12

— Мам! Мама, ты меня не слушаешь?

Я вышла из режима «зависания», когда до меня донесся голос сына. Он вовсю уплетал ужин, что-то рассказывал и был весьма доволен жизнью.

— Слушаю, просто немного задумалась. Так что там с Кругловым?

Вадик покачал головой и, отодвинув пустую тарелку, сообщил:

— Про него я уже давно рассказал. А ты все прослушала про сборы.

Точно, сборы. На которые Вадим обязательно должен был отправиться. И которые стоили весьма приличных денег. Еще одна проблема на мою голову, которую придется решать.

— И что же я прослушала? — улыбнулась сыну и присела за стол рядом с ним.

— Я сказал, что папа все оплатил. Я точно еду!

Эта информация возымела эффект ледяного ушата воды, выплеснутого мне на голову в тот момент, когда я этого совсем не ожидала. Значит, меня вовсе необязательно было уведомлять о том, что нужная сумма уже переведена. Прекрасно.

— Значит, оплатил, — хмыкнула я, на что Вадик вздохнул и сказал:

— Я так и не понял, что у вас произошло на самом деле.

Поджав губы, чтобы не выдать что-нибудь эдакое, что слушать ни в чем неповинному сыну было бы болезненно, я размеренно сказала:

— Повторю то, о чем мы уже говорили. Совсем недавно я узнала, что у твоего отца есть вторая семья. Ты же знаешь, что это такое?

Вадим посмотрел на меня так, что я подумала, будто сын скажет, что не желает об этом говорить, после чего просто встанет и уйдет. Но вместо этого он ответил:

— Знаю. Папа мне все рассказал.

Я прикрыла глаза и сделала глубокий рваный вдох. Нет, конечно, прекрасно понимала, что Вадим и Антон продолжат общаться, но почему-то сейчас это выглядело как что-то, что происходило за моей спиной. То, что могло сыграть против меня.

— Так. И что же он тебе рассказал? — как можно спокойнее спросила я, натянуто улыбнувшись.

Вадим отвел взгляд, после чего выдал скороговоркой:

— У него есть ребенок, моя сестра. Сказать об этом нам он не мог, не хотел нас расстраивать. Сейчас он не знает, что с этим делать. Но он меня любит… Любит тебя, ведь вы прожили столько лет вместе. Поэтому он пока если и сможет быть рядом, то только вот так.

Отлично… ну просто прекрасно. Под «только вот так», видимо, подразумевались такие широкие жесты, как оплата сыну сборов. То, чего я пока Вадиму дать не могла.

— Ну, он делает то, что должен, — пожала я плечами. — Его задача — тебя обеспечивать. Хорошо, что он не увиливает от этой обязанности.

Сын нахмурился, и я поняла, что ему вовсе не нравится слышать эти слова. Вот только что стояло за этой реакцией, пока осознать не могла. По сути ведь Антон поступил дерьмово еще и с Вадиком. Не зря ведь сын до сего момента хотел, чтобы все было как раньше. Выходит, настолько остро отреагировала на это предательство только я?

— Мам… я хочу, чтобы ты поняла… я люблю тебя и я на твоей стороне, — неожиданно сказал Вадим. — Но я не хочу терять и папу. Я знаю, то, что он сделал — это очень плохо. Но он сильно раскаивается.

— Это он тебе сказал? — вскинула я брови.

— Я это понял по его голосу, — тихо уронил сын.

В душе снова заворочалось то чувство, что причиняло лишь боль. Злость на Антона за то, что сотворил, за то, во что погрузил меня и Вадима, была помножена на острое, царапающее нутро ощущение.

— Я хочу, чтобы ты знал то, что думаю об этом всем я, — сказала в ответ, и сын кивнул. — Мне очень плохо сейчас. Я не стану изображать из себя героиню. Не стану натужно доказывать тебе, что ничего страшного не произошло. Ты у меня взрослый. Ты — мой мужчина. Так вот мне очень плохо… Мой мир рухнул. Но я не смогу этого простить, что бы ни произошло. Поэтому если у тебя в голове есть картина мира, где мы с твоим отцом снова вместе — забудь о ней. Пусть это звучит жестоко, прости меня за это. Но такое я принять и понять не смогу никогда. И еще — я повторюсь — мы с папой любим тебя. Говорю за обоих, потому что знаю — отец тебя действительно любит. Он будет о тебе заботиться и дальше, как и должен. Однако ты просто обязан знать и понимать. Впереди у нас развод, раздел имущества… определение того, с кем ты будешь жить. Ты уже вполне волен выбирать это сам…

Я произнесла эти слова, и у меня голова закружилась от неотвратимости последующих событий. А что если Вадим взаправду решит остаться с отцом? Господи… как же сейчас избавиться от настойчивой картинки, что так или иначе появляется в мыслях? Анна, их с Антоном дочь, сам Семиверстов во всей красе и Вадим… За одним столом. На каком-нибудь празднике. Счастливые, довольные жизнью, веселящиеся. Где окажусь я в этот момент? На обочине жизни?

— Я не хочу… не хочу жить ни с кем, кроме тебя! — горячо заявил сын, и я всхлипнула.

Чувствовала себя сейчас маленькой девочкой, которой так не хватало простого понимания, что все когда-нибудь будет хорошо. И, похоже, из нас двоих с сыном именно я и оказалась наиболее уязвимой.

Вадим поднялся и шагнул ко мне. Я обхватила его руками и застыла. Из груди едва не вырвалось рыдание, но я сдержалась и не расплакалась.

Только чувствовала, как сын гладит меня по волосам, и понимала — у меня рядом есть тот, кто действительно не хочет быть ни с кем, кроме меня.

За последние дни моя жизнь, развернувшаяся на сто восемьдесят градусов, начала постепенно входить в некую обыденную колею. Будни состояли из привычных действий — встретить и проводить сына, отвезти и забрать его с тренировки, накормить и помочь с уроками. Ярким пятном среди привычных действий были только курсы, в которые я окунулась с головой. И даже поймала себя на мысли, что мне это по-настоящему интересно.

Помимо того, чему я училась на курсах, я часто включала обучающие видео на ютуб и пыталась что-то делать самостоятельно. Получалось поначалу плохо, но каждый раз, когда мне удавалось сделать что-то хоть немного сносное, я испытывала невероятное вдохновение и желание продолжать. Узнавать больше, становиться лучше.

Антон никак не давал о себе знать. И это, наверно, было лучшее, что он мог сейчас сделать. Я молча подала на развод, но понимала — очень скоро нам придется встретиться и обсудить все дальнейшее лично. Главным образом — то, что касалось Вадима.

Но основное, о чем болела сейчас моя голова — это работа. Если изначально я рассматривала для себя вакансии продавца, то по мере того, как убегало время, готова была начать поиски и в области клининга. В конце концов, мыть полы — это то немногое, что я умела в совершенстве. Как бы ни было грустно это признавать.

— Ну что, как дела с поисками? — поинтересовалась Аля, нагрянув ко мне как-то вечером.

— Так же, — вздохнула я, растерянно потерев лоб. — Думаю уже поискать вакансии уборщицы.

Альбина взглянула на меня как-то странно, потом с размаху опустилась на стул и выдала:

— А я к тебе как раз насчет этого пришла!

Я растерянно моргнула:

— Насчет уборки?

Подруга живо закивала и, придвинув к себе чашку чая, которую я для нее поставила, принялась активно размешивать давно уже растворившийся сахар. Что ясно дало мне понять — она чем-то явно взбудоражена.

— Ну, так о чем речь? — поторопила я ее, не выдержав.

Аля вздохнула, нехотя отодвинула от себя чашку и заговорила:

— Есть у меня одна клиентка. Давно ко мне ходит уже, но это неважно. Так вот, она сегодня обмолвилась, что недавно сменила работу и ее новый босс ищет кого-нибудь для поддержания порядка в доме. В общем, экономку, как она сказала.

Подруга вдруг понизила голос, будто говорила о какой-то тайне.

— А еще она рассказала, что этот ее босс только недавно вернулся в страну. Много лет жил за границей, в Лондоне.

Я терпеливо слушала все это, но в конце концов вклинилась:

— Скажи наконец, к чему ты ведешь!

— Ну, в общем, я подумала, что ты могла бы заняться этим. Судя по всему, платить этот мужик намерен неплохо. Только я не знала, как тебе предложить… Наверно, это не то, чего тебе хотелось бы. Ты ведь и так всю жизнь при муже была как… обслуживающий персонал.

Аля кинула на меня виноватый взгляд, но я только поморщилась. Слышать такое было не слишком приятно, но что толку обижаться на правду? Гораздо важнее во всей этой речи было другое — я могу попробовать получить эту работу, хотя бы временно.

— Аль, мне сейчас выбирать не приходится, — произнесла я размеренно. — Последние деньги уже на исходе. Если ты сможешь меня порекомендовать, я была бы очень благодарна…

Подруга тут же вскочила на ноги и схватилась за телефон.

— Позвоню ей прямо сейчас! — горячо заявила она.

Я с улыбкой проследила за тем, как Альбина отходит к окну, чтобы поговорить, сама же занялась тем, что сгрузила в раковину оставшуюся после ужина посуду.

Пару минут спустя Аля радостно подскочила ко мне и объявила:

— Она расскажет о тебе своему боссу! Если все получится, то тебе позвонят, я дала твой номер!

От загоревшейся внутри надежды задрожали руки. Я поспешно вытерла их полотенцем и порывисто обняла подругу.

— Не знаю, что я делала бы без тебя, — произнесла со всей благодарностью, что испытывала.

Аля только отмахнулась:

— А на что еще нужны друзья? Да, кстати! Я звонила тому юристу, о котором тебе рассказывала. Судя по голосу, он сейчас трезвый. Я договорилась о встрече с ним на днях.

— Не уверена, что он мне понадобится…

— Ну, как минимум, он тебя проконсультирует насчет всех этих… разводных дел, — твердо возразила Аля. — Будем хоть знать, чего нам ожидать!

— Надеюсь, что к моменту встречи с ним у меня будет работа, — вздохнула я. — Иначе не знаю, на какие деньги буду вести с ним беседы.

— Алексей согласился дать первую консультацию бесплатно, — сообщила Аля и как-то странно на меня посмотрела, после чего вдруг выдала:

— Он тоже сейчас в глубокой заднице, знаешь ли. Может, вы в каком-то смысле… поможете друг другу.

Она беззаботно пожала плечами и я не стала ничего уточнять. Главное — болото, в котором я застряла, наконец расшевелилось. Пусть даже у меня, возможно, ничего не получится ни с этой работой, ни с этим юристом, я чувствовала то, что давало силы идти дальше — веру, что смогу все преодолеть.

Я испуганно дернулась, когда на следующий день в дверь кто-то позвонил и негромко ругнулась следом, потому что рисунок на ногте, который пыталась выполнить битый час, от моего нервного движения поплыл во все стороны.

Поморщившись, я полностью его стерла и, отложив все, направилась к двери.

Человек, который за ней стоял, оказался мне знаком. Но его присутствие здесь вызвало у меня немалое удивление.

— Ты?.. — произнесла, вопросительно глядя на своего добровольного таксиста.

Он насмешливо приподнял брови и ответил:

— А ты утверждала, что мы вряд ли снова увидимся.

Его неожиданный визит поставил меня в ступор. Чего он хотел? Я сильно сомневалась, что так запала ему в душу, что он нагрянул ко мне прямиком домой. Да и, кстати, откуда ему было знать номер моей квартиры?..

— Я могу войти? — спросил, между тем, незнакомец.

Очнувшись от своих мыслей, я посмотрела на него с сомнением.

— Извини, но… не уверена, что это хорошая идея.

Он ничуть не смутился. Только усмехнулся и спокойно заметил:

— Что ж… я, конечно, не привык обсуждать рабочие вопросы вот так, на пороге, но как пожелаешь.

Я недоуменно нахмурилась:

— Рабочие вопросы?..

Он рассмеялся, явно довольный тем, что застал меня врасплох.

— Я от твоей подруги. Альбины.

До меня постепенно начало доходить.

— Это тебе нужна экономка?

— Именно, — усмехнулся он. — Теперь я могу войти?

Я сделала приглашающий жест и аккуратно притворила дверь, пытаясь уложить все происходящее в голове.

— Аля сказала, что со мной свяжутся по телефону, — произнесла я, слегка растерянная.

Он обернулся ко мне и снова расплылся в улыбке чеширского кота.

— Я, видишь ли, люблю, когда мне показывают товар лицом.

Я вспыхнула. Что он такое несет, черт бы его побрал?

— Я не товар, — сухо заметила в ответ.

Он посмотрел на меня с удивлением:

— Конечно нет. Я имею в виду твои услуги. Согласись, что лучшая рекомендация для того, кого я нанимаю для наведения порядка в своем жилище — это его собственный дом?

Что ж, с этим поспорить было трудно.

— Ну, смотри на здоровье, — обвела я жестом свою квартиру. — Только я пока на эту работу тоже не соглашалась.

Кой черт дернул меня это сказать — я не знала. Просто вдруг нестерпимо захотелось осадить этого крайне самоуверенного типа.

— Но согласишься, — заметил он все с той же неизменной ухмылкой.

— Ты смотри, смотри, не отвлекайся, — ответила я.

Но его, кажется, не так уж и интересовала моя квартира. Он обвел ленивым взглядом прихожую, деликатно заглянул в гостиную и на кухню, после чего выдал:

— Готова к большому объему работы?

— Ты такой неаккуратный? — вздернула я бровь.

Он рассмеялся — негромко, но странно заразительно. Я едва сумела подавить улыбку, что сама по себе наползала на лицо.

— Нет. Просто у меня достаточно приличная площадь. Я купил дом буквально только что и нужно будет помочь мне… ну, скажем так, с обустройством.

— Что еще будет входить в мои обязанности?

— Уборка и готовка, — пожал он плечами и, слегка принюхавшись, добавил:

— Судя по запаху с кухни, готовишь ты прекрасно.

Это замечание меня отчего-то смутило. Стараясь стряхнуть с себя это чувство, я поинтересовалась:

— А что с оплатой?

— Как тебе удобнее. Могу платить за каждую смену, могу целиком за месяц.

Мне никогда еще не приходилось обсуждать с кем-либо размер своей зарплаты и сейчас я не знала, как подступиться к этому вопросу.

Похоже, он верно расценил мои колебания, потому что сказал:

— Не волнуйся, платить буду достойно.

От названной следом цифры я почувствовала легкое головокружение. Нет, она не была запредельно большой, но это было настоящее спасение для меня сейчас. На это можно было спокойно жить, а не просто выживать.

— Так что, по рукам? — поинтересовался, тем временем, мужчина.

Я вдруг поняла, что так и не узнала, как его зовут.

— На одном условии, — улыбнулась я.

— И каком же?

— Ты наконец скажешь, как к тебе обращаться.

Он снова рассмеялся. Я заметила, что впервые с момента нашего знакомства смеются не только его губы, но и глаза, в глубине которых притаилось нечто такое, от чего я неожиданно вздрогнула.

— Меня зовут Адам, — произнес он. — Жду тебя завтра у себя. Адрес скину в сообщении.

Он направился было к двери, но уже у порога я его окликнула:

— Подожди! Ты не сказал, во сколько. Дело в том, что я буду занята в первой половине…

— Приезжай, как тебе удобнее, — ответил он. Немного подумав, вынул из кармана связку ключей и протянул мне:

— На случай, если меня дома не будет. Инструкции я оставлю.

Я помедлила, прежде, чем протянуть руку к ключам. Все это было так… внезапно. Но времени обдумывать предложение просто не было. Я решительно взяла с мужской ладони ключи, при этом слегка соприкоснувшись с ней пальцами.

— До встречи, Милана, — кинул Адам и вышел так быстро, что я даже не успела ничего сказать в ответ.