ГЛАВА 25

– Похоже, я безнадежна, – уныло сообщила учителю, когда тот разрешил глотнуть воды.

– Для первого раза неплохо, – подмигнул он. – Знаете, леди, главное правило любого бала? – я отрицательно мотнула головой. – Независимо от ничего быть в хорошем и доброжелательном расположении. Настроение – вот что правит балом. Даже если вы оттопчете какому-нибудь лорду ноги, он сделает вид, что ничего не заметил. В силу воспитания. Так что вам нечего бояться, пусть переживают окружающие, – поморщился Ферье. Наверное, вспомнил о собственных пострадавших ступнях. – За несколько дней я вас натаскаю, так что пару-тройку несложных танцев вы осилите. А насчет сложных – расскажете о проблеме распорядителю, он поможет избежать вам неловких ситуаций.

– Спасибо, – почти счастливо улыбнулась я.

А что? Лично я только что услышала две хорошие новости: экзекуция с танцами продлится всего лишь несколько дней, и наступать на ноги кавалерам на балу не возбраняется. Интересно будет посмотреть на тех несчастных, что по незнанию умудрятся меня пригласить. Главное только Андрэ с лордом Вестоном честно предупредить, а то вздумают повальсировать со мной и выпадут изо всех последующих танцев как недееспособные.

Прощались с господином Ферье мы одинаково счастливые от того, что урок наконец-то закончен. И я не могла молодого мужчину в этом винить.

– Как успехи? – словно невзначай поинтересовался за ужином Андрэ. Синяк под его глазом все еще сигнализировал окружающим о конфликте владельца с… ковром. Тем не менее, это не мешало герцогу развлекаться за мой счет.

– На балу узнаете, – ядовито улыбнулась я, мысленно пообещав свой первый танец станцевать с дорогим другом, несмотря на недавние совершенно противоположные побуждения.

– Я и смотрю, учитель танцев так спешно покидал имение, – заметил Его Светлость. Второй свой танец я решила непременно подарить лорд-канцлеру – он это определенно заслужил. – Верно, был под впечатлением.

– О, еще под каким, – призналась с грустью.

– Не печалься, Мари, у тебя обязательно получится. Нужно всего лишь немного практики, – для разнообразия поддержал Андрэ, и улыбка его оказалась столь заразительна, что не ответить такой же, у меня не было шансов.

– Постараюсь сильно тебя не опозорить. И Его Светлость, – почтительно склонила я голову, – конечно же, тоже.

– Советую тебе сегодня лечь пораньше, мы выезжаем еще до рассвета, – не пожелал продолжать веселье лорд-канцлер. – Если помнишь, взамен расстояния портальные линии забирают время.

– Вы куда-то собрались? – напрягся Андрэ, его рука, держащая вилку, застыла в воздухе.

– Да. Свожу Мари домой, заодно познакомлюсь со старым приятелем ее бабушки. Имеются у меня на его счет кое-какие подозрения…

От радости, что мы все-таки едем, и мне не придется кощунствовать и выдавливать из себя имя лорда Вестона прямо под немигающим взглядом его черных глаз, я даже говорить о беспочвенности его подозрений ничего не стала. А смысл? Пускай лорд-канцлер своими глазами убедится, что ничего сомнительного в господине Арнисе нет. Старик, как старик. Я его с детства таким помню.

А после ужина я обнаружила у себя в гостиной два платья. И судя по приглушенным цветам, скромным фасонам и неброской отделке, они были «дообеденные», так я их про себя обозначила. У подножья манекенов стояла пара отделанных шелком туфель и легкие ботиночки на пуговицах. Красота и лаконичность, даже отказываться от подарков не захотелось! Рядом на диване лежало сложенное стопкой белье, ночная сорочка и идущий к ней в комплекте атласный халат, расшитый узором в виде райских птиц, широко раскинувших яркие разноцветные крылья. Интересно, они все это за полдня пошить успели или отдали мне чей-то заказ, выражая тем самым почтение к герцогу, даже двум?

– А все-таки есть плюсы в том, чтобы быть аристократом, – подвела итог я и велела Катрине тушить свет. Перед волнительной поездкой следовало отдохнуть.

Точнее, хотя бы попробовать. Какие испытания принесет, казалось бы, рутинная поездка, даже думать не хотелось. И тем не менее, я крутилась под мягким, воздушным одеялом, изводя себя пустыми переживаниями, а уснуть смогла лишь глубокой ночью. И только я смежила веки, уплыв в спасительный сон, как робкий, но настойчивый голос Катрины принялся звать меня.

– Леди Мари, леди Мари, просыпайтесь. Лорд Вестон велел вас будить.

Больше всего в тот момент я желала отказаться от долгожданной поездки и остаться в уютной кровати. Расслабиться и поймать ускользающий сон за хвост, плюнув на всякие обязательства. Но чувство долга и на этот раз одержало верх. С превеликой неохотой я откинула одеяло и села, свесив ноги с кровати. Катрина тут же пододвинула комнатные туфли и распахнула новенький халат, намекая, что пора бы мне слезать с кровати. Со вздохом я повиновалась, сунула руки в рукава и почувствовала себя как минимум праздной баронессой, когда горничная завязала на моей талии пояс и любовно оправила полы.

Завтрак Катрина принесла в покои, сказав, что на прием пищи Его Светлость выделил мне двадцать минут. На то чтобы выпить чашку кофе и прикончить исходившую дымком кашу, щедро сдобренную маслом, мне понадобилось десять. После горничная помогла мне переодеться в новое светло-бежевое платье, убрала волосы наверх и приколола к ним шляпку. Себя в зеркале я не узнала. Еще ни разу в жизни не видела я в отражении столь утонченной и нежной девушки. То есть я всегда себе нравилась в своей простой, ненавязчивой красоте. Но кто же знал, что правильный цвет платья так хорошо подчеркнет оказывается нежный оттенок моей кожи, а высокая прическа – точеные скулы.

– И правда похожа на леди, – заметила я.

Похоже, дружба с герцогами идет мне на пользу. Даже лорд-канцлер, кажется, заметил во мне перемены.

– Легкого утра, Мари, – приветствовал он, войдя в комнату, и протянул руку, чтобы помочь мне подняться с дивана.

Мы покидали поместье, когда солнце еще не взошло над горизонтом. Его Светлость на этот раз предпочел разместиться со мной в карете, которую любезно предоставил Андрэ. Герцогский герб на дверях сообщал окружающим, что внутри сидят высокие персоны, а пара сопровождающих нас стражников в форме лишь укрепляли производимое впечатление. Что ж, лорд Вестон действительно соответствовал этому антуражу, и только я ощущала себя самозванкой. А еще я чувствовала себя до ужаса неловко наедине с лорд-канцлером.

– Мари, – позвал он, когда мы проезжали по предрассветным улочкам городка. – Перестань так тяжко вздыхать, иначе я могу подумать, что моя компания для тебя в тягость.

– Нет, что вы, конечно же, нет! – постаралась заверить я Его Светлость в обратном.

– Ты ужасно неправдоподобно врешь, я уже говорил? Посмотри на меня, Мари. Мне прекрасно известно, почему ты так себя ведешь, и я уважаю твое право на собственное мнение, но поверь: я не из тех, кто разбрасывается обещаниями, – лорд-канцлер придвинулся ко мне ближе и перегнулся через проход. – Если я сказал, что найду способ нам быть вместе, значит, так и будет. Предоставь мне решать эти проблемы. Не думай ни о чем и уж, тем более, не верь словам всяких доброхотов, даже если они и говорят их из лучших побуждений. Верь только поступкам, Мари, пообещай мне.

– Я не знаю, чему верить, – со слезами на глазах призналась я.

– Если не знаешь, почему бы просто не выбрать меня? – Его Светлость взял мои руки в свои, и только тогда я заметила, как подрагивают мои пальцы, затянутые в тонкие перчатки. Глаза лорд-канцлера были предельно серьезны, будто от нашего разговора зависело все. – Я в силах обойти любой закон, вырвать тебя из лап смерти, справиться с какими угодно злодеями, но заставить тебя сделать выбор я не могу. И сейчас только твоя вера решит наши судьбы. От нее зависит, как буду я действовать и во имя чего. Поэтому спрашиваю еще раз: Мари, ты веришь в меня, в нас?

– Я… Я… Да, – выдохнула наконец.

А лорд-канцлер сгреб меня в охапку, не жалея нового платья, и принялся покрывать лицо поцелуями.

– Мари, – бормотал он. – Моя Мари.

А я застыла в его руках, пригрелась возле часто стучащего сердца и жмурилась. От счастья, что Его Светлость обещал, от собственной смелости, от легкости, поселившейся вдруг внутри. Я готова была взлететь в облака, но крепкие руки надежно удерживали меня на месте. И я верила, что их обладателю под силу абсолютно все, даже, казалось бы, невозможное.

Лорд Вестон положил подбородок мне на макушку, так мы и ехали до самой портальной арки.

– Пора, – сказал он, когда карета остановилась.

Я провела рукой по гладкой щеке и поднялась с мужских колен. Его Светлость попросил оставаться на месте, сам же отправился к портальщикам. Хотя рассвет уже брезжил серыми туманными красками, факелы, освещающие площадку, все еще горели. Их было хорошо видно из окна кареты, как и незнакомых мужчин, облаченных в свинцовую защиту. Вскоре они засуетились, а лорд-канцлер вернулся в карету. Настройка путей много времени не заняла, и меньше чем через четверть часа мы уже ехали по невероятной дороге, сплетенной из серебристых, розовых и темно-синих линий. Это место все так же вызывало у меня восторг, и всю дорогу я провела, прилипнув к окну.

– Мари, ты слишком чиста для этого мира, – улыбнулся лорд-канцлер.

– О, вам кажется! – отмахнулась я и снова вернулась к завораживающему виду.

А когда наша карета покинула подпространство, на улице вовсю светило солнце, утреннее, ласково-нежное и обещающее непременный полуденный зной.

– Добро пожаловать в Иствен, – почтительно произнес бородатый портальщик с широкой белозубой улыбкой, которая особенно ярко выделялась на фоне его загорелого лица. А после заученно забубнил: – Местное время одиннадцать часов пополуночи, температура воздуха семьдесят градусов* (*использована шкала по Фаренгейту, это значение соответствует двадцати одному градусу Цельсия выше нуля). Спасибо, что воспользовались услугами наших портальных линий, будем рады…

Так и не дослушав обязательное приветствие до конца, мы двинулись дальше и больше нигде не задерживались. От вида таких родных, до боли знакомых мест защемило сердце. Были в наших приключениях моменты, когда я думала, что покинула дом навсегда, и едва ли появится шанс сюда снова вернуться. А от того чувства, обуревавшие меня, были помножены чуть ли не на десять.

– Волнуешься? – спросил лорд-канцлер.

– Это так заметно? – вздохнула я.

– Суди сама: костяшки твоих пальцев побелели от того, как сильно ты стискиваешь подол платья, а твои губы искусаны чуть ли не в кровь. И еще ты так трагично вздыхаешь, будто вся тяжесть мира покоится на твоих хрупких плечах.

– Ох, – только и смогла выдавить я. Разжала пальцы и разгладила измятую ткань. Новое платье было жалко.

– Тебе нужно учиться лучше владеть собой. Поверь, в столице этот навык пригодится не раз.

– Боюсь, мне уже поздно, – заметила я с иронией, а Его Светлость вдруг рассмеялся:

– Мари, ты рано списываешь себя со счетов.

– Положусь на ваш опыт, – криво улыбнулась я.

Мы двигались по лесной дорожке, и из-за поворота вот-вот должен был показаться мой родной дом. Эти последние ярды пролетели незаметно, и вот мы подъехали к домику. К моему удивлению все выглядело как обычно. И крыльцо, покрашенное коричневой краской, и старый дуб, что уже готовился ронять вскоре листья, и знакомое чувство полной безмятежности.

Перед тем, как войти, я зачем-то постучала в крашеную деревянную створку, будто являлась уже для этого дома чужачкой. Ильда не заставила долго ждать. Вышла встречать гостей в закрытом сером платье с повязанным передником поверх.

– Легкого утра, чем могу быть полезна? – улыбнулась она, а потом в раскосых глазах загорелось понимание. – Госпожа Мари! – помощница прижала красные, обветренные ладони к щекам. – Это вы! Но как же так? – совсем растерялась Ильда. – И с вами Его Светлость…

– Все так, Ильда, – рассмеялась я. Искренняя реакция подруги взбодрила и стерла собой все переживания. Я была дома! В том месте, где я – хозяйка, и все принадлежит мне. Тут не нужно спрашивать разрешения или ждать, когда позовут на обед, тут знакомо все до последней пылинки, тут в конце концов прошла вся моя жизнь! – Может, уже посторонишься и пропустишь нас внутрь?

– Вы такая красивая… – завороженно произнесла Ильда, и мне пришлось собственноручно ее отодвинуть.

– Как обычно, – весело подмигнула я подруге, проходя в прихожую

Я крутила головой, с жадным любопытством исследуя каждый дюйм родного дома, будто отсутствие мое длилось не менее нескольких лет. С упоением вдыхала тот самый запах сухих трав и терпких настоек, что сопровождал меня с самого детства, и словно напитывалась жизненной силой… Все было так хорошо, чудесно и так восхитительно прекрасно, пока лорд-канцлер вдруг не дернул с силой меня за локоть.

– Мари! – возмущенно прошипел он. – Что ты творишь?

– Что? – пребывая в блаженстве, обернулась я.

Ильда вскрикнула и прикрыла рот руками:

– Ваши глаза, госпожа!

– Мы на минутку, – бросил ей лорд Вестон, втащил ничего не понимающую меня в оказавшийся рядом чулан и захлопнул за нами дверь. Темное помещение тут же осветилось серебристо-белым, а Его Светлость прижал меня за локти к себе. – Ни на мгновение нельзя тебя оставить, – посетовал он и приник к моим губам.

Поцелуй очень быстро из агрессивного сделался нежным. Его Светлость проводил подушечками больших пальцев по линии моей челюсти, а я млела и старалась как можно теснее прижаться к большому, крепкому телу. Боюсь, в этом мужчине заключена моя погибель…

– Я начинаю думать, что мне проще запереть тебя где-нибудь до твоего поступления в университет, – оторвался от меня лорд-канцлер, хотя его руки все еще продолжали держать мое лицо, и я могла чувствовать его теплое, мягкое дыхание на своих губах. В помещении снова стало темно, и это значило, что моя магия «успокоилась».

– Вы не сделаете этого, – убежденно заявила я, хотя страх ошибиться присутствовал. Лорд-канцлер – не самый обходительный мужчина, как я успела заметить.

– Не сделаю, – подтвердил он. – Но кто же запретит мне мечтать.

Когда Ильда увидела, как Его Светлость за руку выводит меня из темного чулана, бедняга едва смогла устоять на ногах. И глядя в широко распахнутые от ужаса глаза помощницы, в ней трудно было заподозрить уроженку предгорных районов.

– В-вы точно в порядке, госпожа? – сумела она выдавить из себя, а мне вдруг сделалось стыдно.

Заявилась без предупреждения домой, изменившаяся, в компании лорд-канцлера, еще и позволяю себе запираться с ним по кладовкам. А ведь еще вчера ни о чем таком в переписке верной подруге не сообщала. Так что состояние Ильды очень даже можно было понять.

– Госпожа даже лучше, чем просто в порядке, – вместо меня ответил Его Светлость, но судя по пришибленному виду Ильды, он ее этим нисколько не успокоил.

– Ильда, приготовь нам, пожалуйста, чаю. Мы с лордом Вестоном будем ждать в гостиной, – догадалась я озадачить подругу, чтобы переключить на что-то более полезное, нежели пустое хлопанье глазами.

Гостиной я обозвала общую комнату, где мы обычно собирались по вечерам. Бабушка занималась рукоделием, учила меня вязать крючком или спицами, мы обсуждали прошедший день, планы на новый и прочие бытовые мелочи. Все было так просто и понятно, обычная жизнь обыкновенных людей. Так мне тогда казалось. Но с появлением лорд-канцлера я узнала, что обыкновенной моя ба никогда не была. Леди Хелен в добровольном изгнании лишь притворялась заурядной травницей, а тайна моего и маминого появления на свет покрыта настолько мрачной тенью, что я даже совсем не уверена в том, что нам удастся когда-нибудь согнать ее и докопаться до истины.