7 глава

Демьян

Я до сих пор не могу поверить. Она говорит по-итальянски. Свободно, красиво, с легким акцентом, который делает каждое слово особенным. Она сказала несколько фраз, но так четко, что…

Господи, сколько же она лишнего слышала…

А сколько раз слышала как мы ее оба хотим? Мы ведь это обсуждали только на итальянском.

Но как? Я же помню как три года назад, когда она пыталась заказать кофе. Тогда она психанула и перешла на английский… Она краснела и злилась на себя за каждую ошибку.

А теперь? Теперь она говорит как на родном…

И тут меня осеняет. Как она замирала, когда мы с Даном переключались на итальянский. Как прислушивалась, чуть наклонив голову — я думал, ей просто интересна мелодика языка. Как задерживала дыхание, когда я в сердцах бросал Дану пару крепких словечек на его родном языке.

Она все понимала. Все время понимала каждое слово.

Для ужина с ней мы выбрали красивое место — отдельная беседка, увитая виноградом, белая скатерть на столе, свечи в стеклянных подсвечниках. Вокруг тихо играет живая музыка — где-то в глубине сада музыкант играет то джаз, то что-то лирическое.

У меня в руке стакан с виски. У Дана — то же самое.

— Может, заберем ее домой? — предлагает Дан с той своей фирменной ухмылкой. — Ко мне. Я там смогу ее защитить. Там спокойно во всем разберемся.

— Даже не думай, — обрываю его резче, чем хотел.

Дан удивленно приподнимает бровь, а потом усмехается:

— Что такого? Там безопаснее будет выяснить правду… И она теперь не сможет сбежать…

Я делаю большой глоток виски. Алкоголь обжигает горло, но не может заглушить тревогу.

— Ты серьезно думаешь, что отец просто так позволит нам увезти ее? — говорю тихо, но жестко. — Он столько лет прятал ее, заставил всех поверить, что она мертва. Если узнает, что мы снова рядом с ней…

Не договариваю, но Дан понимает.

Он нас обставил красиво. Мы считали что за тот год потеряли всех дорогих нам людей.

Даже Алевтину нашли мертвой в ее унылой небольшой квартирке.

А тут…

Она жива…

Я отворачиваюсь, пытаясь справиться с эмоциями, и тут замираю.

По дорожке между беседками идет она. Ангелина.

Мое сердце пропускает удар.

Она изменилась. Стала взрослее. Похудела еще больше — теперь она не похожа на фарфоровую куклу, которую боишься сломать одним прикосновением. Скорее, она сама тебя сломает…

На ней платье цвета шампанского — шелк струится по ее фигуре, подчеркивая каждое движение. Высокие каблуки-шпильки делают ее ноги длиннее визуально, тонкие лодыжки хочется попробовать на вкус. Как и ее саму. Раньше она пахла нежно и сладко, а теперь как?

Светлые волосы уложены в небрежные локоны. На тонкой шее — нитка жемчуга.

Она идет уверенно, с высоко поднятой головой. Каждый ее шаг выверен и точен. Мужчины за соседними столиками оборачиваются ей вслед, но она их не замечает — или делает вид, что не замечает.

Я тоже не могу отвести взгляд. Просто сижу и пожираю ее глазами, пока она приближается к нашему столику.

И вот она останавливается. Секунду смотрит на нас, а потом садится напротив. Даже не спрашивает разрешения.

Официант тут же оказывается рядом.

— Бокал Шабли, пожалуйста, — говорит она, и ее голос звучит ниже, чем я помню.

Взрослее.

Я наконец нахожу в себе силы заговорить:

— Ты теперь пьешь вино?

Она поворачивается ко мне, и на ее губах играет дерзкая улыбка. Раньше она так не улыбалась. Раньше она вообще была другой — мягкой, застенчивой, осторожной в словах.

Безумно нежной и сладкой…

— А почему бы и нет? — она откидывается на спинку, скрещивает ноги. — Мне много годиков. Я вполне могу позволить себе бокал хорошего вина.

Ее тон — с вызовом. Она дразнит меня, проверяет границы. И, черт возьми, это неожиданно… притягательно.

— Ты изменилась, — выдыхаю я, не в силах скрыть растерянность.

Официант приносит вино. Она берет бокал, делает маленький глоток, прикрывая глаза от удовольствия.

— Может, я всегда была такой? — говорит она, глядя мне прямо в глаза. — Просто вы не знаете меня? Или знали другую меня?

Дан хмыкает, разваливается в кресле:

— Мне нравится. Смелые женщины — это интересно.

Я стискиваю кулаки под столом. Хочется врезать ему за ответные вызовы, но сдерживаюсь. Весь мой мир сейчас сосредоточен на ней — на том, как она держит бокал, как накручивает на палец прядь волос, как кусает нижнюю губу, когда задумывается.

— Ты правда ничего не помнишь? — спрашиваю тихо, почти умоляюще.

Она ставит бокал на стол. Долго молчит, разглядывая игру света в вине. Потом поднимает на меня глаза — в них холод и грусть одновременно.

— А что я должна помнить? — спрашивает она ровно. — Кажется, в тот год все же что-то случилось. И верно, я до потери памяти была немного другой… Если верить вашим ожиданиям, то да, мы встретились именно тогда, когда я все еще была папиной дочкой.

Эти слова — как пощечина. Как удар под дых.

Мне хочется схватить ее за плечи, встряхнуть, заставить вспомнить. Вспомнить наши ночи на Сицилии. Вспомнить, как она смеялась, запрокинув голову, когда я рассказывал глупые истории.

Вспомнить наш первый поцелуй…

Но я просто сижу. Смотрю на нее. И понимаю — она боится. За этой дерзостью, за этой новой уверенностью прячется страх. Она не доверяет нам. Возможно, не доверяет вообще никому.

— Пока я сегодня собиралась, внезапно вспомнила, что папа не смог мне однозначно ответить, почему я так же не помню как лишилась девственности. Может… Может, вы оба знаете — как?

— Знаем, — ответил я. — С нами.

— Обоими? — хохотнула Ангел. — Как такое возможно?

— Я был твоим первым мужчиной, — кивнул Дан по итальянски. Она вздрагивает от смены языка, я выпиваю виски, вспоминая ту ночь. — Мы считали, что ты достойна лучшего мужчины, но ты говорила, что любишь.

— Кого я люблю? — опешила Ангелина.

— Нас. Нас обоих.

Она моргает удивленно.

— Мне папа вообще ничего такого не говорил… Есть ли у вас хоть какие-то доказательства?

Я не сдерживаю смешка.

Тысячи фотографий с камер и сделанных погибшей сестрой Дана, ее забытые вещи в его доме, воспоминания его рабочих…

Комната с ее фотографиями.

И наши воспоминания…

Которые сейчас причиняют только боль.

Скидки!

Отец моего парня. Я тебя хочу!: https:// /shrt/xwXP

Развод. Одержимость Шахова: https:// /shrt/J8eS

Промокод Все равно будешь нашей: seVsrsss