Глава 10 · Совещание

Когда инспектор Келси вернулся в отделение, дежурный сержант сказал ему:

— Мы задержали Адама Гудмена, сэр. Он ждет вас.

— Адама Гудмена? Ах да, садовника.

Одетый в вельветовые брюки и ярко-голубую куртку, высокий, загорелый, красивый юноша, представший перед ним, был совершенно спокоен.

— Вы хотели меня видеть. Я вас слушаю.

В его голосе проскальзывали грубые, пренебрежительные интонации.

«Впрочем, это обычно для теперешних молодых людей», — подумал инспектор.

Келси прямо перешел к сути дела.

— Что вы знаете об убийстве мисс Спрингер? — спросил он.

— Ничего я не знаю об этом убийстве, — угрюмо пробурчал Адам. — Все происходило без меня. Я спал.

Келси покачал головой. Он сел за стол и усадил юношу в кресло напротив. Молодой полицейский в штатском, вошедший в комнату вместе с инспектором, присел в стороне.

— Теперь начнем, — сказал Келси. — Итак, вы Гудмен… — Он посмотрел на лежавшую перед ним бумагу. — Адам Гудмен?

— Это правда, сэр. Но сначала ознакомьтесь с этим…

Манеры Адама изменились. Теперь он держался вежливо и учтиво. Он достал что-то из кармана и протянул через стол инспектору.

Брови инспектора, читавшего документ, поползли вверх. Он сказал полицейскому:

— Вы свободны, Бардер.

Молчаливый полицейский с удивленным выражением лица поднялся и вышел.

— Ну… — Инспектор с интересом посмотрел на Адама. — Так кто же вы? Что вам нужно? Я хотел бы знать, что вы там делали…

— В женской школе, — закончил за него Адам. — На первое время мне было дано определенное задание. Неужели я не похож на садовника?

— Нет. Обычно садовники — старики. А вы понимаете что-нибудь в садоводстве?

— Совсем немного. Когда-то я помогал матери.

— То, что произошло в «Мидоубанке», объяснило вам что-нибудь?

— Видите ли, мы действительно не знали, что должно произойти в «Мидоубанке». Мне было предписано ожидать вора. Так что убийство — это совсем не по школьной программе.

— Значит, что-то должно было случиться, — сказал Келси и вздохнул. — Что за всем этим скрывается?

И Адам ответил. Келси выслушал его с интересом.

— Да, я был несправедлив к девушке, — заметил он. — Но все же рассказ Шейсты слишком фантастичен, чтобы быть правдивым, или вы так не считаете? Алмазы стоимостью в полмиллиона, а то и в миллион фунтов! И кому, вы говорите, они теперь принадлежат?

— Хорошенький вопрос! Чтобы ответить на него, нужно задать немалую работу юристам-международникам. Тут дело спорное. До революции они принадлежали его величеству принцу Али Юсуфу, а теперь? Если они вернутся в Рамат, то будут принадлежать новому правительству. Али Юсуф мог завещать их кому-нибудь. Тогда их судьба будет зависеть от того, сможет ли это лицо представить доказательства… Только кому будет он их представлять? На них может претендовать его семья… Но лучшим вариантом, в сущности, было бы, если бы вы или я нашли их на улице и положили в карман. Тогда бы они стали нашей собственностью…

— Значит, вы считаете, что тот, кто заполучит их в свои руки, и станет владельцем? — Келси неодобрительно покачал головой. — Это не очень приятно.

— Да, — твердо сказал Адам. — Это не очень приятно. Это даже опасно. Вообще, здесь много неясного.

— Но почему «Мидоубанк»? Потому что здесь принцесса?

— Принцесса Шейста — первая кузина Али Юсуфа, это так. Кто-нибудь может пытаться похитить ее или вступить с ней в переговоры. Вот эта сомнительная возможность и заставила меня поселиться по соседству. Например, мы знаем, что в «Альтон-Гранд-отеле» остановилась миссис Колински. Виднейший член «Риф-Раф лимитед». Ничего по вашей линии, все по закону, все совершенно прилично, но она великолепная сборщица информации. Скажу вам также, что где-то здесь находится бывшая танцовщица из одного кабаре Рамата. По нашим данным, она работает на некое иностранное правительство. Видите, что сконцентрировано вокруг «Мидоубанка»? И ко всему этому прошлой ночью убита мисс Спрингер.

Келси задумчиво кивнул:

— Здорово запутано! Необычный случай.

— Секретные агенты, грабители, убийцы — они всегда рядом, — согласился Адам. — Все это чудовищно, но такова жизнь.

Они помолчали. Потом Келси задал вопрос:

— Что, по-вашему, случилось прошлой ночью?

— Спрингер была в спортивном павильоне в полночь. Почему? Отсюда надо начинать. Мы не должны ставить вопрос, кто убил ее, пока не узнаем, почему она была в спортивном павильоне в это время. Мы можем предполагать, что, несмотря на правильный образ жизни и занятия спортом, она в этот час не спала; выглянув в окно, она увидела свет — ее окно выходит к павильону.

Келси кивнул.

— У нее хватило смелости пойти самой посмотреть, в чем дело. Кого-то она застала… Но кого? Неизвестно. И этот человек застрелил ее.

Келси снова кивнул.

— Это мы знаем, — сказал он. — Но меня смущают ваши последние слова. Вы же не станете убивать просто так, а постараетесь любым путем избежать этого, если…

— Если не случится что-то такое, что заставит стрелять? Согласен! В этом случае можно застрелить и ни в чем не повинную мисс Спрингер — застрелить во исполнение долга. Но есть и другая возможность. Мисс Спрингер получила работу в «Мидоубанке» по частному приглашению. Ну а если ее послали хозяева, потому что у нее есть подходящая специальность?.. Она ждет момента, затем пробирается в павильон. Кто-то следит за нею или ждет ее там, держа пистолет наготове… Но снова вопрос: почему? Зачем? Ведь спортивный павильон — не то место, где можно что-то спрятать.

— И там ничего не было спрятано, могу вас заверить! Мы все тщательно осмотрели — шкафы девочек, шкаф мисс Спрингер, различный инвентарь, все здание. Там нет ничего похожего на ювелирные изделия.

— Ну, определенную поправку во все это мог внести убийца, — заметил Адам. — Другая возможность заключается в том, что спортивный павильон мог использоваться в качестве места рандеву. С мисс Спрингер или еще с кем-то. Место вполне подходящее для такой цели. Приличное расстояние от дома, и в то же время не слишком далеко. Если кто и заметит, то готов простой ответ: там был свет и так далее. Итак, мисс Спрингер пошла на встречу, затем произошла ссора, и ее застрелили. Или по-другому. Мисс Спрингер увидела, как кто-то выходит из дома, и последовала за ним в надежде увидеть и услышать что-либо.

— Я никогда не видел ее живой, — сказал Келси, — но по рассказам о ней можно заключить, что по натуре она была любопытной особой.

— Вполне возможное объяснение, — согласился Адам. — Любопытство погубило кошку. Да, я думаю, она пошла в павильон.

— Но если это было свидание, тогда… — Келси замялся.

Адам энергично кивнул:

— Тогда в этой школе есть еще кто-то, заслуживающий нашего пристального и незаметного внимания. Так сказать, кошка среди голубей.

— Кошка среди голубей… — задумчиво повторил Келси. — Мисс Рич, одна из учительниц, сегодня сказала что-то похожее… — Он размышлял минуты две. — В этом семестре в «Мидоубанке» появилось три новых лица: Шапленд, француженка и мисс Спрингер. Последняя убита и отпадает. Значит, кошка среди голубей — одна из этих двух. — Он посмотрел на Адама. — Но как узнать, кто именно?

— Я видел мадемуазель Бланш, входившую в павильон с самым невинным видом. Хотя делать ей там было нечего. И все-таки я поставил бы на другую. Она спокойна и рассудительна. Пожалуй, я осмотрю ее вещи. Черт побери, почему вы смеетесь?

— Она заподозрила вас, — смеясь, ответил Келси. — Она видела, как вы входили в спортивный павильон, хотя вам там нечего было делать.

— Проклятие! — негодующе воскликнул Адам. — Какое совпадение!

— Значит, все сходится в «Мидоубанке», — сказал Келси. — Это прекрасная школа, и мисс Вулстроу — достойнейшая женщина. Чем скорее мы доберемся до сути дела, тем лучше будет для них обеих. — Он помолчал, задумчиво поглядывая на Адама, а затем добавил: — Я думаю, мы можем открыть мисс Вулстроу, кто вы такой. Она сумеет держать язык за зубами, уверяю вас.

Адам задумался на мгновение. Затем кивнул.

— Да, — сказал он, — при сложившихся обстоятельствах это неизбежно.