Глава 11. Сказка о морской болезни

Кататься с холма в корыте эльфов я успешно научила. Портал они нам после этого открыли, как и договаривались, но я не упустила возможности вытребовать у них еще и обратное кольцо перехода, взамен предложив поделиться секретом, как можно быстрее взбираться на холм.

Секрет этот был прост и известен каждому в моем мире: нужно было выдолбить в снегу, а в нашем случае в земле обыкновенные ступеньки, о чем остроухие пока не догадывались. В конце концов, я же им не золотая рыбка, чтобы желания исполнять. Для моего “волшебства” требовалось изрядно потрудиться.

В настоящий портал перехода мне довелось ступать в первый раз. Изрядно нервничая, я одной рукой придерживала Кирюшу, который тоже хотел кататься с остроухими эльфами, а другой вцепилась в руку помятого Рейтара. На меня он смотрел с улыбкой, и если бы не окровавленная губа, которую мне же пришлось обрабатывать, то он даже смотрелся бы мило.

– А ты коварная, Амелия, – произнес он, не думая делать первый шаг в сияющее марево.

– О, ты наконец-то вспомнил мое имя! – съязвила я, но это все были нервы. Меня даже потряхивало ненароком. – Я не коварная, я продуманная, в отличие от тебя.

– У меня все было под контролем, – проговорил этот несносный тип самоуверенно.

– Ребра сильно болят? – спросила я с напускным сочувствием.

– Вскоре заживут. Мы, драконы, живучие, – похвастался мужчина и тут же получил ощутимый тычок от меня, что заставило его приглушенно зашипеть сквозь стиснутые зубы.

– Ребенку нельзя смотреть на драки, тебе ясно? Это может нарушить его детскую психику!

– О Крылатый, где ты все это берешь? – патетично воскликнул этот непрошибаемый, несносный, невыносимый...

Многозначительно фыркнув, я первая шагнула в портал, но за руку мужчина меня все-таки успел схватить. И я вот сразу же поняла зачем. Перед глазами все настолько рябило, что я с трудом понимала, где низ, а где верх. Мы переносились из дерева в дерево, перемещались сквозь леса. Видели и людей, и скот, и красивейшие просторы, и цветочные поля, и реки, и даже деревенских, которые разыскивали своих идолов, честно уворованных Рейтаром.

Картинки сменялись быстро – на это уходило меньше секунды, но вскоре общий вид изменился. Вокруг нас сначала появилась золотая, багряная осень с ее прохладными ветрами и дождями, а потом и снега.

Собственно, именно в снег нас из дерева и выплюнуло. Теперь я понимала, почему эльфы из своего дупла фактически выпрыгивали. Да потому что другим способом нормально приземлиться на ноги было невозможно.

Кирюша улетел прямиком в сугроб, тут же радостно занырнув в него по самый хвостик, а я свалилась почему-то на Рейтара, хотя при перемещении он был слева от меня. Привстав, опершись локтями о его грудь, я собиралась занять положение куда более устойчивое, но мужчина решил иначе.

Вдруг погладив меня по щеке костяшками пальцев, он быстро схватил меня и вознамерился поцеловать. Но я не далась! Вывернулась, укусила его за подбородок и свалилась в снег, тут же ощутив, насколько здесь холодно.

Зубы мои застучали мгновенно.

– Еще раз попробуешь меня поцеловать, я тебе нос откушу! – предупредила я, активно растирая плечи.

– Клыки не выросли еще, – усмехнулся дракон, поднимаясь и протягивая мне руку.

– А я без клыков, – пригрозила я, хватаясь за его ладонь. – Я знаешь как хорошо жую? Тщательно.

– Ладно, – вроде бы согласился мужчина на примирение. – Нам надо найти корабль.

– А одежду теплую ты, случайно, не захватил?

– Зачем? – искренне удивился этот побитый жизнью из кружка “Хочу все знать”. – Арскиль не мерзнет, его огонь греет. Я тоже выдержу любой холод.

– А я нет! – напомнила я, ощутив, как начинает от низких температур покалывать руки и ноги. – Я человек.

Нахмурившись, мигом став серьезным, Рейтар открыл свою сумку. Сначала на меня прямо поверх плаща была натянута его запасная рубашка. Потом его же штаны, которые мне пришлось подвязывать занемевшими пальцами на веревочку, а затем его же плащ.

Но, даже походя на разноцветный сугроб, я нисколечко не согрелась. Тогда в ход пошло заклинание, прозвучавшее лично для меня абракадаброй. Рукам и ногам стало теплее, но не настолько, чтобы я полезла в сугроб за Кирюшей. А чешуйчатого тем временем все устраивало. В руки даваться он не хотел, радостно барахтаясь в снегу.

Так он и скакал по снегу, пока мы шли через сугробы. Примерно через десять минут активной ходьбы я снова превратилась в ледышку, но у нас наметился прогресс: мы вышли к воротам какого-то города.

На постоялый двор меня уже просто заносили, вручив мне обидевшегося дракончика, которого я своими скрюченными от холода пальцами даже держать нормально не могла.

Дождавшись, когда нам принесут еду, Рейтар навесил на комнату защиту и оставил нас отогреваться. Сам же ушел на рынок, чтобы отыскать мне одежду по погоде.

Первым на мясо накинулся Кирюша. Он был рад ему, как лучшему другу, которого не видел несколько лет. Я же к нему присоединилась несколько позже, когда перестала мысленно ругаться от боли. Пировали мы прямо на полу, разместившись на шкуре у камина.

Рейтар явился в тот самый момент, когда стало понятно, что мяса надо было заказывать больше.

– Не мерзнете, да? – усмехнулась я, оценив внешний вид мужчины.

Он был одет в теплые штаны и теплый меховой плащ. Сапоги у него тоже явно были зимними и наверняка невероятно дорогими.

– Это для конспирации, – ответил он, укладывая свертки на кровать.

Так я ему и поверила.

Попросив дракона раздобыть нам еще мяса и не возвращаться в комнату хотя бы пять минут, я поднялась, чтобы переодеться, но уходить мужчина даже не подумал. Вместо этого он осклабился и демонстративно занял кресло, закинув одну ногу на другую.

Ну я тоже усмехнулась. И поставила ширму.

Эта комната на постоялом дворе разительно отличалась от той, в которой мы ночевали в прошлый раз. Здесь и мебель была добротной и дорогой, и текстиль оказался ярким и новым, а еще имелось то, без чего мы вполне могли бы обойтись. Например, низкий столик, кресло или вот ширма, которая все-таки пригодилась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Переодевшись, глянув на себя в большое ростовое зеркало в позолоченной раме, я вышла пред чужие очи. Все, что было надето на мне сейчас, стоило огромных денег, потому что ткани точно были не из простых, да еще и с теплой меховой подкладкой внутри. Подкладка была и у штанов, и у платья длиной по колено, которое больше походило на удлиненную водолазку.

– Можно отправляться, – постановила я, шмыгнув носом.

– Отправляться еще рано, – ничуть не обрадовал меня мужчина, задумчиво скользя по мне взглядом, словно увидел то, чего раньше не замечал. – Корабль, который я нашел, уйдет только через три часа. Предлагаю прогуляться по городу. Ты бывала в этих краях? Здесь есть на что посмотреть.

Верить дракону надо было исключительно на слово.

Ну почему мне не сиделось у растопленного камина?

Этот вопрос я задавала себе раз за разом, но ответа не находила. Вместо возлежания на мягкой перине в теплой комнате я морозила нос, завернувшись в плащ по самый...

Да, собственно, по самый нос и была завернута. Из-под капюшона выглядывали только глаза, но полноценно рассмотреть портовый городок мне было не суждено. Уже через несколько минут ресницы мои покрылись инеем, а глаза начали слезиться.

По ощущениям казалось, что на улице минус сорок. В моем мире такие морозы приходили в наш регион крайне редко – в основном в конце января, но мало кто в такие дни решался просто прогуляться по улице. Пальцы отморозить можно было на раз-два.

Я немного завидовала Кирюше. Свой любопытный нос он из-под моего нового плаща даже не думал высовывать. Наевшись до отвала, дракошка мирно спал, пригревшись у меня под грудью.

Я бы тоже была не прочь забраться под чужой плащ, но, увы, одежда Рейтара к таким фокусам не располагала.

– Удивительно, – произнесла я, рассматривая совсем не ледяные фигуры.

Мы гуляли по большой площади, которая, судя по всему, являлась центром этого города. По кругу площади были выставлены уличные палатки, где торговали всем, чем только можно, а в середине красовались многочисленные ледяные статуи, созданные по реальным размерам.

Люди, маги, эльфы, дроу, гентеры – снежные крылатые существа и многие другие. Здесь были все, но больше всего внимания привлекал дракон. Однако удивилась я совсем не габаритам чужого зверя.

– Что именно тебя удивляет? – полюбопытствовал Рейтар, подчеркнуто не замечая своего ледяного собрата.

– Как они не мерзнут? Никто не закрывает лиц, большинство даже варежек на руках не имеют, – возмущалась я, окидывая завистливым взглядом спешащих или просто прогуливающихся в этот час горожан.

– Они просто привыкли к таким условиям. Здесь зима почти круглый год, – ответил мужчина чуть снисходительно, но мгновением позже все-таки признался: – А еще здесь почти не живут чистокровные люди.

– Ну тогда понятно, – вздохнула я и наконец обратила свой взор на самую выдающуюся статую. Дракон был просто огромным – высотой с три полноценных этажа. Неудивительно, что Кирюша столько ел. – Слушай, а вы с василисками, случайно, не родственники?

– С этими змеями?! – произнес Рейтар, реагируя, на мой взгляд, чересчур бурно. – Никогда не говори такое драконам.

– Съедят? – усмехнулась я, обходя хвостатого монстра, у которого каждая чешуйка была вырезана.

– И это в лучшем случае.

Предупреждением я прониклась.

На самом деле у нас было не так много времени, чтобы долго и со вкусом рассматривать портовый городок, но обойти его мы все же сумели: он оказался не таким уж и большим. Через два дома от площади дети катались на выстроенных из снега горках и весело перекидывались снежками.

Если бы Кирюша не спал и если бы он не был дракошкой, которого нежелательно кому-то показывать, я бы обязательно затащила его на горку, но увы. Бедный ребенок лишился такого веселья!

По ярмарке мы тоже прогулялись. Мне всегда нравились мелкие вещички, которые однозначно приковывали чужие взгляды. Я не очень любила ходить по магазинам, но недорогие побрякушки всегда поднимали мне настроение, будь то деревянная шкатулка, браслет из кошачьего глаза или красивая резинка для волос.

На этот раз мой взгляд к себе приковал небольшой кулон на обыкновенном шнурке. Красное стеклянное сердце словно светилось изнутри, будто в нем бился самый настоящий огонь.

Полюбовавшись кулоном, я пошла дальше, потому как денег на покупки у меня не имелось. Мою незначительную заначку отобрали еще перед продажей работорговцам, о чем я лишь немного сожалела.

Конечно, когда есть деньги – это хорошо, но гораздо лучше остаться целыми и невредимыми.

– Держи, – догнал меня Рейтар.

Я даже не заметила, что он отстал, а теперь с удивлением наблюдала за тем, как мужчина берет меня за руку и вкладывает мне в ладонь тот самый кулон. Как реагировать на этот жест доброй воли, я не понимала.

– Спасибо, – решила я побыть вежливой, завороженно наблюдая за бьющимся в стекле пламенем. – Но я ведь не просила...

– А ты бы попросила? – усмехнулся дракон, лукаво прищурив глаза. Ответа ему не требовалось. – Вот именно. Я уже немного знаю тебя, Амелия. Пойдем где-нибудь перекусим. Время еще позволяет.

На самом деле времени у нас оставалось не так много. Его точно не хватило бы на то, чтобы засесть в какой-нибудь натопленной таверне, но перекусить нам действительно удалось. Прямо в лотках на улице торговали горячим хлебом, в который накладывали мелко нарезанное жареное мясо в подливе.

Хлеб полагалось макать в мясную подливу.

Почуяв невероятный аромат, дракошка проснулся, встрепенулся и попытался выбраться, едва не выпав из-под моего плаща. Вовремя подставив руки, я поймала его, а он – кругляш хлеба, в который с наслаждением вгрызся. Смотреть на него без умиления ну совершенно не получалось.

Чтобы окончательно согреться, Рейтар предложил нам попробовать айтыцтар – горячий напиток со специями. И если у меня просто появилось ощущение, что во рту загорелось настоящее пламя, то Кирюшка и вправду начал плеваться маленькими огоньками направо и налево. Глазюки у него при этом были такими огромными, что воду я ему побежала искать тут же.

И была привычно поймана за капюшон плаща.

– Ему надо попить воды! – попыталась я донести до дракона мой план по борьбе с незапланированным огнем.

– Ты уверена? – улыбнулся мужчина лукаво. – Разве тебе сейчас требуется вода?

Замерев, на мгновение прислушавшись к себе, я с удивлением отметила, что рот больше не горит. Ощущение, будто мне на язык насыпали жгучего перца, пропало так же внезапно, как и появилось. Вместо него остался лишь приятный жар, согревающий тело, волнами разливающийся под кожей.

С подозрением глянув на притихшего Кирюшу, я погладила его по лобастой голове. Расслабившись у меня в руках, он довольно жмурился, вжав голову в плечи, словно наслаждаясь тем теплом, которое его окружало.

– Странный напиток, – проговорила я как ни в чем не бывало, удерживая невозмутимое лицо, будто это не я только что чуть не ударилась в истерику. – Так где там этот корабль?

Пристань располагалась на берегу, что было очень даже, в общем-то, логично. Она казалась совсем маленькой – у причала помещались всего два небольших одномачтовых судна, так похожих друг на друга, но жизнь здесь кипела, несмотря на морозы.

Корабли нагружали товарами: мужики катили бочки с вином и громко ругались, когда те застревали в снегу; другие поднимались по сходням, затаскивая на борт клетки с птицами и мелкими животными; третьи стояли немного в стороне вместе с багажом, столпившись в подобие организованной кучки.

У нас багажа не было. Сумку Рейтар все так же нес сам, когда мы подходили ко второму судну. По деревянному трапу никто не поднимался, команда неспешно готовилась к отплытию, судя по всему, уже погрузив все необходимое. Кажется, не хватало только наших персон, о чем недвусмысленно всем своим видом намекал заметно обрадовавшийся при виде Рейтара капитан.

Махнув нам рукой, он суетливо спустился по сходням и подал мне ладонь, помогая взойти на борт. Рейтар же придерживал мою спину, что со стороны наверняка выглядело комично. Ощущала я себя в этот момент неповоротливой каракатицей.

– Добрый день, – поздоровалась я, шагнув в сторону, чтобы освободить место для дракона.

Кирюшка в этот момент решил повернуться на другой бок у меня под плащом, что однозначно не осталось не замеченным командой судна. На нас смотрели с любопытством, но не открыто, а как-то искоса и опасливо.

Я не вслушивалась в торопливую речь капитана. Поприветствовав нас, он что-то говорил о нашей каюте, что находилась на нижней палубе. Больше меня интересовали люди или нелюди, с которыми нам предстояло плыть какое-то время.

Их было много, а нас всего двое. Если они вдруг захотят отобрать чешуйчатого и выкинуть нас за борт, нам от них стопроцентно не отбиться.

– Ты должен вернуть мне мой стилет.

Я убеждала дракона отдать мне оружие все то время, пока мы спускались вниз, но мужчина ни в какую не соглашался. Больше того, он умудрялся подтрунивать надо мной, а точнее, над моими навыками владения стилетом.

– Скажи спасибо, что я у тебя кинжал не отобрал, – улыбнулся он, помогая мне спуститься.

– Но на нас ведь могут напасть! – не унималась я.

– На этом судне нам бояться точно нечего.

Почему Рейтар так убежден в нашей безопасности, я абсолютно не понимала, но вскоре мне стало не до этого. Миновав длинный коридор, мы попали в каюту, которая, по словам капитана этого корабля, являлась самой лучшей. Была ли она такой на самом деле, я не знала, потому что на других суднах мне бывать не доводилось.

– Что-то мне нехорошо, – призналась я, тяжело опустившись на единственную кровать.

Ее ножки были врезаны в пол. Сдвинуть с места ни за что не получилось бы ни стол, ни стул, что на корабле было очень даже оправданно. А больше из мебели здесь ничего не имелось. За узенькой дверью пряталась скромная уборная.

– Болит что-то? – уточнил Рейтар, поймав чуть не шлепнувшегося на пол Кирюшу за заднюю лапу.

Собственно, это было последнее, что я еще успела увидеть за это плаванье. Подорвавшись с места, через узкий проем в уборную я влетела за одну секунду. Где-то там корабль отплывал от берега, покачиваясь на волнах, которые гонял морозный ветер, пока я демонстрировала подобию унитаза свои завтрак и обед.

Завтрак и обед закончились, а демонстрация все никак не сходила на нет. Время для меня потеряло всякие границы. Я не успевала понять, ночь сейчас или день. Ну откуда мне было знать, что я подвержена морской болезни? Да я же ни разу в жизни в море не выходила!

Я с трудом поднималась с единственной кровати. Все, что я чувствовала, – это дикая слабость, что тяжестью придавливала меня. О еде не могло быть и речи, хотя Рейтар и пытался меня накормить. Даже Кирюша пробовал тыкать мне в губы ложкой, наверняка повторяя за мной, но меня воротило от одного аромата.

Все, что я могла, – это пить мелкими глотками чуть подкисленную соком лимона воду.

Чувствовала, как дракошка жалобно тыкается носом мне в бок. Он лежал в кольце моих рук, в то время как Рейтар разместился по другую сторону от меня.

– И почему вы, человечки, такие слабые? – приглушенно ругался он.

Его мягкие поглаживания немного облегчали мои страдания, но в большей степени успокаивали самого мужчину. Стоило мне тихонько застонать, почувствовав новый прилив недомоганий, как он вздрагивал, выныривая из дремы, и тут же менял мне высохшее полотенце на влажное.

Такой заботы от Рейтара я никак не ожидала.

Сон все-таки сморил меня, но, проснувшись, желаемого облегчения я не испытала. Наоборот, едва смогла открыть глаза. Казалось, будто в них песка насыпали. Они болели и слезились.

Но если бы этим все и ограничилось!

Нос был заложен, дышать я могла только через рот, однако и с этим имелись проблемы. Кашлянув раз, остановиться уже не могла. Горло драло нещадно, так что неудивительно, что я испытывала боль при глотании.

– Ты чего? – встрепенулся Рейтар, пока я пыталась закрыться куском одеяла, чтобы мои бациллы ни к кому не прицепились. Приложив ладонь к моему лбу, он вдруг возмутился: – Да ты горишь вся!

– Забери Кирюшу, – проскрипела я, словно старая телега.

Каждая буква давалась мне с неимоверным трудом.

– Драконы не болеют, – напомнил мужчина как-то зло, порывисто покидая кровать. – Сидите здесь и ждите меня.

Сонный чешуйчатый важно кивнул, на мгновенье вынырнув из-под одеяла. Я же даже голову приподнять не могла. У меня просто не было сил. Я уже и забыла, что болеть – это так погано.

Рейтар вернулся через несколько минут, да не один. Вместе с ним в небольшую каюту вошел пожилой мужчина в круглых очках. Он как-то неуловимо напоминал внешностью капитана, но рассмотреть его как следует у меня желания не возникло. Потому что веки с трудом открывались.

Мужчина оказался целителем. Осмотрев меня, он диагностировал простуду, что было очень даже ясно и без его участия.

– Она умрет? – спросил дракон на полном серьезе, скорчив при этом самую похоронную мину, которую я у него вообще за эти дни видела.

Если бы у меня были силы, я обязательно закатила бы глаза. Но сил не было даже на то, чтобы образумить целителя, который решил рубить правду-матку. Да если бы могла, я бы его взашей выгнала еще до того, как он открыл свой рот.

– Если болезнь запустить... – произнес мужчина задумчиво, чем подписал себе смертный приговор. – То и такое может быть.

За грудки опешившего целителя Рейтар схватил тут же.

– Немедленно вылечи ее! – прорычал дракон, как самый настоящий... дракон!

– Да это невозможно! – возмутился мужчина, барахтаясь в чужих руках. – Любому лечению необходимо время! И перестаньте меня, наконец, трясти! Так я вашей супруге точно не помогу!

Попытка донести до целителя тот факт, что никакая я этому ненормальному не супруга, провалилась с треском еще в самом начале пути. Выдавив из себя одну букву, я закашлялась и решила поберечь силы. В конце концов, обругать Рейтара за ложь я могла и попозже.

Возмущенный поведением дракона целитель недовольно сопел еще пару минут, пока доставал из своего большого черного саквояжа флакончик из темно-зеленого стекла. Вылив его содержимое мне в рот, он сжал мои губы, не давая выплюнуть противную вязкую гадость. На вкус она оказалась нестиранными носками вперемешку с протухшей мокрой тряпкой.

Зато веки мои разлепились мгновенно! Однако чудодейственным зелье оказалось не только в этой области. Тошнота накатила в ту же секунду, но, подорвавшись с кровати, до уборной добежать я не успела. Рейтар перехватил меня в полете поперек талии и бессовестно повторил маневр целителя.

Держал он меня до тех пор, пока я не проглотила вязкую гадость.

– Теперь она не умрет? – полюбопытствовал он хладнокровно.

– Теперь ей нужно поесть и хорошо поспать, – поправил целитель свою помятую рубашку, демонстративно снимая с нее несуществующий волосок.

– Она же только спала! – вознегодовал дракон, укладывая меня обратно под одеяло.

Кирюшка вновь подполз ко мне под бок, лизнув мою руку своим раздвоенным на кончике языком. Погладив его лобастую голову, я выдавила из себя улыбку. Беспрерывно кашлять больше не хотелось, но горло все еще саднило.

– Зелье гораздо быстрее поборет заразу, если организм будет отдыхать, – давал целитель наставления.

– А чем ее кормить?

– Желательно бульоном и каким-нибудь ягодным отваром: в нем много витаминов, а витамины ей сейчас нужны. И вот еще... – Достав из саквояжа черную баночку, мужчина передал ее дракону. – Намажьте ей ступни и наденьте теплые носки.

Обреченно взглянув на Рейтара, который сейчас с умным видом стоял и кивал, я поняла две вещи, которые раньше для меня очевидными не были. Во-первых, рядом с драконами болеть ни в коем случае нельзя. А во-вторых...

Кажется, сегодня меня залечат до смерти.

Если бы я знала, что надо мной будут зверски издеваться, я никогда не ступила бы на этот чертов корабль. Да я вообще никуда не поперлась бы с Рейтаром!

Почему мы просто не взяли у ведьмы противоядие наперед? Ну вернулись бы на поляну, ну облили бы антидотом драконов, ну оторвали бы у них по чешуйке – и дело сделано.

Вот почему хорошая мысль всегда приходит уже после?

Меня кормили, меня лечили, меня таскали на руках даже в уборную. На целый день моя жизнь вдруг превратилась в жизнь дракошки, которого мои мучения очень даже веселили. Ему нравилось есть со мной с одной ложки: Рейтар кормил нас по очереди, особо не думая о том, что это негигиенично. Зато пили мы из разных стаканов. Мне раз за разом наливали ягодный морс из графина, а Кирюше что-то не такое кислое. По крайней мере, жмурился он довольно, а не поминая добрым словом целителя, как это делала я.

Когда одна экзекуция заканчивалась, тут же начиналась вторая. Стоило Рейтару открыть банку с черной мазью, как у меня мгновенно пробило нос и заслезились глаза. Въедливый аромат трав заполнил собой всю каюту, пока мужчина втирал холодную субстанцию мне в стопы.

Делал он это с таким усердием, с такой сосредоточенностью, что невольно вызывал улыбку. А еще мне было щекотно, отчего я то и дело дергала ногой.

Внимательно понаблюдав за нами, Кирюша тоже лег рядом со мной и вытянул задние лапы.

– Похоже, он хочет, чтобы ты и ему лапы намазал, – умилилась я, попытавшись отобрать у мужчины носки.

Носки мне никто не отдал. Глянув на меня с предупреждением, Рейтар сам натянул мне сначала один, а потом и второй носок, под конец закрыв ноги одеялом.

– Увы, – произнес дракон с напускным сожалением. – Этой мазью можно натирать только человеческие стопы. Вот если бы Арскиль обернулся в другую ипостась...

Осознав, что мужчина специально хитрит, чтобы чешуйчатый превратился, я решила ему подыграть:

– Точно. Целитель так и сказал: только человеческие ноги, – важно покивала я. – Кирюша, у тебя есть человеческие ноги?

Дракошка задумался. Глянув на свои лапки, он поднял сначала одну, а потом другую, но разглядеть их из-за круглого пузика было проблематично. Куснув меня за палец, он кивнул. Мол, вон, все на месте, можно мазать.

– Нет-нет, драконьи лапы не подойдут, – демонстративно закрыл Рейтар баночку.

Но Кирюша прекрасно знал, как добиться своего. Скуксившись, жалобно запищав, он задрожал всем своим маленьким телом. Но просто нанесение мази его не устроило. Кирюше требовались носки! Вот прямо сейчас!

Как оказалось, носки для дракошки у мужчины очень даже были. В панике перерыв всю свою сумку, он таки отыскал то, что нужно, а я краем глаза отметила другую детскую одежду.

Значит, Рейтар рассчитывал на то, что дракончик все-таки обернется. Мне было любопытно, как Кирюша выглядит в своей человеческой ипостаси.

Разобравшись со всеми текущими делами, мы снова улеглись. Свернувшись клубочком у меня под боком, Кирюшка фыркал и ерзал. Ему не хотелось спать, и я его прекрасно понимала. Сама смотрела на потолок, чувствуя, как ползет по мне чужая своевольная ладонь.

Он же не собирается меня обнимать, правда?

– Мы хотим сказку! – воскликнула я в панике, осознав, что ладонь ползет куда-то не туда.

Одеяло рядом со мной забарахталось, и наружу выполз чужой маленький хвостик. Повернувшись моськой к нам, дракошка активно закивал. Мол, да, нам очень надо сказку.

А мне очень надо было встать, потому что своевольная ладонь замерла лишь на мгновенье и все-таки добралась до моей талии, там и застыв.

– Сказку? – задумчиво повторил мужчина. – Будет вам сказка. О прекрасном принце.

Хуже сказки я еще ни разу в жизни не слышала. То, что принц был и жил, стало понятно из первого предложения. Из второго же стало понятно, что жил он недолго и невесело, потому что все его достижения сводились к тому, что он приручил своего зверя и парил над миром на своих больших крыльях.

Не знаю, что творилось в этот момент с моим лицом, но на мордашке у Кирюши явственно читался выраженный скепсис.

– Какая-то неправильная у вас сказка, – просипела я, поправляя на дракошке одеяло. – А где экшен? Где любовь до гроба?

Дракоша активно закивал, соглашаясь со мной по всем фронтам. Мол, да, давай по-нормальному рассказывай. Чего филонишь?

– Хорошо, – как-то подозрительно быстро согласился мужчина, хитро прикрывая веки. – Встретил он принцессу прекрасную и сожрал ее за характер отвратительный...

Собственно, на этом сказка снова закончилась. Сделав вид, что уснул, Рейтар тем не менее продолжал улыбаться. Почему-то отчетливо чувствовалось, что его слова – это камень в мой огород, но развивать тему я не стала. Вместо этого скинула с себя его руку, улеглась удобнее и обняла Кирюшку.

Недовольно сопели мы с ним в унисон, но кто из нас уснул первым, я так и не поняла. Зато проснулась в комнате в одиночестве.

В голове, на удивление, было ясно, руки-ноги больше не крутило от температуры, а горло не драло. Даже кашель не оставил ни одного намека на себя, что было совсем уж волшебно.

Вот почему в моем мире таких лекарств еще не придумали? Где эти гении фармацевтических компаний?

Неловко поднявшись, еще до конца не веря в то, что простуда меня действительно отпустила, я негромко постучалась в уборную, но и там никого не оказалось. В кресле сложенной стопкой лежала моя одежда, а рядом с ним на полу разместилась сумка Рейтара.

В голову сразу просочились нехорошие мысли. А что, если их похитили? Или взяли в плен? Или скинули за борт?

Решив не дожидаться ответа на столь волнующий вопрос, я наскоро оделась и обулась. Сумка была тяжелой несмотря на то, что ее содержимое облегчала магия, но оставлять ее в каюте я побоялась. В конце концов, наравне с безделушками там хранились и ценные вещички.

Выбравшись из каюты в коридор, я поднялась по узкой лестнице. После теплого помещения окунуться в объятия мороза оказалось тем еще подвигом, но я не привыкла отступать. Тем более что образы в моей голове с каждой минутой становились все страшнее.

Если кто-то из этих моряков посмел покуситься на Кирюшу и Рейтара... Они увидят настоящего дракона. В моем лице.

Все страшные образы мигом развеялись, стоило мне подняться на палубу. Два бессовестных типа, которые едва не довели меня до инфаркта, как ни в чем не бывало стояли у бортика. Точнее, это Рейтар стоял, а дракошка барахтался у него на руке, слушая то, о чем с умным видом вещал мужчина, указывая куда-то пальцем в сторону берега.

Что они там могли разглядеть, я искренне не понимала. Вокруг стояла непроглядная ночь, так что от берега я видела лишь силуэт и несколько огоньков.

И пусть я была рада, что с драконами все хорошо, но запал мой никуда не исчез. И я собиралась выплеснуть его на Рейтара, дабы в следующий раз ему было неповадно меня так пугать.

А еще я была вынуждена признать, что совсем немножко, чуть-чуть, но все-таки ревную чешуйчатого. Чего это он слез с моих рук? И почему сидит на руках у дракона? Этот вопрос однозначно требовал разбирательств.

Вдохнув поглубже, я подошла к самым наглым типам в этом мире, открыла рот и...

– Зачем ты взяла сумку? Она же тяжелая! – самым натуральным образом нарычал на меня Рейтар, отбирая свою поклажу.

Весь мой настрой сбился мгновенно. Скандал, который должен был расставить все точки над «i», так и не начался, пока я медленно сдувалась. Дракон отчитывал меня со вкусом и расстановкой, сетуя на то, что я вообще не должна была подниматься с кровати до самого утра.

– Ну знаешь ли! – возмутилась я, забирая Кирюшу, который радостно протянул ко мне свои лапки. – Мы уже приплыли?

– Примерно шесть часов назад, – оповестили меня с усмешкой. – Я рассчитывал, что ты проспишь до утра, но если ты уже выздоровела, то мы можем сойти на берег прямо сейчас.

В первую секунду я удивилась такому предложению. Бродить дремучей ночью по незнакомому королевству я не согласилась бы ни за какие коврижки, но потом я вспомнила то, что читала про Королевство Ледяных Сердец.

Здесь темнело гораздо раньше, чем в Королевстве Мечей или Королевстве Узников. Материк находился дальше от солнца, потому здесь и стояла вечная зима – идеальное пристанище для гентер.

– И как мы найдем королеву? – поинтересовалась я, не очень веря в успех нашей миссии.

Я не была пессимисткой, но и спокойствия Рейтара не разделяла. Что-то мне подсказывало, что так просто мы до владычицы не доберемся. Каждый уважающий себя монарх как минимум имел охрану, а как максимум – не соглашался на встречи со всякими подозрительными личностями.

Мы мне казались очень подозрительными.

– А нам не надо ее искать, – легко ответил мужчина, достал увесистый мешочек с монетами из своей сумки и бросил его капитану.

В следующее мгновение дракошку у меня отобрали. И он этому даже не возмутился!

Спускаясь по трапу на берег, Рейтар умудрялся еще и меня за руку держать, хотя у него кроме Кирюши на плече болталась сумка.

Интересно, кто его покусал, раз в нем проснулась такая галантность?

Деревянный трап остался позади, но я была бы совсем не прочь вернуться обратно. Вблизи берег выглядел невероятно жутко. Ледяная корка покрывала его целиком и полностью, но чем дольше мы шли, тем ближе становились страшные статуи гентер.

Метра четыре в высоту, они были вырезаны изо льда до мельчайших деталей. Издалека их можно было принять за настоящих существ, но правда в том, что реальные гентеры имели вполне себе человеческие размеры. От людей их отличала лишь снежная магия да большие перьевые крылья.

Добравшись до одной из скульптур, Рейтар остановился.

– Арскиль, плюй, – скомандовал он, и дракончик тут же со всем старанием начал оплевывать статую крылатой женщины огнем.

– Ты чему ребенка учишь? – опешила я, от возмущения встрепенувшись.

Но на самом деле взбудоражила меня вовсе не сама ситуация. Ледяной колючий ветер поднялся внезапно, сорвав капюшон с моей головы, заморозив щеки. Снег летел в лицо, не давая рассмотреть ничего вокруг. То, что атмосфера на берегу изменилась, я ощутила сразу, но очень хотелось понять, насколько все плохо.

Может, нам уже пора бежать со всех ног, чтобы хотя бы вплавь догнать торговое судно!

Взметнувшийся снег опал так же резко, внезапно открывая нам вид на настоящих гентер. Крылатые девы почти сливались с пейзажем из-за своих длинных белых нарядов, зависнув прямо в воздухе перед нами. В нескольких сантиметрах от наших лиц застыли заостренные вытянутые ледяные копья.

– Мы уже бежим или еще постоим? – тихо спросила я, обмирая от страха.

– Кто вы и по какому праву испортили статую нашей матери? – прогрохотал тяжелый голос снежной девы.

Но ни на один из прозвучавших вопросов Рейтар и не подумал ответить. Вместо этого он решил еще немножко поиграть в самоубийцу.

– Арскиль, плюй еще, – приказал он с улыбкой.

Дракоша мгновенно надулся, дыхнул огнем и радостно захлопал в лапки, когда ни от статуи, ни от приставленного к нему ледяного копья ничего не осталось.

И вот совсем неудивительно, что после этого нас сковали цепями. Металлическими цепями на морозе!

– Если это и был твой план, – процедила я, в очередной раз запутавшись в собственных ногах, что утопали в снегу по колено, – то он очень плохой.