Глава 17. Елена

Планета Йотерия

За окном быстро сгущаются сумерки, а это означает, что скоро прилетит Кирран. Он не пропускает ни одного вечера и всегда появляется примерно в одно и то же время.

Первые дни после нашего откровенного разговора в парке я всё никак не могла поверить, что на самом деле согласилась стать женой инопланетянина.

Скорее всего, если бы раньше кто-то сказал мне, будто такое вообще возможно, я решила бы, что рассказчик либо издевается надо мной, либо сошёл с ума.

И тем не менее, вот она фантастическая реальность. Я на планете Йотерия, на личном острове в доме мужчины по имени Кирран лард Арассиан. У меня есть персональный хранитель, считающий высочайшей честью защищать мою жизнь ценой собственной. Ко мне обращаются «моя госпожа» и «нари Хелена». И я собираюсь замуж.

Наверное, любая другая, оказавшись на моём месте, упрашивала бы отпустить её на Землю. Если не насовсем, то хотя бы ненадолго — «в отпуск».

А у меня за проведённое здесь время ни разу не появляется мысли о том, чтобы вернуться. Зачем, если здесь, на Йотерии, рядом с Киром я чувствую себя счастливее, чем за всю жизнь на Земле?

Там у меня не осталось ничего. Ничего кроме воспоминаний о смерти родителей…

В предвкушении встречи с будущим мужем, а заодно, чтобы отвлечься от внезапно нахлынувшей грусти, изучаю свой новый гардероб.

По приказу Кира Шантар пару дней назад раздобыл для меня целую стопку электронных каталогов и весьма неосмотрительно просил ни в чём себе не отказывать. Нет, нам, земным женщинам однозначно нельзя позволять подобные вольности.

Разглядываю оценивающим взглядом два наиболее понравившихся платья и после мучительных терзаний останавливаю выбор на одном из них.

Серебристая ткань до самого пола струится лёгкими прохладными волнами, скрывая носки жемчужного цвета туфелек и лаская тело.

Верх платья держится на гибком ошейке из крупных перламутровых бусин, похожих на жемчужины.

Ткань облегает грудь и холодит кожу, отчего соски вызывающе топорщатся. А вот спина и бока остаются открытыми.

Ещё несколько мгновений я кружусь перед экраном, выполняющим здесь роль зеркала, и придирчиво кошусь на грудь.

Наряд выглядит настолько откровенно сексуальным и наталкивающим на мысли о моей чрезмерной озабоченности, что я начинаю сомневаться, стоит ли одевать его.

Почему я совершенно не помню, как выбирала это платье? В здравом ли уме я была, заказывая его?

И когда снаружи моей комнаты раздаются шаги, а затем стук в дверь, я едва не ударяюсь в панику. Приходится приложить усилия, чтобы убедить себя, что переодеваться уже поздно и придётся оставить всё как есть…

— Заходи, Шантар. — Я знаю, что это он, потому что больше, собственно, и некому, а Кир всегда заходит ко мне без стука.

Дверь отъезжает в сторону, и на пороге, действительно стоит мой хранитель. Смотрит на меня странным немигающим взглядом.

— Ты что-то хотел, Шантар? Есть известия от ларда Арассиана?

Под его взглядом я вспоминаю о своём откровенном наряде и не нахожу ничего лучше, как скрестить на груди руки, чтобы хоть как-то скрыть торчащие соски.

— Я просто… Простите, нари Хелена, Вы зря переживаете. Вам очень идёт платье… — Каким образом Шантар мог понять, что выбранный мною наряд невероятно смущает меня, остаётся загадкой. — Серебристый цвет подходит к Вашим глазам. Ларду Арассиану будет приятно, что Вы надели именно это платье.

— Приятно? — Я вмиг забываю о своём смущении. Что-то подсказывает мне, что приятно Киру будет не только потому, что этот наряд ничего не скроет от его глаз. — Почему?

— Потому что лард Арассиан лично выбрал его для Вас, — охотно поясняет Шантар. — Просмотрев Ваш заказ, он приказал дополнить его этим платьем.

— Понятно. — Я коротко киваю хранителю и уже обдумываю коварный план мести Киррану. Не хватало ещё только, чтобы мужчина выбирал для меня одежду. — Ты так и не сказал, Шантар, зачем пришёл.

— Конечно, простите, нари Хелена. Лард Арассиан просил сказать, что уже на пути домой, но немного задерживается. И чтобы Вы не скучали, я хотел пригласить Вас прогуляться по парку. Разумеется, если Вы не возражаете.

— Я с удовольствием отправилась бы на прогулку с тобой, но вдруг Кир прилетит, не застанет меня дома и разозлится?

Не то чтобы я, и правда, боюсь гнева Киррана и очень переживаю по этому поводу. Скорее мне просто не хочется никуда уходить из комнаты.

— Он не разозлится. Лард Арассиан обязательно свяжется со мной, как только его шаттл окажется на острове. Я сообщу, где Вы, и ему не придётся искать. К тому же в парке Вас ждёт небольшой сюрприз.

— Сюрприз? — Мои брови тотчас взлетают вверх.

Вот так неожиданный поворот. Надеюсь, для нари нет ничего предосудительного в том, чтобы принять сюрприз от своего хранителя?

Голос разума требует найти предлог для отказа, но проклятое женское любопытство… Будь оно неладно.

— Хорошо, идём. Только быстро.

И мы идём с Шантаром уже привычным для меня маршрутом: по коридорам, затем на улицу и по знакомым дорожкам парка к фонтану.

Я часто прихожу сюда по вечерам, пока жду возвращения Кира и скучаю в одиночестве.

— И где же обещанный сюрприз? — спрашиваю, с подозрением поглядывая на своего хранителя, как только мы останавливаемся.

— Нари Хелена, обернитесь. — Шантар осторожно кладёт ладони мне на плечи и легонько сжимает, вынуждая развернуться лицом к фонтану.

— Что, Шантар? Я ничего не вижу. — Кручу по сторонам головой, но передо мной лишь сооружение, выбрасывающее в воздух струи воды.

— Увидите, если посмотрите вниз, — подсказывает мой хранитель и освобождает мои плечи от своих ладоней.

Я опираюсь на бортик фонтана, наклоняюсь и гляжу на воду.

Насколько глубоко там, внизу понять сложно. Толща воды зеленовато-голубая, но почти прозрачная и действует, как лупа, увеличивая и визуально приближая дно.

По всей поверхности расходятся круги от падающих брызг.

— Смотрите внимательно. — Шантар предугадывает моё желание вновь переспросить, в чём подвох, потому что я не вижу ничего кроме блестящей ряби, бегущей по воде.

Решаю дать ещё один шанс себе, а заодно коварно выманившему меня хранителю. Прищуриваю глаза и всматриваюсь в брызги. И вдруг неожиданно замечаю, что несколько из них движутся совсем иначе, чем остальные.

Протягиваю руку, тянусь к воде и погружаю в неё пальцы насколько это возможно. Провожу невидимую черту и наблюдаю любопытную картину.

Те самые брызги, что выделялись своими движением, испуганной стайкой разлетаются в разные стороны. Замирают на мгновение под толщей воды, а затем вспыхивают неоновым светом, вытягиваются, а по бокам у них вырастают то ли крылья, то ли плавники.

— Какая красота! — Я восхищённо слежу за фантастической стайкой, забыв обо всём на свете.

Увы, красота оказывается недолговечной. Проходит ещё пара секунд, и стайка отмирает, снова превращаясь в мелкие брызги и возвращаясь туда, где поверхность рябит от расходящихся кругов.

— Что это за чудо природы, Шантар? — Поворачиваюсь к нему, и наши взгляды пересекаются.

По губам всегда такого сурового и серьёзного телохранителя скользит чуть заметная улыбка.

— Это тиранги — декоративные рыбки. Их покупают специально для украшения фонтанов и прудов.

— А почему они такие… странные? Я сначала приняла их за обычные брызги на поверхности.

— В спокойном состоянии они маскируются под окружающую среду, — спокойно и терпеливо, как малому ребёнку, поясняет Шантар. — А стоит только вспугнуть их, они принимают свой истинный облик.

— Оригинально. У нас на Земле рыбок держат в аквариумах, — задумываюсь на миг и понимаю, что ведь не только в аквариумах. — Хотя иногда и в прудах, и в фонтанах, и даже в бассейнах. Оказывается, у наших народов есть что-то общее. Ни за что бы ни поверила, что Кирран купит рыбок для фонтана.

Смеюсь, а перед глазами картина: Кир в зоомагазине выбирает рыбок.

— Нари Хелена, тиранги… Это мой подарок для Вас.

— Ты что, Шантар? — Я чувствую лёгкое головокружение и приваливаюсь спиной к бортику фонтана, для верности вцепившись в него пальцами. — В каком смысле подарок? С чего вдруг? А Кирран? Он знает?

— Не подумайте ничего такого, моя госпожа, — машет Шантар руками.

— В таком случае, объясни, почему ты даришь мне подарки?

— Нари Хелена, я знаю, что каждый вечер Вы приходите сюда. Сидите подолгу грустная и смотрите в воду фонтана. Вот я и решил купить рыбок в надежде на то, что, глядя на них, Вы хотя бы на время станете забывать о грусти.

— Ох, Шантар. — Мне ещё только влюблённого телохранителя для полного счастья не хватает. Я, конечно, не в курсе как принято здесь, на Йотерии, но у нас на Земле… Когда мужчина делает тебе подарок, это явно неспроста. — Я очень благодарна тебе, только прошу, ради всего святого, не нужно больше дарить ничего, не посоветовавшись прежде со мной.

— Я чем-то обидел Вас? — искренне недоумевает Шантар. — Вам не по душе мой подарок?

— Твой подарок прекрасен. Вопрос лишь в том, как отреагирует на него Кирран.

— Лард Арассиан мудрый мужчина. Он поймёт.

— Да уж, в этом я ничуть не сомневаюсь. — Я подношу руку к его лицу и прикасаюсь к шершавой щеке. — Я очень ценю тебя как хранителя и как человека, Шантар. Но Кирран…

— Нари Хелена. — Выражение лица Шантара резко меняется, превращаясь в прежнюю суровую и непроницаемую маску. — Я никогда не посмею предать ларда Арассиана. И хочу, чтобы Вы знали, если Вам однажды понадобится моя жизнь, я с радостью отдам её.

Я хочу возразить Шантару, сказать, что мне не нужна его смерть. Пусть выбросит из головы эти глупости и думать о них забудет.

Поднимаю взгляд, и слова застывают, так и не слетев с губ. Смотрю поверх плеча моего хранителя и шепчу:

— Пожалуйста, Шантар, ничего не говори.

По дорожке, бегущей со стороны дома, к нам приближается мужской силуэт. По походке, по его уверенным движениям и по тому, как замирает от радости моё сердце, я узнаю Кира.

Срываюсь с места, оставляя Шантара у фонтана в гордом одиночестве, и лечу навстречу моему инопланетному жениху. Прямиком в распахнутые объятия.

— Я так соскучилась, Кир. — Кидаюсь моему пришельцу на шею и обвиваю его жарким кольцом. Я и правда, соскучилась по горящему взгляду его синих глаз и по нежности тёплых рук. — Думала, ты задерживаешься.

Не признаюсь Киру в том, что про его задержку в дороге сообщил Шантар. Даже сама не понимаю, почему. Возможно, подсознательно боюсь, не солгал ли он.

Мне всё ещё не даёт покоя его подарок. Что если, проводя со мной почти всё время в силу обязанностей хранителя, он начнёт проявлять симпатию? Большую, чем полагается хранителю.

— Я, действительно, задерживался, Хелена. — Кир обнимает меня чуть повыше талии и проводит ладонью вверх, а затем вниз, разгоняя по телу стайку мурашек. — Только желание увидеть тебя было слишком велико. Настолько, что пришлось приказать пилоту поторопиться.

— Посидим немного возле фотана? — Нехотя размыкаю руки, сцепленные в замок на шее Киррана и смотрю на него взглядом голодного котёнка. Чтобы мой пришелец ни в коем случае не смог отказать. — Если, конечно, ты не очень сильно устал и проголодался.

Взгляд Кира, скользящий по моим губам, весьма красноречиво напоминает о том, что для йотов, коим является Кир, понятие «голод» наполнено особым значением.

— Давай, посидим, если ты так хочешь, — соглашается мой инопланетянин.

Обнявшись, как настоящая влюблённая парочка, мы идём к фонтану.

Стоит нам приблизиться, как Шантар склоняется перед Киром в поклоне.

— Рад видеть тебя, Шантар, — приветствует его Кирран. — Надеюсь, у нас всё спокойно?

— Да, мой господин. И если позволите, теперь, когда Вы вернулись, — Шантар стоит перед Киром навытяжку, словно кол проглотил и даже не смотрит на меня, — и когда нари Хелена в безопасности, я хотел бы немного отдохнуть.

— Разумеется, Шантар. Думаю, до утра ты можешь быть свободен, — кивает в ответ Кирран.

— Благодарю. Доброй ночи, мой господин. — Он всё-таки поворачивается и, глядя на меня, прощается лёгким наклоном головы. — Доброй ночи, нари Арассиан.

— И тебе тоже, — отвечаю ему, вспоминая о рыбках и о том, что надо бы как-то рассказать о них Киру. Только вот как?

Шантар удаляется быстрыми шагами, а мы с Киром оба смотрим ему в спину и молчим. И думаем каждый о чём-то своём.

— Кир, а разве ты не должен был связаться с Шантаром? — спрашиваю, как только силуэт моего хранителя растворяется в темноте. — Ну, чтобы узнать, где мы.

— Должен, но хотел сделать сюрприз своим неожиданным появлением. Вот и решил не предупреждать заранее. А когда не нашёл ни тебя, ни Шантара в доме, без труда так понял, где вы. — Он гладит меня по волосам, пропуская пряди сквозь пальцы. — Я знаю, что ты приходишь сюда каждый вечер и уходишь перед самым моим возвращением. Надеюсь, сегодня моё появление в качестве сюрприза удалось?

Улыбаюсь и понимаю, что именно сейчас у меня есть идеальный шанс рассказать о рыбках в фонтане.

— Хм, похоже, у меня сегодня вечер сюрпризов. — Я тяну Кира за руку, вынуждая развернуться лицом к фонтану. — Смотри, какая прелесть. Правда?

Я тычу пальцем в воду, не зная, видит ли Кир чудо природы, поселившееся теперь в его фонтане.

— Тиранги, — произносит он одно-единственное слово.

И для меня остаётся загадкой, как… ну, вот как Кир различает их среди сотни одинаковых брызг?

— Тебе нравится? Это Шантар купил, чтобы порадовать меня, когда я грустила, что ты не рядом.

— Да, подарок Шантара — прелесть, но ты ещё прелестней. — Кир обнимает меня сзади, прижимает спиной к своей груди и скользит ладонями по платью от талии вверх. Его руки замирают под самой моей грудью. И он шепчет мне на ухо, опаляя его дыханием: — Я хочу видеть сейчас лишь одну красоту — красоту твоих глаз и твоей улыбку.

— Вот я и поймала тебя, Кир. Ты не можешь видеть мои глаза. Слишком темно. — Поворачиваюсь к нему и смеюсь, довольная тем, что подловила этого мужчину на такой мелочи.

— Мне и не нужно видеть их, Хелена. Они навсегда в моей памяти и в сердце. — Он обхватывает мой подбородок двумя пальцами, приподнимает голову и склоняется к губам. — И это я поймал тебя. Уже давно. И до последнего вздоха не перестану благодарить за это судьбу.

— И ты совсем не злишься из-за того, что твоей будущей жене преподносит подарки другой мужчина?

Признаться, мне даже немного обидно.

Неужели Кирран вообще не ревнует? Мне казалось, такие мужчины как Кир уже рождаются с инстинктами жутких эгоистов и собственников.

— А разве я могу злиться, когда на тебе такое платье? — Кир кладёт ладонь на мою шею и, медленно поглаживая, ведёт вниз.

— Ты ведь добавил его в мой заказ? Вот я и надела его для тебя, — млею я, растекаясь лужицей от нежности, с которой он прикасается ко мне. — Думаешь не стоило?

Кир разворачивает меня спиной к себе и прижимает телом к каменному бортику фонтана. Так быстро, что я не успеваю ни возразить, ни даже просто открыть рот.

— Я сейчас вообще могу думать только о том, чтобы скорее снять его с тебя, — шепчет Кир, касаясь губами уха, и легонько прикусывает мочку.

Кажется, мне несказанно повезло, и мой мужчина не ревнив. Или просто у йотов нет такого понятия?

Чувствую, как в ответ на ласку внизу живота моментально разливается тепло.

— Я же серьёзно, Кир. Ты совсем меня не ревнуешь? Вообще ни капельки? — Борюсь с искушением развернуться и, наплевав на всё, первой полезть к нему с поцелуями.

— А разве должен? — Он отпускает ухо, собирает в кулак мои волосы и приподнимает, оголяя шею. Почти невесомо скользит губами по коже. — Ревность для нас лишена смысла, Хелена. Ни один йот никогда не составит пару женщине, на которой стоит метка другого йота. Такая женщина не сможет утолить его потребность в её эмоциях. Потому что он не почувствует их. Секс с ней не принесёт ни удовлетворения, ни потомства. Йот не станет обрекать себя на смерть от голода ради бессмысленного спаривания с чужой женщиной.

Чёрт его знает, что такое особенное есть в его словах, в его голосе, в прикосновениях. Что сводит меня с ума? И какая непостижимая магия мужского обаяния действует на меня сейчас?

Как и тогда, на танцполе ночного клуба меня накрывает волной безумного желания. И я хочу мужчину, что стоит сейчас рядом. Хочу до дрожи. До физической боли. До искорок, мельтешащих перед глазами.

— Кир. — Я всё-таки поворачиваюсь в его тесных объятиях, вскидываю на него взгляд, снова висну на шее и шепчу, задыхаясь от страсти: — Кир, поцелуй меня. Дай почувствовать, что я только твоя.

Глядя мне в глаза, он делает шаг назад, подносит руку к моему лицу, очерчивает указательным пальцем линию подбородка, а потом стремительным движением сжимает скулы всей пятернёй.

— Что-то заставляет тебя усомниться? — спрашивает Кир обманчиво спокойно, шёпотом, но смотрит при этом так, будто готов испепелить взглядом за эту чёртову просьбу.

Нет, йоты однозначно отличаются от землян. Задай я подобный вопрос нашему мужчине, он тотчас же полез ко мне под платье с единственной целью — доказать.

И я уже жалею, что спросила Кира.

Качаю отрицательно головой, когда он резко наклоняется ко мне и впивается в мои губы.

Ноги вмиг становятся ватными, и я цепляюсь за воротник Киррана.

Так как целует Кир сейчас, он ещё не целовал. Он словно демон, пьющий мою душу и моё дыхание. Жадно и бесконечно долго, смакуя вкус и растягивая удовольствие.

Я пытаюсь ответить на этот животный поцелуй, но Кир не даёт перехватить инициативу. Ни на секунду. Всеми доступными способами показывает, кто в нашем поединке главный.

И я смиряюсь. Но стоит позволить Киру завладеть моим ртом, как он разрывает слияние наших губ. Снимает мои руки со своей шеи, заводит их мне за спину.

— Если ты просишь доказательств — значит, сомневаешься, — Кир смотрит на меня с укором и ждёт ответа.

— Да нет же, Кир, я просто хочу… — Я не знаю, как сказать ему, что просто хочу проводить с ним больше времени.

Бывать где-нибудь вместе, а не сидеть взаперти под охраной Шантара. Особенно сейчас, когда хранитель проявляет ко мне явно не профессиональный интерес. Хочу знать о своём будущем муже всё до мелочей вместо того, чтобы гадать и додумывать самой.

— Так чего же ты хочешь? — не дождавшись продолжения, интересуется Кирран.

А я лишь пожимаю плечами, так и не найдя красивых, правильных слов для объяснений.

— Тебя. Только тебя, Кир. Сейчас и завтра. Всегда.

Так же как и в ночь нашего с Киром знакомства в ночном клубе поворачиваюсь к нему спиной. Льну к его груди, завожу руки за спину и нащупываю знакомый бугорок на брюках.

Глажу его ладонью, мну и тру пальцами.

— Хелена, во имя неба! — Голос Кира становится хриплым, выдавая возбуждение. — Мы же не в спальне… В парке… Если кто-то увидит…

У меня нет вообще никаких сомнений, что его недовольство сплошь фальшивое.

Киру ничего не стоит остановить движения моей руки, убрать её прочь. Однако он ничего такого не делает.

Да и мы ведь оба понимаем, никто не увидит нас в парке. Просто потому, что никто не бывает здесь в такое время.

— Что ж, тогда тебе придётся убить этого несчастного, ставшего свидетелем нашего беспредела, — шепчу я Киру, улыбаясь, и продолжаю движения рукой. — А после утопим труп в фонтане.

— Вот уж не думал, что моя маленькая нари окажется такой кровожадной. — Кирран утыкается мне в затылок, трётся о волосы носом. — Никогда бы не поверил, что буду заниматься с ней сексом украдкой посреди парка.

— Парк, рыбки и шум фонтана, заглушающий наши стоны, — перечисляю я все преимущества секса на природе. И ведь сама не знаю, всерьёз говорю всё это или пытаюсь шутить. — Разве это не романтично?

Кир кладёт ладони на мои бёдра и с лёгким нажимом поглаживает их.

Ткань платье, собираемая его пальцами, ползёт вверх по ногам, заставляя дрожать в предвкушении.

— Нет, Хелена, это будет очень быстрый и не слишком романтичный секс. — Бессовестно разрушает Кир мои наивные женские иллюзии.

Только вот одного он не учёл, земные женщины в своём упрямстве непобедимы.

— Ну, и плевать. Главное, что он будет с тобой. — В поисках молнии или пуговиц я вожу пальцами по запертому в неволе и рвущемуся из штанов на свободу члену.

Кир молча подталкивает меня к бортику фонтана и упирается ладонью в спину, укладывая грудью на камень.

Я замираю, раздираемая одновременно желанием, предвкушением и любопытством. Что же он станет делать дальше?

А дальше Кирран задирает моё платье до талии, поддевает резинку трусиков и тянет их в самый низ.

Шлепком по бедру даёт понять, я должна поднять ногу.

Повинуюсь, понимая, что эта странная порочная игра мне нравится.

Он снимает трусики с одной ноги и шлёпает по другой моей ноге.

И вот я уже стою перед ним во всей своей красе, но Кир не спешит воспользоваться. Медлит.

Дышу часто и возбуждённо. И жду, облизывая от нетерпения губы.

Давай, милый. Ну что же ты? Не мучай меня…

Как отклик на мою мольбу в проход упирается головка члена. Кир водит ею вниз и вверх, распределяя скользкую влагу — свидетельство того, как сильно я хочу его.

— Ки-ир… — зову я, чуть подаваясь назад.

— Тише, моя маленькая нари. Ни звука. — Просьба больше похожа на приказ, но тем не менее я замолкаю и замираю.

В ту же секунду чувствую, как Кир, придерживая за бёдра, медленно заполняет меня собой до самого предела.

— Ни звука, Хелена, — напоминает он, нависая надо мной и опираясь ладонями на бортик фонтана по бокам от моих рук.

Первый же толчок вынуждает меня тихонько застонать.

Я так долго жду этой близости, этого единения с Киром, что готова разреветься от счастья.

И если бы не его просьба, я, наверное, прямо сейчас в порыве страсти призналась бы, что уже не представляю своего существования без таких вот близостей. Без совместных ужинов. Без ласк и поцелуев. Без Киррана.

Не знаю, как этому мужчине из фантастики удаётся так быстро завладеть не только моим телом, но и разумом и, возможно, даже сердцем.

Движения Кира ускоряются и становятся сильнее. И я ловлю себя на том, что подхватываю ритм его ударов и двигаюсь навстречу.

Внизу живота, словно в сложном механизме, закручивается упругая пружина.

Трезвые мысли где-то теряются, и я чувствую только наши движения в унисон, слышу грохот собственного сердца и отрывистое дыхание Киррана, склонившегося надо мной.

Сквозь пелену сладостной неги смотрю на сверкающие пузырьки, снующие по воде.

То ли рыбки с непривычным названием тиранги мелькают перед глазами, то ли искры подступающего оргазма.

При очередном толчке припадаю пылающей щекой на холодный гладкий камень и вцепляюсь пальцами в бортик, ломая идеальные ногти.

Кусаю до боли губы и хриплю, едва сдерживая крик, готовый сорваться с губ.

Кир продолжает вколачиваться всё резче и глубже. Каждые его удар внутри отзывается ударом крови в висках и вместе с дыханием из лёгких выбивает из меня тихие стоны и всхлипы.

И в какой-то момент я не выдерживаю этой мучительной пытки. Срываюсь на крик.

— О, да, Ки-ир! — пружина внутри выстреливает, раскручиваясь, и мне кажется, я вот-вот умру. — О, госпо…

Ладонь Киррана зажимает мой рот.

Движения внутри нарастают.

Натёртая щека горит огнём. Руки теряют силу и виснут плетьми. Ноги ещё каким-то чудом держат меня.

Финальный, почти болезненный толчок разрывает сознание и заставляет сотрясаться от проходящих через всё тело электрических разрядов.

— А-ах-хр-р… — хрипит Кир, изливаясь в меня жидким огнём и убирая ладонь ото рта. — Ты — моя! Повтори!

Я лишь облизываю пересохшие, искусанные губы и, как ни силюсь, не могу проронить ни слова.

— Повтор-ри! — содрогаясь, рычит надо мной Кир.

— Я твоя, — вырываются слова сами собой. — Я твоя, Кир.

— Ещё р-раз! — Он выпрямляется, поднимая и меня следом, разворачивает и скользит взглядом по лицу.

— Я твоя. Навсегда.

Кирран кивает удовлетворённо, отпускает меня и застёгивает штаны.

Смотрю на него и понимаю, что ведь так и есть. Я в его власти. Даже сейчас хочу прикоснуться к нему.

Делаю шаг навстречу, и последние силы покидают меня.

Слабость разливается по всему телу, превращая в тряпичную куклу. Ноги дрожат и подкашиваются. Липкая, вязкая жидкость стекает по внутренней стороне бёдер.

И я цепляюсь за Кира, чтобы не упасть.

К счастью, с его телом всё в полном порядке. Он подхватывает меня на руки, стискивает в объятиях, прижимая к себе, и прислоняется лбом к моему лбу.

— Ты — только моя! И уже не будет иначе! Запомни это и никогда больше не подвергай сомнению! Обещай мне!

Моих сил хватает лишь на то, чтобы согласно махнуть головой и, уронив её на плечо Кира, закрыть глаза.