Глава седьмая · Проклятье

На следующий день я проснулась с дикой головной болью и в таком состоянии, словно очнулась с тяжелого похмелья. А все из-за побочки ритуала, позволяющего восстановить память.

Существовало несколько способов вспомнить прошлое, но ни один из них не гарантировал стопроцентного результата, и каждый имел множество ограничений и побочных реакций. Самые сложные требовали редких зелий, артефактов, ингредиентов, нескольких магов менталистов и тщательной подготовки, но, в теории, могли помочь вспомнить даже прошлую жизнь и восстановить утраченные навыки.

В теории. На практике огромная вероятность сойти с ума в процессе подобных ритуалов отпугивала всех экспериментаторов, кроме самых упоротых.

Безусловно, от таких рискованных способов я отказалась, использовав один из самых безопасных. Подготовка не заняла много времени: надо было лишь сварить несложный эликсир и начертить круг рун, опоясывающий место, где спишь. А потом выпить зелье и заснуть, размышляя о том, что хочешь вспомнить.

В результате человек проваливался во что-то вроде осознанного сновидения, просматривал свою память и просыпался с нужными знаниями.

Конечно, у данного метода были ограничения. Например, восстановить таким образом память о прослушанных за полгода лекциях точно не получилось бы — слишком большой объем информации. Зато побочка неопасная: сухость во рту, сонливость, отсутствие аппетита и мигрень.

Видимо, я собрала все возможные последствия. Однако не напрасно. Лежа в кровати, я пыталась восстановить разрозненные обрывки сна-воспоминания. К сожалению, все, что удалось узнать — одна статья в газете и слухи, но и эта информация давала возможность подготовиться к неприятностям.

Мне казалось, леди Юбай как-то связана с проклятием рода Норс, но выяснилось, что это не так.

Я взглянула на календарь. В прошлом свадьба с Бальдераном состоялась в начале сентября. После этого мы с ним уехали в свадебное путешествие на десять дней, а вернувшись в столицу, узнали о болезни дочери генерала Райвена Райса. Это было проклятие, которое, как позже выяснилось, обещал снять жрец Всесоздателя.

Генерал, конечно же, обращался к специалистам, но все разводили руками. К сожалению, декана факультета некромантии, Райс привлечь не мог, потому что леди Юбай вместе со своими студентами уехала в Арширад — восточную провинцию, где внезапно поднялось несколько кладбищ.

К счастью, зомби-апокалипсиса не случилось, однако мертвецов следовало правильно упокоить, а это лучше всего делали некроманты и благословленные жрецы. Последних насчитывалось не особенно много.

Своей академии в Аршираде не существовало, была лишь школа магии в столице провинции. Некромантов там училось меньше дюжины, а преподавал старик, который хоть и неплохо знал свой предмет, но передвигался с трудом и вряд ли смог бы руководить зачисткой кладбищ.

Поскольку в Аршираде вставали, в основном, простые зомби, ректор нашей академии справедливо решил, что это будет неплохой рекламой учебного заведения и заодно отличной практикой для некромантов. Леди Юбай и еще нескольких преподавателей командировали в провинцию вместе со студентами трех старших курсов факультета.

Через пару недель командировка закончилась, и некроманты вернулись в альма-матер. Все, кроме леди Юбай и её то ли слуги, то ли ассистента. Его имени я не слышала, зато припомнила, что парень тоже приехал из империи Цинь, как и сама Хельга.

Говорили, что декан задержалась, потому что этого слугу обвинили в убийстве сына местного чиновника и взяли под стражу. Не казнили только потому, что леди Юбай дала огромную взятку.

Была и другая версия: якобы некромантка, чтобы увеличить силу, принесла сына чиновника в жертву, а слуге приказала взять вину на себя. Парня должны были казнить, но его спас местный дознаватель, нашедший неопровержимые доказательства вины леди Юбай. Некромантке пришлось выложить крупную сумму, чтобы откупиться от обвинений.

Итак, в плюсах: я теперь могу примерно определить, когда именно заболела дочь генерала. Нужно, чтобы леди Юбай осмотрела девушку до того, как случится заварушка в Аршираде, и Хельга уедет со студентами на внеочередную практику.

В минусах: дрянное самочувствие. Сил не хватает даже на то, чтобы встать с кровати.

Наверное, я ненадолго задремала, потому что проснулась от голосов за дверью.

— Вам сюда нельзя! — негромко, но решительно говорила Майя — моя горничная.

— Можно! Госпоже давно пора проснуться, — настаивал Тис. — Уже десять утра.

Как десять? Я что половину суток проспала? Какое-то время они препирались, но бывший раб вышел победителем и все же просочился в спальню.

— Леди, я принес все, чтобы поднять вас на ноги! — заявил он, ставя поднос на прикроватный столик.

— Это рассол? — спросила я, скосив глаза на кружку, стоящую на подносе.

— Да!

— Дай сюда!

— Обязательно, — улыбнулся Тис.

Только прежде, чем сунуть в руки вожделенную кружку, он помог мне сесть, подложив под спину подушки.

Медленно цедя рассол, я смотрела, как бывший раб распоряжается в моей спальне:

— Шторы пока не открывать! Передай на кухню, пусть сделают весенний салат и еще что-нибудь легкое на завтрак. Лекарство от головной боли я уже принес.

Майя убежала выполнять поручения, а меня вдруг посетила мысль: а что если Тис сам прибегал к этому ритуалу? Я ведь не сказала, что именно хочу сделать. Лишь намекнула, что попытаюсь во сне «увидеть будущее». Может, рассказать Тису о том, что я уже второй раз проживаю жизнь?

— Сейчас прохладный душ, умывание, а потом снова ляжешь в кровать, — продолжал командовать бывший раб. — Я сейчас распоряжусь насчет грелки.

— Зачем грелка?

— Чтобы положить ее вот сюда, — Тис коснулся моего затылка пальцами и чуть помассировал. — Ляжешь на грелку, так чтобы она находилась там, где шея переходит в голову. Хотя лучше я сам тебя правильно размещу. Сейчас — под душ.

Метод Тиса сработал!

Минут через сорок, я, наконец, почувствовала себя человеком, а не слизняком, размазанным по кровати. Слабость в теле никуда не делась, но головная боль прошла, проснулся аппетит, и в целом состояние улучшилось.

Я попросила подать завтрак в лабораторию, и там устроила совет вместе с Хельценом и Тисом. Ливоль сегодня уехал по делам. Рассказ того, что мне удалось «предвидеть во сне», уложился в десять минут.

— Ты считаешь, что Норсы спровоцируют подъем кладбищ в Аршираде? — поинтересовался Тис.

— Нет. Думаю, они воспользуются отсутствием леди Юбай. Скорее всего, Норсы планируют задержать там Хельгу, подстроив убийство, или действительно убив сына чиновника, но поднимать кладбища…

Я покачала головой.

— Даже для них это слишком сложно и дорого. Смотрите, надо найти некромантов, которые готовы нарушить закон и поднять зомби без соответствующего приказа, заплатить им, а их услуги недешевы, проконтролировать, чтобы никто не разговорился.

— Не вижу ничего сложного, — перебил Хельцен. — Тот прибор, который ты сделала для меня, тот, который насыщает некроэнергией пространство, довольно прост в изготовлении. Верно?

Я кивнула, уже понимая, к чему он ведет.

— Почему ученым, которые работают на Норсов не придумать что-то подобное? Насколько я понял, там надо только поменять вектор, и вместо стандартного очистителя, который убирает некроэнергию, мы получим прибор, который насыщает. Останется лишь запитать его обычным кристаллом.

Перед глазами внезапно нарисовалось недавнее воспоминание, как Бальдеран, услышав, что леди Юбай — лучший специалист по проклятьям — задумчиво замолкает. А потом еще одно, случившееся в прошлой жизни: женишок накануне свадьбы просит зарядить несколько больших кристаллов.

Могли ли Норсы быть причастны к тому, что случилось в Аршираде?

— Кладбища обычно обнесены изолирующей оградой, которая не позволяет поднявшимся мертвецам выйти за пределы территории, — продолжал объяснять призрак, — но одновременно это концентрирует некроэнергию в одном месте, не давая ей рассеиваться естественным образом. Если кто-то принесет на кладбище один такой прибор, или может два…

— Тогда зомби поднимутся самопроизвольно! — закончил Тис.

— Да! Безусловно, личей, черных всадников или кадавров так не получишь, но низшую нежить — вполне, — дополнил Хельцен. — А если найти всего одного некроманта, даже недоучку, при несложной подготовке из трупов людей встанут лютые мертвецы, а если притащить несколько полных скелетов собак или волков, то и псы мрака.

— Но кладбища очистили… то есть очистят рано или поздно, и такие приборы обязательно найдут, — пробормотала я.

— Не факт. Нежить может их сломать. Обычные зомби — тупые. Просто затопчут и не заметят, — размышлял Хельцен.

В круге, где он напитывался нейроэнергией, призрак проявлялся гораздо отчетливей. Сейчас можно было отчетливо различить его хмурое лицо.

— Приборы можно вынести с территории кладбища, — выдвинул еще один вариант Тис.

— Как? Живого человека зомби сразу сожрут.

— Может, это был некромант? — предположил бывший раб

— Даже сильный некромант не сможет сдержать целое кладбище, — наставительно произнес Хельцен.

— Кстати, а почему? Раньше же были такие маги, которые подчиняли сотни зомби, — начала я. — По крайней мере, я читала в исторических хрониках.

— Конечно, в древности бывало, что темные колдуны создавали армию нежити, но там существовала жесткая иерархия: более слабые мертвецы подчинялись сильным, а те в свою очередь некроманту. Если уничтожить высшую нежить, то темный маг станет обедом для своих созданий. Так что зайти на территорию, кишащую поднятыми мертвецами — поступок самоубийственный даже для некроманта.

— Не обязательно заносить прибор в середину кладбища, — парировал Тис. — Достаточно просто оставить его за забором. Например, в городке, где я рос, мы с соседскими мальчишками как-то на спор забрались ночью на кладбище. Сторож об этом не узнал. Там был склеп, который находился недалеко от кирпичной ограды. Мы приставили к ней лестницу, а потом перепрыгнули на крышу склепа. Так что в некоторых случаях вполне реально поставить прибор в такое место, где его не найдут, а потом так же спокойно его забрать. Зомби не успеют почуять живого человека.

— Не на всех кладбищах есть склепы, стоящие рядом с оградой, — задумчиво произнес Хельцен.

— Да. Но тогда можно самому разрушить прибор. Поставить недалеко от забора. В каком-нибудь заброшенном уголке, а потом перекинуть через ограду большой камень и раздавить. Или как с удочкой, привязать толстую веревку перекинуть ее через стену, а после того, как зомби встанут, вытащить.

— Она истлеет, — отверг предложение призрак.

— Тогда не веревку — крючок и цепь. За неделю, пока будут зреть мертвецы, некроэнергия металл не разъест.

Хельцин и Тис придумывали еще варианты того, как можно незаметно пронести прибор на кладбище, а потом безопасно его извлечь. Я же погрузилась в размышления.

Неужели Норсы срежиссировали все это, чтобы убрать леди Юбай из столицы? Неужели я косвенно повинна в том, что в соседней провинции случилась такая беда? Ведь это именно я заряжала те крупные кристаллы по просьбе Бальдерана, и примерно через две недели поднялись кладбища.

Может, это просто совпадение?

И что теперь с этим делать?

— Эй! — Тис помахал рукой у меня перед лицом, — о чем задумалась?

— Если Норсы хотят поднять кладбища, мы должны им как-то помешать, но я не понимаю, как.

— Ты видела какие-нибудь подробности? — спросил Тис. — Арширад — большая провинция, городов и деревень там много, проверить каждое кладбище — невозможно.

— Я видела газетные вырезки, в которых сообщалось о вставшей нежити, и о том, что декан факультета некромантии отбыла вместе со студентами, чтобы помочь справиться этой бедой. А точно! Встали мертвецы на каком-то старом захоронении в столице провинции, но были и еще кладбища в других городах. Больше ничего не знаю.

— Это слишком большая территория, чтобы все проверить, потребуется много усилий.

— Надо обратиться за помощью к Хельге, — выдвинул предложение призрак. — Она знает о некромантии гораздо больше меня, и возможно придумает выход. Вообще странно, что ты увидела лишь газетные вырезки, обычно дар сновидца работает иначе.

Я замешкалась. Лгать не хотелось, как и объяснять что-то по поводу моего «дара».

— Зато мы знаем точно, когда произойдет беда. Ты же запомнила даты выхода газет?

— С пятнадцатого по восемнадцатое сентября, — радостно ответила я, порадовавшись, что мой секретарь перевел тему.

— Время еще есть… — задумчиво произнес призрак.

— Кстати о прессе, — Тис развернулся к лабораторному столу, заваленному книгами, отыскал стопку газет и сунул мне. — Я сегодня скупил все, в которых вышло твое интервью. Посмотри.

М-да. Заголовки мне сразу не понравились.

«Принц влюбился в свою спасительницу?». И тут же не слишком четкий рисунок, на котором Юджин изображен по пояс. Надменное лицо, чуть приподнятые брови, как будто он делает одолжение, позируя художнику. В общем, очень похож.

«Внезапный финал интервью леди Александры Крайс!». Тут бумага у газеты получше, и на рисунке изображено мое удивленное лицо. Я получилась симпатичной. Но неужели у меня был такой потерянный и беззащитный вид, или художник нарисовал так специально?

«Младший принц лично вручил подарок за свое спасение». Вроде заголовок нормальный, но на маленькой картинке мы с Юджином смотримся как парочка.

На следующей газете рисунка не было, но огромный заголовок гласил: «Я совершила большую глупость!» и на следующей строчке: «Заявила спасительница принца».

Пробежавшись глазами по тексту, я поняла, никакой лжи корреспондент не написал. Имелось в виду мое обращение в начале интервью, где я действительно утверждала, что, кинувшись наперерез Сорсу Явиру, совершила глупость.

«Когда я увидела, как принц упал, мое сердце сжалось от тревоги» и следом более мелким шрифтом: «Александра Крайс рассказала о покушении.»

Тоже выдернули фразу, но привлечь журналистов к ответственности за это не получится, потому что я действительно говорила об этом, и в первом же абзаце объяснялось в каком контексте.

«Новые подробности покушения на второго принца Ирставена Юджина Гарвирада». Тут вроде все прилично, наши лица на разных картинках, но расположены они так, словно принц смотрит на меня.

Дальше все в том же духе. Особенно броских заголовков, кроме, пожалуй, первого в этой стопке, не было, но все они создавали впечатление, что у нас с принцем чуть ли не тайная любовь.

Кстати. Я посчитала газеты, потом сделала это еще раз, убедившись, что не ошиблась:

— Почему их не одиннадцать по числу приглашенных репортеров, а на две больше?

— Видимо, кто-то из обслуживающего персонала или из корреспондентов поделился подробностями пресс-конференции с теми, кого не пустили, — высказался Тис.

— Понятно, — протянула я, вспоминая тех людей, что толпились у входа.

Наверняка кто-нибудь из них заплатил за информацию кругленькую сумму.

— Что будешь делать?

— А что тут сделаешь? Призвать их к ответственности не за что. Даже вот этих, которые пишут, что принц в меня влюбился. Это ж не утверждение, а вопрос.

— Надо было со всех, кто присутствовал, клятву брать, — посоветовал Хельцен.

— Да ладно! Что бы это изменило? Написали бы это не сегодня, а завтра. Разницы особенной нет.

Я махнула рукой и переключилась на другую тему:

— Были какие-нибудь важные письма?

— Нет, ничего срочного, — ответил Тис. — Множество аристократов прислали приглашения на приемы, твой женишок почитал прессу и состряпал разгневанное письмо. Видно, что писал сам, уж очень стиль отличается.

— Что ему не так?

— Винит тебя в том, что ты предложила эту пресс-конференцию. Вот если бы пригласила одного репортера, как это делали обычно, то принц бы ничего не знал и не пришел с подарком.

— Напомни ему, что он сам одобрил план с пресс-конференцией, — поморщилась я. — Кто ж знал, что принц припрется туда вручать подарок? Ладно, надеюсь, два месяца до осеннего бала пройдут быстро, а там я договорюсь с королевой о покровительстве. Если не получится с ней, то придется формировать коалицию, и искать то, что остановит эксперименты Норсов.

— А, может, просто сделать Крысам заказ на убийство твоего женишка и на всякий случай и его папаши?

— Знаешь, Тис, я до сих пор не уверена, что за ними не стоит кто-то другой. Даже если мы найдем все их лаборатории и разрушим, никто не гарантирует, что информация не всплывет где-нибудь еще. Знаешь, многие захотят увеличить магию, если платой за это станут жизни чужих детей.

Какое-то время мы помолчали, а затем Хельцен перевел тему:

— Какие планы на ближайшее время?

— Для начала надо написать леди Юбай и предложить ей встретиться сегодня где-нибудь.

— А ты готова сейчас куда-то ехать в таком состоянии? — поинтересовался Тис.

— Ну в целом… все не так плохо.

— Сначала предложи Хельге навестить тебя, — посоветовал призрак. — Возможно, у нее будет на это время. Пусть сначала слухи улягутся. Сейчас тебе нежелательно появляться на людях.

Да, он прав. Потом мы обсудили письмо Оина Дирона. Изобретатель отчитался о проделанной работе и сообщил, что в самое ближайшее время приступит к созданию полноценного артефакта иллюзии. Надеюсь, у него все получится, и расходы удастся отбить.

День пошел своим чередом, я отправила письмо Хельге с просьбой о встрече, вскоре пришел ответ, что она занята до шести часов вечера. Тогда я пригласила ее в мою квартиру, что снимала близ академии. Некромантка согласилась, и мы договорились, что там заодно поужинаем. Рядом как раз находился хороший ресторанчик, в котором можно было заказать еду на вынос.

На встречу я поехала вместе с Тисом, Хельценом и служанкой Майей, а леди Юбай пришла туда в сопровождении своего ассистента. Звали парня Дан Ёси. Тоже цинец. Значит, в первом варианте будущего именно из-за него Хельга задержалась в провинции. Сомневаюсь, что ее ассистент кого-то убил, скорее всего, парнишку подставили.

Майю и Ёси отправили в ресторан за ужином, я же рассказала о том, что удалось узнать из «сна».

— Значит, вы подозреваете, что кладбища поднялись неслучайно, и хотите проверить свою гипотезу с прибором, который производит некротику?

— Да, но обыскивать все кладбища…

— Обыскивать все не надо. Вы ведь артефактор, леди Крайс?

— Не сказать, чтобы очень опытный…

— Это не так важно. Есть у меня одна идея… — взгляд Хельги остекленел, словно она что-то про себя подсчитывала, — да, думаю, с вашей помощью я смогу создать детектор, который определяет концентрацию некроэнергии. На кладбище она всегда немного выше нормы, но обычно ненамного. При опасных значениях детектор… ммм…

Леди Юбай задумалась.

— Подаст сигнал, — подсказала я. — Камень поменяет цвет, или будет какой-то звук.

— Точно! Я примерно знаю, как сделать такой. Если вы поможете мне с зарядкой кристаллов и еще кое с чем.

— Конечно!

— Сделаем сразу несколько штук. Пошлем в Арширад человек пять, чтобы исследовали кладбища.

— А если этот некроприбор принесут туда позже? — вмешался Тис. — И на момент замера параметров, концентрация некроэнергии будет в норме, а вот потом…

Все замолчали, обдумывая ситуацию.

— По-хорошему, надо создать много детекторов. По числу кладбищ в Аршираде, и сделать так, чтобы данные о повышении концентрации передавались в управляющий центр, — начала я. — Например, в столицу провинции. Или еще куда-то. По такому же принципу работает предупредительная система Ирстана, которая сигнализирует об открытии порталов, почему бы не сделать что-то подобное.

— Точно! Это будет грандиозно! — воскликнула леди Юбай, ее глаза загорелись.

В общем, я не очень поняла, как так получилось, но, когда Майя и Ёси принесли заказанную еду, мы с Хельгой спорили насчет материалов. Ужин прошел в приятной атмосфере, мы распрощались с некроманткой, договорившись встретиться через день у меня в особняке.

Возвратились поздно вечером, и я сразу легла спать.

Следующим утром, когда мы с Тисом работали в кабинете, пришло письмо. Мой секретарь, как обычно, подошел, чтобы проверить шкатулку. Вытащив конверт и вскрыв его, Тис прочел короткое послание и нахмурился.

— Что там?

— Помнишь, леди Юбай вчера говорила, что дочери генерала Райса могли подкинуть проклятую вещь.

Да, Хельга целую лекцию прочла. В случае с вещью получалось идеальное преступление. Человека хоть сто раз можно водить по целителям или к проклятийникам, но те найдут лишь слабость и недомогание. Однако вещь отравляет пространство, постепенно подтачивая здоровье тех людей, что находятся рядом.

— Да, помню, — кивнула я, не понимая, к чему ведет Тис.

— Кажется, я понял, каким образом эту вещь могут пронести в дом генерала, — произнес бывший раб, протягивая мне конверт.

На нем изящными буквами значилось: «Леди Крайс, позвольте пригласить вас на праздник в честь восемнадцатилетия Силены Райс…»

— День рождения, — прошептала я, — бал, множество людей, подарки! Да, это идеальный момент, чтобы подбросить проклятую вещь. Напиши ответ. Я обязательно буду на приеме.