Глава десятая · Чего хочет принц?

Когда мы расстались с Эттаном, до пары еще оставалось десять минут, хватало для того, чтобы спокойно дойти до аудитории.

По пути я думала, что меня напрягает в мастере Гилморисе? Он прекрасный учитель: хорошо знает свой предмет, строгий, спокойный, аккуратный, умеет объяснять так, чтобы было понятно всем. Эттан скрытный и замкнутый, но мне ли его упрекать? Сама-то не спешу рассказывать обо всех своих знаниях и умениях.

Нревелион проверил моего репетитора, и не нашел в его сердце ни злости, ни желания как-то навредить. Значит, он достоин доверия, и, в целом, надежен. То, что господин Гилморис рассказал о типе, который предлагал деньги за слежку за мной, тоже характеризует его с лучшей стороны.

Но все же… Было что-то подозрительное. Например, его внезапные сборы непонятно куда, утром, как только забрезжил рассвет. Не на рыбалку же он собрался с фонарем. Куда он хотел попасть и зачем?

Мои размышления были прерваны самым неожиданным образом.

— Добрый день, леди Крайс.

На моем пути, перегораживая проход, стоял принц. Я сначала не сообразила, что меня смущает, но потом осознала: Юджин был один. Ни охраны, ни свиты. Только мы вдвоем в узком коридоре. Что ему надо?

— Здравствуйте, ваше высочество, — вежливо отозвалась я, неосознанно отступив назад.

Не нравится мне все это, нужно было идти в аудиторию другим путем.

— У меня такое впечатление, леди Крайс, что вы пытаетесь от меня сбежать.

Сочинить вежливый ответ я не успела, потому что принц продолжил:

— Недоумеваю, почему я впал в немилость. Не подскажите?

— Прошу прощения, может показаться, что я избегаю вас, но это не так, просто не ожидала, — проблеяла я.

Юджин шагнул ко мне, чуть приподняв брови. Надо срочно что-то придумать.

— Ваше высочество, я очень хорошо понимаю, что вы сделали и очень благодарна. Знаю, что вы использовали уникальный артефакт, чтобы фактически вернуть меня из-за грани.

— Интересно, откуда у вас такие сведения? — чуть прищурился Юджин, выражение его лица стало опасным, — дядя запретил мне об этом рассказывать.

— Вам запретил, но не леди Юбай. Она считает, что это важная информация и глупо утаивать ее от меня, потому что я могу зарядить кристалл любой вместимости. Мой магический резерв почти полностью восстановился. И опыт тоже имеется, спросите девушек в целительском корпусе. Я готова приступить к зарядке в любое время. И, кстати, еще раз хочу сказать спасибо за призрачный кинжал. Артефакт уникальный. Даже жаль, что его нельзя носить в академии, иначе я бы не снимала браслет.

— Любопытно, — Юджин сделал еще один шаг в мою сторону, пришлось сделать над собой усилие, чтобы не отступить. — Вы не просите наград и благодарностей, а благодарите сами.

— Просто я очень хорошо понимаю, что для вас выгоднее было сохранить редкий артефакт, а все награды и почести преподнести посмертно. За мной нет ни сильного рода, ни влияния. Никаких недовольных и проблем в случае моей смерти.

— Неожиданно слышать от девятнадцатилетней девушки такую жесткую позицию.

— Скорее прагматичную. Правитель в первую очередь должен думать о том, что хорошо для государства.

— Верно, но вы не правы, когда говорите о том, что недовольных не оказалось бы. Столичная академия магии считается примером для всех учебных заведений. Здесь должны быть лучшие преподаватели, студенты, выпускники и самая надежная система безопасности. Тем более, если учесть, что главой службы безопасности является ближайший родственник короля. Ваша возможная смерть — это удар по репутации академии и монаршей семьи. Здесь учатся дети самых известных и влиятельных аристократов, элита нашего государства, и каждый бы задался вопросом: «А если бы на ее месте оказался мой сын или моя дочь?». Некоторые газетенки раздули бы скандал, просто озвучив эти вопросы.

По мере того как говорил принц, становилось понятно, что Юджин привык думать не о сиюминутной выгоде, а оценивать ситуацию в длительной перспективе. С одной стороны, это прекрасно для правителя, с другой — он слишком сгущает краски.

— Боюсь, вы преувеличиваете влияние газет, — ответила я, отметив, что принц сместился чуть в сторону, освободив проход.

— Неужели? Именно репортеры сделали из вас настоящую героиню, да еще и приписали нам тайные чувства, — Юджин впился в меня взглядом и чуть наклонившись, прошептал: — У меня постоянно интересуются, как я умудрился влюбиться в девушку, которая помолвлена с другим? Кстати, вас о чем-то подобном не спрашивают?

— Нет.

— И что же, с вашей стороны никаких чувств нет? — еще один шажочек ближе.

— Если только чувство благодарности.

— Действительно?

Южин, подошел вплотную, буквально прижав меня к стене. Причем сделал это медленно, незаметно, по шажку. Он ненамного выше меня, но шире в плечах и однозначно сильнее физически. И это подавляло.

Черт, мы сейчас смотримся как парочка! Не дай бог кто-нибудь увидит! Я покосилась в сторону освободившегося прохода, прикидывая, прилично ли будет сбежать прямо сейчас, но Юджин положил руку на стену рядом и пододвинулся еще ближе, перегораживая пути отхода.

Ноздри пощекотал приятный мужской аромат: словно повеяло жарким морским бризом. Отличная туалетная вода. Надо такую Тису подарить.

— Тогда, возможно, вы отблагодарите меня поцелуем?

— Что? — затупила я.

— Поцелуйте меня, — приказал принц, глядя на мои губы.

— Эм… я лучше заряжу артефакт. Это гораздо полезнее! Поверьте мне! — я хотела отпихнуть Юджина, но не тут-то было!

Он, оказывается, тяжелый. «Надо менять тактику на более жесткую», — решила я и пнула принца в голень. Он зашипел от боли и отступил.

— Ой, прошу прощения!

Поднырнув под руку Юджина, я стремглав бросилась вперед по коридору, бормоча что-то про опоздание на пару и быстренько прощаясь. Уже возле лестницы обернулась назад и бросила взгляд на принца.

У Юджина было такое растерянное и обиженное выражение лица, что мне стало смешно. Видимо, до этого ему не отказывали. Правда, после того, как я заскочила в аудиторию хорошее настроение улетучилось.

Как бы то ни было, я очень хорошо понимала, что пинать принца, пусть и не наследного, слишком дерзко и глупо. Но в тот момент ничего другого не придумывалось. Не целоваться же с ним было в самом деле? Может, лучше б изобразила обморок? Хотя нет, это еще хуже, он бы меня к целителям потащил. Нас обязательно увидели бы, а о том, какие сплетни пошли бы, я и думать не хочу.

Что ж так все навалилось! Силена в опасности, Хельга уехала, жреца этого непонятного надо ловить, Эттан подозрительный до жути, женишок что-то мутит, а теперь еще и принц! Вот уж не было печали! Побыстрей бы этот дурацкий бал и аудиенция с королевой. Надеюсь, она не откажет в покровительстве.

Я очень хорошо понимала, что такие люди как Юджин, крайне проблемные ребята. Принц себялюбив, не знает отказа, и его интерес тут же пропадет, как только он получит желаемое. Мое сопротивление его лишь подзадорит или разозлит. Мало того, что я ему отказала, так еще и пнула.

Что он будет делать дальше — большой вопрос. Попробует отомстить за нанесенный урон его гордости? Усилит напор и будет демонстрировать свою симпатию? Начнет ухаживать и дарить подарки? Все варианты одинаково плохи.

Хуже всего, что Юджин обладает влиянием и возможностями, чтобы сделать мою жизнь невыносимой. Хорошо бы что-нибудь придумать, чтобы переключить его внимание на другую девушку. Что бы такое сделать, чтобы он во мне разочаровался? Может, подружиться с Линдой и расспросить ее?

Баронесса ему нехило накостыляла на той дуэли и вряд ли испытывает по отношению к принцу какие-то добрые чувства и однозначно знает, как его отпугнуть. Да, пожалуй, это неплохой план. Я даже немного повеселела, когда наметила решение проблемы.

Вопреки моим опасениям, принц бездействовал. Прошло три дня, но никаких действий от Юджина я так и не дождалась, даже ни разу его не видела.

С одной стороны, это напрягало, с другой — вселяло надежду. Вдруг он решил со мной не связываться? Или встретил другую, а обо мне позабыл? Сомнительно, конечно, но могу я хотя бы надеется на это, верно?

К сожалению, с Линдой встретиться не получилось, она либо училась, и наши занятия всегда проходили в разных аудиториях, либо находилась на отработке в зверинце, либо тренировалась на полигоне. Я наведалась в женское общежитие и выяснила, что баронесса Виальд приходит в комнату поздно, лишь для того чтобы спать.

Да, нехило ее нагрузили. Единственная возможность застать Линду в женском общежитии на выходных. Но на эти у меня планы: надо наведаться к Силене. Дочка генерала сама меня пригласила. Пока мы будем сплетничать и пить чай, Хельцен попробует обнаружить проклятую вещь.

Вечером в пятницу я вернулась в особняк.

Тис, услышав о том, что к нам снова приедет Эттан, возмутился:

— Зачем ты его позвала?

— Поговорив с ним, я поняла, что нашла не все записи деда. Уверена, что он действительно занимался порталами, при этом как-то преобразовывал те демонские руны. Если господин Гилморис найдет дневники Максимилиана, то это позволит не только приоткрыть еще одну грань рунной магии, но может быть полезным в наших делах.

— Если это необходимо, я сам мог бы поискать в библиотеке. Не хочется пускать туда этого хмыря.

— У тебя и так много работы в последнее время. Еще и записи искать. Может дед забрал их с собой на Землю, или уничтожил? Нет, пусть Гилморис ищет.

— Тогда я послежу за ним.

— Хорошо, тогда мы с Хельценом наведаемся к Силене.

— Я тоже хотел туда наведаться в ближайшее время. Наши наблюдатели сообщили, что возле дома генерала крутился какой-то высокий худой тип с черной бородищей. Очень подозрительный. К сожалению, Крысы за ним не проследили.

— Что он делал?

— Не понятно. Прохаживался возле дома, заглядывая в окна второго этажа. Явно что-то задумал. Один из охранников особняка направился к бородачу, но, увидев это, хмырь ретировался. Учитывая, что комната Силены находится на втором этаже, я решил, что в следующий раз, когда этот тип появится — а я почему-то не сомневаюсь, что это случится — надо за ним проследить. Крысы согласились понаблюдать за бородачом, как он придет, но потребовали задаток. Причем, задаток нужен заранее и лично в руки. Вот и придется ехать туда, чтобы встретиться и вручить деньги.

Мы обсудили ситуацию с Силеной, а потом Тис снова стал ворчать из-за Эттана, уговаривал меня отозвать разрешение на изыскания в библиотеке. М-да, и это я еще не сказала, о том, что мастер Гилморис попросил называть его по имени наедине.

Понятно, что Тис ревнует. Он явно чувствует симпатию, возможно, влюбленность, но я… не знаю. Тис из будущего и этот — два разных человека. Все запуталось. К какому именно варианту Тиса я ощущаю симпатию, определить сложно. Да и не время сейчас для любовных дел, других проблем навалом: женишок, от которого надо избавиться, Силена, принц…

Кстати, об эпичной встрече с Юджином я тоже умолчала, если честно, в глубине души надеялась, что оно само рассосется. Но так же понимала, что надо ждать ответного хода от его высочества.

В субботу утром приехал Эттан, вручил мне копию схемы с демоническими рунами. Что-то мне подсказывает, что просто так перерисовывать такие вещи нельзя, но я промолчала. Тис сверлил господина Гилмориса неприязненным взглядом, но больше никак свое неудовольствие не выражал.

Попрощавшись с Эттаном, я оправилась к Силене. Действие проклятья уже было заметно. Девушка как будто выцвела и слегка похудела. За утренним чаем она призналась, что последнее время постоянно чувствует себя уставшей. К сожалению, Хельцен не нашел проклятую вещь и в этот раз. Но у нас был запасной план.

Я случайно «забыла» медальон с призраком у Силены, уронив его, и незаметно затолкав под буфет ногой. Сразу не найдут, и у Хельцена будет время, чтобы проследить за прислугой, а у меня — повод, чтобы еще раз посетить дом генерала.

С Силеной мы договорились погулять чуть позже, но в понедельник мне пришел ответ не от нее, а от секретаря генерала Райвена, который сообщил, что девушка заболела и пока не сможет ни куда-то выходить, ни писать.

Судя по всему, в этот раз проклятье развивается гораздо быстрее. Надо срочно забрать Хельцена. Вдруг, он что-то обнаружил? В тот же день я договорилась секретарем генерала о встрече, чтобы мне вернули «потерянный» медальон. С моими подсказками его быстро нашли служанки.

После занятий я сразу же отправилась к дому генерала. Хельцен уже ждал меня возле входа.

— Я нашел, что убивает Силену, — начал он сразу, — и это не проклятье.