Глава 27

Первые учебные дни занесённой прошли довольно спокойно, Хэлмираш наблюдал за сводками, находя на них пару минут в напряжённом графике, который после окончания каникул стал совсем безвылазным. Каких-то ярких конфликтов не было, пусть стражи и присылали информацию об общем повышении тревожности в Академии, но всех особо недовольных удавалось держать в узде. Сама занесённая лишних проблем не доставляла и на рожон не лезла, вообще старалась привлекать как можно меньше внимания, как и её брат, что стража радовало. Отдельно мужчина отметил, что маленькая команда Ноат действительно приняла её новый облик, и стремительно сближалась теперь и с её сопровождением, принимая Трига в свой круг.

Один только момент настолько насторожил дежурного, что он рискнул связаться с Хэлмирашем напрямую – Ноат почему-то вместе с сопровождением уже на второй день учебы занесло в учительское общежитие, где она, конечно же, собрала вокруг себя немало зрителей. Главному стражу это показалось подозрительным, поэтому он отбросил на стол свиток, с которым работал, и скачком переместился в общежитие, не тратя драгоценное время на ходьбу пешком.

Оказавшись в углу главного холла общежития, занесённую Хэлмираш увидел сразу же: демонесса сидела у камина в кресле, за ним каменным изваянием замер Триг, а к демонессе, перегибаясь через спинку, склонялся Вэйджер. На соседнем кресле сидел Хакет и, запрокинув голову, смотрел на появившегося у него за спиной Эскеля. Пару секунд послушав их разговоры, страж понял, что инициатором собрания была отнюдь не занесённая, а сам Эскель, что насторожило Хэлмираша ещё больше – с чего бы высокородному лорду проявлять столь горячий интерес к впервые увиденной ученице? Какими-то особыми эмоциями в отношении демонов Гарахи никогда не отличался, пусть и был почти на половину алларом. Желая как можно скорее разобраться в ситуации, Хэлмираш быстрым шагом приблизился.

- В чём дело, Гарахи, что за сборище? – мрачно поинтересовался он, недовольный фактом отрыва от работы и созданием рискованной ситуации в целом.

- Вообще-то, я звал одну только адептку, - хмыкнул платиноволосый маг, склоняя голову. – Но почему-то явились вы. Из чего я делаю вывод, что все присутствующие осведомлены о том, что наша новенькая уже давно бегает по Академии, только раньше была в другом амплуа, - Эскель облокотился на спинку кресла Хакета и провокационно улыбнулся, одарив взглядом каждого из собравшихся.

Страж дёрнул щекой – просили же не кричать об этом факте на каждом углу. Взмахнул рукой, опуская на всю компанию купол тишины.

- Эскель, что за блажь? Дориарх одобрил её нахождение, она занесённая, - поморщился Вэйджер, ещё сильнее склонившись к демонессе, как будто желая закрыть её от собеседника.

- Это я уже и без ваших слов понял,- флегматично пожал плечами Гарахи, его всеобщее недовольство нисколько не трогало.

- Тогда зачем ты этот спектакль затеял? - подал голос Хакет, делая глоток из бокала.

- Любопытно было, - ни капли не смутился Эскель. – Насколько долго она собралась прятаться.

- Она не пряталась, Ноат просто жила, - покачал головой Малиш, явно не соглашаясь с действиями коллеги.

- В любом случае, я давно присматривался к собаке Рейнгара, подумывал о питомце того же масштаба, а тут вот так всё обернулось, поэтому подобный эксперимент мне крайне интересен, - сощурился Гарахи.

Но Хэлмираш не первый год знал этого мага, а потому всё больше хмурился по мере разглагольствования Эскеля. Нет, простым любопытством тут и не пахло, да и не страдал лорд им никогда, а если учесть специфические способности Гарахи, то ответ напрашивался сам собой:

- Дело ведь не только в твоём интересе, - сощурился страж, сверля взглядом артефактора. – И не в Оркусе, - эти слова вырвались сами по себе, но страж был уверен, что месть за младшего брата тут ни при чём. Не походил старший Гарахи на оголтелого мстителя, да и не занесённую стоило обвинять в случившемся с младшим.

- Дело в твоём даре? – Хакет быстро сообразил, о чём говорит Хэлмираш.

- Что ты видел, Эскель? – хмуро спросил страж, сверля Гарахи взглядом. Почему-то ничего хорошего он услышать от мага не ожидал. Не хотелось бы спрашивать о возможном видении в присутствии Ноат, но потом Гарахи может закочевряжиться – надо было ловить на горячем, чтобы позже не терять времени.

Эскель сам понимал, что на прямые вопросы главного стража отвечать придётся в любом случае, и не стал упираться. Широко улыбнулся, проговорил, смотря прямо в глаза замершей на месте занесённой:

- Её ближайший кровный родственник будет очень сильно влиять на судьбу человеческого государства в будущем. Конкретно, на саму императорскую семью.

Хэлмираш сдержался, стараясь не скалиться – ближайший кровный родственник? Предводитель?! Или тысячник?

- И ещё, она сама в будущем сильно повлияет на судьбу моего младшего брата.

- Она уже на неё повлияла, - с кривой усмешкой напомнил Хакет, задумчиво вращая бокал.

Вэйджер же за спиной у демонессы вздрогнул, сжимая спинку кресла побелевшими от напряжения пальцами.

- Нет, я говорю о будущем. Они ещё встретятся, - уверенно выговорил Гарахи, не сводя взгляда с демонессы.

- Это невозможно, - нервно и зло выдохнул Рейнгар.

Гарахи вновь пожал плечами, магу не нужно было кого-то уговаривать верить ему:

- Я сказал лишь то, что видел. Как работает мой дар, все вы знаете, я ещё ни разу не ошибался со времен выпуска. И вообще, я хотел бы поговорить с адепткой наедине, как и предполагалось ранее. Никто не против?

- Я против, - растягивая гласные, подал голос демон. Его поза обманчиво казалась расслабленной, но страж-то видел, что демон очень внимательно наблюдал за происходящим и был готов к любому повороту событий.

Однако Гарахи это не смутило, он только вздохнул, но на условия Трига согласился:

- Ладно, и вы тоже, пройдёмте в мои комнаты, там мы сможем поговорить без посторонних.

Ноат стремительно встала и направилась за Эскелем, ни на кого не глядя. Лицо у демонессы было ошарашенное, она чуть нервно потирала указательный палец левой руки большим. Страж не стал встревать в этот разговор, остановить занесённую попытался только нервный Вэйджер, но Хакет покачал головой, преграждая ему путь.

- Пусть они поговорят.

И здесь Хэлмираш был склонен согласиться с Малишем, потому что вбивший себе что-то в голову Гарахи может стать проблемой не меньшей, чем демоны. Так что уж пусть поговорят и разберутся сразу же. А с самим Эскелем надо будет ещё отдельно побеседовать на тему его видения.

Оставив магов самих разбираться с оставшимися вопросами, страж перенёсся к себе, вернулся к столу, взял свиток, но буквально через секунду отложил его, пронзенный мыслью – а что, если «ближайший кровный родственник» - это не кто-то из братьев, а… ребёнок? Что если у Ноат в будущем родится ребёнок, который и будет обладать упомянутым влиянием?

Хэлмираш вдруг усмехнулся: ну и пусть. Его, по большей части, это не касалось, но теперь было очевидно, почему у занесённой было такое выражение лица – если она сразу подумала о детях, то её удивление можно понять. При её-то «интересной» внешности и тайне происхождения… Мотнув головой и выгоняя непрошенные мысли, страж новь вернулся к работе.

Несмотря на примерное поведение демонессы и её брата, Хэлмираш не спускал с них глаз, постоянно держа под наблюдением и заставляя подчинённых присылать ему регулярные сводки о перемещениях и действиях синей парочки. Потому что, пусть страж и перестал вспыхивать от раздражения каждый раз, как только упоминали демонов, но и доверия к ним у него не было. Да и стоило подумать о том, куда бы всунуть наблюдение за тренировками Ноат, которые пора было уже начинать…

Вычислив место, где собирается вся команда занесённой в парке, страж приказал там поставить кристалл записи. Записывал он ровно сутки, потом стирал всё накопленное – обычно к вечеру Хэлмираш мельком проглядывал при десятикратном ускорении – его интересовали только возможные конфликты, личная жизнь адептов стражу была не нужна.

Но на этот раз Хэлмираш знал, что вечером ему не удастся привычно просмотреть запись, а потому обратился к кристаллу во время внезапного обеда: страж изменил своим правилам не есть на рабочем месте, потому как очередной провинившийся от Дармина проходил отработку и растаскивал учителям еду. А Хэлмираш как раз пропустил этот приём пищи, потому отказаться не смог. И сейчас, почти не замечая, что именно ест, мужчина прикрыл глаза и подключился к кристаллу. Вся компания как раз сидела на поляне: эльфийка что-то эмоционально рассказывала, перемещаясь лёгкими скользящими движениями, остальные её внимательно слушали, рассредоточившись кто где. Ноат и Триг устроились на траве, занесённая использовала сложенные ноги брата как опору, Орм стоял рядом, опёршись спиной о дерево и сложив руки на груди. Дайдариэль, конечно же, сидел на нижней ветке дерева и болтал босыми ногами, рядом с ним примостилась алларийка. Пришлось напрячь память, чтобы вспомнить имена девушек: если эльфийку Хэлмираш знал по тренировкам, то с алларийкой Йоль был незнаком и имя узнавал специально для большего знания о друзьях Ноат. Звук кристалл не записывал, фиксировал только картинку происходящего.

Руш остановила свой рассказ, Ноат что-то сказала, взмахнув руками, и все засмеялись, даже суровый Орм скупо улыбнулся. Можно было отключаться, проверка никаких конфликтов не выявила, но Хэлмираш всё не разрывал связь, просто сидел и смотрел на улыбающихся детей на поляне.

- Эльф, полуорк, алларийка, эльфийка, занесённая и демон, - раздался в его голове мягкий голос главы. Дориарх уже очень давно не связывался с ним, поэтому Хэлмираш насторожился, пытаясь понять, для чего глава решил прервать своё молчание.

- Как думаешь, кого там не хватает? – тона старый аллар не поменял, но страж уловил лёгкое подрагивание канала связи, как будто глава о чём-то переживал и не мог обрести привычное спокойствие.

Хэлмираш ещё раз окинул полянку с учениками взглядом.

- Дварфа, - вырвалось вдруг само собой, губы скривились в саркастической усмешке.

Послышался смешок главы:

- Знаешь, там Эскель не оставляет надежды эту группу Варлесу подсунуть, так что, может, и дварф скоро будет в окружении.

Страж выдохнул, на мгновение отключился от кристалла, чтобы через секунду вновь вернуться к той же картинке. Теперь все ученики собрались вокруг Ноат, которая что-то увлечённо рисовала веткой на наскоро расчищенной от ярких листьев земле. Он уже знал ответ на вопрос главы, но не хотел его произносить. Как будто, прозвучав, эти слова обретут свою силу, а страж ещё не знал, готов ли к ним.

Но Дориарх не дал ему времени подумать, проговорив ответ лично:

- Там не хватает человека. Того, кто сможет защитить этот хрупкий зарождающийся разносторонний мир. Там не хватает тебя.

- Зачем им тот, кто может этот мир разрушить? – хрипло отозвался Хэлмираш.

- Ты? – в голосе Дориарха отчётливо отразилась улыбка. – Айнар, ты не позволишь себе тронуть этот мир. И сам это прекрасно знаешь.

Тем временем на поляне Ноат поднялась на ноги, отряхнула листву с мантии и принялась что-то изображать, делая пасы руками и ногами под весёлыми взглядами друзей.

- Ей нужно тренироваться, - заметил старый аллар. – Она уже достаточно обжилась в своей группе, готова к дополнительной нагрузке.

- У меня нет времени, - Хэлмираш сам удивился своему сиплому мысленному голосу.

- Ты сам вписал ей тренировки в шестой учебный день. И там у тебя есть прекрасная возможность.

- Какая? – Хэлмираш догадывался, каким будет ответ, но слышать его не хотел.

Глава прекрасно чувствовал состояние стража, и потому не стал сразу озвучивать предложение. Какое-то время не произносилось ни звука. Но вот глава снова подал голос:

- Посмотри на неё, Айнар, - аллару не пришлось уточнять, о ком идёт речь, ведь занесённая до сих пор прыгала по поляне. – Ноат – дитя другого мира. Она очень старается прижиться здесь, учится. Но есть кое-что, чему нам стоит поучиться у неё.

Хэлмираш продолжал упрямо молчать, и Дориарх добавил:

- Ноат не смотрит на ранг, возраст, одарённость, расу. Она в первую очередь обращает внимание на сущность. И воспринимает всех только по тому, что есть внутри. Ты же сам видишь, кто рядом с ней. Их не приняли свои же, но у неё для всех найдётся место. Даарен, Триган, Орманиэль или Йоль – Ноат всё равно, какого цвета у них кожа и насколько заострены уши. Она судит по сущности, а не по внешнему виду.

Несколько минут оба молчали, наблюдая за тем, как на поляне разгорается жаркий спор, на этот раз на ноги поднялись все, кроме Трига, который вообще разлёгся на траве, вполглаза наблюдая за учениками.

- Что вы хотите от меня? – наконец выдавил Хэлмираш.

- Дай Тригану возможность показать себя. Позволь ему провести занятие у группы. Мы сможем развивать дружеские отношения, только если наши магистры увидят в демоне не монстра, а мудрого наставника. Ведь демоны давно уже не являются открытыми врагами объединённых сил.

- Вы так в нём уверены?

- Я верю в него. И в тебя. Мир меняется, Айнар. И ты нужен мне в этом новом мире.

Хэлмираш покачал головой. Тысячник армии демонов на его месте? За что ему это испытание? Он только смирился с их нахождением в Академии…

Глаза продолжали смотреть на поляну. А там закончился разговор явной победой Ноат и Руш, а проигравшие Дайдариэль и Йоль получили дружеские подзатыльники от Орма. Новый мир… Хрупкий новый мир…

- Я подумаю. Ответ дам завтра.

Зачем он попросил отсрочку, если уже сейчас знал, что скажет? Страж и сам не мог ответить на этот вопрос. И ведь глава Дориарх отчётливо понял его ответ, но не стал ничего добавлять, лишь проговорил:

- Хорошо. Спасибо, Айнар.

Мужчина глубоко вдохнул и отключился от кристалла, внутренний взор погрузился во тьму. Демон на его месте… Дармин ему голову оторвёт. Но пусть он сделает это потом, после того, как Хэлмираш сам переварит своё решение. Усмирит взбунтовавшиеся выработанные годами инстинкты и договорится с подсознанием. Хотя с этим как раз будут основные проблемы. Но решение было принято, так или иначе. А, значит, завтра у стража будет тренировка с Ноат. И он будет не наблюдателем, а полноправным тренером. Здесь присутствовал один неочевидный момент, которого хотел добиться Дориарх ещё тогда, в первый раз предлагая Тригу быть инструктором у местной группы. Зачем? Какие цели преследует архимаг? Этого страж понять не мог, но теперь, когда глаза не застилала ненависть, мужчина понимал, что в просьбах главы есть определённый резон. Как минимум, магистрам будет полезно увидеть мощь демона воочию и перестать грезить о войне с этими монстрами.

Но все доступные убедительные доводы распались, стоило только прийти ночи. Хэлмираш стоял перед своей измятой кроватью и понимал, что ложиться и закрывать глаза он не хочет. Пусть сознание под давлением обстоятельств смирилось с необходимостью допустить демона к нескольким сильным, но при этом не самым агрессивным группам среднеступенчатого звена, но о том, что реакции больного подсознания на это решение не будет, речи даже не шло. Да, в том, что Дориарх при удачном результате тренировки попросит дать демону сразу несколько групп, мужчина даже не сомневался. Глава не разменивался на мелочи.

Несколько секунд потаращившись на постель, страж развернулся и прошагал обратно до рабочего стола. Грузно упав на стул, Хэлмираш взялся за карандаш, выудил чистый лист и принялся набрасывать имена стражей и схему их размещения при завтрашних тренировках демона. Если первая пройдёт без проблем, то и остальные будут проведены по той же схеме, только имена стражей будут замещаться в зависимости от длительности смены. Глаза слипались, голова отказывалась думать, но мужчина упорно водил карандашом по бумаге, изматывая мозг до такого состояния, чтобы у него не было сил на сны. Завтра Хэлмирашу понадобится вся его сосредоточенность и внимательность, а, значит, нормально проспать надо хотя бы полночи. Уже из последних сил страж на первой схеме прописал имя Артура как ответственного лица во время тренировки, которую сам Хэлмираш будет вынужден провести с Ноат. Ещё и над этим стоило подумать… Но не сейчас, когда голова уже сама падает на сложенные на столешнице руки. Завтра с утра у него две тренировки с молодняком – там и подумает. А пока можно ползти спать – истощённый работой мозг должен был просто провалиться во тьму, не давая сил мстительному подсознанию.