дверь в ванной закрыта не до конца, словно он точно знал, что я приду. Переступаю порог и замираю. Вадим спрятан от меня за тонированным стеклом душевой кабины. Вода льётся на него бурным потоком, разбиваясь на сотни мелких капелек после соприкосновения с телом. Он стоит ко мне спиной, намыливая руки, и продолжает петь. Что-то знакомое, но я никак не могу вспомнить что:

«Необыкновенная,

Милая, бесценная,

Ты — целая вселенная,

Необыкновенная моя!»

— Я уже начал думать, что ты не придёшь, — так и не оборачиваясь говорит Вадим.

— Как ты понял, что я здесь?

— Лопатки нещадно жжёт от твоего голодного взгляда, — насмешливо отвечает он и наконец поворачивается.

— Эй, ничего он не голодный! — возмущаюсь, но всё равно иду к нему.

Вадим открывает дверь и протягивает руку. Скидываю халат и вкладываю свою ладонь в его. Миг, и мы уже стоим в замкнутом пространстве.

Изучаем друг друга глазами, словно заново знакомимся. Не удержавшись, касаюсь пальцами его пресса. Провожу по рельефной мускулатуре вверх к груди, а затем закидываю руку ему на шею. Чуть приподнявшись на носочках, тянусь к губам, но Вадим меня опережает.

Страстно целуемся, иногда с легкой болью покусывая губы друг друга, от переизбытка чувств. Мы изголодались за время разлуки, и теперь нам необходимо срочно наверстать упущенное.

Сильные руки подхватывают меня под ягодицы и прижимают к горячему мокрому телу. Обхватываю его талию ногами. Вода, что продолжает литься на нас непрерывным потоком, кажется холодной по сравнению с жаром, исходящим от кожи Вадима.

Он прижимает меня к прохладной стеклянной стене кабинки, и я выгибаюсь от контраста температур, зашипев. И именно в этот момент Вадим одним резким толчком входит в меня и всё… Мир вне этих стен перестает для нас существовать.

Наш секс — всегда не просто физика, это сплетение тел и душ, взрыв эмоций, уносящий за пределы нашей Галактики, это рождение сверхновой и настоящее перерождение. Каждый раз как первый, одновременно и как последний. До хрипа, до сорванного голоса, до кровавых полос на его плечах, до следов от его пальцев на моих бёдрах.

Он точно знает, как нужно поцеловать меня, чтобы пальчики на ногах поджались от кайфа. Как нужно прижать к себе, чтобы кожа покрылась мурашками. Как произнести моё имя, чтобы я пошла за ним куда угодно. Он изучил моё тело лучше, чем я сама когда-либо смогу.

Вадим оставляет легкий укус на шее, а затем зацеловывает его. Лёгкая грубость, а следом невероятная нежность, резкий толчок, выбивающий хриплый стон из груди, и снова поцелуй в губы.

Звонкий шлепок по ягодице в замкнутом пространстве кабины звучит оглушающе. Вадим замирает на мгновение — в его совершенно чёрных, поддёрнутых страстью глазах на миг появляется шок, а дальше разгорается настоящее пламя. Толчки становятся всё быстрее, а звуки громче. Кажется, температура в кабинке растёт не от температуры воды, а от наших разгоряченных тел.

Низ живота сводит спазмом удовольствия, а по телу пробегают разряды тока. Разлетаюсь на миллионы кусочков и, тяжело дыша, обмякая в руках своего мужчины, утыкаюсь в его шею лицом. Вадим осторожно ставит меня на пол, придерживая меня за талию. Делает несколько рванных толчков и через мгновение финиширует сам. Горячие брызги попадают на моё бедро, и Вадим, отдышавшись, смывает их с меня.

В каком-то невероятно уютном молчании мы вылезаем из душевой кабины, вытираемся и одеваемся. Я в свой халат, Вадим просто заворачивается в полотенце.

Пока он бреется, сижу на бортике ванной и наблюдаю. Меня не покидает чувство, что мы с ним семейная пара и вот такие маленькие ритуалы совершенно обыденны для нас, но от этого не менее ценны.

— Когда ты должен вернуться? — тихо спрашиваю, когда мы возвращаемся в комнату.

— Нужно позвонить своему адвокату, узнать, как обстоят дела. И тогда станет понятно, на сколько я могу остаться.

— Хочу, чтобы ты был на моём показе на неделе моды.

— Я обязательно там буду, — уверенно заявляет он. — Больше не пропущу ни одного важного для тебя события.