Глава 26−1

Судья внимательно оглядел новоприбывших и понятливо сосредоточился на самом перепуганном.

— Представьтесь! — потребовал он.

— Меня зовут Игнат Мазурский. Я работал управляющим в магазине сети «Золотое перо», принадлежащей господину Костомарскому, — выдавил свидетель, разом приковав всеобщее внимание.

— Именно он принимал посылки от господина Яровского, — пояснил господин Мелецкий, делая шаг в сторону и присаживаясь на ближайшую лавку.

Господин Мазурский судорожно повел шеей, оглянулся на сопровождающего и снова поежился.

— Расскажите поподробнее, — попросил судья.

— Мне господин Костомарский приказал, — проблеял Мазурский, опасливо оглядываясь по сторонам.

Не знаю, что ему наговорил господин Мелецкий и как убедил присутствовать, но мужчина явно боялся за свою жизнь. Причем Мелецкого он боялся больше, чем непосредственного начальника.

Страшный человек этот поверенный.

— Что именно он вам приказал? — терпеливо допытывался господин Велявский.

— Принимать пакеты и свертки от неизвестных лиц. После передавать ему. Не открывать, не заглядывать и не спрашивать, что внутри, — уже увереннее отбарабанил бывший управляющий.

— И кто же вам привозил их? Есть кто-то в зале, узнаете? — широко повел рукой судья, предлагая осмотреть обвиняемых.

Господин Мазурский шагнул вперед, всматриваясь в лица. Заметив Казимира, несказанно оживился и закивал:

— Вот его знаю. Даже по фамилии помню, Ярский или Яровский — что-то вроде. Купец он, мне еще бумагу с Унгура несколько раз привозил. Качественная она у вас и дешевле нашей.

Все присутствующие в зале невольно приосанились, осознавая собственную исключительность и ценность.

— Что ж, ваша версия событий подтверждается показаниями независимого свидетеля, — пожевав губами, констатировал судья. — Пожалуй, можно принять во внимание вашу молодость и неопытность.

Казимира освободили прямо в зале суда, как я и рассчитывала.

Ликующая Людвика бросилась ему на грудь, громко и с чувством обливаясь слезами. После чего попыталась в благодарность промочить и мое платье.

— Не стоит, я всего лишь выполняла свой долг, — с трудом отбилась я и встретилась взглядом с сияющим, как новенький пятак, Сташевским.

Вот зараза! Знал, что Мелецкий сегодня приедет с трофеем, и ничего не сказал!

— Тишина в зале суда! — господин Велявскийоглушительно застучал молоточком.

Мы вынужденно притихли и тише мышек скользнули на свободные места. До завершения слушания было еще далеко.

— Почему о наличии столь ценного свидетеля из самой Московии я узнаю только сейчас? — строго глядя на господина Мелецкого, вопросил судья.

— К сожалению, доставка его в Унгур была сопряжена с некоторой опасностью, — невозмутимо ответил поверенный. — Сначала господина Мазурского, а затем и нас обоих неоднократно пытались убить. К счастью, я подготовился и сумел спастись, а также доставить, как вы сами выразились, ценного свидетеля на процесс. Простите за столь внезапное появление, я не был уверен, что если объявлю о нашем приезде раньше, на нас опять не совершат покушение.

В зале снова загудели, обсуждая восхитительно тревожные новости.

Пожалуй, в нашей провинции так не развлекались уже лет триста, с момента изгнания к нам Воронцовских.