Глава 23

Ричард Эджертон снова взглянул на удостоверение личности, лежащее перед ним, потом поднял глаза на старшего инспектора.

— Странное дело, — сказал он.

— Да, сэр, — согласился старший инспектор Дэви. — Очень странное дело.

— Отель «Бертрам». Туман. Да, вчера был сильный туман, — как бы припоминая, произнес Эджертон. — Я полагаю, в тумане часто происходят преступления. Нападают и, к примеру, вырывают из рук сумочку, ну и так далее.

— В данном случае было дело иного рода, — объяснил Папаша. — Никто не пытался что-то отнять у мисс Блейк.

— А откуда стреляли?

— Из-за тумана трудно сказать. Она сама не уверена. Но нам кажется, и это, видимо, предпочтительная версия, что человек мог находиться на площадке перед домом.

— Он стрелял в нее дважды, вы говорите?

— Да, в первый раз промазал. Швейцар бросился к ней от двери отеля и загородил ее собой как раз перед вторым выстрелом.

— И таким образом принял удар на себя?

— Да.

— Отважный парень.

— Да. Он был храбрецом, — сказал старший инспектор Дэви. — У него отличный послужной список. Ирландец.

— Как его звали?

— Горман. Майкл Горман.

— Майкл Горман… — Эджертон на миг нахмурился. — Нет, — поморщился он. — Мне вдруг показалось — что-то знакомое. Но нет.

— Имя достаточно распространенное. Во всяком случае, он спас девушке жизнь.

— А почему, собственно, вы пришли именно ко мне, старший инспектор?

— Надеялся получить кое-какую информацию. Нам всегда важно иметь полную информацию о лице, подвергшемся нападению.

— Да, да, естественно. Но я всего и видел-то Эльвиру раза два с тех пор, как она была ребенком.

— Вы с ней виделись около недели назад, когда она к вам заходила, не правда ли?

— Да, это так. А что конкретно вам хотелось бы знать? Если что-нибудь о личных качествах, или о ее подругах, или о ее молодых людях, или о любовных ссорах — со всем этим лучше обратиться к кому-нибудь из женщин. Там есть некая миссис Карпентер, которая привезла ее из Италии. И еще есть миссис Мелфорд, у которой она живет в Кенте.

— Я уже виделся с миссис Мелфорд. Никакого толку. Совершенно. И я не столько лично о девушке хочу узнать, — в конце концов, я сам с ней встречался и выслушал все, что она могла мне сказать, вернее, что она захотела мне сказать…

По молниеносному движению бровей Эджертона инспектор понял, что тот оценил значение слова «захотела».

— Мне стало известно, что она обеспокоена, расстроена, испугана чем-то и убеждена, что жизнь ее в опасности. У вас сложилось такое же впечатление, когда она была у вас?

— Нет, — произнес Эджертон медленно, — нет, я бы так не сказал, хотя кое-какие слова показались мне странными.

— Например?

— Ей хотелось знать, кто унаследует состояние в случае ее внезапной смерти.

— Ах так! — сказал старший инспектор Дэви. — Значит, все-таки такая возможность засела в голове? Что она может внезапно умереть. Любопытно.

— Что-то у нее в голове было, но я не знал что. Она также хотела знать, сколько денег у нее есть, вернее, будет по достижении двадцати одного года. Это, наверное, более понятно.

— Денег, видимо, немало.

— Состояние очень велико, старший инспектор.

— А зачем, как вы думаете, ей это было нужно?

— Насчет денег?

— Да, и насчет того, кто это унаследует?

— Не знаю, — сказал Эджертон. — Совсем не знаю. Мы еще говорили о замужестве.

— У вас не возникло ощущения, что здесь замешан мужчина?

— Доказательств у меня нет, но… да, я именно так и подумал. Я был уверен, что за всем этим кроется какой-то молодой человек. Обычно так и бывает? Ласкомб, то есть полковник Ласкомб, ее опекун, похоже, ничего не знает ни о каком приятеле. Но Дерек Ласкомб как раз и не может этого знать. Он очень расстроился, когда я высказал такое предположение да еще прибавил, что этот приятель явно из числа нежелательных.

— Он действительно из их числа, — подтвердил старший инспектор Дэви.

— Так он вам известен?

— У меня просто есть догадка на этот счет. Ладислав Малиновский.

— Этот автогонщик?! Серьезно? Красивый головорез. Женщин он покоряет запросто. Интересно, где он подцепил Эльвиру? Не представляю, как могли пересечься их орбиты… впрочем, пожалуй, в Риме пару месяцев назад. Возможно, там они и встретились.

— Очень вероятно. А через мать они не могли познакомиться?

— Что? Через Бесс? Ну это, я бы сказал, совсем маловероятно.

Дэви кашлянул.

— Говорят, что леди Седжвик и Ладислав Малиновский очень близкие друзья, сэр.

— Да, да, эти слухи мне известны. Может быть, и так, а может, и не так. Они близкие друзья, которых постоянно сводит вместе их образ жизни. У Бесс, конечно, были романы, хотя, примите это к сведению, она не страдает нимфоманией. Люди всегда рады сказать такое о женщине, но по отношению к Бесс это несправедливо. Во всяком случае, насколько мне известно, Бесс почти незнакома с собственной дочерью.

— Да, именно так мне сказала леди Седжвик. И вы согласны с этим?

Эджертон кивнул.

— Какие еще родственники есть у мисс Блейк?

— Абсолютно никаких. Оба брата матери погибли на войне, а она была единственным ребенком старины Конистона. Миссис Мелфорд, хотя девушка и называет ее кузиной Милдред, на самом деле двоюродная сестра полковника Ласкомба. Ласкомб постарался сделать для девушки все, что мог, в соответствии с его старомодными понятиями, но это довольно трудно… для мужчины.

— Мисс Блейк, вы говорите, коснулась вопроса о замужестве. Не может ли быть, что она уже замужем?

— Но она еще не достигла совершеннолетия — ей пришлось бы получить согласие опекунов и доверенных лиц.

— Формально — да. Но не все же его дожидаются, — заметил Папаша.

— Знаю. Крайне прискорбно. Приходится в таких случаях проходить сложную процедуру назначения опекунства суда и так далее. Даже в этом случае дело весьма сложное.

— Но если уж они поженились, так поженились, — заметил Папаша. — Я полагаю, что, если они действительно женаты и она вдруг умрет, все унаследует ее супруг?

— Эта идея насчет замужества нереальна. За ней очень строго присматривали, и…

Эджертон замолчал, уловив ироническую усмешку старшего инспектора Дэви: как бы ни смотрели за Эльвирой, ей все же удалось познакомиться с абсолютно не подходящим для нее Ладиславом Малиновским.

Эджертон произнес задумчиво:

— Ее мамаша в свое время сбежала, это правда.

— Да, мамаша сбежала — это было в ее духе, но мисс Блейк совсем иная. Она очень упорна в достижении желаемого, но у нее другие принципы.

— Вы же не думаете, в самом деле…

— Я ничего не думаю — пока, — завершил разговор старший инспектор.