Глава девятая · Снова проблемы

К сожалению, чтобы обсудить полученную информацию, времени не было, через десять минут начинались занятия. Мы разбежались с Хельгой по аудиториям, договорившись встретиться в лаборатории некромантки после последней пары.

Сейчас я сидела на лекции и размышляла. Являлась ли перемена места, где поднялись кладбища, доказательством того, что Норсы причастны к этой беде? Возможно.

По крайней мере, я в этом уверилась в этом полностью. Если взять за основу постулат о том, что будущее меняется не просто так, а вследствие моих решений, значит, именно я виновна, пусть и косвенно, в том, что кладбища встали в Гуниладе.

Все так же, как было с принцем. Стараясь спасти жителей, я сделала все, что могла, чтобы унгумас не выбрался наружу. Только в первом варианте будущего, кроме домов в трущобах, были разрушены лаборатории Крыс, поэтому артефакт, которым пытались убить Юджина, не сработал, как надо. Видимо, делали второпях, лишь бы вовремя отдать заказ.

В этот раз дома и лаборатории остались целы, артефакт сделали качественно, и он сработал бы, убив принца, если б не мое желание все проверить.

Здесь, похоже, та же зависимость.

В первом варианте будущего кладбища поднялись в Аршараде, но в этом — я встретила леди Юбай, и вместе с ней мы разработали детектор, определяющий концентрацию некроэнергии. Пытаясь избежать беды в провинции, мы быстро организовали небольшое производство и снабдили некродетекторами маленькие кладбища. Попутно Хельга оформила патент.

Если зомби встали бы из-за природной аномалии, или по каким-то независимым от меня причинам, то сейчас все бы повторилось в Аршираде. С той лишь разницей, что теперь о восставших мертвецах стало бы известно заранее, и они бы никого не покалечили.

Но раз кладбища поднялись в другой провинции, значит, причины, по которым это произошло, связаны с изменениями, что спровоцировала я.

Если представить, что Норсам необходимо на время избавиться от леди Юбай, чтобы та не сняла проклятье с дочери генерала; если они действительно с помощью обратных очистителей отравляли некротикой кладбища, то им ничего не стоит поменять место.

Раз Хельга осматривала кладбища в Аршираде, Норсы решили поднять мертвецов в другой провинции. Какая разница куда она поедет? Лишь бы подальше от столицы. А то не дай бог поймет, что за проклятье наложено на Силену и сможет его снять, да и вдруг определит, кто именно виновен.

Зараза! Держали бы мы создание детектора в тайне — и все получилось бы! Но я как-то не подумала об этом. И, нужно признаться, не была уверена, что к поднятию зомби причастны Норсы.

Эта идея казалась мне слишком дорогой и сложной. Тратить кристаллы, материалы, нанимать людей, которые сделают «грязную» работу… Зачем? Ведь Хельгу можно нейтрализовать другим способом.

Например, подкинуть улик, обвинить в убийстве, посадить под арест, и, пока будет длиться суд, обстряпать все дела. Или похитить и продержать где-нибудь пару недель. Или подстроить какой-нибудь скандал, а потом сделать все, чтобы она уехала в отпуск на месяцок, переждала волнения.

В конце концов, они могли бы ее убить. Организовать «несчастный случай». Как бы страшно не звучало, но Бальд сторонник, так сказать, простых решений.

Однако они подняли кладбища. Зачем усложнять? Не понимаю.

Тем не менее лично для меня стало очевидно, что за этой бедой стоят Норсы. Как только они узнали, что леди Юбай оформила патент на новое изобретение; как только она съездила в Арширад, Норсы поняли, что ловить там нечего, и подняли кладбища в другой провинции.

Обдумав все так и эдак, я после занятий снова оправилась в лабораторию к леди Юбай и застала ее собирающейся.

— Ты уезжаешь?

Мы сблизились с некроманткой, поэтому наедине общались без официоза.

— Да, пришел приказ от ректора, я не могу отказаться, — Хельга кивнула на документ из плотной желтой бумаги, лежащий на столе.

— Можно прочесть?

— Да, конечно! — разрешила она, и отвернулась к большому чемодану на колесиках.

Забавно, что скоро такие штуки войдут в моду, сейчас пока это странная новинка.

Развернув сложный пополам лист, я вчиталась в строки. Приказ от ректора. Документ выглядел серьезно, и был заверен печатью и подписью. В самом низу стояло сегодняшнее число.

Получается, ректору стало известно о кладбищах сегодня утром. Кто-то не просто сообщил ему, но и подал идею: послать некромантов из нашей академии на помощь. Интересно, кто надоумил командировать туда леди Юбай со студентами?

М-да. Ректора не расспросишь.

— Что ты хотела? — голос Хельги вывела меня из размышлений.

— Поделиться своими соображениями.

Как оказалось, некромантка тоже обдумала ситуацию и пришла к тем же выводам.

— Почему они не хотят меня убивать? На самом деле ответ довольно прост, — чуть подумав, ответила Хельга, — у меня с Льером есть некоторые отношения. Так получилось, что мы с герцогом Гарвирадом познакомились, когда я только переехала в Ирставен, а ему понадобилась помощь в расследовании. А потом мы снова встретились здесь, и как-то…

— Так, подожди-подожди… — сообразила я. — Значит, это он сделал тебе предложение руки и сердца? И ему ты отказала?

— Да, было дело, — поморщилась молодая женщина.

— Оу! — выдала я.

Чего-то более связного не придумывалось. Теперь понимаю, почему Хельга так возмущалась. Видимо, герцог начал ей диктовать, как она должна выглядеть, и что именно делать, чтобы стать его женой.

— Только, пожалуйста, не говори об этом никому! Кому надо, тот знает, но…

— Да, понимаю, если с тобой что-то случится, герцог обязательно докопается до правды.

— Верно, но это еще не все. Льер зациклен на безопасности. Он пригласил специалистов, которые ставили защиту на дворец, заплатил им, и те оплели чарами весь мой дом, включая подвал и чердак. Даже на подходе есть скрытые сигнальные амулеты, которые должны будут предупредить об опасности. А уж в моей лаборатории… — Хельга провела рукой, показывая полки, — ты же чувствуешь, да?

— На входе от навешанных заклинаний кожу щиплет. Но я думала, это стандартная защита лабораторий некромантов.

— Нет. Просто Льеру так спокойнее. На моем экипаже тоже подобные чары. Думаю, Норсы узнав, что герцог обо мне беспокоится, решили, что убить меня будет сложнее, чем отправить подальше.

— Да, понимаю. Но как быть с Силеной? Неужели не получится ее спасти? Может, есть еще специалисты по проклятьям?

— Больше в столице никого не знаю. Я постараюсь быстрее управиться с проблемами. Хорошо, что ты рассказала мне о сне. После этого я устроила переэкзаменовку моим студентам, они готовы. Мы уже обсудили ситуацию и распределили роли. Сейчас действительно лучшая возможность для практики некромантов. Ректор прав.

— Знаешь, это ведь не все, что я видела. Возможно, тебя постараются задержать в Гуниладе, а может и убить. И там у наших недоброжелателей будет больше возможностей, чем тут в академии.

— Что ты хочешь сказать?

— Попроси герцога о защите. Пусть он отправит с тобой телохранителей, или придумает еще что-то.

— Понимаешь, — замялась некромантка, — у нас произошла ссора, после того, как я отказалась выходить за него замуж. Он обижен и…

— Если действительно любит, то твоя безопасность для него важнее собственной обиды. Объясни герцогу, я думаю, он поймет.

— Ладно, спасибо за совет, обращусь к Льеру.

Пожелав Хельге удачи в предстоящем деле, я попрощалась и вернулась домой. Пока я видела единственную возможность решить проблему с Силеной: выследить того жреца Всесоздателя, который должен был прийти и предложить генералу спасение дочери взамен на клятву. Этого мутного типа надо допросить.

Однако, полагаю, что генерал не дурак. В первом варианте будущего он знал, что жрец как-то связан с тем, кто наложил проклятье. Уверена, Райвен Райс следил за ним и, вероятно, допрашивал, или пытался, но почему-то не узнал ничего, что могло бы спасти дочь. Почему?

Кстати, сами жрецы Всесоздателя не могли накладывать проклятья из-за конфликта сил, однако подбросить проклятую вещь, или отдать кому-нибудь приказ, чтобы ее подбросили — вполне.

Значит, надо следить за Силеной и за домом генерала еще пристальней и сразу, как появится, «сесть на хвост» жрецу.

На следующий день на паре травоведения меня ждал сюрприз. В аудиторию зашел Эттан.

— Студенты! — громко произнес мой репетитор, — мастер Шипри заболел, поэтому сегодня и всю эту неделю его предмет буду вести я. Зовут меня Эттан Гилморис, или мастер Гилморис. Сегодня, для того чтобы оценить ваш уровень знаний по травоведению, я проведу быструю проверку. Сейчас каждый возьмет карточку с заданием. У вас будет пятнадцать минут на то, чтобы его выполнить.

Кто-то из студентов простонал что-то вроде «О, нет!», но, понятное дело, Эттана это не остановило. В общем, пара началась весело.

В отличие от большинства студентов нашей группы, за проверочную работу я получила довольно высокую отметку. Зейн, кстати тоже. А все потому, что мы уже привыкли к тому, как мастер Гилморис ведет занятия, и никогда не писали самый очевидный ответ на вопрос.

Эттан умел интересно проводить уроки. Мы разобрали основные ошибки, провели короткие опыты с некоторыми растениями, записали исключения и послушали рассказ из практики. Судя по горящим глазам студентов, первокурсники уже простили учителю внеочередную проверочную работу.

Выдав задание на дом, мастер Гилморис объявил занятие законченным, а когда все стали собираться в столовую — следующей у нас была большая перемена — обратился ко мне:

— Леди Крайс, задержитесь, пожалуйста.

Пожалуй, для незнающего человека эта небольшая пауза, которую он сделал перед словом «задержитесь», незаметна, но мне показалось, что мастер Гилморис волнуется.

— Что-то в моей проверочной работе было не так? — поинтересовалась я, когда мы остались наедине.

— А? Нет, я совсем по другому поводу.

Эттан открыл дверь в лаборантскую и жестом пригласил меня войти. Пока я осматривала ряды шкафов, откуда-то извлек артефакт тишины и поставил его на небольшой стол, примостившийся около стены.

— Присаживайтесь, — сказал мой репетитор, пододвинув стул, — я хотел бы вам кое-что показать.

Второго стула рядом не оказалось, Эттану пришлось взять его в аудитории.

— Итак, — начал он, после того, как активировал артефакт и уселся рядом со мной, — что вы знаете о демонологии?

— Простите? — растеряно произнесла я, вглядываясь в лицо Гилмориса. — Демонология? Это же запрещенный раздел магии!

— Верно. Но запрещено не все. Разрешено изучать защитные заклинания и техники. Сами понимаете, из междумирья лезет порой такое, что неплохо было бы обезопасить наших бойцов всеми способами. Вы ведь примерно знаете, как осуществляется призыв демонов?

— Откуда бы? Я вообще до этого жила в мире, где магию считают выдумкой.

— Да, действительно, — немного растерялся Эттан, но тут же продолжил: — Тогда я расскажу. Демонами называются условно бестелесные сущности. Условно, потому что тело у них есть. Однако в демонических мирах настолько чуждые нам законы физики и химии, что их тела здесь выглядят, как призрачные. Именно поэтому убить их нашей магией, и нашим оружием очень сложно. Но и самим демонам в мирах, подобным нашему, непросто, они не могут долго существовать здесь без источника питания и без магической привязки к физическому телу. Однако если человек разрешил демону использовать свое тело, или нашел возможность магически привязать к телу животного, то одержимый или демоническая тварь может прожить сколько угодно. Если, конечно, не сойдет с ума от конфликта сил.

— А демоны разумны?

— Да. В какой-то мере все они разумны. Но кто-то лишь чуть умнее собак, а кто-то не глупее наших ученых.

— А откуда вы так много знаете про демонов?

— Все, что я вам рассказываю, есть в открытых источниках.

— Тогда зачем артефакт тишины?

— Наберитесь терпения, леди Крайс, сейчас я до этого дойду. Иногда, довольно редко, надо признать, открываются порталы в миры демонов. Оттуда к нам попадают чаще всего низшие твари, голодные и тупые. В зависимости от вида они либо выпивают силы людей, либо поедают тела, либо поглощают магию из окружающего пространства и скрываются обратно в портале. Демоны могут точно определить, когда межмировая прореха откроется и закроется. Поскольку у них серьезная конкуренция, а ресурсов мало, с той стороны возле формирующихся порталов в миры, собирается толпа тварей, только и ждущих, чем бы поживиться. Прорывы из таких миров редкие, но всегда разрушительные. Бывает, что не все демоны успевают вернуться в портал, и тогда они пытаются найти себе тело. Не каждое им подходит. Людей, что заключают сделку с демоном и пускают его внутрь, называют одержимыми. Как я уже сказал, в теории одержимые могут жить сколько угодно долго, но на практике часто сходят с ума. Они, как правило, агрессивны и очень сильны как физически, так и магически.

— Зачем люди это делают? Пускать демона в свое тело… — я покачала головой, — это должно быть жутко неприятно.

— Да, но есть и выгода. Кто-то хочет отомстить, кто-то увеличить магическую силу, кто-то стать успешнее или получить знания. А демоны хотят выжить и эволюционировать.

— Простите, что?

Странное слово, несколько чуждое для этого мира.

— Особенность демонов в том, что они растут скачкообразно и способны меняться и расти на протяжении всей жизни. Физическая и магическая сила демона зависит не только от количества прожитых лет, но и от питания. Им важно изменить тонкое тело, приобрести новые способности, получить больше уважения в демонической среде. Для всего этого необходимо поглощение физических тел, какой-то определенной энергии, эмоций, магии и так далее — в зависимости от вида демонов. В общем, для них выгодно заключать союзы, особенно с магами, или с людьми, которые могут обеспечить своего симбионта чем-то важным для него.

— И все же странно, что люди соглашаются. Мне кажется, разнообразные плюшки вроде усиления магии и прочего не компенсируют высокую вероятность сойти с ума или погибнуть.

— Все дело в ментальной магии, к которой у многих демонов есть предрасположенность. Даже низшие способны наслать ужас, а высшие сильнее, чем самые одаренные наши менталисты. В момент заключения договора, не все люди понимают, на что соглашаются. Но хуже всего то, что к природным прорывам мы можем подготовиться, отследить одержимых и уничтожить их, а вот если действуют демонологи…

— Это те, кто изучают демонов?

— Нет. Те, кто проводят ритуалы вызова.

— Специально демонов призывают?

— Именно!

— И запускают его в себя? Серьезно?

— Да. Дело в том, что в смутные века демонология не была запрещена, и часть колдунов усиливали свои способности таким образом. Они же написали первые книги о демонах и об их вызовах. Потом демонологию запретили, и большую часть литературы по этому поводу уничтожили. Но кое-что осталось.

Эттан вытащил из внутреннего кармана книжицу. Не слишком толстую, похожую скорее на блокнот. Красно-черная обложка из кожи с металлическими уголками.

— Очень прошу не касаться книги. Это из особого тайного зала библиотеки. Вообще-то выносить ее нельзя, но я договорился. Тем не менее в случае попадания в чужие руки, библиотекарь об этом узнает. Так что без прикосновений, пожалуйста.

— Не очень-то и хотелось, — пробормотала я.

Книга выглядела мрачно.

— Это записи практикующего демонолога, — перелистывая пожелтевшие страницы, рассказывал Эттан. — Он жил около трехсот лет назад. Уже тогда эти знания считались запретными.

— Да, что вы хотели мне показать?

Книга странным образом увлекала. Язык изменился за триста лет, я улавливала устаревшие обороты речи, но понять, о чем писал владелец дневника, не могла.

— Леди Юбай отзывалась о вас, как о человеке, который прекрасно разбирается в древних рунах. Знаю, что ваш дед собирал редкие книги по рунной магии, поэтому, когда я увидел вот это, у меня появилась идея обратиться к вам…

Эттан пролистнул записи демонолога почти до конца и развернул ко мне. На пожелтевшей странице слегка выцветшими чернилами была изображена сложная схема, состоящая из нескольких окружностей и вязи рун между ними. Только это были какие-то странные руны.

— Не понимаю, что это…

— Круг призыва. Владелец записной книжки пытался разложить его на составляющие и понять, какую функцию выполняет каждая вязь. Ведь нужно не только призвать демона, но и удержать его, чтобы он не захватил тело и не воздействовал на сознание, прежде, чем демонолог выставит ему условия. Смотрите, — Эттан придвинулся ко мне вплотную и показал ряд рун, — вот это, судя по всему, защита от проникновения демонов. Односторонняя или двусторонняя я не знаю. Дальше разобраться в этом невозможно…

Мастер Гилморис перевернул страницу. Схема резко обрывалась.

— Продолжения нет. Одну страницу кто-то вырвал. Возможно, даже две…

— Вы считаете, что я могла бы… хм… помочь вам восстановить рунную вязь, которая защитит от демонов? Но это какие-то странные вариации рун. Они похожи на древние, но… не знаю.

— Тем не менее, я был бы благодарен за любую подсказку. Мое исследование зашло в тупик.

— Хорошо, если у вас есть копия схемы, я обязательно посмотрю, но не надо ждать от меня чего-то выдающегося.

— Конечно, копию я сделаю. И благодарю. Но это еще не все, что я хотел вам показать. Смотрите.

Эттан раскрыл форзац книги, в бумажном библиотечном кармашке лежала карточка, которую он вытащил и указал на последнюю строчку. Там значилось: «Максимилиан Крайс».

— Последним дневник демонолога брал ваш дед, Александра.

— Вы считаете, что именно он вырвал страницу?

— Понятия не имею. В конце концов, записная книжка могла поступить в библиотеку уже такой. Пару листов могли вырвать в целях безопасности. Если бы страница осталась, то с этой схемой можно было бы, в теории, призвать демона.А так это лишь записки и размышления демонолога. Однако, увидев имя вашего деда и вспомнив то, что рассказывала леди Юбай, я подумал, что в вашей библиотеке могло быть что-то и об этих странных вариациях древних рун.

— Вы хотите получить доступ в мою семейную библиотеку? — предположила я.

— Да, если это можно. Ваш дед, скорее всего, изучал рунную магию. Полагаю, и в дневнике его заинтересовала именно эта схема.

Логично. Классическая магия моему деду и мне недоступна. Кстати, порталы! Так-то не запретный раздел, но найти информацию о перемещениях в другой мир крайне сложно. Мне повезло, я отыскала записи деда в лаборатории еще в первом варианте будущего. Каких-то странных вариантов древних рун там не было. А что если…

Руки сами потянулись к книге, я не сразу, но все же вспомнила, что трогать ее нельзя.

— Могу я еще раз взглянуть на схему?

— Э… — Эттан сначала растерялся, но потом сделал то, что я просила.

Да! Они там были. Особые портальные руны! Измененные, но это определенно они. Логично, если так посудить. Схема вызова демона — сложный рунный круг, в котором есть вязь, отвечающая за защитные функции, но основная задача: призыв и перенос. Тот же портал! То есть мой дед изучал, прежде всего, круги демонологов, чтобы построить портал на Землю.

Я нашла в записях Максимилиана уже готовый вариант, но он ведь рассчитал координаты и как-то изменил демонические руны, чтобы получить круг переноса. Должны же быть где-то неудачные варианты? Может, даже его дневники?

— Так могу я рассчитывать на… — устав ждать ответа, Эттан снова задал вопрос.

— Да-да, — покивала я, — конечно, вы можете заниматься изысканием в моей библиотеке, но у меня есть одно условие. Если вы что-то найдете, то обязательно об этом расскажете.

— Безусловно! Я очень рад, что нам удалось договориться. Могу я начать в ближайшие выходные?

— Да! Я предупрежу домашних.

— Спасибо. Вы даже не представляете, как я благодарен.

— Прошу прощения, но мне пора, — взглянув на часы, сказала я. — Хотелось что-нибудь поесть, прежде чем идти на следующую пару, а в столовой сейчас столпотворение.

— О! Я мог бы разделить с вами обед, — произнес Эттан, подходя к морозильному шкафу и доставая оттуда сверток, — если вы, конечно, не против рагу с курицей.

Обычно в таких шкафах хранились какие-то скоропортящиеся ингредиенты, нужные для лабораторных работ, но, видно, преподаватели не брезговали и обед там хранить.

— Конечно, не против! — радостно заявила я. — Не люблю очереди.

— Замечательно, я сейчас разогрею. Тут есть тарелки и кружки, посмотрите слева в шкафчике над столом. Обычно, если есть возможность, я сам готовлю и приношу с собой.

Кроме, собственно, рагу и курицы в подливе, Эттан достал колбасу и сыр, ловко нарезал бутерброды, выставил салат, а на десерт предложил чай или кофе на выбор и маленькие пирожные с ягодами. Причем, именно такие, которые нравились мне, не слишком сладкие, с мятой и со смородиной. Настоящий пир для желудка.

Обедать за небольшим столом вместе с Эттаном, было несколько смущающе, может быть, потому что сидели мы довольно близко друг к другу. Мастер Гилморис ухаживал за мной, подкладывал лучшие кусочки, рассказал забавную историю. Эттан часто улыбался. Из-за этого его лицо казалось мягче и красивее. Небольшая морщинка над переносицей разгладилась, из тела учителя ушло напряжение. Он будто полностью расслабился в моем присутствии, потому что доверился. И это подкупало.

Я словно знакомилась с ним заново, с еще одно гранью характера. Потом мы разговорились о нашем с Хельгой изобретении, я объяснила с какими проблемами столкнулись и как в итоге их решили.

Эттан с любопытством слушал, задавал вопросы, уточнял, восхищался. Сразу видно умный человек, не то что Бальдеран. Мой женишок мало что понял бы. В какой-то момент я оговорилась и назвала леди Юбай по имени, и пришлось сознаться, что наедине мы общаемся по-простому.

— Вы рассказывали, что на Земле давно отменили сословия. Наверное, тут вам непросто с титулами?

— Да. Особенно первое время сложно было привыкнуть. Хорошо еще, что я — маркиза, а не простолюдинка, не то точно кого-нибудь оскорбила бы, не так обратившись или поклонившись.

— Вот как… — задумался Эттан. — А как вы смотрите на то, чтобы общаться по именам, когда мы наедине?

— Я не против! — легко ответила я, и только потом сообразила, что для уроженца этого мира называть по имени кого-то выше себя по социальному статусу — это один из вариантов близости.

Ладно я брякнула, но он же не может этого не понимать?

Непохоже на Эттана, неужели он так рад допуску в библиотеку? Он же не просто так принес сюда мои любимые пирожные, узнал как-то, те, что мне нравятся. Может, подкупить хочет? Или дело в другом?