Глава 17

Ужин подали в наш гостевой дом около восьми часов вечера. К этому времени нас уже посетил кто-то из родовитых представителей халифата Ай-Бассид и позаботился о нашем самочувствии, продемонстрировав весьма продвинутые навыки целителя.

Меня немного подлатали, хотя об окончательном восстановлении речь, разумеется, не шла. Голова раскалывалась от ноющей боли, плечо жгло огнем и счесанное об каменный пол лицо неприятно пекло и все время чесалось.

Ну а Воронов, в отличие от меня, и вовсе отделался в этом приключении легким испугом, так что ему даже целитель не понадобился.

Грязную форму с нашего разрешения забрали, а вместо нее принесли несколько новых местных нарядов на выбор. Правда отличались они друг от друга только цветом, в остальном же, как по мне, были совершенно одинаковыми. Хотя, может быть, мне так показалось потому, что я не очень хорошо разбирался в восточной моде.

Мы с Вороновым сидели в большой гостиной и без всякого интереса смотрели на заставленный яствами стол. Разумеется к еде мы не притронулись. Какой здесь может быть аппетит? Каждый из нас был погружен в свои мысли и они явно были не самыми приятными. Так что, вместо еды мы пили густое и терпкое красное вино. Сейчас оно шло как-то получше еды, пусть даже самой вкусной.

Сразу после того как мы вышли из Портала, нас встретил халиф в сопровождении своей многочисленной свиты. Увидев мальчишку живым, местные прямо там устроили торжество, которое по размаху было похоже на большую свадьбу. Откуда-то сразу появились столы с угощениями и сладостями.

Нас же с Ильей посадили в машину и привезли сюда, в наш гостевой дом. Самое обидное в этой истории было то, что судьбой Федора даже никто не поинтересовался. Ни одного вопроса — где третий Мироходец? Такое ощущение, что его и вовсе с нами не было.

Тело Глотова мы забирать не стали, как того и требовала инструкция, лишь один только Жетон. Артефактов на нем не было, хотя на мой взгляд это было удивительно — все-таки парень дослужился до штурмовика 1-го класса, так что какие-то подарки ему в любом случае полагались.

Я поделился своими мыслями с Вороновым в машине, и он все расставил по своим местам. Оказалось, Федор из очень бедного рода, где он был единственной опорой и защитой, а все полученные артефакты от Департамента, он продавал. Странное решение, как на мой взгляд, но я не знаю какие там у него обстоятельства, может быть и не было у Глотова другого выхода.

Все, что мы нашли в Портале, оставили себе. Никаких распоряжений на этот счет у нас не было, поэтому все добытое было у Воронова. Кстати, трофеев было немного. Теперь, кроме выпавшего с мантикоры эфириума, у нас был еще хронос, который Илья забрал с уничтоженного Сердца и крошечный хлоростратум. Последний упал с короля-скелетов.

Правда у меня еще валялась в Рюкзаке корона, но не думаю, что это какая-то ценная хреновина. Она даже не подсвечивалась как артефакт. В любом случае, после того, как выручу за нее какие-то деньги — передам семье Глотова. Не знаю сколько их будет, но хоть что-то. Учитывая то, что я услышал — его семье не помешают любые деньги.

— Сидим здесь, как крысы в бочке, — нарушил повисшую в комнате тишину Воронов. — Даже охрану возле дома поставили, видел?

В ответ я кивнул. Разумеется, я их видел — дом по периметру окружило с десяток военных, а возле входной двери их вообще толпилось целых пятеро. Такое ощущение, что Захран вдруг решил будто мы можем сбежать. С чего бы нам это делать?

— Ну а что ты хочешь, целители халифа сейчас, наверное, каждый сантиметр на теле Сагадата осматривают, вдруг найдут какие-нибудь повреждения? — сказал я и откинулся на спинку дивана.

Зараза, что же так голова-то сильно болит, а? Интересно, чем мне вообще по черепу зарядили? И плечо это еще...

— Кстати, зря ты пацану перед выходом из Портала подзатыльник вкатил, — сказал Воронов, хлебнул немного вина и улыбнулся. — Нам теперь его папаша устроит немного неприятностей.

— Не переживай, не устроит. Я сказал этому засранцу, что если он свой вонючий рот раскроет, то вся его родня будет знать, что он обоссался и свалился в обморок при виде скелета. Да и не только его родня, а вообще весь цивилизованный мир.

— Он же вроде как не обсыкался?

— Вот пусть потом и попробует это доказать — не думаю, что у него получится. Целитель хренов!

— Чего ты на него так взъелся? Обычный испорченный мальчишка, — пожал плечами Илья. — Ты что, таких мало видел?

— Если бы он в обморок не упал, может быть и Федор смог бы выжить. Он же целитель или как?

— Вот это вряд ли, — нахмурился Воронов. — Ты сам видел, что с ним произошло... Так что не выжил бы, даже если мальчишка просто Бог в своем деле.

Мы снова замолчали и молча пили вино. Ну а что еще обсуждать? Нахваливать подвиги друг друга? И так понятно, что если не считать смерти Глотова, то хорошо все вышло. Самое главное, что с заданием справились... Вот бы еще и всем троим домой вернуться, было бы вообще замечательно. Но тут уж ничего не поделаешь...

Когда к концу подходил третий кувшин, я почувствовал, что изрядно захмелел. Вино не было особенно крепким, но сказывалась усталость. Интересно, долго нам еще ждать, пока халиф со своим сынком наговорится? Или, может быть, он вообще к нам не собирается заходить, так это тогда вообще как-то не очень будет выглядеть... Да нет, должен зайти.

Ответом на мои сомнения стал шум возле входа в дом, а вскоре хлопнула входная дверь и в комнату вошел халиф, в сопровождении нескольких военных. Это по наши души или как?

— Оставьте нас одних, — сказал Захран и легким взмахом руки дал понять охране, что они могут отправляться наружу.

Он не торопясь подошел к столу, наполнил один из стоявших на столе металлических кубков вином, и тяжело вздохнув устроился в кресле. Халиф сделал несколько глотков, причмокнул, поднял кубок вверх и медленно покрутил его в руке, осматривая с разных сторон. Такое ощущение, что Захран видел его впервые. Хотя на самом деле он, конечно же, держал театральную паузу и хотел заставить нас нервничать. Наверное, этот малолетний засранец, все-таки сказал ему нечто такое, что ему не очень понравилось.

— Вы зря не ужинали, — сказал он, когда пауза тало уж совсем неприличной. — Мои повара старались специально для вас.

— Аппетита нет, — ответил ему Воронов. — Мы уж лучше сегодня вечер в компании нескольких кувшинов вина проведем, оно у вас тоже очень хорошее.

— Ну да, я понимаю... Мой мальчик сказал мне, что ваш товарищ погиб и остался в том проклятом месте навсегда, — халиф еле заметно кивнул. — Так что, примите мои соболезнования. Надеюсь, он пал в бою, как достойный воин.

— Все было именно так — он и в самом деле настоящий воин, — согласился Илья. — Мы передадим ваши соболезнования его семье.

— Да уж, сделайте это обязательно. Само собой, я еще выражу его родным и финансовую благодарность, но этот вопрос я уже обсужу с моим добрым другом Николаем.

Интересно, какие еще вопросы, касающиеся этой поездки ты еще обсудишь с нашим Императором? Если честно, меня так и подмывало об этом спросить.

— Сагадат рассказал мне о вашем походе, и я рад, что он был вам полезен. Как его отец, я очень переживал, что он может не справиться и подвести вас, — халиф посмотрел на нас и гордо поднял подбородок. — Не забывайте, мальчику всего четырнадцать... Вы опытные воины, поэтому я хотел бы услышать от вас — каков он в бою?

Мы с Ильей переглянулись и я, чтобы чего не сболтнуть от злости, решил занять себя вином. Думаю, для общего блага, это будет более разумно. Пусть призрак говорит, он же все-таки старший на этом задании.

— Сагадат проявил себя как настоящий воин! — сказал Воронов. — Он сражался как лев! Даже не знаю, что бы мы без него делали.

После этих слов я даже вином поперхнулся и закашлялся. Да, Илья большой профессионал в сладких речах — я бы так не смог!

— Приятно это слышать, — кивнул халиф и благодушно улыбнулся. — Сын сказал, что он сразил полдюжины мантикор? Это так?

— Угу, — кивнул Воронов. — Не помню сколько точно, но определенно не меньше пяти. Последняя в страхе бежала с поля боя, а так бы он и ее прикончил. Мы его еле остановили, когда он погнался за ней в горячке боя!

— Это ему свойственно, — млел от удовольствия Захран. — Зачем же вы удержали его?

— Ну как же, — удивленно округлил глаза Илья. — Он мог подвергнуть себя неоправданному риску и погрязнуть в ядовитом болоте.

— Да? — халиф нахмурился. — Он мне не рассказывал, что было какое-то ядовитое болото.

— Видимо не хотел доставить вам лишних волнений, халиф, — убежденно сказал Воронов. — Ваш сын очень отчаянный парень и станет достойным наследником.

— Все может быть — у меня растет очень заботливый сын, — не стал спорить Захран. — В остальном вы подтвердили его слова, так что теперь я спокоен за него. Он вырос не только храбрым воином, но еще и скромным... Как оказалось, он даже преуменьшил свои заслуги, а это говорит о многом.

В этот момент меня начало немного подташнивать. Хорошо, что у меня в руке был спасительный кубок, так что я вновь занялся вином.

— Что же, — погладил себя по ляжкам халиф. — В таком случае, мне остается только выразить вам свою благодарность за оказанную помощь халифату Ай-Бассид. Ваши старания будут вознаграждены должным образом. Мы обсудим этот вопрос с моим добрым другом Николаем — думаю, вы останетесь довольны.

— Благодарю вас, халиф, — кивнул Илья. — Ваша щедрость не знает границ.

— Когда вы намерены лететь назад?

— Хотелось бы завтра.

— Завтра? Почему так быстро? — Захран выглядел немного разочарованным словами Воронова. — На завтрашний день у нас намечены особые торжества в честь блистательной победы моего сына, и я надеялся, что вы примете в них самое активное участие.

Вот это было бы уже слишком, иначе меня и в самом деле стошнит в самый неподходящий момент прямо на расфуфыренного юного сокола.

— К сожалению, дома нас ждут срочные дела, — сказал я, опасаясь как бы вдруг Илья ради соблюдения приличий не захотел задержаться здесь на денек-другой. — Сами понимаете, служба не терпит.

— Как жаль, — мне показалось, что халиф и в самом деле расстроился. Видимо он надеялся, что завтра при удобном случае мы опять поведаем о героических свершениях его сына. — Ну если так... В таком случае, я распоряжусь, чтобы вы летели домой с должным комфортом, на моем личном самолете.

— Халиф, мы бы не хотели вас затруднять..., — пробормотал Воронов.

— Какая ерунда, — отмахнулся Захран, допил вино и встал с кресла. — Отдыхайте сколько угодно, ну а завтра утром дайте мне знать, к какому времени подготовить вылет. Еще раз — спасибо.

После этих слов халиф поставил кубок на стол и оставил нас одних. Ну как одних — у нас еще оставалась пара полных кувшинов вина. Для этого вечера компания что надо.

— Вот видишь, я же тебе говорил, что этот ссыкун не захочет, чтобы все узнали о его «подвигах», — сказал я Илье и потянулся за кувшином с вином.

* * *

Обратно в Саратов мы вернулись около восьми часов вечера. Спешить нам особо было некуда, так что утром мы как следует выспались, позавтракали и лишь после этого сообщили Захрану о своем намерении покинуть его гостеприимный дом.

Халиф не только предоставил нам личный самолет, но даже явился в компании своего дитяти пожелать нам доброго пути. Не могу сказать, что это доставило нам особое удовольствие, но тем не менее. Кстати сказать, хронос у нас забрали. Захран пожелал оставить его на память, как символ первой великой победы Сагадата. Хотя, лично мне было бы приятнее сдать его в Департамент — юный наследник халифа явно не заслужил этот трофей.

В аэропорту мы с Вороновым попрощались, я сел в такси и включил телефон — может быть, что-нибудь интересное накопилось? Как оказалось, интересного и в самом деле было предостаточно.

Судя по свалившимся сообщениям, до меня безуспешно пытались дозвониться практически все, кого я знал в Саратове. Мне звонила Салтыкова, потом Владыкин, за ним Гуляев, Бобров, Таганцева и даже Бьянке я зачем-то понадобился, хотя вроде бы ясно сказал, что сам ее наберу, когда окажусь в городе.

Спешить мне было особо некуда, так что я решил набрать всех поочередно. В итоге, к тому моменту, когда я подкатил к дому, картина получилась следующая:

Меня очень хотел видеть Владыкин, чтобы вернуть машину и поговорить, так что я договорился с ним встретиться завтра в обед.

Что-то срочно понадобилось от меня Салтыковой, поэтому она вновь хотела попасть ко мне в гости. Почему бы и нет, собственно говоря? Эту встречу мы запланировали на завтрашний вечер. Чего тянуть, если срочно нужно?

Вот с Бобровым мы окончательно не определились, так что решили созвониться завтра. Днем не получалось у него, вечером — у меня... В общем, завтра решим.

Софья, по ее словам, истосковалась до неприличия... Сегодня точно с меня любовник так себе, а вот завтра, после встречи с Салтыковой почему бы не съездить к Таганцевой в гости для разнообразия?

Гуляев? Нет, с этим парнем завтра поговорим. Еще затащит меня сейчас в жандармерию с какими-то глупостями.

Ну и осталась Бьянка, которая попала в больницу с переломом ноги. Она пыталась мне объяснить, как это произошло, но я ровным счетом ничего не понял. Вроде бы не она в этом виновата, а кто-то другой. Она долго что-то лопотала про какого-то синьора... В общем, непонятно.

Ладно, потом расскажет. Нужно будет ей чего-нибудь вкусненького в больницу закинуть, чтобы побыстрее поправлялась, а то я уже как-то привык к ее стряпне. Мысль о том, что какое-то время опять придется заказывать все в ресторане, привела меня в уныние.

Расплатившись с таксистом, я вошел во двор собственного дома и в этот момент увидел Тосика, который ломился ко мне через кусты. Не понял. Я присел, подождал пока он подбежит поближе и взял плюшевого на руки.

— Барон Димир, карамба! Дом карамба, барон Димир! Бабай карамба!

Я смотрел на возбужденного зверька и не мог понять, что происходит? Он явно что-то хотел мне сказать, но вот только понять бы, что именно?

— Успокойся, плюшевый, — сказал я и погладил его, пытаясь немного успокоить. — Ты что, так сильно соскучился?

Его шерстка показалась мне не такой мягкой как обычно. В некоторых местах она была слишком жесткой. Такое ощущение, что... Твою мать, да он весь в крови! Она просто засохла и теперь шерсть торчала в разные стороны, острыми и жесткими иглами. Какого хрена здесь происходит?

Я поставил его на траву и вытащил из Рюкзака меч. Рассвет мгновенно вспыхнул ярким белым светом. Хорошие дела!

Теперь до меня начал доходить некоторый смысл действий моего верного зверя. В его бессвязной попытке что-то до меня донести, часто фигурировало слово — дом. Значит в доме кто-то и есть? Да вот это непонятное «бабай»... Впервые вообще такое от него слышу.

Я сбросил Рюкзак на землю, затем достал из него мои артефакты и пояс с препаратами. Приготовившись к бою, я почувствовал себя намного увереннее. Вот теперь будем выяснять, что это так напугало моего Тосика, да еще и ранило при этом.

Дверь оказалась закрыта. Интересно. Если в доме кто-то есть, то каким образом он туда попал? Я открыл дверь, прислушался — абсолютная тишина. Странно. Я включил свет, проверил кухню, затем спальню, зашел в зал и в этот момент раздался оглушительный хлопок.

Моя комната наполнилась дымом, который смутно напоминал человеческую фигуру. Всего мгновение потребовалось, чтобы дым стал более плотным и вскоре передо мной стоял человек, вместо лица у которого был клубок копошащихся жирных белых червей. В руке он сжимал меч, который горел ярким зеленым пламенем. Ни хрена себе! Теперь меня интересовало всего два вопроса: что это за тварь и какого черта она делает в моем доме?

Мы ударили друг друга одновременно. Наши мечи встретились и в разные стороны полетели бело-зеленые искры. Я провел стремительную атакующую серию из нескольких ударов, но каждый раз этот урод с червями вместо рожи, успевал за мной. Учитывая то, что на мне сейчас было надето Кольцо скорости, он был не самым медленным парнем.

Он попытался нанести мне несколько ответных ударов, но я тоже не вчера родился, так что по скорости мы с ним оказались примерно равны. Вот только левой рукой я действовал не так умело, как правой. Нельзя надолго затягивать эту историю — если кто-то из нас и выдохнется первым, то это буду я.

Прыжок. Я телепортировался ему в тыл и рубанул по спине мечом. Рассвет врезался во что-то твердое. Неужели на этой сволочи доспех? Из-за этих клубов дыма ни черта не видно!

Радовало одно — даже если на нем и был доспех, то я таки его достал, потому что тварь заорала и развернулась ко мне. Рев не прекращался. С его лица на пол падали черви, я размахнулся и в этот момент что-то ударило мне в грудь.

От сильного удара я врезался спиной в окно и вместе с ним вывалился наружу. В спину вонзилось что-то острое. Стараясь действовать как можно быстрее, я достал из пояса ярко-розовую бомбу и швырнул ее в оконный проем. Раздался громкий взрыв, а затем оглушительный вопль заглушил все звуки вокруг. Послышался звон разбитых стекол — это вылетели окна в соседних комнатах.

С трудом поднявшись на четвереньки, я встал, вытащил еще одну бомбу и бросил ее вслед за первой. Второй взрыв показался мне даже громче первого и в этот раз никаких воплей, лишь что-то липкое вылетело из окна и ляпнуло мне на одежду. Я посмотрел что это за гадость и увидел небольшой ком из червей. Я стряхнул его на землю и растоптал ногой. В воздухе запахло гноем.

Убедившись, что черви больше не движутся, я подошел к окну, отодвинул неуместную штору и заглянул внутрь. Разумеется, все было разнесено к чертями, а со стен и потолка стекали внутренности этой твари.

Я смотрел на этот бардак и думал, кого мне лучше всего сейчас вызывать? Жандармов или кого-то из своих? В этот момент где-то вдалеке послышался звук сирены. Интересно, это ко мне? Неужели кто-то из соседей решил избавить меня от мук выбора и предпочел вызвать жандармов?

Тем временем звук сирены становился все громче. Да, похоже так оно и было. Чувствую, теперь Гуляев с меня точно не слезет.