Глава 23

— Первая?

— Яркое, неконтролируемое свечение это только начало. Когда связь устанавливается, оно становится глубже и тише. Ты сможешь вызывать его, когда захочешь. Или когда будешь чувствовать что-то очень сильно.

— А если не захочу?

— Тогда его не будет. — Он улыбается, и в его улыбке впервые за этот день нет напряжения. — Это твой свет, Лиана. Он подчиняется только тебе.

Пусть светятся.

* * *

Следующие три дня проходят как в тумане. Ториан почти не появляется в доме. Он уходит на рассвете, возвращается глубокой ночью, когда я уже сплю после дневных тренировок, которыми я теперь постоянно занимаюсь, чередуя с обучением местным традициям. Я слышу, как он тихо проходит в спальню, как ложится на свою половину кровати, и свет на моих руках вспыхивает на секунду, приветствуя его, прежде чем я снова проваливаюсь в сон.

Он ищет доказательства. Я знаю это, хотя он ничего не говорит. Зорин прилетал дважды. Я видела его аэрокар с террасы, видела, как они с Торианом о чём-то спорили в гостиной, пока я делала вид, что читаю древние тексты на планшете. Их голоса были приглушены, но я уловила несколько слов. Что-то о Корване, архивах и о том, что информации недостаточно. Я не лезу. Не спрашиваю. Просто жду.

И тренируюсь.

Теперь я могу вызывать свет почти когда захочу, правда не всегда получается. Иногда он упрямится, не откликается, прячется под кожей. Но когда я закрываю глаза, вспоминаю его руки на своей талии, его дыхание в волосах, тепло, которое разливается по телу от одного его взгляда, свет приходит даже когда его нет рядом. Ровный, спокойный, золотистый.

Я стою на террасе вечером четвёртого дня, когда слышу незанкомые шаги.

Я оборачиваюсь и вижу Ариану.

Она одна появляется на пороге гостиной, и ветер треплет её идеальную причёску, выбивая из неё серебристые пряди.

— Как ты вошла? — спрашиваю я неожиданон резко.

— У меня есть код. Я сестра командора, — она проходит в гостиную, оглядывается с тем же выражением, с которым рассматривала меня в первый раз, а именно как нечто, заслуживающее лёгкого презрения. — Он не здесь?

— Нет.

— Жаль. — Она садится в кресло, поправляет платье, и я замечаю, что её пальцы чуть дрожат. — Тогда поговорим с тобой.

Я не двигаюсь с места. Стою у окна, спиной к океану, и смотрю на неё. Внутри всё сжимается от страха, но я не позволяю ему показаться. Три дня тренировок не прошли даром.

— О чём?

— О том, что ты делаешь с моим братом.

Я молчу. Она ждёт, но я не собираюсь оправдываться.

— Ты думаешь, я враг, — продолжает Ариана, и в её голосе появляется странная, непривычная усталость. — Думаешь, я пришла, чтобы унизить тебя. Или угрожать.

— А разве нет?

Она усмехается с нотками горечи, но я не могу понять игра это или правда.

— Я пришла, потому что у нас осталось три дня. И если ты не понимаешь, что происходит, то должна понять.

— Объясни.

Она смотрит на меня долгим взглядом.

— Ты действительно светишься, — произносит она задумчиво. — Я думала, это какой-то трюк. Или… неважно.

— Это не трюк.

— Я вижу. — Она откидывается на спинку кресла, и вдруг становится похожа не на ледяную статую, а на обычную женщину, которая устала, которая боится, но не показывает этого. — Знаешь, что будет, если Зораты передадут дело в Совет?

— Ториан говорит, у них нет доказательств.

— У них есть Корван. А Корван это человек, который знает о моёмбрате всё. Или почти всё. — Она делает паузу. — Они служили вместе. Дружили. А потом Корван выбрал деньги, а Ториан выбрал честь. И теперь Корван работает на Зоратов. И он готов подтвердить, что выкуп твоего контракта был нечистым.

— Но это неправда.

— Правда не имеет значения, когда есть свидетель. — Ариана смотрит на меня, кажется, слегка обеспокоенно. — Ториан может потерять всё. Командование. Ранг. Место в Совете. А клан Валеронов потеряет репутацию. Наш отец не переживёт этого позора.

— Зачем ты мне это говоришь? Почему именно Ториан должен стать мужем той девушке из клана? У него же есть и другие братья.

— Потому что я хочу, чтобы ты поняла. — Ариана наклоняется вперёд, и её голос становится тише, почти интимнее. — Ты можешь остановить это. Сейчас. Зораты выбрали именно его.

— Как?

— Уехать. Вернуться на Землю. Или в другое место. Я помогу, дам корабль, деньги. Открою тебе личный счёт и обеспечу на всю жизнь. Всё, что нужно. Ториан будет в ярости, но он будет жив. У него будет будущее. А если ты останешься… — Она замолкает, и я вижу, как её пальцы сжимаются в кулаки. — Если ты останешься, они уничтожат его.

Она вздыхает, будто набирается смелости прежде чем сказать следующую фразу:

— Я предлагаю тебе спасти его.

— А если я я хочу остаться?

Ариана вскидывает голову, и в её глазах вспыхивает холодная ярость.

— Тогда ты эгоистка, которая готова разрушить его жизнь ради своей прихоти.

— Нет. — Я делаю шаг вперёд, и свет на моих руках разгорается ярче, заливая комнату золотым сиянием. — Я готова бороться за него. Так же, как он боролся за меня. И я верю, что он во всём разберётся. Верю его решению!

— Ты не понимаешь! — Ариана вскакивает, и впервые её голос срывается на крик. — Это не игра! Это не история про любовь, которая всё побеждает! Это политика, деньги, власть! И ты, — она указывает на меня дрожащим пальцем, — ты пешка, которую бросили на доску, чтобы сломать партию!