18

Не думала, что можно разочароваться в почти бывшем муже сильнее, чем это уже имело место быть, но стоило отдать Антону должное — он сумел и это. Даже если бы я своими глазами не видела те дарственные, все равно бы не поверила, что спал он с Анечкой из чистой благотворительности. Прямо наверно достоинство свое горючими слезами поливал, когда нырял к ней в постель!

Тьфу! Какой же гадостью обернулась моя семейная жизнь. И когда казалось, что хуже уже некуда, выяснялось нечто такое, что изумляло ничуть не меньше всего, что уже знала.

В данном случае — желание Антона наложить лапу еще и на мою квартиру. Что ж… если мне и нужны были лишние доказательства, что в нем не осталось ничего порядочного — то они имелись на лицо.

Весь наш диалог лишь укрепил во мне решимость хорошенько потрепать Антона в суде. И я очень надеялась, что Алексей меня с этим не подведет. Похоже, вся моя жизнь теперь превратилась в бесконечную борьбу — с собой, с обстоятельствами, с Лемешевыми и бывшим мужем.

Я тайком вздохнула, наклоняясь, чтобы оттереть с пола пятно, но, видимо, сделала это довольно громко, потому что Адам, до того момента сосредоточенно смотревший в экран ноутбука, перевел взгляд на меня и вопросительно поднял брови.

— Что-то случилось?

Я резко выпрямилась, вдруг почувствовав себя неловко. С того последнего раза, когда между нами проскочило что-то странное, я ощущала себя в его обществе… напряженно. Возможно, это была лишь игра моего воображения, но каждый взгляд темных глаз, обращенный ко мне, чувствовался, как физическое прикосновение. Наверно, виной всему было то, что у меня чертовски давно не было интимных отношений.

— Тебе весь список моих неприятностей или обобщить? — хмыкнула я в ответ, снова принимаясь методично мыть пол.

Мы находились в комнате, которую Адам отвел себе под кабинет. Просторное, светлое помещение с выходом на террасу и в сад. Наравне со спальней кабинет сейчас был самой обжитой комнатой в этом огромном доме.

— Как пожелаешь, — откликнулся мой босс, откидываясь на спинку кресла и складывая руки перед собой в замок. Ну прямо психолог перед пациентом!

— На самом деле, говорить обо всем этом мне не хочется вовсе, — поморщилась я.

— Но ты об этом думаешь, — резонно возразил он. — А значит, тебя это серьезно беспокоит.

Я передернула плечами:

— А тебя бы не беспокоило, если бы на носу маячил скорый суд, а твой бывший муж — сволочь, от которой неизвестно, чего ждать?

Он неожиданно рассмеялся.

— К счастью, бывшего мужа у меня нет и быть не может. У меня иные… предпочтения.

Его красноречивый взгляд, пробежавшийся по мне так интимно, словно он касался меня руками, подтверждал эти предпочтения лучше чего бы то ни было.

Я к своему ужасу поняла, что предательски вспыхнула. В свои-то тридцать лет! В этом возрасте можно было уже и не краснеть, как школьница, но… если подумать, на меня не так уж и часто обращали внимание мужчины. Точнее — я отвыкла от этого за годы в браке. Тем более, что Антон давно не выказывал ко мне особого интереса.

Только к моей квартире, — отдалось горечью где-то внутри.

Смущенно отвернувшись, я попыталась пошутить:

— Ты на всех, кто у тебя работает, так смотришь?

Адам не стал делать вид, что не понял, о чем я говорю. Вместо этого до меня донесся его короткий, хриплый смешок, от которого по телу побежали мурашки. И что-то полыхнуло внутри, когда он сказал:

— Только на тебя.

Я усмехнулась, стараясь скрыть под этим реакцию своего тела на его присутствие и слова.

— Неужели? — недоверчиво вздернула бровь.

Он кивнул:

— Просто остальные не хозяйничают у меня дома. А есть что-то очень сексуальное в женщине, хлопочущей по дому.

Не сдержавшись, я рассмеялась:

— Львиная доля мужчин с тобой не согласится, как, впрочем, и женщин. И вообще, тебе не кажется, что уже фантазии из каких-то ролевых игр? Где она облачена в коротенькую юбочку горничной, а он…

Я не договорила, потому что Адам вдруг плавно поднялся на ноги и сократил между нами дистанцию. Но приближаться не стал — замер неподалеку, но при этом я чувствовала себя так, будто внезапно оказалась перед ним голой.

— А они у тебя были? — взирая на меня с интересом, спросил он.

— Что? — растерялась я, напрочь забыв, о чем мы вообще говорили.

— Ролевые игры.

Я снова рассмеялась — на этот раз отрывисто, с горечью. Но скрывать правду не стала:

— Я уже давно ложусь в постель исключительно чтобы спать. Какие уж тут игры?

С запозданием сообразив, что мужчина может воспринять это как сигнал к действию, я испуганно вскинула голову. Но Адам не двигался — так и стоял на месте, заложив руки в карманы брюк. А потом просто сказал:

— Тогда твой муж не только сволочь, но и слепой идиот.

Его слова, пусть даже несущие в себе только цель утешить, все же согрели душу. Иногда очень нужно услышать что-то подобное, чтобы почувствовать себя лучше.

— Идиоткой в этом браке оказалась я, — усмехнулась в ответ невесело.

Он не ответил. Просто смотрел на меня некоторое время безотрывно, а затем неожиданно выдал:

— Ты поверишь, если я скажу, что ты мне сразу понравилась?

Господи! Он это серьезно?

— Нет, конечно, — хмыкнула я. — Ибо прекрасно помню, как я тогда выглядела.

— Ты выглядела так, что я не смог пройти мимо, — усмехнулся Адам. — А как было у тебя с мужем?

— Было что? — уточнила я.

— Ну, как завязались ваши отношения?

Это было совсем не то, что мне хотелось сейчас вспоминать. Особенно сейчас, здесь… наедине с другим мужчиной, который буквально раздевал глазами.

— Ну, наверно это была любовь с первого взгляда, — пожала я плечами.

— Ага, — торжествующе заметил Адам. — А мне в подобной вероятности ты, значит, отказываешь?

— Ну тебе же не семнадцать лет, — улыбнулась я. — И вообще, ты отвлекаешь меня от работы!

С этими словами я подхватила ведро и решительно вышла из кабинета. Работы на сегодня еще было по горло.

Несколько часов спустя уборка была закончена, а ужин — приготовлен и оставлен на плите. Уже достаточно привычно мы с Адамом вместе вышли в прихожую — как и обычно, он провожал меня до двери.

Но на этот раз я неожиданно остановилась, вспомнив, что забыла на кухне телефон. Собиралась уже обернуться, чтобы за ним пойти, но вдруг ощутила, насколько близко ко мне стоит Адам. Просто недопустимо близко… так, что я ощущала его горячее дыхание на своей обнаженной шее.

И от этого чувства внутри снова что-то полыхнуло. Черт возьми, чего я боялась? Себя, его, неуместности того, что чувствовала? У меня на носу был тяжелый развод и подобные интрижки — совсем не то, о чем следовало сейчас думать.

А может, все как раз наоборот?

Я — свободная женщина, у которой черт знает сколько времени не было мужчины. Женщина, давно не ощущавшая себя ни для кого желанной. Не ощущавшая себя женщиной вообще! Я словно превратилась в робота, который только убирал и готовил, и никаких иных функций не выполнял.

Но у меня же были чувства! Были потребности. И самая острая из них — ощутить себя живой. После всего. После измены, после предательства, после отсутствия интереса ко мне мужа…

Я развернулась, оказываясь к Адаму лицом к лицу. Пробормотала, словно говорила сама с собой:

— Это все усложнит.

Он смотрел на мои губы. Жадно, безотрывно. И все напряжение, копившееся во мне в течение дня, теперь бешено металось по телу, требуя выхода.

— Все усложняем только мы сами, — выдохнул он хрипло. — Своим мышлением.

Больше слов не было. Повинуясь тому, что было сильнее меня, я подалась к нему, а он словно только этого и ждал. Накинулся на мои губы — агрессивно, властно, будто это было все, в чем он нуждался. А затем одним коротким рывком поднял меня на руки и понес наверх.

Я почти не открывала глаз, сосредоточившись на одних лишь ощущениях. Вбирала в себя, как растение — солнечный свет, его прикосновения, его поцелуи, которые он, порывисто избавляя меня от одежды, оставлял по всему телу. Он был стремительным, резким, но при этом в каждом движении чувствовалась нежность. Он делал, казалось, ровно то, что мне сейчас и было нужно.

Я охнула, когда он сделал первый толчок. А спустя несколько мгновений просто потерялась — в его дыхании, его движениях, собственных сумасшедших ощущениях.

А когда все закончилось, в голову постучалась запоздалая мысль — что теперь будет? Как мне себя вести?

Слишком давно я не оказывалась в чужой постели. Собственно говоря, я вообще ни с кем, кроме мужа, никогда прежде не была. И, несмотря на мои тридцать лет за спиной, подобного опыта спонтанной близости у меня еще не было.

Нужно ли что-то сказать? Следует ли уйти раньше, чем он сам об этом попросит?

Последняя мысль остро полоснула по сердцу, заставив подскочить в постели. Адам приподнялся следом, оперся на локоть, непонимающе на меня глядя.

— Я… мне надо домой! — сообщила я тоном, слегка отдававшим истеричностью.

После чего подхватила свои вещи, и, неловко путаясь в джинсах, все же натянула их на себя и с коротким «до завтра» выскочила из спальни.