Беседа с главой

Ева

Сложно было воспринимать окружающий мир с той позиции, которая постепенно складывалась вокруг неё. Она никогда ещё не планировала боевые действия с точки зрения повстанца, да к тому же поддерживаемого иностранными милитаристами. Странное было ощущение. С одной стороны, она же, по сути, нарушает закон и нормы принесённой ею присяги. С другой – если правитель не справляется со своими обязанностями, если позволяет себе лишнее в отношении граждан, те вправе воспротивиться. К тому же, ну не могла она чувствовать Сферу как родное государство. Не получалось. Родиной для неё оставалась Высокая империя.

«Может, предложение Хидана служить под началом адмирала Ормона было вполне себе разумным, – подумала она. – Надо было соглашаться». Но уж отказалась, что делать. Зато получила задание лично от императора. Её императора, раз уж она по-прежнему воспринимает себя как часть прежней родины.

С другой стороны, ей позарез нужно как-то обосновать свой поступок. Нельзя стоять на позиции «Да, я предаю родину и плюнула на присягу – и чё?!» Ей предстоит привлекать к себе уйму народа, и далеко не все из них интересуются только властью и властными раскладами. У многих есть принципы, и благо, если таковых будет большинство. Принципиальных людей, от природы одарённых достоинством, честью, убеждениями, она уважала.

Итак, что у Сферы за ситуация? Власть Великого аспида уже настолько ослабла, что это начинает всерьёз угрожать государству. Поддерживать прежнего государя бессмысленно, более того – во вред народу бестий. И его присных – также. Вон, один из претендентов на престол, выискивая для себя самый простой путь к успеху, умудрился всерьёз задеть правителя соседнего мощного государства. Влез в пространство, куда не стоит соваться никому, ежели не желаешь получить салом по сусалам. И если на такое не отреагировать изнутри, тогда безусловно отреагирует сосед-правитель. Причём так, что от суверенитета Сферы останется одно воспоминание.

А она намерена уладить проблему с Драконьей империей. И ведь даже знает, как это можно сделать.

Уже на подходе к материнской планете села составлять несколько сообщений, которые предстояло разослать младшим представителям бестий, которые наметила себе для первоначальных переговоров. Пусть Хидан и обещал побеседовать с ламиями сам, перекладывать свои обязанности хоть на кого-либо она не собиралась. Вот ещё! Её ответственность – её работа.

Но с ламиями можно было пообщаться позже, они вполне нейтральны к аспидам. А вот у василисков и мантикор с нынешними правителями Сферы противостояние острое. Они, вероятно, отзовутся. Потом снова следует связаться с грифоном Зидишем и скоординировать дальнейшие действия… Но до того необходимо получить хотя бы формальное «добро» от главы своего Гнездовища. Хотя бы сделать так, чтоб её визит к нему выглядел как «добро».

Сложная задачка. Однако нерешаемой её вряд ли назовёшь.

Ева покрутила в пальцах стило. Можно было попробовать набросать костяк беседы с Высшим Стальным. Вот только стоит ли? Было у неё ощущение, что лучше положиться на импровизацию. Вообще она и раньше предпочитала иметь готовые, сформулированные, взвешенные идеи на любой случай. Но приходится признать, что так-то они здорово сковывают фантазию. И расхолаживают.

А пока ей, увы, не сесть за продумывание боевых действий. Для этого потребуются результаты разведки, которые есть только у Зидиша – или же будут у тех имперских сил, которые подойдут позже. К тому же, император Ятим не назвал ей прямо численность войск, которыми она будет распоряжаться. Может, к моменту беседы ещё и сам не знал точное число.

Да и неправильно это – рассчитывать только на них. Она должна и сама что-то собой представлять, поскольку иначе на неё попросту не посмотрят как на самостоятельного игрока. А с марионетками, хоть бы и принадлежащими сильной руке, никто не говорит всерьёз. Говорить надо с кукловодом.

Хидан нашёл её на обзорной палубе и, пока там никого кроме них не было, поспешил заключить в объятия.

– Беспокоишься? – шепнул он. – Что думаешь делать для начала?

– Просить тебя пока держаться со мной сдержанно и безучастно, – проговорила, но не отстранилась.

Он сам это сделал.

– Что-то не так?

– Только одно: как только я заговорю о выступлении против Аспида, меня тут же спросят: за кого я выхожу замуж. Ты же знаешь наших, они поверят в мою самостоятельность не раньше, чем я продемонстрирую свои успехи на поле боя и в переговорах. Это потребует времени. А вот если я назову твоё имя, сразу станут смотреть на ламий, оценивать их военный и политический потенциал. Только их. Вот что мне совершенно не нужно.

– Но за меня ты же выйдешь? – помедлив, спросил он.

– А ты и не предлагал!

– Предлагаю. Прости, что так обыденно, но я сделаю подобающее ритуальное предложение, как только появится возможность и ты дашь согласие его выслушать!

Ева отвела взгляд.

– Ну и на беса тебе это нужно? – пробормотала она. – Ты посмотри на меня, я ж совершенно не гожусь для семьи!

– У меня отнюдь не функциональное отношение к своей паре!

– С одной стороны да. Верю, что ты именно так и думаешь. А потом по ходу дела пойдёт-поедет, возникнет вопрос, какого фига я женатый мужик, а у меня ни того, ни другого, и где мой домашний уют, где мои дети табунами, где восторги от родственниц, какая у меня супруга замечательная!

– Ну что ты, в самом деле…

– Мы все разумные и семейственные существа. Даже не заметишь, как решительно пойдёшь по этому пути.

– И не подумаю!

– Кхм…

– Если я и в самом деле позволю себе когда-нибудь попрекнуть тебя, можешь… Ну, можешь сказать мне: «Вот ты брехло!»

Она скептически изогнула губы.

– И ради такого удовольствия мне нужно совать голову в ярмо брака? Да ну… Я и так могу тебе сказать эти слова… Шучу. Не стану.

Мужчина шагнул к ней и снова крепко обнял. Не слишком настойчиво, хочешь – высвобождайся. Но молодая женщина замерла, как насторожившаяся серна.

– Потому ты отказываешься? Боишься?

– Боюсь? – Ева изящно изогнула брови и ответила мягким смехом: – Ну что ты, я бояться бросила уже очень давно. Просто не понимаю тебя. Да и сама не вижу, чтоб могла бы стать привлекательным семейным партнёром. Я ведь та ещё… Нет, не возражай! Сам знаешь, что меня вряд ли можно назвать типичной женщиной.

– А может, в том и дело, почему от тебя так крышу рвёт? – хрипло спросил он.

Она запрокинула голову и посмотрела ему в глаза – мутные, при этом до странного сосредоточенные, вдумчивые. Даже сейчас, когда он почти терял себя, охваченный страстью, в нём чувствовалось достоинство мужчины, который не просит – предлагает, с уважением и к себе, и к своей возможной партнёрше.

– Мне сложно судить, – шепнула она. – Всё-таки у меня иной взгляд, женский. Могу оценить мужчину, а женщину, простите, уже вряд ли… – Хидан нагнулся и прервал её слова поцелуем – глубоким, полным чувств. – М-м… Ты всегда так споришь?

– Только с любимой женщиной.

– О, разогнался! Едва познакомился – и уже любимая женщина.

– Ну прости. У нас, ламий, от знакомства до признания проходит намного меньше времени, чем у людей.

– Ты думаешь, что такой уникальный бестия?

– Я такой уникальный Хидан. Пойдёт?

Ева вздохнула.

– Ну, с чувством юмора всё в порядке, уже хорошо…

Но как бы она ни вздыхала, как бы ни заводила глаза к потолку, его слова заметно её успокоили. Пока лёгкий орбитальный катер нёс её к поверхности планеты, она, пробегая мыслями по заботам ближайших дней, время от времени останавливалась на воспоминаниях о его словах, его взглядах, его прикосновениях. Всё-таки как же это важно, когда ты кому-то небезразлична, для кого-то по-настоящему важна, действительно ценна!

Дорога́.

– Я не согласен с твоим намерением, – шепнул Хидан, когда катер почти коснулся посадочной площадки.

– Хорошо, что сказал потихоньку, – ответила она, следя, чтоб спутники не услышали. Они, к счастью, либо люди, либо драки – слух у них похуже, чем у бестий. – Я учла, но поступлю по-своему. И ты подождёшь здесь.

– Ива!

– Вот именно. Всё так. – Кивнула ему с наигранной любезностью и жёстким требованием во взгляде и направилась к выходу.

На удивление всё прошло спокойно – у площадки её встретили на комфортных пассажирских платформах Гнездовья и привезли на окраину территории, которую занимали Стальные драконы. Красивое место – скальное предгорье, где зелени было лишь столько, чтоб ощерившиеся каменные зубы не пугали взгляд, неудобные дороги (транспорты поднимались по другим серпантинам, более комфортным, более безопасным), гроты и огромные, вычищенные ветром террасы показывали себя во всей красе.

На одной из таких её и ждал Высший Стальной дракон. Он так и остался стоять спиной к ней, демонстрируя роскошную гриву светлых волос, схваченную несколькими серебряными кольцами, такими старыми, что они уже давным-давно почернели, пока она не подошла.

– С чем в итоге пришла? – Он слегка повернулся и посмотрел на неё одним глазом. «Почти как Хидан в облике ламии, – подумала она. – Даже забавно». – На что ты рассчитываешь?

Молодая женщина криво усмехнулась.

– Готова сказать, что собираюсь принести семье значительную выгоду.

– Пока ты создаёшь одни проблемы. – Он снова отвернулся.

– Я создаю? Ты прекрасно знаешь, что в том, в чём меня обвиняют, я не виновна.

– Если бы ты не отправилась на службу, ничего бы и не случилось. Твоё ж было решение.

– Смешно, – отозвалась она, не сдерживая дерзости. – Ну, нашли бы другой повод. Уверен, что за решение Аспида стоит упрекать меня?

Мужчина лишь коротко хмыкнул. Но, помедлив, повернулся лицом. Значит, проникся. Можно разговаривать.

Ева слегка улыбнулась ему.

– Ладно, говори, что у тебя за идея, – буркнул он. – И заодно поясни, почему явилась в сопровождении Стального ламии и офицеров Высокой империи.

– Ты слышал, что Алые драконы пытались украсть у наследного принца дочерей?

– До меня добрались лишь слухи, а я на них не ориентируюсь.

– Это не слухи. Это правда. Сказать, что император-дракон зол – ничего не сказать. Либо мы решаем вопрос и с Аспидом, у которого из рук власть уже откровенно уходит, и с Алыми, либо он решает её сам.

– И ты предложила свои услуги.

– Это честно. Он помогает мне, я помогаю ему.

– Кому большой дракон метит отдать корону?

– Мне.

Высший Стальной наморщил лоб.

– Тебе? Серьёзно? Или тебе в союзе с Ламией?

– Ламия мне пара, но пока я не собираюсь это обозначать. Он захотел быть рядом.

Полный сомнений взгляд в сторону Хидана.

– Ламии, конечно, сильный народ, но…

– Их пока не беру в расчёт в борьбе. Что ещё решат их табуны – неизвестно. Я о другом хотела говорить.

– Так говори. Ты, сдаётся мне, многовато от меня хочешь. Предлагаешь нашему Гнездовью рискнуть собственным существованием лишь потому, что ты ввязалась в игры за власть?

– Даже и мысли не было. Выведи меня из семьи, полностью. И тогда тебе ничто не будет угрожать. Аспиду очень скоро станет не до того, чтоб мстить тебе – но только при условии, если я формально больше не буду считаться твоей потомицей и законной наследницей. Если проиграю, ты всегда сможешь увернуться от ответственности. А выиграю…

– Ты отдашь мне корону? – Он приподнял брови.

– Нет. Не такова была договорённость. Но Стальное Гнездовье окажется в положении ближайшего родича правительницы – чем плохо? Остальное сможем оговорить ближе к итогу.

– И что ты хочешь от меня в обмен?

– Не удерживай тех из молодёжи, кто захочет ко мне присоединиться.

– Ну ты наглая!..

– Разве что слегка. – Ева очаровательно улыбнулась. – Ну давай, думай – малый вклад, большой выигрыш.

– И сколько войск император-дракон тебе обещал?

– Точное число пока неизвестно. Однако, учитывая, насколько ему будет выгодна моя победа, там окажется прилично.

Старший родич-бестия помедлил, пожёвывая губами.

– Идёт. Договорились. Но договор будет строго устный, и если ты проиграешь, я откажусь и от тебя, и от своих слов.

– Безусловно, – с облегчением согласилась она.