Глава 39
Несмотря на произошедшее накануне, спал Хэлмираш без сновидений. Проснувшись утром, страж первым делом связался с Лимрадом, справляясь о состоянии Ноат.
- Из обморока вышла, но сама ещё спит, - отозвался уже бодрствующий целитель. – И я бы не рекомендовал ей сразу же после пробуждения куда-то идти. Послушай меня – уговори её сегодня остаться в лазарете до вечера. Ноат нужно стабилизироваться.
- Понял.
Хэлмираша полученная информация полностью устраивала, так что он совершил плановый обход проблемных точек на щите Академии, проверил «заштопанный» вчерашний пробой. Разглядывая поставленную стражами заплатку, Хэлмираш вдруг вспомнил, что вчера Ноат буквально разорвала свою одежду второй ипостасью. Прикинув, что от полигона до её дома идти довольно далеко, перенёсся прыжком, пересёк двор и постучался. Дверь ему через минуту открыл Триг. Демон, судя по всему, готовился к выходу, расчёсывая свою длинную чёрную гриву. Скандально длинную, учитывая его звание в армии.
- Хэл, рад видеть, проходи, - тысячник гостеприимно посторонился, пропуская стража внутрь.
Мужчина не стал пренебрегать приглашением, сделал пару шагов в холл.
- У Ноат нет одежды, - сразу же перешёл к сути вопроса Хэлмираш.
Триг задумчиво почесал затылок, кивнул. В два прыжка пересёк лестницу, взлетая на второй этаж. Через пару минут вернулся, держа в руках… старый плащ Хэлмираша.
- На, этого ей как раз прикрыться хватит. Да и настроение поднимет, она из него не вылазит, чуть ли не спит в нём, - с доброй усмешкой проговорил демон, возвращаясь к зеркалу и не замечая, с каким удивлением смотрит на поданную деталь гардероба страж. И уже от зеркала добавил: - Хотя нет, пару раз она в нём и спала.
- Хорошо, - чуть более низким, чем обычно, голосом ответил Хэлмираш и поторопился выйти из дома.
Привычный плащ грел руки. Пока страж шёл до лазарета, с его лица не сходила странная усмешка. Он сам себя не понимал, чувствуя непривычный сумбур внутри, но не считал своё состояние чем-то неправильным.
В лазарете первым делом дошёл до кабинета Лимрада, однако тут же был изгнан, ибо целитель разговаривал с Ритой Бошар. Хэлмираш нахмурился, мельком заметив красные глаза женщины, но решил не встревать: мало ли, какие у Риты могли быть проблемы, которые обсуждают с целителем. Поэтому страж не стал ждать, пока аллар освободится, а сразу же прошёл в палату к Ноат.
Та на появление мужчины никак не отреагировала, видя десятый сон. Хэлмираш несколько секунд постоял рядом с её кроватью, глядя на свернувшуюся калачиком занесённую. Только рога да макушка торчали из-под простыни. Почему-то хотелось протянуть руку и провести ладонью по разметавшимся по подушке чёрным волосам. Даже пальцы дрогнули, как будто действительно стремясь прикоснуться, но страж перевёл взгляд на собственную ладонь – похожая на тёмную кору грубая кожа, покрытая шрамами и мозолями от постоянных тренировок с ножами. Качнув головой, мужчина выкинул из своей головы глупые мысли, положил плащ на соседнюю кровать и исчез, переносясь на полигон – тренировки никто не отменял. Только стоило на этот раз не подходить слишком близко к огневикам, а то шоколадка в кармане куртки быстро превратится в кашу.
Занятие прошло привычно, Хэлмираш только отправил в душевые старшую группу, как пришёл сигнал от Лимрада, что Ноат проснулась. Страж мысленно пробежался по постовым подчинённым, выслушал отчёт от дежурного, пока пешком добирался до лазарета. По пути до палаты выслушал две жалобы от медицинского персонала на своих учеников, шуганул из коридора парней, особо проявляющих заботу о здоровье пары попавших сюда ранее эльфиек. От целителей парни только отмахивались, а вот от воздушной волны убежать не смогли, так что из лазарета были выброшены через ближайшее открытое окно.
Дойдя до нужной палаты, Хэлмираш открыл дверь, зашёл внутрь, и только уже за порогом подумал, что по-хорошему надо было постучать перед тем, как войти. Но в целом это ничего бы не поменяло, так как Ноат всё равно, сжавшись, лежала на кровати и глубоко дышала через приоткрытый рот.
Страж мельком отметил, что занесённая уже укутана не только в простыню, но и в принесённый им плащ. Мужчина присел на соседнюю кровать, хмуро окинул взглядом демонессу, чья кожа отливала болезненной серостью. И тут вспомнил про слова занесённой. Решив проверить, что помнит сама Ноат, сунул руку в карман и демонстративно вынул шоколадку.
Ноат пару секунд с непониманием в глазах смотрела на плитку и хлопала ресницами, как вдруг её брови взлетели вверх, а щёки налились тёмным цветом от прилива крови. Избегая встречи с глазами стража, занесённая молча натянула простыню на голову, скрывая чернеющее лицо. Хэлмираш не удержался от усмешки: так по-детски непосредственно выглядел жест Ноат.
- Я предупреждал.
Из-под простыни раздался хмык, затем ткань слегка сползла, открывая стражу часть лица с щурящимися от яркого света фиолетовыми глазами.
- Как голова? – продолжил Хэлмираш, разглядывая постепенно теряющее чёрную краску лицо.
Занесённая поморщилась:
- Плохо.
- Придётся потерпеть, от таких перегрузок в нашем мире ещё ничего так и не придумали, - плечи стража дрогнули, как будто он хотел ими пожать, но передумал.
- Так что это было? – Ноат подняла голову и посмотрела в глаза мужчине.
- Магическая атака направленного типа, - Хэлмираш помрачнел, вспоминая, как опасно повела себя демонесса во время атаки. – А теперь послушай меня внимательно и запомни раз и навсегда: если маг замирает и таращится в пустоту, то никогда не прикасайся к нему. Никогда! Потому что, не будь у тебя второй формы, я бы тебя иссушил, пытаясь выбраться наружу из того кошмара. Подобные нападения направлены только на одного, но в состоянии погружения маги рефлекторно используют все источники энергии, до которых только смогут дотянуться, лишь бы избавиться от влияния. И там не особенно разбираешь, кто в этот момент рядом с тобой.
Судя по вытянувшемуся лицу занесённой, она осознала, что могла действительно серьёзно пострадать от своих действий.
- И кто тебя так невзлюбил? – Ноат поморщилась, возвращаясь под простыню и оставляя снаружи только глаза.
Хэлмираш безразлично пожал плечами. Список был внушительным, он успел многим насолить и пока был невменяем, и когда уже стал главным стражем. Его действительно не волновали собственные враги, пока они касались только его. А после первого же нападения на Академию, когда били по стражу, а попали по ученикам, других желающих так промахиваться больше не было за все годы. Потому что это в официальных отчётах тех магов нашли и казнили члены стаи Минга. А вот по переулкам и кулуарам ходили совсем другие слухи. Шёпотом, вполголоса и пригнувшись, но подпольное сообщество передавало друг другу сведения о том, что Хэлмираш собственноручно расчленил тех, кто совершил то роковое нападение. Причём жертвы в процессе были ещё живы.
На самом деле все было не так кроваво, но страж не собирался никого ни в чём переубеждать. Его полностью устраивал тот факт, что больше ни один умалишенный не решился атаковать учеников взамен учителя.
Но Ноат его отношение почему-то возмутило, хотя Хэлмираш и объяснил, что при его способностях такая атака не приносит слишком много физического вреда. И всё равно занесённая осталась недовольна его действиями, однако ещё более сердитое выражение лица у неё появилось, когда мужчина объявил, что на каникулах назначает ей тренировки с оракулом.
- Но я же смогла перейти во вторую ипостась и защититься от атаки! – запротестовала Ноат, от возмущения подпрыгивая на кровати. Судя по всему, занесённой совсем не хотелось ещё пару часов добавлять в свой учебный график, да ещё и в каникулы.
- Это всё лишь потому, что атака была направлена не на тебя. Так что нет, от тренировок это тебя не спасёт, - не терпящим возражений голосом отрезал страж. Обсуждать методы, которыми он будет её защищать, мужчина не собирался. Всё будет так, как он скажет.
Даже если у Ноат были возражения, Хэлмираш их слушать не стал, поднимаясь и молча выходя из палаты. Но ожидаемых ругательств вслед не полетело, страж остановился, не сделав и шага от двери. А он ведь был уверен, что занесённая либо притворится, что не вспомнит, что было вчера, либо откажется от своих слов. Либо сгорит со стыда и попросит не воспринимать всерьёз её пьяный бред. Но она вновь выдала тот вариант, который Хэлмираш не брал в расчёт: смутилась. Как будто сказанное ею действительно имело смысл. Хмыкнув, страж не удержался, развернулся и сунул голову в палату:
- И да, - проговорил страж. Дождался, пока Ноат на него посмотрит, и добавил: – Ты знала, что, когда смущаешься, становишься чёрной?
Вспыхнувшие тёмным щёки были ему ответом. И ударившаяся в закрытую дверь подушка, брошенная натренированной рукой довольно чётко в ту точку, где секунду назад была голова стража. Ухмыляющийся Хэлмираш направился по коридору к выходу, на ходу кивая как-то странно смотрящему на него Лимраду и связываясь с Тригом. Сообщил тысячнику пожелания целителя о том, что забрать Ноат лучше всего только вечером. Согласовали, что если никто из них не сможет проводить занесённую до дома, то страж договорится с Ормом – Триг полуорку полностью доверял и с его назначением на роль провожатого согласился.
Сам страж с головой окунулся в подготовительные к приближающимся экзаменам дела. Мотался по полигонам, корпел с Дармином над планами тренировок и графиком сдачи. Прикидывали, каким стаям каких учеников представить, кто готов уже сейчас идти в Гончие, а кому надо начинать с Охотников. Прервался только на то, чтобы состыковаться с Тригом и понять, что ни один из них забрать Ноат не успевает, а потому в силу вступает план с Ормом. Отправил одного из учеников с сообщением для полуорка и снова вернулся к работе. Дополнительно связался с Линарой, согласовал время и дату первой тренировки Ноат с оракулом.
В башню попал только под вечер и то только для того, чтобы заняться бумажным оформлением того, что они с Дармином сегодня напридумывали. Неожиданно внизу хлопнула дверь, раздались тяжёлые шаги. Хэлмираш поднял голову от очередного свитка, нахмурился, связался с системой наблюдения. И с некоторым напряжением уставился на дверной проём, ожидая Трига. Встреча с демоном у него назначена не была, с Ноат всё было хорошо – Орм доложился. Так зачем тогда явился демон?
А Триг зашёл в кабинет, поздоровался кивком, со вздохом опустился на стул для посетителей, который сегодня почему-то стоял около хозяйского стола, а не у стены как обычно. Демон молчал, не начиная разговора, что действовало стражу на нервы.
- Что случилось? – решил всё-таки поторопить визитёра с ответом Хэлмираш.
- Хэл, - Триг вздохнул, положил руки на стол стража и посмотрел на него в упор. – Ты сможешь присмотреть за Ноат?
- В чём дело? – ещё сильнее помрачнел мужчина. Щека со шрамом рефлекторно дёрнулась.
- Дело в бою Даарена с отцом. Он победит. Заберёт себе звание старшего рода и захлебнётся в новых обязанностях, - в синих глазах сверкнула злость.
Хэлмирашу понадобилось несколько секунд, чтобы сложить все данные в единую картину:
- Предводитель вернёт тебя в Цитадель.
- Да, - кивнул Триг, и на его лице отобразилась странная боль. Так сильно переживает за Ноат? Или есть что-то ещё, о чем страж не знает?
- Ноат будет под защитой, - коротко, но веско проговорил Хэлмираш.
- Спасибо, - Триг протянул руку.
Страж без промедления пожал синее предплечье, ловя себя на том, что не испытывает никаких противоречивых чувств. Всё-таки этот тысячник умудрился заработать его уважение и доверие. Только вот, судя по кислому выражению лица демона, проблема действительно была не только с Ноат.
Хэлмираш предпочитал не лезть в чужие дела и не стал задавать лишних вопросов. Но Триг сам, уже стоя в дверях, вдруг развернулся и с кривой усмешкой спросил:
- Хэл, а где тут у вас можно хэдру достать?
Страж свёл брови к переносице.
- Пить на территории Академии запрещено, я помню. Буянить не буду – даю слово.
Хэлмираш взвесил своё доверие к демону и, подумав, назвал адрес в городе, где можно было разжиться адской смесью, от которой пьянели демоны и рисковали не вспомнить прошлый вечер все остальные расы. Что у демона такого случилось, что приходится топить на дне стакана? Хэлмираш рефлекторно запросил сводку происшествий с участием тысячника, но дежурный не дал никакой информации – кроме случаев в рамках тренировок ничего не было. Видимо, что-то личное. Вряд ли Ноат бы поссорилась с братом так, чтобы довести гибкого демона до бутылки.
Весь следующий день Хэлмираш в мыле разбирался с бумагами. В последний день перед каникулами Совет решил вытряхнуть сущность из всех тренеров, потребовав новый набор документации на всех учеников, сдающих основной экзамен среднего звена. Благо Дармин взял всех младших учителей по боёвке на себя и сам отвечал на все их вопросы, а к Хэлмирашу приплёлся только под вечер с кипой бумаг. Проваландавшись с документами до глубокой ночи, страж и сам был готов уже прогуляться за хэдрой.
А поутру пришлось заставлять себя вставать и идти в крыло оракулов, где предстояла первая тренировка Ноат. Линара уже была на месте и раскладывала коврики. Заметив стража, алларийка выпрямилась, окинула Хэлмираша строгим взглядом.
- Мог бы и не приходить, - заметила Линара. – Или хочешь на реакцию посмотреть?
- Можно и так сказать, - не стал вдаваться в подробности страж. Он просто знал, что должен быть здесь, и не слишком рассуждал «зачем».
- Точно не передумаешь? – Линара подогнула ноги и села на коврик, замирая в позе, в которую Хэлмираш бы не решился загнуться. – Уверен, что ей надо через это проходить? Не увеселительная прогулка. А если не выдержит?
- Выдержит, - отозвался страж.
Алларийка пожала изящными плечами и закрыла глаза, сосредотачиваясь.
Хэлмираш сощурился: да, он понимал стремление Линары оградить Ноат от лишней боли. Только вот он делал то же самое. Но стремился к тому, чтобы занесённая могла защитить себя сама. И если не нейтрализовать опасность полностью, то хотя бы выиграть ему время. Чтобы он мог успеть, когда понадобится помощь.
Ноат пришла к назначенному времени без опозданий. С горящим в глазах любопытством, она кивнула стражу и приблизилась к замершей без движения алларийке.
- Доброе утро, адептка Инс-Наур, - поприветствовала занесённую Линара, не открывая глаз. Для боевого оракула её уровня органы зрения были практически не нужны.
- Доброе, - с лёгкой улыбкой отозвалась Ноат. Особого напряжения в занесённой не чувствовалось, скорее нервозность от неизвестности.
- Мадам Линара – магистр-оракул пятой ступени боевого направления, - подал голос Хэлмираш.
- А почему не ты сам ведёшь тренировку? – Ноат повернулась к нему. И тут же слегка склонила голову, как бы извиняясь: – Или тебе надо идти?
- Потому что я оракул-теоретик, - Хэлмираш поморщился. Обычно межрасовый договор, которым его сковали, не доставлял стражу неудобств, но бывали моменты, когда боевого развития своей третьей магической ветви мужчине крайне не хватало. – Иди давай, мне в любом случае тут ждать.
- Присаживайтесь передо мной, адептка, - алларийка приглашающим жестом указала занесённой на соседний коврик.
- Можно просто Ноат, - улыбнулась демонесса, и Хэлмираш невольно нахмурился, внутри на мгновение стало холодно от этой беззаботной улыбки, учитывая, что с ней сейчас сделают. Но это было необходимо.
- Ноат, - согласилась мадам Линара, наконец открывая глаза. – Ты готова?
Занесённая кивнула, как будто и вправду могла подготовиться к тому, что оракул задумала с ней сделать.
Хэлмираш ощутил, как поток магической энергии устремился от Линары к Ноат. Занесённая дернулась и застыла, только лицо оставалось подвижным. Она хмурилась, глаза двигались под опущенными веками. Вдруг её брови взлетели вверх, рот слегка приоткрылся. Страж нахмурился, не понимая такую реакцию.
- Хочешь посмотреть? – тут же отреагировала Линара, не отрывая взгляда от Ноат. Каким-то образом она могла определять желания мужчины, хотя на лице те проявлялись крайне скупо.
Хэлмираш согласно кивнул, алларийка протянула ему канал связи, и страж со стороны увидел, как Ноат с шальной улыбкой и азартным блеском в глазах парит под облаками, раскинув руки в стороны. Почему-то в этот момент за её спиной парусом на ветру рвался его плащ.
- У неё хорошее управление, подмена навязанных образов весьма уверенная. Очень странно для полноценного немага в прошлом, - оценила Линара, не меняя спокойного тембра голоса и невозмутимого выражения лица.
- Как думаешь, с чем связано? – склонил голову страж, чуть искажая угол обзора канала.
- Однозначно сказать сложно, но я предположу, что Ноат в детстве была впечатлительным ребёнком с развитой фантазией. Знаешь, что таким детям снится чаще всего?
Стражу не понадобилось много времени, чтобы ответить.
- Кошмары, - мрачно отозвался Хэлмираш.
- Именно, - подтвердила правильность его слов алларийка. – И тут случается разное. Либо расшатывается психика, либо в борьбу вступают настойки с успокаивающим эффектом, либо, что реже, ребёнок сам адаптируется, учась управлять снами. Не спорит с подсознанием, а подменяет транслируемые образы, тем самым управляя сном и даже не просыпаясь при этом.
Хэлмираш промолчал, продолжая наблюдать за тем, как падение сменила темнота, а через несколько секунд Линара задействовала следующий распространенный страх – боязнь утонуть. И это сработало, Ноат в реальности задергалась, руки резко приподнялись и упали, как будто она хотела схватиться за горло. В отличие от падения с высоты, здесь времени на подмену видений было гораздо меньше, а физические ощущения не давали сосредоточиться.
- Она пытается, думает верно, но не хватает воли, чтобы обуздать чужое влияние, - прокомментировала Линара.
Ноат задыхалась, Хэлмираш видел, как напрягаются мышцы шеи, выделяясь валиками под синей кожей, как темнеет лицо от недостатка кислорода.
- Не можешь дышать носом, дыши чем-нибудь ещё, - не выдержал страж и ворвался по лучу атаки в голову занесённой.
- Ёжик сел на пенёк и задохнулся, - раздался в ответ её весёлый мысленный голос.
Ноат среагировала на удивление быстро, и даже смеясь. Шутки, которую услышал в её голове, мужчина не понял, осознал лишь интонацию.
- Не мешай, - недовольно произнесла Линара, не поворачивая головы. – Сам же знаешь, что даже непрямые подсказки здесь могут навредить и сбить концентрацию, - и, чуть помедлив, добавила: - Хотя твой голос для неё абсолютно привычен, никаких волн удивления. Часто общаетесь?
- Я её тренирую.
- Она считает тебя хорошим тренером, раз даже сейчас слушает, - отметила алларийка совершенно серьёзно.
Хэлмираш оставил это без комментариев. Он продолжал пристально наблюдать за реакциями занесённой, сознание раздвоилось, одна его часть отмечала реакции физического тела демонессы, а вторая внимательно изучала то, что происходило внутри её головы.
- Пока ничего уязвимого для общей атаки не вижу, - сделала вывод Линара и сменила воду вокруг занесённой темнотой, на мгновение прикрыла глаза, сосредотачиваясь.
Вокруг Ноат вспыхнул огонь. Линара добавила магии, делая ощущения тела практически реальными. И вдруг Ноат затряслась, все мышцы напряглись разом, её тело наклонилось, руки вжались в пол, ногти заскребли по покрытию. Рот приоткрылся, и откуда-то из глотки раздалось утробное рычание.
- Нашла, - беспристрастно проговорила алларийка, даже не отодвигаясь от приближающейся к ней демонессы. – Вот её болевая точка.
- Пр-редатель! – прохрипела Ноат, не открывая глаз.
Страж сощурился. «Предатель»? Кто? Пользуясь тем, что, в отличие от оракулов боевиков, которые прорубали себе путь в чужое сознание, теоретики могли скользить по созданным каналам, Хэлмираш стрелой метнулся к воспоминаниям занесённой по лучу атаки Линары. Ему хватило пары мгновений, чтобы увидеть и понять, что имела в виду Ноат. Вполне ожидаемый момент – у нового мира были свои правила, которые занесённая поняла далеко не сразу. А Даарена можно было посчитать действительно достойным представителем демонической расы.
- Она зависла, Хэл, - на этот раз алларийка повернула голову и посмотрела на стража. – Вязнет, никакого контроля.
Страж кивнул, разрешая прекратить атаку и дать Ноат немного передохнуть.
Рык прекратился, занесённая обмякла, тяжело дыша. По дрогнувшим ресницам можно было понять, что она пришла в себя.
- Провал, - коротко подвёл итог мужчина, смотря на дрожащее тело демонессы.
Ноат вдруг зарычала уже осознанно, вскочила с неожиданной прытью, оказалась вплотную со стражем и со злостью рванула ворот его куртки:
- Ты хоть понимаешь, что такое гореть заживо?! – закричала, дёргая ткань куртки на себя и заставляя мужчину слегка наклониться. – Ты представляешь, как больно бежать изо всех сил, когда большая часть твоей шерсти и кожи сгорела?! Они оба меня бросили! Он меня предал! Я осталась одна в чужом мире, где не была нужна вообще ни одной живой душе! Ты хоть…
Её трясло, в глазах стоял ужас, а губы кривились в оскале. Ноат изливала на стража все вызванные атакой эмоции, сжимала пальцами куртку так, как будто та была врагом.
Хэлмираш никак на это не реагировал, только сузил глаза. Да, сейчас ей больно. Но будь это настоящая атака, эта боль могла стать последним, что она испытает. Поэтому страж не видел другого выхода, кроме как заставить Ноат пройти через это, мужчина не двигался, давая демонессе время. Постепенно видения перестали застилась занесённой глаза, она часто заморгала и наконец смогла вернуться в реальность. Фиолетовые глаза осмотрели лицо стража, остановились на холодных глазах Хэлмираша. И нашли в них что-то такое, что дало силы остановиться. Замереть. Глубоко вдохнуть и выдохнуть.
- Успокоилась? – спросил страж совершенно спокойно.
Ноат медленно кивнула, с трудом разжимая пальцы и выпуская куртку мужчины. Закрыла глаза, восстанавливая дыхание.
- Это жестоко, - на грани шёпота выдавила она, смотря в пол.
- Это необходимо. Боязнь огня – одна из самых распространённых и естественных фобий. Бить по нему будут практически сразу. А у тебя это – болевая точка. Если бы атаку мы сейчас не прекратили, то ты могла сознание потерять или того хуже, - Хэлмираш смотрел на занесённую, не мигая и не жалея. – Возвращайся.
Этого слова от него Ноат явно не ожидала, потому что вскинула на него ошарашенные глаза:
- Куда? В тот огненный ад?! Ну уж дудки! – занесённая резко обошла мужчину, решительно направляясь к двери.
Хэлмираш не повернулся, но его голос зазвенел металлом:
- Занятие не окончено. Садись на место, - так он разговаривал только с теми магами, что выходили из-под контроля. Обычно следом за таким тоном шёл удар. Сначала мысленный, а потом и физический. Непослушания в работе Хэлмираш не признавал.
Ноат пусть и остановилась, но обратно не вернулась. Хэлмираш прикрыл глаза: он не хотел её ломать сейчас. Однако страж знал, что придётся надавить, если она не послушается.
- Я не хочу туда! – пусть её голос был негромким, но для Хэлмираша он звучал как крик. Крик о помощи.
Страж сделал над собой усилие и произнёс:
- Не усложняй мою работу. Что помешает Даамару нанять оракула?
- Ну, до этого же не нанял!
Нелепая отговорка, но мужчина уже слышал в голосе занесённой решимость. Она не отступит. И в подтверждении этого демонесса развернулась, резкими шагами вернулась к мадам Линаре, коротко бросая стражу:
- Иногда я тебя ненавижу.
И снова упала на тот же коврик, вперилась злым взглядом в глаза невозмутимой алларийки. Тренировка продолжилась.
- Продолжим, - как ни в чём не бывало проговорила Линара.
Ноат со вздохом закрыла глаза, в напряжении ожидая атаки. Хэлмираш вновь подключился к каналу, внимательно следя за тем, как занесённая находит свой выход из моря огня. Стоило отметить, что Линара была права, говоря, что для немага Ноат реагирует слишком уверенно и быстро. Но алларийка, видимо, за что-то зацепившись в реакции занесённой, вернула её в огонь, только на этот раз уже в более личной форме. Страж одобрительно кивнул: да, это было правильным поворотом. Ноат вновь застыла, погружаясь в насылаемое Линарой видение. Алларийка повернулась к стражу, покачала головой.
- Сейчас она не сможет. Дай ей отдохнуть, пусть подумает. Выстроит защиту, а завтра попробуем снова.
Хэлмираш кивнул, перехватывая канал. Линара одним лёгким движением поднялась с коврика и вышла из зала. Страж подошёл к дрожащей напряжённой демонессе. По тёмному лицу из-под опущенных век текли слёзы. Хэлмираш покачал головой, чувствуя себя последней мразью. Бить по самому больному – это подло и низко. Делать подобное с тем, чьё состояние тебе небезразлично, мерзко вдвойне. Хотелось самому себе голову оторвать, но это всё было необходимо. Ноат должна научиться защищать себя даже тогда, когда его не будет рядом. Мужчина выдохнул сквозь зубы и развеял луч атаки.
- Провал.
Ноат рухнула на коврик, свернулась калачиком, обнимая ноги, и продолжила плакать. Её тихие всхлипы делали лицо стража всё мрачнее. Когда занесённая нашла в себе силы поднять веки, блестящие от слёз фиолетовые глаза впились в Хэлмираша с отчаянной надеждой.
- Я не знаю, как от этого защититься, - сипло проговорила Ноат, как будто ожидая от стража подсказки.
Хэлмираш присел перед ней на корточки, рефлекторно стремясь быть ближе:
- Учись. Думай. Найди что-то для себя. И всё надо делать быстрее.
- А ты как справляешься? – Ноат приподнялась, вытирая мокрые щёки.
Лицо стража потемнело. И впервые за все годы, Хэлмираш ощутил, что говорить о своих способах выхода из атаки ему неприятно. Именно занесённой мужчина сообщать подробности не хотел. Почему? Этого он понять не мог. И всё-таки произнес, не желая лгать:
- Вспоминаю, как засыпал свой двор трупами демонов.
Но на лице Ноат не появилось ни отвращения, ни страха. Она как будто просто оценила сказанное и поняла, что ей такой способ защиты точно не подойдёт.