Глава 35

Я затянула шнурки на корсаже дорожного платья, чувствуя, как ткань впивается в ребра.

Это было не то удобное платье, в котором я мечтала рисовать шляпки в своей мастерской.

Это была броня. Темная, плотная, скрывающая формы.

Медальон на кожаном шнурке лег на ключицы тяжелым холодным грузом. Бесполезный теперь. Просто камень. Но расстаться с ним я не могла. Это была единственная нить, связывающая меня с бабушкой и тем временем, когда я еще верила в чудеса.

Саквояж был легким.

Вся моя жизнь в этом мире поместилась в кожаную сумку. Несколько платьев, альбом с набросками, немного денег. Все остальное принадлежало генералу Моравиа. Даже мое скромное поместье.

Я вышла в коридор. Дом спал, но сон его был тревожным, словно после грозы. Тени лежали на полу длинными черными полосами. Я ступала тихо, стараясь не тревожить скрипучий паркет. Каждый шаг отдавался в висках стуком: «Уходи. Пока не поздно. Пока не передумала».

«А как же деньги?», — подумала я, вспоминая откупные.

Пальцы сжались.

«Пусть… пусть подавится своими деньгами! Как-нибудь выкручусь! Мне от него ничего не нужно! Теперь…»

Не знаю, почему я добавила это слово «теперь». Но оно прозвучало как точка невозврата.

Но почему я уходила?

Гнев был понятен. Он назвал меня инструментом. Он держал любовницу под одной крышей. Он планировал зачать ребенка и вышвырнуть меня. Но сейчас, когда адреналин от ссоры улегся, на поверхность всплыло другое. То, от чего становилось тошно.

Я убегала не от его жестокости. Я убегала от себя.

Потому что когда его руки обняли мою талию, я не оттолкнула его сразу. Потому что когда он коснулся губами моих губ, внутри вспыхнул огонь, который не имел ничего общего с обидой.

Он понравился мне. Сразу. Еще в тронном зале, когда он единственный не поморщился, глядя на «уродливое» лицо. Я позволила себе надеяться. А теперь эта надежда стала ядом. Если я останусь, если он снова прикоснется ко мне… Я растаю. Я прощу. Я стану еще одной вещью в его коллекции, а я уже достаточно побыла разменной монетой! Спасибо королю! Земной поклон за мое неземное счастье!

Нет. Лучше грязь на дороге, чем унижение в постели человека, который видел во мне только функцию. А теперь вдруг прозрел!

Лестница встретила меня холодом камня. Я спустилась вниз, словно призрак. В холле было темно. Я посмотрела на противоположное крыло, куда вел коридор. Только узкая полоска света пробивалась из-под двери кабинета.

Нет!

Входная дверь была массивной, дубовой, с тяжелым железным засовом. Я взялась за холодную рукоятку. Металл обжег ладонь. Я сдвинула засов. Щелчок прозвучал слишком громко в тишине холла.

Дверь поддалась.

Ночной воздух ударил в лицо. Сырой, холодный, пахнущий талым снегом и почками. Весна в этом крае была обманчивой. Днем солнце грело, а ночью мороз щипал кожу.

Я вышла на крыльцо. Ожидание ударило меня сильнее, чем пощечина.

Двор был пуст.

Кареты не было.

Только черный пояс дороги, утопающей в весенней грязи. И темнота, плотная, как стена.