Глава 14

Хорошенько выспавшись и как следует отдохнув, в воскресенье к обеду я осознал, что мой контроль энергий вернулся в норму. Если бы часть живы по умолчанию не уходила в регенерацию сломанной руки (вместе с альтерой), то я вообще чувствовал бы себя отлично.

Но и того, что есть, достаточно, чтобы возобновить тренировки и начать заниматься с кольцом.

От Кати я узнал, что мой чемпионский подарок – это ценный и относительно редкий артефакт. Не в каждом аристократическом роду есть подобные кольца (дворянин Влад, например, жаловался, что у них ничего похожего нет). Но при этом чуть ли не во всех боярских родах «Кольца усиления» (более слабая версия) или «Кольца концентрации» хотя бы по одному, но имеются.

Вероятно, Оболенские рассчитывали, что победит Софья, и кольцо достанется младшей княжне, но, увы.

Опять же через Катю на период ремонта зданий (не только административного, но и частично соседнего с ним производственного) мы арендовали пустующую базу недалеко от «Белки». Морозова предлагала тренироваться на их полигоне, но мне было жаль тратить каждый день пару часов времени на дорогу туда-обратно.

Когда мы с Вадимом приехали на арендованную базу, мои братья уже вовсю тренировались. Глядя, как они спаррингуются с Виктором и Тамиром, я испытал прилив гордости. Молодцы, с таким настроем далеко пойдут.

– Ну, господин, легкий спарринг? – после разминки спросил Наставник.

– Тяжелый ты не потянешь, – хмыкнул я, намекая на недавнее ранение Вадима.

– Так и вам нужно руку поберечь, – парировал он.

Посмотрев внимательно на кольцо, которое я надел на средний палец, я плавно выдохнул и активировал живу. Энергии внутри тела стало несколько больше, чем обычно, я представил, как она покрывает мои руки до плеч, обращаясь золотыми молниями.

Стихийные «нарукавники» появились в мгновение ока, стоило о них подумать. Запуск этой техники, которую я едва-едва освоил во время боя с Софьей, дался мне на удивление легко.

Я представил, как молнии покрывают мой торс, пустил живу и…

Хм, тут было сложнее, элемент стихийного доспеха появился неохотно, будто бы с ленцой. Но эффект есть! Ну-ка, дальше…

Покрыть ноги молниями мне удалось лишь на четверть – только правую от пояса до колена. Дальше не шло. Чем большую площадь тела покрывал стихийный доспех, тем сложнее было его контролировать – напряжение отдавало по всему телу, а в центре контроля телом – в мозгу, нарастал зуд.

– Ладно, смахнемся! – скомандовал я, срываясь с места.

Я двигался быстрее, чем если бы использовал только покров, однако ощущения стали еще более странными. Будто моя левая нога отстает.

Мы сошлись в рукопашке. И первое время я даже проигрывал – слишком много внимания уходило на контроль. Мое тело не было готово к увеличенному объему живы, и только то, что я в принципе очень хорош в контроле из-за тренировок на родине, позволило мне сейчас сражаться.

Иными словами, вряд ли кто-то из местных низкоранговых бойцов смог бы использовать кольцо на протяжении всего боя, а не урывками. Стало быть, и использовать кольцо для тренировок у меня выходит гораздо продуктивнее, чем у местных. Отрадная мысль.

Спарринг я не проиграл. Просто в один момент увеличил объем альтеры в облаке и вынудил Вадима сдаться.

– Отлично, господин, – ошарашенно проговорил Наставник, а затем ворчливо добавил: – И это я говорю не про финальную часть поединка.

– Да уж, уважили Оболенские с подарком. Ну что, потянешь мне энергоканалы?

– С кольцом? – неуверенно спросил он.

– Ну а чего бы нет? – хмыкнул я. – Из-за кольца они переполнены. Думаю, если тянуть их в таком состоянии, можно вполне ускорить рост.

– Это… может быть опасно, господин.

– Вся наша жизнь – череда опасностей, – махнул я рукой. – Идем, я полностью тебе доверяю.

– Ваши слова – честь для меня, господин.

Вадим раньше с кольцами дела не имел, разве что в его школьные времена на артефакторике им демонстрировали простенькое «Кольцо усиления». Так что его опасения были вполне обоснованны.

После тренировок с Наставником я приступил к физическим тренировкам. Чтобы было веселее, позвал братьев и провел для них несколько комплексов. Хоть парни уже и устали, но с упорством пытались выполнить все мои задания.

А вот Вадим после моих тренировок повез кольцо Архуну. Тот тоже вовсю практикуется с артефактом и живой в своем арендованном доме.

На следующий день я отправился в школу. И должен сказать, интереса к моей персоне у лицеистов снова прибавилось. Все чаще я замечал, что меня фотографируют, все чаще видел парней с выбритыми висками, как у меня. Форкхово дерьмо, из-за боя с огненным Мастером я все-таки основал новую молодежную моду?

Многие подходили ко мне, чтобы поздравить с чемпионством. Как минимум половину из этих людей я знал по имени: того же боярина Хмельницкого или Смирнову Зину – девушку, которая прилюдно приглашала меня на осенний школьный бал. Остальные подходившие представлялись сами.

После второго урока меня пригласили к первому заместителю директора «Алой Мудрости», чему я был несказанно рад. Давненько мы с Шапочкиной не играли в нашу увлекательную игру.

– Ирина Александровна, доброе утро, – с улыбкой проговорил я и, прикрыв за собой дверь ее кабинета, добавил: – Вы сегодня обворожительны, точно распустившаяся роза в императорском саду.

– Не думаю, что ты бывал в императорском саду, но спасибо, – сдержав улыбку, ответила Шапочкина. – Здравствуй, Аскольд. Вижу, приглашать тебя присесть, как обычно, не нужно.

Ну да, я уже прошел к столу и уселся на ближайший к замдиректора стул.

– Как ваши дела? – завел я непринужденную беседу.

– Спасибо, хорошо, – спокойно ответила она. – Разве что наш чемпион после финального боя остался со сломанной рукой. Очень хочется верить, что за две недели он полностью восстановится.

– По этому поводу можете не беспокоиться, – улыбнулся я. – Он почти восстановился.

– Он не перестает удивлять, – ответила мне полуулыбкой Ирина Александровна. А затем посерьезнела. – Аскольд, ты ведь понимаешь, что теперь сражаешься на турнире не только за себя?

– В первую очередь – только за себя, – ровным тоном проговорил я. Шапочкина замерла и слегка нахмурилась. – Но то, что мои победы – это победы «Алой Мудрости» тоже, в учсовете уже сказали. Что ж, не жалко, пользуйтесь.

Она тяжело вздохнула и покачала головой.

– Откуда в обычном простолюдине столько наглости? – задала она вопрос и сама же на него ответила: – Видимо, оттуда же, откуда и столько силы. И все же… Вынуждена тебя попросить: можешь не выпирать свою единоличную натуру так откровенно во время встреч с представителями других школ или аристократией? Я не прошу тебя посвящать победы «Алой Мудрости», – усмехнулась она. – Просто… можешь вести себя как наш чемпион, а не так, будто ты сам по себе?

– А что мне за это будет? – быстро спросил я и загадочно улыбнулся.

На самом деле я прекрасно понимаю, что сейчас «Алая Мудрость» – это своего рода моя база. И, разумеется, открещиваться от лицея публично я не собираюсь. То, что можно говорить в кругу «своих», далеко не всегда стоит повторять при широкой публике.

– А что ты за это хочешь? – проговорила она так, что будь я действительно обычным подростком, по спине побежали бы мурашки.

– Хм, – я сделал вид, что задумался, – как насчет поужинать наедине со мной?

Она удивленно приподняла бровь, а затем сдержанно улыбнулась.

– Скажи, Аскольд, а что ты будешь делать, если я соглашусь?

– Как что? – изобразил я искреннее удивление. – Назначу вам встречу, подъеду за вами на дорогой машине, отвезу вас в хороший ресторан.

– А потом? – с нажимом спросила Шапочкина.

Хах, думает, я дам заднюю?

– А потом, Ирина Александровна, – я поднялся и, глядя ей в глаза, неспешно обошел стол, – мы с вами…

Я склонился к ее ушку, но она отпрянула, выставив перед собой обе руки.

– Хватит! Я поняла. Твои шутки зашли слишком далеко!

– Шутки? Я не шучу, – равнодушно ответил ей, наливая воду в стакан из графина. По-моему, это становится доброй традицией.

Отпив немного, я протянул стакан изумленной Шапочкиной.

– Вам снова следует остудиться.

Она взяла стакан и нервно поставила его на стол.

– Так что с нашей договоренностью? – глядя в ее большие глаза, спросил я.

– Если выиграешь второй этап… – проговорила она, отвернулась и посмотрела в окно. Затем снова взглянула на меня и решительно продолжила: –…И при этом не будешь отнекиваться от лицея, я поужинаю с тобой. Дату выберешь сам. Но только один раз. И… Сядь уже на место наконец-то! Я хочу тебе подробнее рассказать про второй этап и почему это важно для нашего лицея!

После уроков меня ждала тренировка с Алисой Оболенской. В небольшом зале кроме нас присутствовали еще трое членов учсовета, в том числе и Царица. Все они проводили собственные тренировочные комплексы, однако то и дело с любопытством поглядывали на нас.

Алиса пыталась на словах мне объяснить, что нужно представлять, чтобы создать ту или иную технику. А когда у меня не выходило, приговаривала, что с Мастером молний было бы проще – он бы подключился к моим энергоканалам и через них создал технику. Мне нужно было бы только запомнить движение живы в этот момент.

– Но я помню-помню, – ворчала девушка, – свои энергоканалы до свадьбы ты никому показывать не собираешься.

В общем, первая тренировка прошла ни шатко ни валко. Оболенская списала это на сложность объяснения того, что лучше прочувствовать. Я же – на малый объем собственной живы. Замглавы учсовета ведь и подумать не может, что по системе местного ранжирования я стою ниже ее.

Ну а после тренировки я навестил «свой» клуб. Да-да, перед тем как официально стать членом учсовета, я успел записаться в клуб инженерной мысли. И я все еще уверен, что занятия этого клуба для меня могут быть реально полезными. Особенно после того, как рассказал о лицеистах-инженерах Архуну. Мой учитель чуть ли не умолял меня чаще наведываться в этот клуб, а потом рассказывать ему, что делают умные школьники в своей школьной лаборатории.

– Всем привет! – поздоровался я с членами клуба инженерной мысли.

– Приветствую, – удивленно проговорил парнишка с постоянно взъерошенными волосами, Иван Лисин – третьекурсник и глава клуба.

– Аскольд?.. – ошарашенно выдохнул Вася. Маша равнодушно кивнула.

Эти трое плюс еще четыре инженера (три парня и девушка) крутились возле сдвинутых столов. Похоже, я оторвал их от какого-то интересного занятия.

– Чем занимаетесь? – Я подошел ближе и заглянул Васе через плечо. На столах лежали какие-то чертежи и схемы.

– Планируем создание робота, – с гордостью заявил Лисин. – Это будет четырехногий мехатрон, способный перетаскивать грузы.

– Правда, небольшие, и на расстояние, на которое хватит шнура, – проворчала девушка с черной косой. Чем-то она мне напоминала Машу.

– С питанием потом разберемся, Рита, – недовольно воскликнул Иван. – Сейчас главное – создать рабочий прототип.

– А с материалами как? – задал я животрепещущий вопрос.

– Проблем не будет, – отмахнулся Иван. – Лицей снабжает нас всем необходимым по запросу.

И парень вновь вернулся к чертежам, как и все остальные инженеры. Сарнитские дебри, да это ж собрание разнополых Архунов…

Целый час я внимательно наблюдал за их мозговым штурмом. За это время к ребятам присоединились еще четверо членов клуба. С советами я не лез, все-таки не мой профиль, да и с местными технологиями я знаком довольно поверхностно.

Однако даже часа мне хватило, чтобы понять – этим ребятам был бы очень рад Архун. На прошлой неделе он вместе с Вадимом провел собеседование с двумя безработными инженерами и остался жутко недоволен.

– Никакой фантазии! – гневался старик. – Знания посредственные! Понятно, почему они никому не нужны! Кроме заученных схем, ничего не знают. Они хоть два провода смогут спаять?

Я был с ним не согласен. Все-таки Архуну нужны «рабочие руки», и даже средненькие инженеры под его руководством способны на многое. Однако именно Архуну с ними работать, так что пусть выбирает сам. Но запросы у него высокие: не только достойные знания и развитой ум, но и умение применять эти знания на практике.

– Или хотя бы исследовательский огонь в глазах! – приговаривал учитель. – Вон как у Алеши.

Проблема заключается в том, что люди, которых старик с радостью взял бы в свою команду, не ищут работу. И большую их часть уже прибрали к рукам аристократы.

Как, собственно, и членов клуба инженерной мысли. На данный момент в этой клубной комнате я единственный простолюдин. Другие же либо Слуги какого-нибудь рода, либо дворяне. «Алая Мудрость» – престижный лицей, в который сложно поступить. И, как я узнал недавно, не только Оболенские предлагают простолюдинам лицея Служение. Оболенские берут лучших, а всякие мелкие дворянские роды́ частенько подбирают оставшихся.

После клуба я отправился на вторую тренировку – на этот раз с Вадимом. А затем вместе с Наставником вернулся домой, поужинал и принялся за учебу.

Примерно в таком ключе и проходили мои дни. Нечто примечательное случилось лишь в четверг. Во-первых, в школе во время обеда Яна подняла интересную тему: боярский род Никонских занимается контрабандой, и, вероятно, именно они недавно напали на род Морозовых.

– Аскольд, ты вроде бы знаком с главой рода Морозовых и регентом, ничего об этом не слышал? – спросила у меня Яна. Сегодня она с Инной впервые обедала с нами на этой неделе – до этого дня Оболенская садилась с другими девушками-лицеистками, сославшись на какое-то обещание, данное матери.

– Не больше твоего, – пожал плечами я.

На эти мои слова Юля нахмурилась. Я же в очередной раз убедился, что у второй дочери Оболенских весьма ограниченный круг интересов. В отличие от старшей сестры она не знает, что боярыня Морозова – тетя ее одноклассницы.

Сплетни, принесенные Яной, меня не удивили, Катя хвасталась, что «подстегнет» главу Никонских к чистосердечному признанию.

Ну а вечером, уже за семейным ужином, случился следующий диалог.

– Вадим, как-то ты слишком устало выглядишь в последнее время, – взволнованно проговорила тетя Мари. – Этот ремонт совсем тебя доконал?

Ага, ремонт двух зданий, пусть и не во всех их уголках детальный, частое сопровождение меня и моих братьев, доклады, встречи, тренировки со мной, братьями, Архуном и всеми остальными ребятами «Белки». Мелкие дела «банды» вроде обеспечения безопасности на наших территориях, постоянное воплощение «хотелок» Архуна и многое-многое другое…

– А… ну-у… – Наставник покосился на меня.

– Говори как есть, – улыбнулся я.

– Дел хватает, – вздохнул мужчина.

– Вадим постоянно чем-то занят. Скорее всего, и дома умудряется работать, – добавил Глеб.

– Угу, – оторвавшись от тарелки с наваристой ухой, кивнул Боря. – Пашет, как конь.

– Хватит вам, парни, – отмахнулся Наставник и преданно посмотрел на меня. – Мне в радость.

– И все же на тебе и правда висит очень много дел, – произнес я, – за что я тебе благодарен. Но не хотелось бы, чтобы ты свалился от переутомления.

– Тамир тоже делает немало, и ребята нам помогают… – попытался оправдаться Наставник.

– И все же, как я поняла, помощников не хватает? – Тетя сначала глянула на меня, а затем застыла взглядом на Вадиме. – Правда?

– Я…

– Говори честно, – повторил я.

– Да, – вздохнул он. – У нас мозги иначе заточены, и с толковыми помощниками проблемы.

– Так, может, я сумею чем-то помочь? – искренне предложила тетя Мари. – Я все равно сейчас дома без дела сижу.

– Я не против, – быстро произнес я.

Вадим вздохнул и посмотрел на Марину благодарным взглядом:

– Буду очень признателен.

Так Вадим обзавелся личной помощницей, а тетя, хоть сначала и отпиралась, официальным трудоустройством в нашу компанию. А стало быть, и собственной зарплатой.