Глава 25

Дворец московского генерал-губернатора – Святослава Владимировича Демидова, располагался в самом центре столицы, недалеко от Кремля. Огромное трехэтажное здание с большими окнами, декоративными колоннами и барельефами являлось архитектурной достопримечательностью столицы.

Наш роскошный автомобиль остановился напротив ступеней высокого крыльца. Водитель – Слуга Оболенских, расторопно выскочил на улицу и открыл мне дверь. Мастер-телохранитель, ехавший на переднем сиденье, тоже вышел, открыв другую пассажирскую дверь.

Обойдя машину, я учтиво предложил опереться на мою руку спутнице – великой княжне Тверской, Алисе Андреевне Оболенской. Она положила мне ручку на сгиб локтя, и мы неторопливо пошли к крыльцу.

Алиса сегодня выглядела бесподобно. Она вновь выбрала платье в синих тонах с открытыми плечами (которые сейчас прикрывала меховая пелерина), сочетающееся с цветом ее глаз. Девушка осталась верной своим привычкам, а стало быть, ее прическа состояла из «фирменной» объемной косы, которая, спускаясь через плечико, ложилась на высокую грудь.

Я же облачился в костюм, подаренный мне боярыней Морозовой: антрацитовый пиджак с едва заметными вертикальными полосами, серый жилет, застегивающийся на пять пуговиц, а к ним белоснежная рубашка с темным галстуком.

– Главное – не волнуйся, я рядом, – тихо проговорила девушка, когда мы поднимались по ступеням.

– А разве по мне видно, что я волнуюсь? – так же шепотом ответил я. – А вот тебе явно стоит расслабиться.

Не верю я, что наследница великокняжеского рода, опытная в посещении приемов, может так нервничать из-за очередного мероприятия. За меня переживает? Если так, то это совсем как-то грустно.

– Все будет хорошо, – тепло добавил я. – Мы будем блистать.

– Уверена, – улыбнувшись, ответила она.

Мы переступили последнюю ступеньку крыльца, и приветливые Слуги в ливреях с гербом рода Демидовых открыли перед нами красивые входные двери. Мы оказались в просторном холле, где нас встречали важный дворецкий и несколько лакеев.

Вежливо поинтересовавшись, хотим ли мы воспользоваться гардеробом, дворецкий жестом велел одному из Слуг принять пелерину моей спутницы, а затем сообщил, что гости собираются на втором этаже, и учтиво указал на широкую мраморную лестницу, покрытую красной ковровой дорожкой.

Но перед тем как подниматься, следовало поздороваться с теми, кто приехал незадолго до нас и нас ожидал.

– Добрый вечер, Софья Антоновна. Это платье вам очень идет. Николай Иванович, рад снова вас видеть, – кивнул я Мастеру и снова перевел взгляд на Царицу лицея.

Хотелось сказать ей еще несколько комплиментов, но на этом приеме я с другой дамой. А между прочим, Троекурова сегодня выглядела даже более ослепительно, чем обычно. Как и Алиса, она осталась верна любимым цветам, надев на прием платье кроваво-красного цвета. Изящные, но сильные руки младшей княжны закрывали до середины локтя длинные белые перчатки. Черные волосы были собраны в сложную прическу, две свободно висящие пряди обрамляли лицо и оттеняли белую кожу. Шейку девушки охватывало колье из черной ленты и медальона с гербом ее рода.

– Благодарю, Аскольд Игоревич. Алиса Андреевна, рада, что вы благополучно добрались. Раз уж выдался такой случай, предлагаю уважить просьбу редактора нашей школьной газеты и сделать совместную фотографию.

– Давайте, пока никого нет, – кивнула Оболенская.

Со второго этажа доносились звуки музыки и голоса.

– Аскольд, давай в центр, а мы встанем за твоей спиной. Поддержка же, – усмехнулась великая княжна.

Заняв указанное место, я почувствовал, как на правое плечо легла ладошка Алисы. Софья же от прикосновения воздержалась, разместившись слева за моим плечом.

Фотоаппарат был у Николая Ивановича, он и сделал для нас памятную фотографию на фоне дворцовой лестницы.

Затем вчетвером мы поднялись на второй этаж. Анфилада из четырех просторных залов полна гостей. Все встреченные нами аристократы как на подбор гордые, неторопливые и облачены в дорогие наряды.

– Как и договаривались, мы будем рядом, – шепнула Софья, и наш квартет распался на две пары. Все-таки приемы для высоких особ – это прежде всего работа.

– Ваша светлость, добрый вечер, – не прошло и минуты, как к нам с Алисой подошла пара аристократов, и мужчина первым начал разговор: – Как всегда и бывает на приемах Святослава Владимировича, здесь столько интересных гостей собралось. – Он лукаво улыбнулся.

– Добрый вечер, Геннадий Юрьевич, Людмила Семеновна, – с улыбкой ответила Алиса, – позвольте представить вам моего спутника, чемпиона Юго-Востока Москвы, Аскольда Игоревича Сидорова.

– Очень приятно, молодой человек, очень приятно. Достойнейший лицей «Алая Мудрость» вырастил очередного чемпиона, – кивнул Геннадий Юрьевич и снова перевел взгляд на Алису: – Как поживает ваш папенька? Слышал, дела в Африке идут неплохо?

– Благодарю, все хорошо, – с дежурной полуулыбкой кивнула девушка.

– Его светлость делает большое дело. Границы империи расширяются, планы британцев и немцев рушатся. Мы многим обязаны великому князю Тверскому. – Алиса снова вежливо кивнула, после секундного молчания Геннадий Юрьевич продолжил: – Вижу, с вами жаждут поговорить и другие гости вечера, не будем вызывать их неудовольствие, – улыбнулся он.

Кивнув на прощанье, аристократ вместе с женой направился к следующим гостям.

– Аскольд, ты не… – чуть склонившись ко мне, начала было Алиса, но я ее перебил:

– Хватит, ваша светлость. – Мы стояли у стола с закусками и напитками, и наших лиц никто не видел. – Не забывай, кто ты, Алиса. Делай свою работу, а я побуду твоим сопровождающим.

– Но сегодня твой вечер, а он тебе, по сути, ни слова не сказал, – вздохнула она.

– Будет и у меня минута славы, – усмехнулся я.

Мы взяли по фужеру с соком и заметили, что к нам направляется следующая пара.

Атмосфера этой беседы повторяла атмосферу прошлой – меня вежливо игнорировали, а великой княжне высокородные аристократы выказывали свое уважение. Так произошло и в следующий раз, разве что теперь очередной боярин демонстрировал открытый интерес к новой пожарной машине, которая вот-вот должна поступить в серийное производство на одном из предприятий города Торжок, входящего в состав великого княжества Тверского.

Но все-таки не все аристократы меня показательно игнорировали. Некоторые желали удачи в следующем туре, пара человек и вовсе пообещала следить за моими успехами. Встретили мы и несколько бояр, которым довелось наблюдать мои поединки вживую. Вот эти господа были ко мне настроены более благожелательно.

Софья вместе со своим спутником, как и обещала, постоянно курсировала где-то неподалеку. То и дело вставая во время бесед так, чтобы видеть нас с Оболенской. «Паломников» к младшей княжне Выборгской было несколько меньше, чем к великой княжне Тверской, но все же Царица нашего лицея «без работы» почти не оставалась.

– Алиса Андреевна, Аскольд Игоревич, счастлив принимать вас в моем доме. Спасибо, что откликнулись на наше приглашение. – Спустя сорок девять минут, как мы поднялись на второй этаж, к нам подошел грузный мужчина с сияющей лысиной и пушистыми закрученными усами. Его сопровождала молодая женщина, по возрасту немногим старше моей спутницы. Овдовев полтора года назад, московский генерал-губернатор недолго страдал от одиночества, осчастливив предложением руки и сердца бывшую одноклассницу своего третьего сына. Которая, кстати, в прошлом носила титул великой княжны Минской, а теперь вот иногда носит по дому пятого сына генерал-губернатора.

– Святослав Владимирович, Олеся Александровна, как мы могли отказаться от столь радушного приглашения, – улыбнулась Оболенская. – Для нас честь присутствовать на вашем приеме.

– А для нас честь принимать великую княжну Тверскую и чемпиона Юго-Востока Москвы, – умело вернула любезность жена генерал-губернатора. – Аскольд Игоревич, – она посмотрела на меня, – для всех стал неожиданностью настолько грандиозный успех первокурсника. А ваше интервью? Вы так уверенно держались перед камерой. Мы с мужем горды, что наш любимый город на финальном этапе всеимперского турнира будут представлять выдающиеся бойцы вроде вас.

– Похвала из ваших уст безмерно меня радует. – Я поклонился. – Олеся Александровна, Святослав Владимирович, уверяю вас, я не опозорю звание одного из чемпионов Москвы. В этом году чемпионом империи вновь станет представитель столицы.

– Мы тоже так считаем, Аскольд Игоревич, – добродушно ответил генерал-губернатор, после чего взглянул на часы. – Через сорок три минуты начнется награждение чемпионов, не пропустите.

Затем, вежливо попрощавшись, он вместе с супругой отправился приветствовать других гостей. Вообще, не только эта пара представляла семейство Демидовых на приеме. Сыновья генерал-губернатора с женами так же курсировали среди гостей. На таком большом мероприятии главе рода почти нереально уделить внимание каждому гостю лично. Личным приветствием генерал-губернатор отмечает наиболее значимых персон. А позже уже любой желающий сможет подойти к нему и поздороваться.

Тем временем к нам продолжали подходить очередные аристократы. Причем далеко не всегда парами, иногда и по четыре человека – знакомые Алисы представляли великой княжне своих знакомых. Подходили и с детьми – трижды бояре представляли великой княжне своих сыновей и только раз – дочку.

– Алиса Андреевна, Аскольд Игоревич, добрый вечер! Наконец-то мы до вас добрались, – улыбнулась нам Катя. Сегодня она была в вечернем платье шоколадного оттенка.

– Екатерина Алексеевна, Марат Маратович, добрый вечер, – ответила Оболенская.

– Рады вас видеть. – Я обозначил легкий поклон.

То, что боярыня Морозова пришла с женатым вассалом, в ее случае – норма. Сегодняшний прием – первый большой прием после тайной войны бояр Морозовых и Никонских, о которой уже известно большинству представителей высшей аристократии. Из-за этого у Кати сегодня забот выше крыши – всем интересно, что произошло и в каком направлении планирует дальше развиваться род Морозовых. Левашов в партнерах – это не только вассал, но в первую очередь глава ее рати и Мастер, внесший огромный вклад в победу в этой войне.

– Вы, как всегда, бодры и полны сил, Екатерина Алексеевна, – с улыбкой проговорила Алиса.

– Положение регента рода обязывает, – вернула ей улыбку боярыня.

Хм, у меня дежавю! На миг показалось, что между боярыней Морозовой и великой княжной Оболенской даже воздух накалился.

– Екатерина Алексеевна, Марат Маратович, добрый вечер. Мы договорились с Алисой Андреевной посмотреть вместе награждение, не изволите ли составить нам компанию? – Внезапно рядом с нами возникла Троекурова со своим Мастером.

– Здравствуйте, Софья Антоновна. Да, с большим удовольствием, – и все трое так «добродушно» улыбаются друг другу…

Со стороны действительно смахиваем на дружную компанию. Но внутри нет-нет да и ловлю на себе мимолетные пронзительные взгляды кого-нибудь из тройки.

О, Слуга Демидовых к нам идет. Неужто за мной?

Сообщив нам, что вскоре начнется награждение в танцевальном зале, Слуга сопроводил меня в этот самый зал, в котором возле одной из стен была сцена с кулисами и микрофонами. Одновременно другие Слуги «сгоняли» гостей в зал.

– Приветствую чемпиона Юго-Востока. – Когда я зашел за кулису, со мной поздоровалась улыбчивая девушка в ярком оранжевом платье. Да и внешность у нее была яркой – зеленые глаза, объемное рыжее каре с челкой.

– Приветствую чемпиона Северо-Запада, – в тон ей ответил я. – Виктория Ефимовна, рад познакомиться с вами.

– Как и я с вами, Аскольд Игоревич. Я смотрела ваш финальный бой, – затараторила она. – Впечатляюще! Не терпится сразиться с вами!

– Если жребий будет благосклонен, обязательно сразимся, – отозвался я.

Тем временем за нашу кулису практически друг за другом поднялись двое парней. Первый был примерно моего роста, с каштановыми волосами и вихрастой прической, одет в серый костюм-тройку. На его лице застыла добрая полуулыбка, а взгляд карих глаз будто лучился теплотой. Интересно, многие ли принимают эту актерскую игру за искренность? Очень сомневаюсь, что чемпион Северо-Востока, представитель Кремлевского лицея и сын министра вооруженных сил Российской империи – простой наивный добрячок.

– Виктория Ефимовна, Аскольд Игоревич, добрый вечер. – Он сразу поздоровался с нами. Похоже, с четвертым он успел поздороваться раньше.

– Здравствуйте, Кирилл Михайлович, Александр Иванович, – радостно выпалила Виктория. – Ваши финалы я тоже смотрела! Вы такие восхитительные! Скорее бы начался третий тур, не терпится сразиться с кем-нибудь из вас! А лучше со всеми по очереди!

Какая непосредственность… Мне кажется, она бы нашла общий язык с Яной.

– Ну что вы, это невозможно, – будто ребенку, принялся объяснять ей сын министра. – Максимум вы сможете сразиться с двумя из нас, и то с одним – только в финале. Ибо организаторы во время жеребьевки помещают имена представителей одной территории в разные корзины.

– Кирилл Михайлович, Александр Иванович, рад знакомству с вами, – ровно проговорил я, обозначив поклон.

После меня слова приветствия произнес и последний чемпион. Александр представлял Юго-Запад, он был выше нас с Кириллом, а волос на голове было даже меньше, чем у меня. Одет в приталенную черную куртку с шестью пуговицами и стоячим воротником, очень сильно напоминающую военный китель (на его куртке было два герба: рода и учебного заведения). Да и вообще сквозило в этом дворянине что-то армейское. Недаром он обучался в Высшем Московском военном интернате – особой старшей школе для юношей-аристократов, мечтающих посвятить себя службе в имперской армии.

Тем временем из-за противоположной кулисы на сцену с молодой женой вышел генерал-губернатор Москвы. К тому времени в танцевальном зале собрались уже почти все гости, и Демидов, кашлянув, начал свою речь:

– Дамы и господа! Я бесконечно счастлив приветствовать вас в стенах своего дома. Спасибо вам, что нашли время заглянуть к нам в гости. Благо и повод сегодня достойнейший – мы с вами собрались, чтобы чествовать юные дарования нашего славного города. Четырех учеников старших школ, которые своей силой, доблестью и волей к победе отвоевали себе право представлять столицу на финальном этапе всеимперского бойцовского турнира! Я от всей души верю, что чемпионом империи станет один из этой четверки! Дамы и господа, встречайте наших героев!

И под громкие аплодисменты я со своими новыми знакомыми вышел на сцену.

Сама церемония награждения прошла без каких-либо неожиданностей. Главной интригой для меня было, что же подарит генерал-губернатор. Где-то в глубине души я готовился стать обладателем еще одного полезного артефакта, как после победы на школьном этапе.

Но, увы, генерал-губернатор Московский оказался чуть более скуп, нежели великий князь Тверской. Хотя, наверное, можно считать смягчающим обстоятельством, что ему четыре подарка пришлось дарить, а не один.

Очаровательная жена генерал-губернатора своей легкой ручкой торжественно повесила нам на шеи тяжелые золотые именные медали, украшенные драгоценными камнями. Очень дорогая безделушка для простолюдина, но всего лишь памятный подарок для аристократа из сильного рода.

– Поздравляю всех, – проговорил Кирилл – сын министра, когда мы за кулисой шли к лестнице, – вы молодцы. Хорошо себя показали перед достойными людьми. Но дальше можете расслабиться. Я возьму на себя ответственность за третий тур и принесу нашему славному городу победу, – проговорил он елейным голоском.

– Не стоит так надрываться, Кирилл Михайлович, – тепло ответил я. – Чемпионом империи буду я.

– Какие у вас, простолюдинов, странные шутки, – вклинился в разговор Александр. – Кстати, я слышал, что для тренировки тела вы используете мешки картошки вместо гантелей, это правда? – на полном серьезе спросил он. Мы к тому времени спустились в зал по небольшой лестнице, ведущей за кулису, и вчетвером стояли рядом с ней.

– Сущая, – кивнул я. – Но не оттого, что мы не знаем о гантелях, а лишь потому, что тренироваться с мешком картошки вдвойне сложнее. Картофель внутри мешка перекатывается, и, чтобы ровно и правильно поднимать мешок, приходится постоянно следить за балансом.

– Вот как? Нужно попробовать, – почесал затылок парень. Хм, похоже, передо мной образец личинки бойца типа «могучий меч». Такие ребята те еще машины для убийств, но без хозяина с мозгами превращаются в бесполезную палку.

Кирилл, слушая наш разговор, явно пытался подавить рвущееся наружу насмешливое хихиканье. Подавил, кремень.

– Уважаемые чемпионы, прошу простить мою нескромность, – отвлек нас голос Никанора Петровича Орликова. Сын и внук прошлых московских генерал-губернаторов тоже присутствовал на приеме нынешнего генерал-губернатора. Вместе с супругой он был одет в традиционный наряд, как и процентов двадцать присутствующих.

– Я случайно услышал ваш разговор и вот что думаю. Хочу тоже попробовать разнообразить тренировки футболистов своего клуба поднятием мешков с картошкой. Думаю добавить еще сетки с луком и приседание с гигантскими тыквами на вытянутых руках. Интересный будет эксперимент, спасибо за наводку, Аскольд Игоревич, – радостно улыбнулся он мне. – О, кстати, там вас ее светлость и ее сиятельство ждут. Должно быть, желают лично поздравить с заслуженной наградой. Уважаемые чемпионы, не буду больше отвлекать.

С улыбкой кивнув нам, Орликов пошел дальше по своим делам.

Хм, забавно. Мне только что публично выразили поддержку перед другими чемпионами.

– Прошу меня простить, вынужден вас покинуть. Не терпится показать медаль отцу. – О, кремлевский чемпион тоже решил козырнуть знакомством, да чего уж там – родством! Но самое забавное в том, что пусть его отец по статусу и равен великому князю, но сам Кирилл стоит гораздо ниже, чем Алиса или даже Софья. По сути он всего лишь второй сын главы боярского рода. То есть даже Никита и Катя выше него.

– Рада была познакомиться, Кирилл Михайлович. И с вами, ребята, тоже, – с улыбкой помахала нам Виктория. – Увидимся на турнире!

Простившись с чемпионами, я вернулся к своей компании. Дальше по залам путешествовали мы уже вчетвером – свою работу на приеме княжны выполнили, только Кате все еще требовалось беседовать с разными знакомыми.

Через час во дворе дома Демидовых запустили красочный фейерверк. Полюбовавшись им вдоволь, мы отправились восвояси.

Завтра меня ожидает еще один прием…