Глава 13

Если бы предшествующую ночь я не провел в спальне Кати, «свободные» танцы местных аристократок свели бы меня с ума. Хотя, строго говоря, ничего особо развратного в их движениях не было. Да и платья девушки носили согласно местной моде очень закрытые. В общем, до синекожих нимф ниариек им, как землянам до Марса с нынешними технологиями.

И все же эти плавные движения спортивных тел, размахивания длинными подолами платьев и выразительные взгляды… Малый Аскольд хотел бы выйти на разведку, особенно когда Алиса кружилась поблизости и с вызовом смотрела мне в глаза…

Но обошлось. Что забавно, близких контактов при этом почти не случалось, разве что несколько раз девушки как бы невзначай касались моих рук, да пару раз Алиса легко толкнула меня в плечо. Эх… никаких тебе обжиманий, закидываний ног на партнера или уж тем более любимого движения ниариек – «стыковка дрыгающейся синей задницы с боевым роботом».

Хотя оно и к лучшему. Княжны показали, что могут плясать зажигательные танцы, сохраняя аристократический шарм и целомудренную недоступность. Их что, и современным танцам учат специально?

Но одна аристократка все-таки прошла по самой грани раскованности. И нет, это была не Алиса, которая по характеру всегда ведет себя более раскованно, нежели другие княжны, а сегодня еще и вино пила.

Это оказалась Инна. Влад, двигающийся рядом с ней, явно испытывал максимально противоречивые чувства. С одной стороны, он был очевидно счастлив, что рыжая бестия одаривает его своим вниманием и женским теплом. С другой же, отчаянно сожалел, понимая, что боезапас боевого робота с Инной он не расстреляет. Уж точно не сегодня.

В очередной раз приблизившись ко мне, Алиса с жаром прошептала:

– Засчитаем это как совместный танец. А остальное наверстаем на тренировках.

Пританцовывая, она подошла к граммофонщику, и спустя семь секунд ритмичная музыка сменилась душевной песней.

– Вернемся к столу и подведем итоги, – улыбаясь, громко проговорила Оболенская-старшая.

Перед торжественным оглашением имени победителя нужно было наполнить бокалы и чашки. И в этот раз я успел налить самостоятельной Софье чай, после чего посмотрел на нее. Она едва заметно усмехнулась и кивнула.

Спортивный интерес удовлетворен.

– Ну что ж, Аскольд, твое слово, – покачивая вино в бокале, обратилась ко мне Алиса.

Я поднялся во весь рост и обвел всех теплым взглядом.

– Во-первых, хочу еще раз поблагодарить вас за то, что подарили мне сегодняшний праздник. Я рад, что мы смогли собраться такой дружной компанией. Спасибо. – Я поклонился обоим столам. – Ну а во-вторых, раз уж мне выпала честь судить танцевальный конкурс… – При этих словах я хитро улыбнулся. Девушки замерли в ожидании вердикта. За нашим столом не было тех, кто готов принять поражение, княжны жаждут только победы. – Вы все прекрасно танцевали. Восхитительно! Бесподобно! Но победитель может быть только один… И победу я присуждаю, – резко повернувшись, я указал вытянутой рукой на улыбающегося парня, к плечу которого мило привалилась Инна и который явно не жаждал победы, – Владу Белякову!

Между прочим, в условиях не говорилось, что в танцевальном сражении участвуют только четыре княжны. Мог бы и себе победу присудить, но я ж скромный иногда бываю.

На миг в зале воцарилась полная тишина. Даже музыка смолкла. И в этой тишине, точно гром средь ясного неба, зазвучали размеренные хлопки.

– Браво, – хлопая в ладоши, проговорила Софья. – Достойное решение.

– Прирожденный политик, – хмыкнула Юля.

– Влад, ты заслужил это, – усмехнулась Алиса. – Аскольд выбрал тебя, подари ему незабываемый день!

– Но и сам не забывай, что этот день закончится и придется вернуться в реальность, милый, – пропела Инна, а затем неожиданно для всех нас звучно чмокнула Белякова в щеку.

– За Влада! За победителя! – громко зааплодировала Алиса.

А после «танцевального конкурса» наша вечеринка стала клониться к завершению. Возможно, мы истратили все время, на которое великая княгиня Тверская отпустила своих дочерей, а может быть, Алису беспокоили Влад и Инна. Эти двое все чаще прикасались друг к другу, и с каждым разом их прикосновения становились все более жаркими. Княжны смотрели на парочку с плохо скрываемой завистью и тоской.

В один момент Алиса подошла к служанке – Зое, и что-то ей довольно эмоционально объясняла, косясь при этом на Инну. Полагаю, что-то вроде того, что не стоит в своем отчете великой княгине акцентировать внимание на поведении вассалки, ничего серьезного не произошло.

Оплатить счет за банкет вызвалась Алиса и, глядя Юле в глаза, сказала, что возражений не потерпит. Та великодушно кивнула. Уверен, она уже решила устроить как-нибудь ответную вечеринку.

Когда мы собирались, девушки шмыгнули в уборную попудрить носики, так что нам пришлось ждать своей очереди, чтобы попудрить свои суровые мужские носы. Потом девицам захотелось на свежий воздух, и они сказали, что подождут нас на улице.

Спокойно сделав все свои дела, мы покинули Красный зал.

– Здорово посидели, – заявил Влад, когда мы в сопровождении двух девушек-администраторов направлялись к выходу из ресторана.

– Согласен, – кивнул Вася.

– Ну да, вам-то лавировать не приходилось, – усмехнулся я. – А ты, разбойник, – поглядел я на Белякова, – и вовсе преуспел. И ты тоже, топ-один лицеист.

– А я что? – смутился Вася. – Мы только танцевали… Ну да, немного за ручки подержались.

– И плечиками потерлись, – хохотнул Беляков, смутив Антохина еще сильнее. После этого Влад резко повернулся ко мне и заявил: – А от тебя после танца с Царицей лицея вообще никакие претензии не принимаются.

– Завидуешь?

– А то! Это же моя мечта!

– Мелковата мечта, – усмехнулся я.

– Она прекрасна и бесподобна! – начал распаляться Влад.

– Не увлекайся, а то Инне расскажу. Сейчас она в таком состоянии, что может и оторвать тебе что-нибудь. Или откусить… Нос, например.

– Грязно играете, Аскольд Игоревич, – проворчал в ответ Беляков.

Мы попрощались с милыми администраторшами и вышли на крыльцо ресторана. Осенняя свежесть тут же накрыла нас с головой. Приятный ветерок, прохлада… Стоп, чего-то явно не хватает.

– А где наши дамы? – задал я закономерный вопрос, оглядываясь по сторонам.

И ответом мне послужил самоуверенный мужской голос, прозвучавший в отдалении и эхом отразившийся от зеркальных стен небоскреба:

– Приятно со всеми вами познакомиться. А теперь, Софья Антоновна, позвольте поинтересоваться… какого лешего вы не смогли выйти на второй этап турнира? Я год тренировался, чтобы расквитаться с вами за прошлый финал, и ради чего? Ради того, чтобы узнать, что вы проиграли какому-то простолюдину? После этого еще и с подругами празднуете здесь как ни в чем не бывало! Здесь, где мы отмечаем мою победу! Уму непостижимо!

Речь прозвучала весьма эмоционально. И, вероятно, выпитый во время празднования алкоголь лишь распалял чувства говорившего.

– Не лезь, – велел я Владу. На пути вниз мы уже преодолели почти половину ступенек высокого крыльца. Справа от лестницы увидели две компании. Наших дам и разнополую хорошо нарядную толпу молодежи. Всего, с учетом слуг и служанок, там стояло человек двадцать пять. И с разных сторон к месту громких разговоров спешно направлялись мужчины и женщины в строгих костюмах. Явно охрана молодых аристократов (в том числе и «наших» девочек).

А за нашими спинами уже охрана «Башни Демидовых» в рации запрашивала подкрепление.

– При всем уважении, Юрий Иванович, мое поражение к вам никакого отношения не имеет, – ровным тоном ответила Софья.

– Да как же не имеет?! С кем мне теперь сражаться в финале этапа?! – в сердцах крикнул черноволосый невысокий парень.

– Положим, со мной, – глядя на него с высоты нескольких ступеней, уверенно произнес я.

Подняв на меня глаза, он прищурился, ловя фокус.

– С кем имею честь? – бросил он.

– С тем, кто будет представлять «Алую Мудрость» на…

– Простолюдин?! – взревел парень. – Как смеешь ты разговаривать с княжичем свысока?

Перепрыгнув через перила лестницы, я пустил под ноги альтеру, чтобы смягчить приземление.

Я оказался возле Софьи, как раз перед княжичем и, выпрямившись, произнес:

– Прошу прощения, ваше сиятельство, – отвесил поклон и уставился в его черные глаза сверху вниз, – Сидоров Аскольд Игоревич к вашим услугам. Как я уже сказал, я удостоен чести представлять «Алую Мудрость» на всеимперском турнире. Если жребий будет к нам благосклонен, мы имеем все шансы встретиться в финале.

– Сначала дойди до него, – буркнул княжич, не отводя глаз.

– О, я дойду. Будьте уверены, – парировал я. Никто из присутствующих не посмел встревать в наш диалог. – И с радостью сражусь с вами, чтобы пройти дальше.

– Простолюдину вроде тебя никогда не одолеть меня! – гневно воскликнул княжич.

– А если одолею? – спокойно спросил я.

– Хех, если одолеешь, пришлю тебе корзинку арбузов, – хмыкнул он.

– Идет. Я люблю арбузы. – Я кивнул.

– Но если выиграю я, тогда… тогда… – Он резко повернулся к Троекуровой: – Тогда я отомщу за ваше поражение, Софья Антоновна. И в таком случае будете ли вы столь благосклонны, чтобы подарить мне свидание?

Не скрывая любопытства, я повернул голову. Софья смотрела на княжича холодно, как на червя. И так же холодно она хмыкнула:

– Идет. Если вдруг сможете в честном поединке победить Аскольда Игоревича.

– Ух, я аж воспылал! – сжал кулаки княжич и ожег меня дерзким взглядом. – Никому не проиграй до битвы со мной.

Я не успел ответить, так как слева вновь прозвучал холодный голос Троекуровой:

– Но в противном случае не забудьте про корзинку с арбузами. Слово княжича дано и возврату не подлежит.

На этот раз ответить не успел Юрий. Возле нашей группы уже собралась еще одна, численностью даже больше нашей. Среди прибывших выделялись люди в фуражках – Слуги Демидовых и охранники их башни.

– Дамы и господа! – привлек к себе всеобщее внимание один из них. – Прошу прощения, но вы находитесь на частных землях рода Демидовых и любые конфликты здесь запрещены.

– Да нет никаких конфликтов, – махнул ему рукой княжич. – Так, дружественный спор. Дамы, честь имею, – поклонился он нашим княжнам. – Идемте, ребята, – сказал затем своим друзьям.

Княжич бросил напоследок в мою сторону тяжелый взгляд и больше не оборачивался.

– Прошу прощения, Аскольд Игоревич, что из-за меня был испорчен ваш вечер, – проговорила Софья и поклонилась.

– Не стоит, Софья Антоновна, – усмехнулся я. – Благодаря вам я разжился в перспективе целой корзинкой арбузов. Надеюсь, корзинка будет большая. И, конечно, я поделюсь со всеми вами.

Друзья заулыбались. Причем в глазах княжон отчетливо читалась гордость. А вот Маша, напротив, явно была напугана произошедшим и цепко вцепилась в Васю. К Владу же прижималась Инна, происходящее ей нравилось.

Молодцы парни, вовремя подоспели…

– Кстати, а кто это был хоть? – вспомнил я.

– Наследник князя Астраханского – Юрий Иванович Урусов. Прошлогодний финалист второго этапа всеимперского турнира, третьекурсник лицея «Цветок папоротника», – по-военному четко отрапортовала Троекурова.

– А-а-а, тот, о котором вы недавно говорили, – хмыкнул я. – Легок на помине.

На вечеринку в «Демидовских яствах» Софья прибыла в компании сестер Оболенских и Инны – девушки ехали в салоне удлиненного седана, болтая о всякой чепухе по дороге. Тем же составом они отправились и обратно. Мастер, а по совместительству телохранитель Софьи – Николай Иванович, ехал в машине сопровождения вместе с двумя охранниками Оболенских. Когда машины остановились возле общежития «Алой Мудрости», он пожелал госпоже спокойной ночи и отправился в свою комнату в крыле для учителей.

Софью же в ее номере ждала служанка. В отличие от той же Лики – служанки великой княжны Казанской, Нина, встречавшая Софью, не была ее личной служанкой и не жила с ней. В свое время Троекурова отказалась брать с собой в общежитие служанку из Выборга. Софье не хотелось отрывать девушку от семьи и запирать на три года в клетке. А еще Софья просто любила проводить время в одиночестве.

Вот и сейчас служанка Нина встретила госпожу, помогла ей раздеться и подготовила ванну. А после этого Софья отпустила ее домой – в московскую усадьбу. Нина с ее матерью посменно приезжали в общежитие, чтобы по мелочи помогать госпоже.

Оставшись одна в номере и лежа в ванне, наполненной горячей водой с пеной, Софья, закинув красивую ножку на борт ванны, задумчиво глядела в потолок.

Она была счастлива. От хандры не осталось и следа. Спасибо Лисе за то, что вытащила из четырех стен. Спасибо ребятам за хорошее настроение. И конечно же спасибо Аскольду.

За его слова, за танец и…

За то, что выступил против княжича Астраханского.

Конечно, Софья и сама поставила бы на место этого парня. Но, к счастью, не успела. Ведь если бы успела – не смогла бы лицезреть великолепие Аскольда.

Его мощь.

Не зримую, но ощутимую. Когда Аскольд говорил с княжичем ровным тоном, казалось, еще немного – и вокруг него начнет искриться воздух. Вряд ли слова обычного простолюдина смогли бы достучаться до мозга подвыпившего княжича.

Но слова Аскольда смогли.

А эти ощущения… прямо как в прошлый раз, когда Софья сошлась с Аскольдом на арене. Когда тот улыбался, наслаждаясь битвой, а его незримая подавляющая мощь растекалась будто безбрежный океан.

Софья чувствовала ее… сейчас уже второй раз…

Софье хотелось с головой окунуться в эту силу… Эта сила не подчинила ее, но завораживала и манила.

Сила, превосходящая даже ее собственную. Дух Владык, как говорят в былинах.

Наследие богов.

– Не верится, что вы на самом деле простолюдин, Аскольд Игоревич, – промурчала Троекурова, все так же разглядывая потолок. – Не верится, что на самом деле «идеальный вариант».