Глава 5. Муки совести
Зачем он меня поцеловал?
Этот вполне обоснованный моей нервозностью вопрос терзал меня все то время, пока мы завтракали за тем же столом, что стоял в углу харчевни, с трех сторон скрытый от любопытных взглядов стенами. На мужчину я смотрела украдкой, стараясь не пересекаться с ним взглядами, но получалось у меня из рук вон плохо.
Рейтар словно чувствовал, что я на него смотрю, и неизменно глядел в ответ своими карими глазюками. Черные веера ресниц, широкие брови и залом между ними, выдающий то, как часто этот человек хмурится.
Я понимала Илону: военачальник являлся привлекательным представителем своего пола, но стокгольмский синдром лично у меня был не в почете. Да, красивый той самой мужественной красотой, от которой замирает сердце и перехватывает дыхание. Да, обаятельный, обладающий тем самым обаянием на грани дерзости, когда любое сказанное им слово вызывает волну возмущения и протеста. Да...
Но при всем при этом этот мужчина являлся нашим похитителем. От него, от его хорошего настроения зависело то, выйдем ли мы из этого путешествия живыми. И боюсь, что в нашем конкретном случае никакая влюбленность на его решение не повлияет.
Рейтар казался мне человеком жестким. От него за версту веяло собранностью и опасностью. Внешне он почти всегда выглядел расслаблено, но я уже видела, что скрывалось за этим напускным спокойствием.
То, как он легко управлялся с мечом... То, насколько быстрой была его реакция... Рейтар определенно являлся воином. Лучшим из тех, что мне приходилось видеть. А еще он был слишком уверен в себе и своих людях, что говорило очень о многом.
Он был тихим, он был молчаливым, а значит, много думал и многое подмечал, что нисколько не радовало лично меня. Сбежать от такого будет непросто.
Я полагала, что мы сразу отправимся дальше, как только с завтраком будет покончено, но расхититель обозов умел удивлять. Наказав нескольким из своих людей пойти пополнить припасы, мужчина вместе со второй частью своего войска сопроводил нас на рынок.
Лично я понятия не имела, на кой черт нас туда надо было тащить: мы бы и в арендованной комнате после плотного завтрака неплохо отлежались, но вопросы задавать не стала. Я училась молчать – не для Рейтара, для себя и с целью слышать то, что воины нашего отряда произносили шепотом.
Честно говоря, при нас они всегда общались шепотом. То ли по приказу своего командира, то ли просто опасались двух чужачек. Мне это было неведомо, но расслышать хоть слово я старалась с изрядным усердием.
Рынок, занимающий центральную площадь этого поселения, ни в коем разе не походил на те торговые площадки, что я уже видела в Королевстве Мечей. Он был наполовину пустым и занимал собою едва ли три ряда, а грустные палатки я могла бы назвать строениями из палок и того самого, что в любом случае апельсинами не пахнет.
– Дракона спрячьте, – в который раз повторили мне, будто я с первого раза не поняла.
Мне из его слов было ясно все абсолютно, а вот Кирюша слушаться никак не желал. Ему было интересно. Ему было любопытно. Он хотел собачку, леденец на палочке и вот ту рассыпчатую непонятную штуку, так похожую на кристаллы. Да, собственно, все, что видел блестящее, он хотел получить с упорством юного исследователя, у которого зашкаливает энтузиазм. Из моих рук дракошка выворачивался так бойко, что в какой-то момент мне искренне захотелось его спеленать.
О чем я и поведала нашему похитителю.
– Мне бы простыню – чистую и большую, – прошипела я, зажимая чешуйчатого под мышкой.
– Это все, что вам требуется?
В то, что этот мужчина не моей мечты вдруг решил перейти на более официальный тон, я нисколечко не верила. Скорее он спрашивал у меня за нас троих, что являлось его фатальной ошибкой. Список всего того, что нам сейчас было жизненно необходимо, Илона могла бы предоставить на пяти листах – я это по ее запылавшему надеждой взгляду поняла, но существовало в этой жизни одно негласное правило.
Никто ничего за бесплатно никому никогда не даст. А если денег нет, то цена будет непомерно высокой, а потому...
– Благодарю за заботу, но нам нужна только простыня. Видите ли, руки у меня от Кирюши уже отваливаются, а ест он разом за пятерых.
– Он ест как подрастающий дракон, – уведомили меня зачем-то, но, натолкнувшись на мой непонимающий взгляд, мужчина добавил: – Будет вам простыня. Эртирнар, где здесь торгуют тканями?
Пожалуй, это было самое первое имя, которое я узнала, если не считать Рейтара. В предыдущие дни военачальник к своим подчиненным по имени не обращался, да и между собой они имен не называли. Теперь же я хотя бы знала, как зовут того, кто гордо носил длинную пепельную косу, преимущественно пряча ее под капюшоном плаща.
Впрочем, все они прятали свои волосы под плащами и нас заставляли, что прямо указывало на одну очень важную вещь. Эти мужчины скрывались, что при определенных обстоятельствах могло бы сыграть нам на руку. Знать бы еще эти самые обстоятельства.
По рынку мы гуляли организованной преступной группой. В том смысле, что четверо из девяти мужчин отправились пополнять запасы, в то время как мы вчетвером были окружены воинами со всех сторон. Впереди нас шел Эртирнар, как тот, кто задавал курс для всех остальных.
Лавку с постельными принадлежностями мы так и не нашли: в этом городке ее в принципе не имелось, потому что все приданое дамы, как и подобает, шили себе сами, но чистую новую простыню нам купить все же удалось.
Наткнувшись на лавку с тканями, Рейтар без каких-либо проблем купил у хозяина необходимое, а на мой немой вопрос ответил, что супруга хозяина пожертвовала нам часть из приданого ее дочери. Я бы такими словами не разбрасывалась: серебряных монет семейство получило с лихвой, так что ни о какой благотворительности речи не шло.
Но, честно говоря, мне было все равно, как нам эта простыня с вензелями досталась. Я была просто рада, что теперь мне не придется таскать Кирюшу на руках. Новые руки, к сожалению, даже из чужого приданого нигде не продавались.
Но на этом наш поход не закончился. Оказывается, нам хотели купить новую дорожную одежду и обувь по соответствующим размерам, дабы мы не приковывали чужие взгляды на пристани.
Что сказала Илона, увидев предложенные торговцем вполне добротные вещи? Илона сказала:
– Я это не надену!
Как говорится, начиналось все за здравие.
Пригласив нас в палатку, мимо которой мы проходили уже дважды, Рейтар приказал нам выбрать себе вещи по размеру. В соседней палатке под навесом лихой мужичок с передними золотыми зубами торговал добротными сапогами, так что рынок мы должны были покинуть уже как цивилизованные люди, а не как барабашки в чужой одежде на пять размеров больше, но все пошло не так в тот самый миг, когда себе я подобрала и одежку, и обувку.
К одежде я в принципе относилась легко. Никогда не любила часами таскаться по магазинам, бездумно рассматривая миллионы вешалок и перемеряя уже сотые по счету джинсы. Свой размер я знала, вкус у меня с возрастом менялся незначительно, а воображение всегда было хорошим, что позволяло примерно представить, как та или иная вещь будет сидеть.
Вот и на этот раз я легко выбрала не что-то красивое, а максимально удобное и пошитое из добротной ткани. Торговец-сосед помог определиться с размером обувки, так что уже через несколько минут я стояла в полном обмундировании. Мне даже плащ подобрали – неказистый, но теплый, скрывающий от пронизывающего ветра, что налетал ночами.
Беда пришла, откуда не ждали... мужчины. Расправившись со своей проблемой, я начала выбирать вещи для сестрицы, но Илоне абсолютно ничего не нравилось. Она бросалась страшными восклицаниями вроде: “Ужасно!”, “Кошмар!”, “Это только выбросить!” – чем изрядно проверяла на прочность мои собственные нервы.
И я вот знала, к чему мы шли. При одном взгляде на Илону я сразу поняла, что сейчас она будет плакать. И даже тот факт, что человеком я всегда была понимающим, не мирил меня с этой действительностью.
Да, в особняке лорда Гаргата к ней по одному зову являлись модистки. Да, для сестрицы шили самые лучшие и уникальные наряды исключительно по последней моде, но...
Мы находились не в Королевстве Мечей. У нас даже не было денег, чтобы заплатить за эти наряды. Нам сделали великое одолжение исключительно потому, что самим воинам нужно было, чтобы мы выглядели если не подобающе, то хотя бы не привлекали чужое внимание.
И что они видели теперь? Черную неблагодарность сопливой леди, которая капризно сжимала кулачки, кривила губы и давила из себя слезы.
– Илона! – окликнула я ее, повышая голос, чего в чужом присутствии делать не собиралась.
– Мне ничего здесь не подходит! – всхлипнула она на высокой ноте и вдруг обратила свой взор на стоящего в угрюмом молчании Рейтара и с опаской косивших в его сторону воинов. – Можно я поищу наряд для себя в лавке готового платья?
– Нам не нужны платья, Илона, – возразила я, пытаясь до нее достучаться.
Но пациент для общества уже был потерян.
– Можно? – спросила она, слегка подавшись вперед к нашему похитителю, которого подобная близость ничуть не смутила.
Но это он еще просто не знал, что ожидало его впереди.
Лавка готового платья в этом городке на отшибе местной цивилизации имелась только одна. Не сказать, чтобы фасоны, цвета или ткани здесь шли в ногу со временем, но в шанс одеться подобающе статусу Илона вцепилась мертвой хваткой.
Поначалу, заняв низкую скамеечку у входа, я не понимала, почему она так яро настаивает на своем, но после третьего дорожного платья, а примеряла она именно платья, я осознала, в чем конкретно имелся подвох.
Несчастным, которым не посчастливилось вместе с драконом получить в нагрузку еще и нас, пришлось несколько часов подряд оценивать внешний вид той, на которую всем им было глубоко наплевать.
Правда, на собственных ошибках мужчины учились быстро. Заметив, что, не получив должной реакции, Илона идет примерять еще один наряд, они начали наперебой расхваливать одежду. Не понимали они, что хвалить нужно было саму девушку, ее голубые глаза, которым невероятно шло очередное платье, ее жемчужные волосы, которые переливались на фоне тусклой вышивки.
– Леди, молю вас, сделайте что-нибудь! – отчаянно взвыл Эртирнар, который стоять уже устал и теперь оперся плечом о стену, у которой я единственная беззастенчиво сидела на низком диванчике, играя с дракошкой в ладушки.
Наши несомненно веселые ладушки очень понравились Кирюше, но при этом безумно нервировали Рейтара, у которого и без нас правое веко уже подергивалось.
– Я не леди, – беззастенчиво поправила я мужчину с пепельной косой, которой могла только позавидовать. – И вам я могу только посочувствовать.
– Или она сейчас же заканчивает, или остается здесь, – тихо, но твердо произнес доведенный до ручки расхититель обозов.
Говорил он при этом таким тоном, что я сразу поняла: он ее действительно оставит и не будет по этому поводу мучиться угрызениями совести.
Решительно расправив простыню, я перевязала между собой ее концы. В образовавшееся окошко просунула голову и одну руку и только после этого уложила в углубление разыгравшегося чешуйчатого.
Своеобразная люлька ему понравилась, отсутствие развлечений – нет.
В комнату, где Илона переодевалась с помощью хозяйки лавки, я прошла под шестью сверлящими меня взглядами. Мне даже оглядываться было не нужно, чтобы понять, что нас тихо, но с невероятным единодушием ненавидят.
– Будьте добры, раздобудьте моей сестре подходящую пару обуви, – попросила я у женщины, что поправляла длинный голубой подол.
Собственно, весь наряд был этого поразительно глубокого, насыщенного голубого цвета, с редкими тонкими белыми вставками на манжетах и у ворота. Счастливо обернувшись ко мне, сестрица крутанулась рядом с большим напольным зеркалом, пока женщина спешно покидала свой магазин через черный выход. Ее молчаливая незаметная помощница по-прежнему оставалась в главном зале.
– Правда, я красивая? – спросила Илона с придыханием.
– Великолепная, – ответила я чистую правду, потому что сестрица действительно была красавицей. Пустой внутри, но настоящей красавицей. – Но если ты сейчас же не закончишь свои примерки, то не получишь ни одного наряда и останешься в том, в чем пришла сюда.
– Как ты можешь?! – воскликнула она пораженно. – Всегда знала, что ты мне завидуешь!
– Увы, но ты неверно понимаешь происходящее. Это не мое решение, Илона. Если ты забыла, то Рейтар нам вообще ничем не обязан.
– Еще как обязан! У тебя его дракон! – указала она на того, чей темно-красный хвостик игриво выглядывал из импровизированной люльки. – Мы можем потребовать всего, чего хотим!
– Илона... – протянула я с предупреждением. – Наш хозяин больше не намерен ждать ни минуты.
Последнюю фразу мне пришлось выделить интонациями. Особое ударение я делала на первые два слова, чтобы до девушки наконец-то дошло, что мы не за покупками отправились в компании личной гвардии лорда Гаргата.
У нас и цели были другими, и провожатые.
От дальнейшей необходимости вести диалог меня отвлекла хозяйка магазина. Женщина принесла изумительные белые сапожки, расшитые голубыми нитками. Их стоимость я даже знать не хотела, полагая, что наряд и без того обойдется в целое состояние, которое, если повезет, мне не придется отрабатывать.
Илона просто не хотела понимать, что в этом мире ничего не происходит просто так, а за чужую доброту всегда приходится платить вдвойне.
Из комнатки в главный зал я вышла первая, искренне полагая, что моя речь на сестрицу произвела правильное впечатление, но стоило ей выйти следом, как помещение огласил ее капризный голосок.
– Рейтар! – кинулась она к мужчине, чтобы вцепиться пальцами в его руку. – Я никак не могу выбрать! Мне нравятся оба наряда.
Скрежетать зубами я не стала лишь по одной причине: вместо меня это уже сделал Кирюша, в то время как пятерка бравых воинов просто с отчаянием взвыла. Несильно так, даже совсем негромко, но с чувством.
Илону же такая незначительная помеха, как все остальные, нисколько не волновала. Она смотрела на Рейтара, она просительно заглядывала ему в глаза, она...
– Заверните ей оба выбранных наряда, – приказал мужчина хозяйке лавки, отцепляя от себя чужие пальцы.
– Я так благодарна вам! Ох! – картинно воскликнула девушка и тут же побежала обратно в комнату для примерок, обгоняя хозяйку лавки. – Пойдемте скорее, я покажу, какие наряды выбрала!
Ключевое слово здесь было “наряды”. Вместо одного дорожного платья, которое уже было надето на сестрицу, она взяла еще два. Хозяйка и ее помощница не успевали заворачивать свертки, так много вещей Илона выбрала. Летние платья, теплые платья, домашние платья, вечерние платья. Три шляпки, две из которых имели вуали, и ни одних брюк!
Мне было стыдно настолько, что я не знала, куда себя деть. Прикрыв веки, неимоверно злилась и кусала собственные губы в попытке успокоиться.
Мне хотелось ее прибить. Прибить и закопать там, где ее найдет кто-нибудь другой!
Я не сказала ни слова до тех пор, пока мы не вернулись обратно на постоялый двор. Все свертки с одеждой пришлось тащить мужчинам, о чем лично я сожалела неимоверно. Если бы сестрице пришлось нести их самой, она бы навряд ли столько набрала.
Целый гардероб! Который мне придется безжалостно выбросить в очередной попытке побега.
О Святая Мать! Если она произнесет еще хоть слово! Если...
– Ах, Рейтар! Это так мило с вашей стороны – позаботиться о моем комфорте, – воскликнула Илона, и только после ее слов я увидела оставшуюся часть нашего конвоя.
Мужчины стояли рядом с неказистым, местами потертым экипажем. Мальчишки-конюхи поправляли ремни на лошадях.
С одной стороны, я была рада, что мне больше не придется сидеть в неудобной позе верхом на коне. С другой же...
– Ох, вы так щедры, – проворковала Илона, следуя рядом с Рейтаром.
За их спинами, пропадающими за деревянной дверью, я следила с бурным негодованием. Вот прямо сейчас я почти была готова сбежать, оставив это белокурое чудо в качестве головной боли кому-нибудь другому, но...
На кону была моя жизнь, так что в харчевню я все-таки вошла, но вкуса горячего обеда фактически не почувствовала.
Впрочем, вкусный отвар на основе семечек из редких цветков, произрастающих исключительно близ этого города – так сказала рыжеволосая дочка хозяина постоялого двора, – все-таки немного поднял мне настроение.
Зарядившись благодушием от Кирюши, который отлично поел и теперь собирался спать, пытаясь принять более удобную позу в своей люльке, я намеревалась тоже подремать в темном нутре кареты, но моим незначительным мечтам опять не суждено было сбыться.
Протянув ладонь Рейтару, который подобного явно не ждал, Илона с его помощью забралась в экипаж. Мне руку мужчина тоже попытался подать, но этот вежливый жест я напрочь проигнорировала.
Потому что бесилась неимоверно. Наш похититель меня раздражал, если не сказать больше, и контролировать свои чувства внешне я была не в состоянии. Мне хотелось хоть как-то его укусить, пусть и таким простым жестом.
В экипаж я уже почти залезла, успев оценить хорошо сохранившуюся темно-синюю обивку лавок, но у Кирюши на остаток дня, видимо, имелись другие планы. Стоило мне ступить на ковер, как дракошка начал пищать. Все мои попытки успокоить его ни к чему не привели. К рыданиям добавился черный дым, который быстро заполнил карету.
Обратно наружу я фактически вывалилась. Если бы не Эртирнар, то и вовсе упала бы, а так мужчина очень вовремя меня поддержал. Что любопытно, чешуйчатая попа с хвостом замолчала мгновенно.
Заподозрив неладное, я опять попыталась вернуться в экипаж, в котором громко кашляла Илона, высунувшаяся в окно с другой стороны, но крик поднялся в ту же секунду.
Глянув на самого бессовестного дракона в мире, чьи глазюки торчали из люльки с верхней частью головы, я попыталась призвать его к совести. Смотрела строго, недовольно, выражая своим взором все, что думаю о нем конкретно в этот момент, но не проняло. Точнее, проняло, но не Кирюшу, а меня.
Смотрел, паршивец, так жалобно, что я и сама поверила, будто в карете под лавкой нас ждут монстры. А впрочем, один монстр нас там совершенно точно ждал.
– Похоже, ему не нравится экипаж, – сделал резонное замечание Рейтар.
Остальные воины уже оседлали своих коней и заняли козлы, в то время как эти двое стояли рядом со мной.
– Может, нам лошадь отдельную? – предложила я то, что очень сильно устроило бы лично меня.
– Только через мой труп, – произнес расхититель обозов и приказал своему человеку: – Эртирнар, подсади ко мне Амелию.
О словах Рейтара я думала все то время, пока мы были в пути. Слишком искушающим было сделанное мне предложение. Тщательным продумыванием возможных способов чужого убийства я развлекала себя до глубокой ночи, чем изрядно подняла себе настроение, а следующим днем лишь поддерживала этот эффект.
Просто представляла, как запру его с Илоной в одной комнате и не стану выпускать ни под каким предлогом. Примерно через половину суток он захочет ее убить, еще через половину суток наконец-то осознает, что это невозможно: регенерация у нее из-за драконьей крови была на высшем уровне, а еще через день будет искренне умолять меня избавить его от этого исчадия ада.
Словом, в своих мечтах я отрывалась на Рейтаре и сестрице по полной, о чем они, естественно, не знали. Но кое-кто кое-что по моему счастливому виду все же подозревал.
– Если ты нашла способ сбежать от меня, то ничего у тебя не получится, – проговорил мужчина отстраненно, будто мы светские беседы вели за чашечкой чая.
– С чего это вы взяли, что я намереваюсь сбежать? – в моем голосе было столько счастливого укора, что Рейтару пришлось скосить глаза, чтобы понять мои истинные эмоции.
Но они даже при взгляде на меня оставались все такими же. Я искренне была счастлива и искренне же его укоряла за то, что так плохо обо мне подумал. Конкретно я от него сбегать вот вообще не собиралась. Я была намерена увести из-под его носа и Илону, и Кирюшу, то есть устроить групповой побег.
– Ты так улыбаешься...
– Вам не нравится моя улыбка? – Мой веселый смех заставил Илону высунуться из кареты, а наших впереди скачущих провожатых обернуться. – Могу поплакать. Даже порыдать, щедро размазывая сопли по вашей рубашке.
– О нет, – отбрыкался Рейтар. – Боюсь, что от твоего, несомненно, интересного предложения я вынужден отказаться.
– О! А хотите песню? – воодушевилась я еще сильнее. – Я столько песен знаю.
И только я открыла рот, дабы продемонстрировать все свои таланты широкой публике, которая мой репертуар еще не слышала, как мужчина крепче прижал меня к себе и тихо потребовал:
– Немедленно спрячь дракона под плащ.
Мгновенно изменившийся тон его голоса не оставил мне и шанса на промедление. Люльку, из которой Кирюша активно выглядывал, высматривая ловких бабочек, которые никак сами не хотели к нему прилетать, я быстро скрыла за тканью плаща, но было поздно.
Седовласый мужчина, мимо которого наш отряд пронесся, кажется, уже заметил дракошку, в то время как впереди словно из ниоткуда выросла деревня. Напряжение, образовавшееся вокруг нас, никак не способствовало моему молчанию.
– Мы здесь остановимся на обед? – поинтересовалась я едва слышно, стараясь не смотреть на людей, которые пристально наблюдали за нашим передвижением.
Деревенские просто останавливались на месте, замирали, будто пришибленные, и следили, следили, следили... Нас провожали десятки, если не сотни взглядов. Из добротных домов люди выбегали к своим воротам да рядом с ними и застывали.
– Нет, дальше, – ответил Рейтар на вопрос, о котором я уже забыла.
Меня волновало другое:
– Что это за деревня?
– Раньше в этом поселении жили охотники на драконов, – поведал он не так чтобы с энтузиазмом.
Я остро ощущала его напряжение. Чувствовала, как его ладонь, что покоилась на моем животе поверх рубашки и корсета, почти окаменела. Мужчина целиком походил на статую, которая была готова кинуться в бой в любой момент. Одно неосторожное действие – и...
– А сейчас? – уточнила я, крепче стиснув Кирюшу под плащом.
Но Рейтар промолчал. И молчал он до тех пор, пока мы не отъехали от деревни на почтительное расстояние. У дороги на привал мужчины останавливаться не пожелали, так что некоторое время мы еще потратили на то, чтобы зайти глубже в лес. Самым проблемным делом являлось проталкивание кареты, но воины, казалось, без труда справились с этим трудоемким и энергозатратным процессом.
Да они даже не вспотели толком.
Напряжение, сказавшееся абсолютно на всех, постепенно сходило на нет. Пока Эртирнар расстилал купленный на рынке ковер, другие таскали тяжелые сухие бревна, о которые можно было опереться спиной. Костер был сложен в считаные мгновения.
Удивительно, но сегодня горячую похлебку для всех взялся готовить сам Рейтар. За его уверенными, тщательно вымеренными действиями я наблюдала с диким, необузданным любопытством, однако, как оказалось, в военачальника этого отряда верила только я.
Тихо, так, чтобы Рейтар не увидел, к нам с Кирюшей со спины подкрался пепельноволосый. Вручив нам длинные, вытянутые кусочки вяленого мяса, он так же быстро ретировался, будто и не подходил вовсе. В чем суть, я поняла примерно через час восторженных реплик от Илоны, коими она сопровождала все действия своего кумира.
Похлебка уже походила на жуткое пюре, которое пока лишь немного попахивало горелым.
Но мы-то с Кирюшей есть хотели!
Тяпнув меня за палец, дракошка лапкой махнул в сторону кустов, которые распростерлись за моей спиной. Приглядевшись, я с удивлением поняла, что это ягодные кусты. Больше того, здесь определенно росла малина, но цвет ее был бледно-розовым, почти белым.
Выскользнув из моих рук, выпятив свое круглое пузо, Кирюша первым потопал к долгожданной еде, смешно перебирая по траве задними лапками. Пузяка то и дело перевешивал, чем мешал ему идти к своей цели, но малыш не сдавался.
Собственно, кто я такая, чтобы расстраивать ребенка? Я просто пошла за ним.
Правда, делать нас испытуемыми в нелегком деле поглощения чужеземных ягод не стала.
– Рейтар, а не хотите ягодок отведать? – воскликнула я коварно, наблюдая за тем, как Кирюша нетерпеливо тянется лапкой, но не достает.
– Если хочешь меня отравить, то выбрала не тот куст, – ответили мне так же громко, так до обидного легко раскусив мои планы. – Эту ягоду можно есть без вреда для здоровья.
Ну, нам большего и не надо было. Снимая крупные ягоды с ножек, я поочередно то вкладывала их в широко открытую пасть дракошки, то ела сама, удивляясь до невозможности сладкому вкусу.
Причем сама я есть едва успевала, потому что, проглотив очередную ягодку, смешливо при этом жмурясь, Кирюша вновь высовывал язык и нетерпеливо тянул меня лапкой за плащ. Мол, ты там долго еще простаивать будешь? Видишь, я уже ко всему готов.
Готов он был точно не ко всему. Как минимум мы оба не ожидали, что какой-то летающий жучок решит проверить, что это за пещера здесь такая образовалась. Подавившись, выпучив глаза, чешуйчатый начал откашливаться. То, что я присела на корточки, чтобы похлопать ему по спине, и спасло мне жизнь.
Стрела пролетела мимо, пронзая малиновый куст, но еще раньше я услышала свист.
Мне одного взгляда хватило, чтобы понять, что стрел было выпущено много. Они торчали из земли тут и там, выделяясь ярким желтым оперением.
Прижав к себе Кирюшу, буквально затолкав его под плащ, я даже не думала выпрямляться. Потому что стрелы со свистом продолжали лететь, впиваясь острыми наконечниками в живую плоть наших сопровождающих.
И не только в них!
Одна из стрел угодила Илоне прямо в ногу, минуя ткань платья. Именно крик сестры и вывел меня из дурной заторможенности. Варианта было два – бежать под обстрелом на помощь упавшей Ил или защищать мелкого.
Что-то мне подсказывало, что охота на нас была открыта именно из-за него.
Согнувшись в три погибели, я скрыла нас за объемным малиновым кустом. В том, что нападавшие прекрасно знали наше местоположение, я нисколько не сомневалась: стрелы продолжали лететь, но застревали среди веток и листвы. Эта передышка понадобилась мне для того, чтобы без опаски засунуть Кирюшу в его люльку.
Дракошка был недоволен, хотел еще ягод и искренне не понимал, зачем его прячут. Хвостатая попа то и дело норовила вывалиться, а потому мне пришлось его отвлекать. К счастью, ягода росла у меня прямо перед носом, так что, пока я высматривала нападавших, Кирюша беззастенчиво ел.
Стрелы больше не летели, но и враги пока показываться не думали. Если бы я была лучником, то выбрала бы самую выгодную позицию – на дереве на другой стороне леса через дорогу. Однако стрел было слишком много, а значит, лучник у нас в наличии был не один.
Рейтар осматривался. Удивительно, но лежала на траве сейчас только Илона. Она громко взвизгнула, стоило Эртирнару вытащить стрелу. Остальные же, несмотря на имеющиеся раны, уверенно держались на ногах, давно повытаскивав свои мечи.
Я не понимала, что происходит. Ни одна из стрел не вошла глубоко, словно так и нужно было, чтобы тел коснулись лишь наконечники, а лучники все не появлялись. Чего они ждали?
Встав полукругом, закрывая собой Рейтара и демонстрирующую обморок Илону, воины готовились к битве, которая все не начиналась. Напряженно следя за притихшим, словно вымершим лесом, наш военачальник тем не менее взглядом выискивал нас.
– На верхушках деревьев прямо перед вами! – выкрикнула я, давая мужчине себя обнаружить.
На деревьях по ту сторону дороги я действительно заметила шевеление. Даже не смогла толком различить человека – казалось, что шевельнулся зеленый мешок, облепленный листьями, но ярко-желтое оперение стрел выдало лучника.
Воины успели сделать только шаг. Они – в направлении врагов, Рейтар – в нашу сторону, но атмосфера на поляне тут же изменилась. Нет, никто по-прежнему не обращал внимания на картинный обморок, в котором пребывала Илона. Никто не выпускал мечи из рук, готовясь в любой момент пойти в атаку, но я буквально ощутила, как плечи мои сдавило от тяжести, в то время как Кирюша ошеломленно пискнул.
Я никогда не чувствовала мелких проявлений чужой магии. Они совсем незначительно затрагивали общий фон своими колебаниями.
В отличие от серьезных заклинаний.
Или среди лучников имелся сильный маг, или...
Обратив внимание на наших воинов, на окончательно притихнувшую Илону, я заметила то, что не увидеть было попросту невозможно. Воины, которые по-прежнему находились за спиной Рейтара, образуя полукруг, вдруг начали покрываться непонятными разноцветными веществами.
Каждый из девяти мужчин замер прямо в движении, в буквальном смысле превращаясь в уродливую статую. Воины, что совершенно точно были живыми еще несколько минут назад, вдруг преобразились. Двое поросли мхом, трое словно покрылись речной галькой. Эртирнар представлял собой статую из песка, а еще несколько напоминали собой горы.
Но не только они изменились.
Изумленно выпрямившись, крепче прижав к себе дракошку, я наблюдала за тем, как Илона быстро покрывается чем-то черным. Красные прожилки, скользящие среди угля, были больше всего похожи на лаву.
– Что с ними? – воскликнула я пораженно. – Что происходит?
Рейтар, тоже наверняка ощутивший давление, стремительно обернулся и грубо выругался. Уши Кирюше я закрыла на голых инстинктах, особо не разбираясь, что именно закрываю.
А лучники все-таки спустились с деревьев. Пока я не могла поверить своим глазам, они, не особо скрываясь, шли к нам. Рейтар оказался для них единственным препятствием на пути к нам с чешуйчатым. Перехватив меч удобнее, мужчина приготовился для атаки.
– Охраняйте дракона и ни во что не вмешивайтесь, – приказал он мне строго – Если я скажу бежать, вы должны бежать изо всех сил. Это понятно?
Я порывисто кивнула, но тут же поняла, что спиной наш военачальник меня не видит.
– Я все поняла, – крикнула я, наклоняясь.
Чтобы Кирюша не выпал, мне приходилось его придерживать, когда я доставала из сапога кинжал. Удивительно, но его у меня почему-то до сих пор не отобрали, хотя мой стилет мужчина носил при себе, не торопясь мне его возвращать.
Я даже не моргала, высматривая расслабленно двигающихся наемников. Их было человек пятнадцать – почти как наш отряд. Они шли медленно, в каждом их шаге чувствовалась уверенность, а также в том, как они держали свои арбалеты.
Мешки... Их одежда действительно походила на болотного цвета мешки, что закрывали собой абсолютно все, даже лица. Единственное, что выделялось, – это ярко-желтое оперение стрел в колчанах.
– Вам не досталось стрел, драконы? – насмешливо поинтересовался предводитель этого отряда, расслабленно замирая в десяти шагах от Рейтара – так, чтобы его не смог достать меч. – Или в драконью стаю затесались люди?
Меч нашего единственного защитника полыхнул огнем. Я не была впечатлительной, в отличие от Илоны, поэтому своего изумления ничем не выдала. Да и догадывалась уже о том, что мы путешествуем не с простыми людьми.
Предполагала, что у обоза нас отвоевали маги, учитывая, как лихо исчезла наша прошлая охрана, но, выходит, просчиталась. Наши спутники были драконами, если верить предводителю лучников.
Самыми настоящими, скунса им в постель, драконами!
– Все-таки стрелы, – нехорошо протянул предводитель лучников и лениво махнул рукой.
Вот теперь я не вскрикнула лишь чудом. Закрыв ладонью Кирюше на этот раз глаза, хотя из-за куста он и без того навряд ли что-то видел, я до боли сжала рукоятку кинжала. В моей голове билась всего одна мысль: “Бежать!” – но я прекрасно помнила сказанное мне Рейтаром.
А дракон не сплоховал. Даже не качнулся, устоял на ногах, когда в его грудь разом всадили больше десяти стрел. Большего сделать он нашим врагам не позволил. Арбалеты нужно было перезарядить, но у них не осталось на это времени, потому что танец, огненный, страстный танец смерти уже настиг их.
Поймав себя на том, что стою с открытым ртом, я встрепенулась. Все шло отлично: Рейтар разбрасывал наемников по сторонам, как котят, но их было слишком много. Он не успевал физически следить за всеми, а потому многие из них смогли вооружиться и теперь сражались с мужчиной на равных.
В том смысле, что тоже взялись за мечи. О равенстве как таковом в этой битве речи определенно не шло.
Словно действительно осознав, что нам грозит опасность, Кирюша притих и теперь выглядывал из простыни лишь одним глазом. А я ничего не могла, ощущая полнейшее бессилие, которое мне совсем не нравилось. Держала кинжал наготове, но все попытки наемников добраться до нас пока были безуспешными.
Впрочем, сейчас это орудие действительно казалось мне зубочисткой. А уж для дракона...
Мысль о том, что все это время мы путешествовали с драконами, то и дело выбиралась наружу. Если Рейтар действительно дракон, то почему он просто не превратился? Вживую мне этих страшных ящеров раньше видеть не доводилось, но их размеры в книгах описывались как более чем внушительные.
Да он наверняка мог просто раздавить этих наемников!
Обдумать эту мысль как следует мне так и не удалось. Потому что Рейтар проигрывал и приказал нам бежать.