Глава 17

Антон – дворецкий Морозовых, встречал меня рядом с крыльцом боярского особняка.

– Аскольд Игоревич, приветствую вас, – низко поклонился он.

– Добрый вечер, – кивнул я, оглядевшись. – А где Екатерина Алексеевна и Никита Всеволодович?

– Еще не вернулись. Пройдемте в дом, если вам будет угодно. Желаете ли отужинать?

– Нет, спасибо, – отрицательно покачал я головой, следуя за стариком. – Но от чая не откажусь.

Расположившись в гостиной перед телевизором, я размышлял о том, какая же молодец Катя. Звонила вся такая воодушевленная, говорила – скорее приезжай, возьми вещи, чтобы завтра в «Алую Мудрость» поехать сразу от них, и…

И сама куда-то уехала.

Ну да ладно, подожду. Благо повод достойный, и понедельник радует меня не только началом второго этапа турнира, но и тем, что боярам Морозовым прислали вирный лист.

Торопливый цокот каблучков в холле я услышал через сорок три минуты. Встал с дивана, приготовившись встречать боярыню. И не зря – ворвавшись в гостиную, она резко сократила дистанцию и бросилась мне на шею.

– Ты что, уже выпила? – спросил я, поглаживая ее каштановые волнистые волосы.

– Всего один бокал, – отозвалась она и звучно чмокнула меня в губы. – Но опьянила меня победа!

– Эх, а я думал, что я.

Она наконец отлипла от меня и самодовольно усмехнулась.

– Рада видеть тебя, Аскольд. Сейчас переоденусь и приду.

– Хорошо, пойду с Никитой поздороваюсь.

Катя вновь посмотрела на меня хитрым взглядом.

– А его нет сегодня дома, – пропела она. – Остался гостить у бабушки с дедушкой. Так что мы тут… одни…

Форкх меня дери, вот это она распалилась, стоило лишь ребенка сдать! Ну нет, так дело не пойдет! Сейчас есть дела гораздо… нет, ГОРАЗДО важнее! Даже если она будет изнывать и просить – не время. Сначала нужно стричь баранов. А точнее, Никонских.

– Ага, одни, – хмыкнул я. – Ты, я и вирный лист.

Она стрельнула в меня глазками, весело рассмеялась и убежала.

Вернулась боярыня спустя еще двадцать шесть минут, нарядившись в синее платье, прекрасно гармонирующее по цвету с моей школьной формой. Ну да, раз уж приглашают остаться подольше, я решил не отказываться. Хоть высплюсь – от усадьбы Морозовых до «Алой Мудрости» гораздо ближе, чем от моей окраины.

По обыкновению Антон подал вино с закусками и молчаливо удалился.

– Открывай уже лист, – вздохнул я.

– Ну нет, – мотнула головой Катя. – Сперва выпьем за мою красоту! – и потянулась к бокалу.

– Сперва нуарсы, потом ниарийки, – хмыкнул я.

– А?.. – Разумеется, Катя не поняла моей инопланетной поговорки.

– Деньги вперед, говорю, – улыбнулся я. – Ты бесконечно красива, но я знаю тебя, красавицу… Так дела и до утра отложатся.

– А разве это плохо? – томно проговорила она, нежно коснувшись пальцами моей щеки.

– Катя, – ровным тоном проговорил я, глядя в ее карие глаза.

– Поняла-поняла, – проворчала она, а затем вновь хитро улыбнулась и приподняла подол платья.

– Да что с тобой сегодня, – вздохнул я, увидев кружевные синие трусики и свернутый листок бумаги, заткнутый за резинку левого чулка.

Разумеется, доставать его пришлось мне самостоятельно. И сделать это было бесконечно сложно… в том смысле, что малолетнее тело кричало: «Долой дела! Перед тобой женщина в самом соку, а тебя интересуют какие-то здания!»

«Не в этот раз, малый Аскольд». – Я был тверд и непреклонен.

Когда развернул листок, то понял, отчего Катя такая игривая. Она просто уже выбрала из имущества Никонских то, что хочет захапать себе, – часть пунктов обведены красной ручкой.

Я принялся внимательно изучать содержимое вирного листа, а Катя, все-таки настроившись на рабочий лад, охотно проясняла различные моменты:

– Видишь, рядом с каждым пунктом указаны баллы? Это примерная стоимость того или иного актива, основанная на рыночной оценке и значимости как для Никонских, так и для общего рынка.

– Быстро они все оценили… – проговорил я, не отрываясь от бумаг.

– Ну а что ты хотел? Дела на таком уровне часто решаются быстро без всякой волокиты. Главное, что Никонские с оценкой согласились. Хах, если бы они не дали чистосердечное признание, потеряли бы гораздо больше. Их уже лишат на двадцать лет права иметь в вассалах более трех дворянских родов. Кстати, часть имущества как раз принадлежит вассалам, и главы этих родов тоже дали свое согласие. Можешь выбирать смело. Мы можем набрать на двести сорок баллов.

– Сто восемьдесят из которых ты уже израсходовала…

– Кое-что… можем пересмотреть, – нехотя проговорила Морозова.

Итак, она выбрала самое дорогое из предложенных активов – компанию по производству комплектующих для видеокарт – девяносто пять баллов. Интерес Кати здесь вполне обоснован, у ее рода имеется своя аналогичная компания, которая занимается другими составляющими для видеокарт. Сейчас Морозовы выпускают видеокарты совместно с еще двумя боярскими родами. А так вполне могут замахнуться и на полностью самостоятельную линейку. Кстати, именно этой компанией Морозовых в свое время интересовались Никонские, еще до начала тайной войны.

Далее она выбрала компанию по производству камер наружного наблюдения, расположенную в одном из городов Подмосковья. Хм… а ведь Никонские привезли себе контрабандой дронов-хамелеонов. Хотели развиваться в этом направлении?

– Слушай, а отель в Сочах тебе зачем? – удивился я еще одному выбору Морозовой.

– У Левашовых там небольшая база отдыха, – пожала плечами боярыня. – Развивать присутствие и направление.

– Хм… Скажи, а все эти производства в каком состоянии передаются?

– В полном, – пожала плечами она. – Ну, Слуги, разумеется, уйдут с должностей, а работников вполне можно оставить. Кроме того, это и налаженные контакты с поставщиками, и рынки сбыта. Правда, там при перезаключении договоров могут цену заломить, – поморщилась она. – Но договориться всегда можно. Что еще… А! Земли и здания, само собой. Но об этом я тебе раньше говорила.

– Ясно, – кивнул я, снова уткнувшись в лист.

И что же тут остается? На самом деле много чего. Жилые многоквартирные дома, или вот ферма, например, все в том же Подмосковье, или поле в Екатеринодарской губернии. Есть еще сеть бутиков одежды и…

Ох, Архун будет смеяться.

Он ведь тогда не просто так упомянул о производстве своей линии одежды. Мы до этого обсуждали с ним такой вариант. Не то чтобы прям совсем всерьез, но мысли такие были.

Так вот, у одного из вассальных родов Никонских как раз и имелось швейное производство. Сорок пять баллов.

Форкх меня дери, что же это получается? Ночной клуб, карты города с рекламой, одежда, и… видел я выше в списке еще один забавный и дешевый по баллам вариантик.

– Слушай, – оторвался я от бумаг, – а деньгами взять можно?

– Нам и так полтора миллиона полагается, кроме всего прочего. Поделим пополам, – пожала плечами Морозова. – Баллы, конечно, можно и обналичить, но… курс будет невыгодным. Выгоднее, в крайнем случае, взять имуществом и перепродать.

Она замолчала, внимательно глядя на меня. В ее глазах больше не было ни намека на игривость. Я смотрел на Катю в ответ, она смогла выдержать мой взгляд девятнадцать секунд, после чего поднялась и подошла к занавешенному шторами окну.

– Ты злишься? – не оборачиваясь, спросила боярыня.

– На что я должен злиться? – ровным тоном спросил я, глядя на ее грациозный стан.

– На то, что я первой выбрала лучший трофей. И на то, что потратила три четверти баллов.

– Нет, не злюсь, – все так же ровно проговорил я. – Но ответь мне на один вопрос. Если я скажу, что тоже хочу получить компанию по производству комплектующих для видеокарт, ты отдашь ее мне?

Она ответила не сразу. Сорок секунд стояла ко мне спиной, затем повернула голову. Поджав губы, Катя выдавила:

– Нет. Но я… предложу тебе что-нибудь другое. Я… Думаю, мы сможем найти компромисс. Аскольд? Что ты… – испуганно округлила глаза боярыня, когда я поднялся с места и направился к ней.

Я положил ей ладонь на голову. Женщина сжалась. Да уж, честный ответ стоил ей огромных усилий. После того, что я для нее сделал. А ведь она еще и под моей аурой побывала.

– Регент рода, которая ради члена парня, с которым она спит, готова забыть об интересах рода, – проговорил я, склонившись к ее уху, – недостойна моего внимания. Ты сделала правильный выбор, Катя, – бодро произнес я, хлопнув ее по заднице, и направился обратно к дивану. Сел и потянулся к бокалу с вином. – А насчет того, что ты взяла больше… так твоя сторона и пострадала больше. И вообще, без вас я бы не поучаствовал в этой тайной войне и вообще ничего не получил. Иди сюда, выпьем за твою красоту!

– Ты страшный, – насупилась она.

– А еще наглый, самоуверенный и эгоистичный. Но, хочется верить, справедливый. Ну? Боярыня Морозова выпьет со мной?

– Нет, – мотнула она головой, а затем чуть улыбнулась. – А вот красавица Катюша составит тебе компанию.

Раздался звон бокалов, мы сделали по глотку вина. Катя привалилась ко мне и тихо произнесла:

– Ты правда порой пугаешь.

– Бояться меня стоит лишь врагам. А моим друзьям нужно поддерживать меня и разбирать трофеи. К слову о трофеях: я хочу больше информации об этом и этом. – Я ткнул пальцем в лист.

– Производство одежды? – удивилась Катя. – Хм, почему бы и нет, твоему будущему роду пригодится производство. Но небольшая компания, которая занимается всем подряд?.. – голос Кати звучал скептически.

– Не всем подряд, а разработкой сайтов и проведением кабельного Интернета. Похоже, вассалы Никонских захотели сесть на два стула сразу и начать работать в двух перспективных направлениях одновременно. Мне это подходит.

– Перспективные… Может быть, но… Хм…

– С Интернетом у нас беда, я видел, сколько народу сидит в компьютерных клубах и библиотеках. При этом уже существуют серьезные провайдеры. Но даже они до сих пор подключили далеко не все районы Москвы. В общем, лишним не будет.

– Может быть, но… Аскольд, их офисы расположены в здании Никонских, которое им и останется. То есть твои работники будут находиться на территории рода, который из-за нас потерял многое. Ты уверен, что тебе это нужно?

– Так здание у меня уже есть, – пожал я плечами. – Одна красавица Катя подарила. А вот работники и наработки лишними не будут. Ну а пустые офисы продать можно. Тем же Никонским обратно.

– Разумно, – вздохнула она. – Ладно, запрошу больше информации по этим пунктам.

Ну а дальше мы какое-то время обсуждали детали передачи денег и имущества, а заодно и наши общие дела вроде поиска камешков тайгия-0 или же тренировок Вадима и Левашова.

Я даже не заметил, как дела закончились и мы принялись с жаром целоваться.

С трудом оторвавшись от меня, Катя с горящими глазами выдала:

– Идем в библиотеку!

– А? – опешил я.

– Идем-идем, не спорь. – Она схватила меня за руку и потянула за собой.

Просторная комната, заставленная стеллажами с книгами, в свое время все же пострадала от боя Мастеров. Однако теперь она была полностью восстановлена – ремонтные работы на территории усадьбы Морозовых только недавно окончательно завершились.

Катя усадила меня за стол, на котором уже лежала чистая тетрадь и ручка.

– Пиши что-нибудь, я скоро буду, – бросила она и, стрельнув глазками, выпорхнула из библиотеки.

Н-да… и что писать?

Коротая время в томительном ожидании, я принялся рисовать эскиз космодоспеха. Спустя шестнадцать минут дверь распахнулась. Я поднял взгляд и обомлел.

– Сидоров, чем это ты занимаешься на уроке? – с вызовом спросила вошедшая девушка, облаченная в длинную синюю юбку до щиколотков, синий пиджак с подобием герба, застегнутый на все пуговицы, из которого выглядывала белоснежная блузка с синим галстуком.

Катя в форме, практически идеально копирующей форму «Алой Мудрости», подскочила ко мне и нависла над столом.

– Рисуешь? Разве этим должен заниматься прилежный ученик? Как тебе не стыдно?

Н-да… пустилась девочка во все тяжкие. Как же она сейчас напоминает одну свою родственницу…

– Морозова, не возмущайся. – Поднявшись на ноги, я подыграл ей и притянул ее к себе за лацкан пиджака. – У твоих губок есть куда более важные дела, чем отчитывать двоечника.

Последовал страстный поцелуй.

Хех, не думал я, что буду снимать школьную форму с той, кто закончила школу лет девять назад.

Теперь главное, чтобы стол в библиотеке нас выдержал.

На следующий день гостей в лицее было меньше.

Ну еще бы! Ведь часть тех, кто разгуливал здесь вчера, вчера же и отсеялись после первого этапа. Потому и свободных мест в актовом зале сегодня осталось значительно больше, так что сегодня туда пускали и простых лицеистов, желающих посмотреть поединки.

Я сидел вместе с Владом и Инной, рядом разместились Титов с помощницей Ирины Александровны и Дима – парень из учсовета. Но вышло так, что одно место возле меня пустовало.

Ровно до тех пор, пока в это кресло не плюхнулся Филипп Волков.

– Привет, чемпион, – поздоровался он.

– Привет, чемпион, – отозвался я. – Преследуешь меня?

– Нет, одариваю хозяина мероприятия должным вниманием, – улыбнулся он. – Как и требует этикет. Не смотрел вчера бои?

– Нет, тренировался.

– Правильно, а то мне проиграешь, и придется уже тебе на меня ставить, – усмехнулся он. – А смотреть там было не на что.

Нашим разговором заинтересовался Влад, так что пришлось его представить, а заодно представить и Инну. Филипп быстро предложил не подниматься, поэтому церемония знакомства выглядела странно.

Сегодня я узнал от Алисы и Софьи, что в прошлом году лицей «Утренний жаворонок» представлял другой ученик. Девушки подняли информацию и сообщили, что тот парень числился на втором курсе. То есть он не выпустился, а, вероятно, проиграл Филиппу. Который, к слову, сейчас тоже учился на втором курсе.

– Слушай, а ты в прошлом году участвовал? – спросил я у Волкова.

– Нет, тренировался.

Вскоре начались трансляции поединков на большом экране. Перед каждым из них Филипп в шутку предрекал, кто выиграет.

Четыре раза подряд он угадал, а затем пришел его черед идти в раздевалку.

– Странный парень, – шепнул мне Влад, когда Волков и его сопровождающие оставили нас.

– Забавный.

– Чем-то тебя напоминает.

– Разве что самую малость.

Бой Волкова продлился двенадцать секунд. Его противник ничем меня не впечатлил, ибо был одним из представителей государственных школ для простолюдинов, а стало быть, как и большинство подобных ребят, не имел ни хорошего Наставника, ни высокой врожденной предрасположенности к живе.

Обычный осветленный вроде того же Отмеченного Дланью.

В этом и заключается парадокс второго этапа. В начальных турах попадается много слабых бойцов.

Собственно, точно такой же попался и мне. Еще выходя на арену под рев толпы, я видел страх в его глазах. Вероятно, после того как он вчера узнал, что придется биться с чемпионом «Алой Мудрости», всю ночь себя накручивал.

– Ты на арене, на втором этапе, – произнес я спокойно, когда мы остановились друг напротив друга. – А значит, достоин. Так и сражайся достойно.

Парень сжал зубы, нервно кивнул и поднял кулаки. Тем временем судья – наш классный руководитель Арефьев, начал зачитывать правила поединков.

Мои слова подействовали на паренька – он в самом деле отчаянно сражался. Ну а я совсем не использовал альтеру, только покров живы, и все же попасть по мне он так и не смог – лишь по моим блокам. Сам же я удары сдерживал, однако парня явно пронимало всякий раз.

И все же он не сдался. Пришлось аккуратно вырубить.

Забавно, но Арефьев, объявив победителя, сам протянул мне микрофон. Будто бы прошлый этап и не заканчивался.

– Эту победу я хочу посвятить своему лицею «Алая Мудрость», – проговорил я, подняв к небу кулак. – Спасибо администрации лицея и учсовету за то, что взяли на себя организацию части поединков второго тура. Вы проделали огромную работу. Вы молодцы!

И под овации трибун я направился переодеваться.