Что может сказать Аспид
Ева
Аспид с трудом выдержал напор Алых драконов у Чистых пажитей, но даже выигранное сражение становилось для него приговором. Пока шли бои, Ева в свою очередь удачно стянула войска, продуманно разместила их и в итоге блокировала любые перемещения и любое снабжение противника. Разумеется, между её и войсками федералов было несколько столкновений, пока блокада выстраивалась, но едва кольцо удалось замкнуть, она приказала своим офицерам рисковать по минимуму и беречь солдат.
Тем более что в таком кольце бойцы Аспида могли просидеть очень недолго. Кушать, пить и чем-то лечиться требовалось каждый день, да и боеприпасы были нужны постоянно.
Правитель Сферы начал требовать с нею разговора постоянно, по три раза на дню. Пять таких требований она проигнорировала, на шестое всё же ответила и вполне официально – в приличном окружении, в обществе своих офицеров и в подобающем мундире. И, разумеется, накинула кирио.
Аспид тоже оказался не один. Он, измотанный, усталый, обозлённый, сам был на себя не похож и выглядел неопрятно. Чёрные длинные волосы свисали сосульками, слева их кончики запутались в массивной золотой серьге, которую носили все аспиды. Тёмные глаза же буквально налились кровью. Заметно было, что если не управлением войсками, то какими-то делами он занят уже не одни сутки, позволяя себе лишь короткие моменты отдыха.
Этот момент Ева отметила для себя и мысленно усмехнулась. Что ж, настрой собеседника ей на руку.
– Чего ты добивается, женщина? – рыкнул правитель. – Внимание ты на себя обратила, но на что большее можешь рассчитывать?! Трон тебе никак не светит. Никогда!
Молодая женщина слегка улыбнулась и гордо подняла подбородок.
– Приветствую главу Гнездовища аспидов, – произнесла она любезно, хоть и понимала, что разговаривать с ним так, не упоминая о том, что общается с государем – почти что оскорбление. – Прошу вас, если хотите у меня что-то спросить, уточните формулировку.
– Ты что о себе возомнила?!
– Простите?
– Ты, преступница, смеешь ещё смотреть мне в глаза?!
Она лишь усмехнулась и качнула головой.
– Предпочитаете общаться вне режима видеоконференции?
– Что – даже не попытаешься отрицать? Ну надо же…
– Что именно отрицать? – Ева говорила с подчёркнутой вежливостью. – Обвинение? Отрицать такое – ниже моего достоинства. Тому, кто заинтересуется истинными обстоятельствами дела, достаточно запросить полный набор материалов, присланных из Высокой империи.
– А ты гордишься тем, что оказалась подстилкой для дракона из чужой империи! – рявкнул Аспид.
Молодая женщина вздохнула, на миг возвела глаза к небу.
– Боюсь, наша с вами беседа так и не обрела конструктивность. Прошу меня простить. – И прервала связь.
И удовлетворённо хмыкнула.
Индже посмотрел на неё с удивлением.
– Чем ты довольна?..
– Ну-у…
– Ты же его просто бесила каждое мгновение разговора.
– Ага.
– Ты что – специально его выводила?
– Так и не нужно было стараться, сам же видишь. Великий у нас и без того на грани, кроме оскорблений ему в мой адрес сказать нечего.
– Так зачем ты вообще согласилась на бессмысленную беседу?
– Ну как же «зачем»! Чтоб продемонстрировать факт лицом.
– Кому?!
– Его окружению. Аспид никогда не будет со мной договариваться. Вот не будет – и всё, это совершенно очевидно. Когда его сторонникам всё-таки придётся вести со мной диалог, они сами его уберут и предложат вместо него кого-то другого. Хорошо прям с двух сторон: и неразбериха в стане врага, и очернение лидера. Лидера, который не справляется с задачами. – Ева скользнула по лицам присутствующих и кивнула: – Возвращаемся к работе, пока есть такая возможность. А я посижу над документами в своей комнате. Направьте мне на смарт. И все новости из Чистых Пажитей передавайте мне прямотоком, я хочу знать детали.
– Есть!
В покоях, которые были для неё выделены, царили тишина и приятная прохлада, давно был наведён порядок, даже подушки разложены по размерам и так, чтоб удобно было на них падать. В огромном аквариуме, занимавшем всю стену, едва слышно журчала вода. Внутри обитали необычные декоративные рыбы, которых разводили у себя только наги. А обиталище пучеглазых красоток украшали самые необычные конструкции: беломраморная башня с отполированными гранями, модель кормы корабля, собранная из кусочков разноцветной древесины, резные раковины, золотые украшения, ловко подвешенные на водорослях или тоненьких невидимых лесках. Красиво…
Деликатно шурша хвостом, в комнату вполз Ишасьянт с подносом в руках.
– Пообедаешь? – уточнил, пристраивая ношу на низком столике.
– Я думала, ты к своим пошёл, – удивилась молодая женщина.
– Не раньше, чем поухаживаю за тобой. Младший муж всегда занимается хозяйством.
– Иш… – Она снова закатила глаза. – Да ни к чему тебе обременять себя, правда. У нас обязательно будут те, кому мы сможем поручить работу по дому.
– Я совершенно не обременён. Мне нравится за тобой ухаживать. – Наг разлил чай по чашкам и снял колпак с керамической пиалы с супом. – Очень вкусно, между прочим. Сливочный суп с моллюсками.
– Морскими?
– Нет, с теми, которых мы ловим в подгорных озёрах. Попробуй. – Ишасьянт аккуратно опустил ложку в суп. – Ещё есть стейк с грибами, если желаешь, или зелёный салат.
– Я так-то хотела документы просмотреть, – вздохнула она. И всё же присела к столику – уж больно завлекательно пахло. – А это что?
– Наша выпечка. С орехами.
– А ты сам-то ел?
– Нет. Мне положено есть после супруги.
– Ну слушай…
– Я всего лишь следую традициям нагов. И это обязательно в течение первого месяца после свадьбы. А уже потом можно будет строить нашу семью так, как мы решим все вместе.
– Ну ладно. Ещё в ритуалы нагов я не лезла. – Ева попробовала суп. Он оказался восхитителен. – Как с Хиданом-то? Ты нащупываешь общий язык?
– Я напрягаю ламию своим существованием. Но рано или поздно мы поладим. – Ишасьянт смотрел на супругу задумчиво. – Он надеется, что я смогу хоть немного тебя утихомирить.
– Даже не рассчитывай.
– Да я и не рассчитываю. Просто собираюсь этим заняться.
– Ну-ну. – Она дочерпала суп и придвинула блюдо с куском мяса. С любопытством принюхалась. Видимо, дичина, но при этом хорошо так растушенная. Неплохо… – Достойно тут кормят.
– Мы не голодаем. Самое глупое дело – ограничивать воинов в пище, когда вот-вот может начаться бой.
– Я делаю всё, чтоб он не начался. Надеюсь, обойдёмся короткими стычками и минимумом жертв.
– Зачем же так действовать?
– Затем, чтоб большинство моих сторонников уцелели и в будущем были мне благодарны, что я не превратила их в пушечное мясо. Преданным воинам всегда есть лучшее применение.
– Ты говоришь так, словно тебе всё равно, и каждый из нас для тебя – лишь винтик в механизме. Но я тебе не верю. У тебя огромное сердце.
– Наверное, лучше, когда мужья видят тебя такой, – пробормотала Ева, и в самом деле задумываясь, чего в её поступках сейчас больше – холодного трезвого расчёта или чувств? – Иди пообедай, хорошо? Я уже поела, а чай буду пить потихоньку, за работой.
– Хорошо. – Он собрал мисочки и тарелки, подлил ей чай и уполз. Оставалось лишь гадать, почему Ишасьянту больше нравилось пребывать в полуоблике, пока он находился в личных покоях и внутренних помещениях резиденции Рода. В двуногую форму он переходил, когда покидал её пределы.
Наверное, банально комфортнее себя чувствует.
Откинувшись на диванные валики, Ева развернула экраны со смарта и принялась просматривать документ за документом, покусывая ореховую булочку и попивая ароматный чай. Всё-таки в кухне наги знали толк, следовало им отдать должное. Пока её кормили с кухни резиденции, она не могла пожаловаться ни на одно блюдо, всё казалось идеальным. Даже появилась мысль переманить какого-нибудь младшего помощника повара с собой на крейсер, куда она вскорости собиралась перебраться.
Но фиг знает, как нагам удастся их стряпня в условиях искусственной гравитации, без печей-каменок, живого огня и источников кристально-чистой воды. Может, и не имеет смысла. В конце концов, она сюда не жрать прилетела.
Ближе к вечеру ей на смарт пришло осторожно сформулированное письмо, и, разворачивая его, Ева уже начала с удовольствием улыбаться. Всё верно, сообщение от одного из младших аспидов Гнездовища. Он любопытствовал, какие именно планы у фири Дрэки на возможное правление, коль скоро она на него претендует. Причём спрошено было настолько дипломатично, насколько возможно.
Вот он, нужный результат!
Над ответом она корпела сама и, пока выстукивала символ за символом, словно бы слышала голос дядюшки Иоиля в ушах: «Есть особый дипломатический язык, пользуясь им, ты можешь многое сказать, не говоря ничего. Но поверь мне, не стоит злоупотреблять этим приёмом. Куда выигрышнее обещания, в которых нет никаких обязательств. Или тонкие намёки, с которыми потом можно сделать буквально всё что угодно. Однако и такие способы спорны, очень спорны. Если желаешь добиться доброй и стойкой репутации крепкого политика, действуй всегда так: намекай на реальную возможность, обещай то, что действительно можешь дать, держи слово и не позволяй себя прогнуть под чужие желания. А если пока нечего сказать – просто молчи. Вот это сотворит из тебя настоящего государственного деятеля».
Завершив письмо, она трижды перечитала его, подправила пару формулировок и отправила через общий сервер. А на удивлённый вопрос Индже, который, разумеется, поспешил это прочесть, объяснила: «Да, сразу обещаю максимум. Они, увидев такое, с большой вероятностью решат, что можно бы выцыганить и больше. А то, что потом их будет ждать разочарование, их личная проблема. Я не собираюсь нянчиться с аспидами после того, как они мне проиграют».
«Ты коварная женщина – ты знаешь?»
«Так-то я в принципе женщина, мне положено. А в остальном… Ты уж извини, но коварство – достоинство военачальника, а не наоборот».
И снова откинулась на диванные валики, нежась на мягком. Прикрыла глаза. Победа, положим, ещё далека, так что каждым мгновением в уюте следует наслаждаться по полной. Опыт прошлой жизни научил её этому солдатскому принципу: спи, если можешь, и кушай, если можешь, спустя полчаса может уже не получиться.
В итоге проснулась она уже в жарких объятиях обоих мужей, распалённых, нежных и пылких, и то лишь для того, чтоб прошептать им своё согласие на любые ласки. Всё остальное происходило в полусне, словно сладкая грёза, отдававшаяся наслаждением не только в теле, но и в сознании. И главное, что, судя по всему, им двоим тоже было приятно… А уж ей… Да что там говорить!