Глава 9

– Тогда оставайся, – просто говорит он. И я остаюсь. Руслан медленно подходит, чувствую, как дрожат мои руки. Он садится рядом на кровать, матрас слегка прогибается под его весом. – Не бойся, – говорит тихо, кладет руку мне на щеку. Но я не боюсь. Во мне странное волнение, предвкушение чего-то неизвестного, но важного. Когда его губы касаются моих, мир исчезает. Остаемся только мы вдвоем в этой большой спальне, освещенной мягким светом ночника. Он целует меня медленно, осторожно, словно боится спугнуть. Его руки нежно гладят мои волосы, лицо, и я удивляюсь тому, насколько ласковыми могут быть эти руки. Те самые руки, которые, как я знаю, могут быть жесткими и властными, сейчас прикасаются ко мне так, словно я сделана из тонкого стекла. – Амина, – шепчет он мое имя, в его голосе столько тепла, что у меня перехватывает дыхание. Постепенно робость отступает. Я отвечаю на его поцелуи, неуверенно касаюсь его плеч, чувствуя под ладонями крепкие мышцы. Он такой сильный, такой мужественный, а со мной – удивительно нежный. Когда он стягивает с моих плеч платье, я инстинктивно пытаюсь прикрыться, но он останавливает мои руки. – Ты красивая, – говорит, глядя на меня так, словно видит что-то прекрасное. – Очень красивая. В его глазах нет холода, которого я так боялась. В них есть желание, восхищение, что-то такое, что заставляет меня чувствовать себя особенной. Не просто женой для галочки, а женщиной, которую желают. То, что происходит дальше, причиняет боль, но не такую сильную, как я ожидала. Руслан терпелив, он ждет, когда я привыкну, и шепчет мне на ухо успокаивающие слова. А когда боль проходит, приходит что-то другое – близость, которой я никогда раньше не знала. Потом я лежу у него на груди, слушаю биение сердца и чувствую себя счастливой. Руслан гладит меня по волосам, целует в макушку, и мне кажется, что мы стали ближе друг другу. Что я наконец нашла свое место в его жизни. – Все хорошо? – тихо спрашивает он. – Да, – шепчу в ответ, не поднимая головы. И в этот момент это правда. Все действительно хорошо. Я чувствую себя настоящей женой, любимой и желанной. Потом он уходит в душ, пожелав мне спокойной ночи, а я не знаю, что делать мне. Ухожу в свою комнату, быстро надев платье. Но утром все меняется. Он не заходит ко мне, а я занимаюсь Аишей, умываю ее, переодеваю. Отпускаю девочку с рук на первом этаже, она бежит в столовую, а я замедляю шаг. Мы идем в столовую, Руслан уже сидит за столом, на нем свежая рубашка, волосы аккуратно уложены. Он выглядит точно так же, как и все предыдущие дни, – холодно, отстраненно, деловито. – Па-па! – Доброе утро, принцесса. – Па-па хочет есть? – Папа сегодня не очень голоден. – Папа заболел? – Нет, малышка. Папа просто думает о работе. Он с дочерью так мил и заботлив. – Где мама? – спрашивает Аиша, оглядываясь по сторонам. Захожу в столовую, с дочерью он ласков и внимателен. На меня Руслан даже не смотрит. Сажусь за стол, и Марьям ставит передо мной тарелку с яичницей. Я жду, что Руслан скажет что-нибудь о прошлой ночи, посмотрит на меня по-особенному, даст понять, что между нами что-то изменилось. Но он молчит. Читает газету, пьет кофе, изредка поглядывает на часы. Словно я невидимка. Словно прошлой ночи не было. – Мне нужно в офис, – говорит он, обращаясь неизвестно к кому. – Вернусь поздно. И уходит. Даже не попрощался со мной. Не сказал ни слова о том, что между нами было. Сижу за столом и чувствую, как внутри все сжимается от боли и обиды. Неужели для него это было просто исполнением супружеского долга? Неужели вся та нежность была притворством? – Мама? – Аиша обеспокоенно смотрит на меня. – Мама грустит? – Нет, солнышко, – говорю я, стараясь улыбнуться. – Мама просто устала. Но внутри все кричит от боли. Я думала, что стала для него особенной. А оказалось, что я ошибалась. Весь день я пытаюсь отвлечься, играя с Аишей, читая ей сказки, гуляя в саду. Но мысли постоянно возвращаются к прошлой ночи. К тому, каким нежным он был, и к тому, каким холодным стал утром. После обеда укладываю Аишу спать. Девочка засыпает быстро – мы много гуляли, и она устала. Сижу рядом с кроваткой, слушаю ее тихое дыхание и пытаюсь понять, что теперь делать. Может, поговорить с Русланом вечером? Спросить напрямую, почему он так себя ведет? Но что, если он скажет, что ничего особенного не произошло? Встаю с кресла и решаю пойти в библиотеку. Книга поможет отвлечься от тягостных мыслей. Тихо выхожу из детской и спускаюсь по лестнице. Но на полпути я останавливаюсь. Из гостиной доносятся голоса – Марьям с кем-то разговаривает. Голос незнакомый, женский, взволнованный. – Я требую, чтобы мне показали Аишу! – говорит незнакомая женщина, и в ее голосе слышны слезы. – Она моя племянница, я имею право! Замираю на месте. Племянница? Значит, это сестра Камиллы. – Зарема, успокойся, – шепчет Марьям, но достаточно громко, чтобы я услышала. – Руслан Муратович запретил. Ты же знаешь, что будет, если ты не послушаешься. – Мне все равно! – всхлипывает женщина. – Моя семья этого так не оставит. Мы добьемся, чтобы Аиша вернулась в дом матери. А правду о том, что случилось с Камиллой, я расскажу всему городу! Кровь стынет в жилах. Правду? Какую правду? – Это была не авария, Марьям! – продолжает Зарема дрожащим голосом. – Ты же знаешь! Руслан убил ее! Убил, потому что Камилла больше не могла жить с этим тираном, потому что она ему не подчинялась! Мир начинает кружиться у меня перед глазами. Убил? Руслан убил свою первую жену? – Тише! – шипит Марьям. – Как ты смеешь такое говорить? Камилла сама виновата в том, что случилось! Изменяла мужу, планировала сбежать с любовником! Она позорила имя семьи! – И за это она заслужила смерть? – с горечью спрашивает Зарема. – Она сама выбрала свою судьбу, – жестко отвечает Марьям. – А теперь у Аиши есть новая мать. Молодая, послушная. Такая, какой и должна быть жена. Молодая, послушная. Это обо мне. Меня выбрали именно за эти качества. Потому что я не буду сопротивляться, не буду изменять, не буду пытаться сбежать. Потому что я боюсь. – Он и ее убьет, если она перестанет его устраивать, – тихо говорит Зарема. – Как убил мою сестру. – Камилла погибла в автокатастрофе, – твердо повторяет Марьям. – И больше никто не смеет говорить обратное. Особенно в этом доме. Слышу шаги, направляющиеся к выходу. Зарема уходит. А я остаюсь стоять у стены, не в силах пошевелиться. Вот почему он держит меня взаперти. Вот почему он не разрешает мне общаться с семьей. Не потому, что заботится о моей безопасности, а потому, что боится, что я могу сбежать. Как хотела сбежать Камилла. На дрожащих ногах я медленно поднимаюсь в свою комнату. Сажусь на кровать – ту самую, на которой прошлой ночью я думала, что стала любимой женой. А оказалось, что я просто замена. Молодая, покорная девочка, которая родит детей и будет послушно сидеть в золотой клетке. И если я попытаюсь вырваться, меня ждет та же участь, что и Камиллу. Руки, которые так нежно касались меня прошлой ночью, – могли ли они убить? Губы, которые целовали меня, – могли ли они отдать приказ о смерти? Смотрю в зеркало на следы поцелуев на своей шее. Теперь они кажутся мне не проявлением страсти, а метками. Знаками того, что я принадлежу ему. Полностью и навсегда. Слышу плач из детской – Аиша проснулась. Иду к ней, стараясь улыбаться, хотя внутри все дрожит от страха. Я беру девочку на руки, и она радостно прижимается ко мне. Единственное чистое и настоящее чувство в этом доме – любовь к этому ребенку. – Поспи еще, милая. Укачиваю малышку в кресле, напевая колыбельную, Аиша быстро успокаивается, а я думаю только об одном: как выжить в этом доме. Как защитить себя и как никогда не дать Руслану повода усомниться в моей преданности. Потому что теперь я знаю: цена ошибки может быть слишком высока.