Глава 34

Я оттолкнула Кайена, когда воздух в легких закончился. Мы оба замерли, прислушиваясь к тому, как внизу затихают остатки лавины. Солоноватый вкус его поцелуя, смешанный с металлом и разгоряченным камнем, остался на языке, напоминая о минутной слабости.

Дракон смотрел на меня так, будто хотел сделать своей прямо здесь, посреди скал и трупов мурросов.

— Нам нужно спуститься, — я отвела взгляд, усилием воли заставляя утихнуть огонь в крови. — Если твари напали на нас здесь, то могли добраться и до других участников.

Кайен кивнул, пристально наблюдая за каждым моим движением. Спускаться по обледенелым выступам — задача не из легких. Я перекинулась, чтобы легче скользить по узким тропам.

Дракон двигался рядом, совершив полуоборот, чтобы удобнее было цепляться когтями за выступы. Кошка урчала, ощущая присутствие сильнейшего хищника. Она так и норовила потереться об него, коснуться хвостом.

У подножия скального массива, где лес вгрызался в гранитные зубья скалы, кипела битва. Ветер доносил обрывки рычания, визг раненых животных и запах раздираемой плоти.

Солея Лайнхид и Шелли Фокстейл жались к вывороченному стволу векового кедра, пока Бирган в облике медведя крушил костяные панцири мурросов. Его лапы мелькали, как огромные кувалды, отбрасывая в стороны тварей. Но они наваливались серой массой, вгрызаясь в густой мех и нападая скопом.

Спрыгнув с уступа, я в полете выпустила когти, окутанные оранжевым пламенем. Рывок, удар — и ближайший муррос разлетелся брызгами черной слизи. Воздух вокруг меня раскалился, снег под лапами превратился в пар.

Кайен ухнул рядом, оставаясь в полуобороте, который защищал тело толстой броней. Его меч снова запел, отсекая монстрам головы и конечности отработанными движениями.

Чуть поодаль мелькала полосатая шкура Шеридана. Тигр сражался, безжалостно уничтожая противника. Он сразу заметил наше появление, и теперь будто старался показать себя, продемонстрировать силу. Каждый прыжок или разорванный враг будто бросали нам вызов. Тайгер соревновался со мной, пытаясь доказать, что его когти и клыки не менее смертоносны, чем мой огонь.

Еще один снежный ирбис защищал стайку перепуганных девушек, среди которых я узнала Лиору, и раненых оборотней. Ему помогал Торвейн, кидаясь на мурросов и вгрызаясь в загривки мертвой хваткой.

У Айдара на фоне стресса начал пробуждаться зверь. Сквозь золотистые волосы пробились белоснежные ушки, руки покрылись шерстью, а на кончиках пальцев сверкали острейшие когти.

Вместе нам удалось отбить атаку и уничтожить большую часть тварей. Недобитые остатки ринулись в лес, и за ними тут же погналась черная тень дракона. Кайен не собирался упускать ни одного монстра.

Над местом битвы повисла гнетущая тишина. Оборотни настороженно оглядывались, все еще выискивая опасности. Некоторые возвращались к человеческому облику. Я тоже обернулась, ощущая изматывающую усталость.

— Валесса, ты в порядке? — подошел ко мне Торвейн Мунхол.

Его волк внутри еще бесновался, не успокоившись после схватки, но в глазах уже светилась вполне человеческая тревога. Я даже рта не успела открыть, когда меня резко дернули за плечо, вынуждая развернуться.

Впечатавшись в грудь Шеридана, невольно вздрогнула, глядя на лицо, изуродованное моими когтями. Он еще не вышел из азарта схватки и застыл в полуобороте, из-под верхней губы торчали длинные клыки.

— Моя! — прорычал он, стискивая пальцы так, что у меня захрустели кости. — Думаешь, эта ящерица тебя спасет? В горах властвует только один закон: кто сильнее, тот и забирает добычу! Ты принадлежишь мне по праву силы, Валесса! И никуда от меня не денешься!

Второй лапой он обнял меня за талию, вжимая в свое тело, будто хотел подчинить, подавить своей аурой и не дать обернуться.

Тошнотворный запах Тайгера ударил в нос, вызывая спазм в горле. Я уже потянулась к стилету за голенищем, когда нас накрыла черная тень, а воздух потяжелел от раскаленного жара.

— Убрал от нее руки, тигр! — звенящим от напряжения голосом произнес Кайен. — Или я вырву твое сердце! Валесса — моя пара. Ты не имеешь права к ней прикасаться.

Шеридан оскалился, но выпускать меня даже не подумал. Дракон Кайена давил силой так, что Солея и Шелли, стоящие неподалеку, попадали на колени, закрывая уши руками.

— Ты забыл о древнем законе, принц? — выплюнул Тайгер. — Побеждает сильнейший. Я имею право бросить вызов.

— Ты нарушил это право, когда вступил в сговор против императора, — от Кайена дохнуло таким жаром, что под его сапогом треснул камень. — Отойди!

В этот момент с горы раздался слаженный вой мурросов. Я невольно вздрогнула, понимая, что большая часть оборотней измотана и ранена. Нам не выстоять, если эти двое устроят резню. Шеридан, к счастью, это тоже понял. Он медленно разжал хватку, отпуская меня.

— Мы еще не закончили, Валесса, — хрипло прошептал мне на ухо, прежде чем отпустить. — Я всегда получаю, что хочу.

Учитывая смертельную опасность, продолжать испытание дальше мы посчитали невозможным и вернулись в лагерь. Уже то, что мы сумели выступить единым фронтом и дать отпор стае мурросов, доказывало наше право называться хищниками.

Отец с гордостью встретил нас на площадке. Айдар взахлеб рассказывал о схватке и демонстрировал первые полученные раны. Вельсар тоже делился подробностями битвы, красуясь перед девушками, которые заинтересованно поглядывали на него. Я же молча прошла к организатору и выложила на стол собранные флажки, доказывающие, что задание я полностью выполнила.

На поляне в нашу честь зажгли костры, зажарили сочного мяса, подали закуски и напитки, зазвучала праздничная музыка. Молодежь, не взирая на раны, осталась пировать и веселиться.

Прежде у меня не находилось повода для веселья. Я либо пропускала испытания, либо неизменно проигрывала. Но и сейчас не захотела остаться с остальными, не желая сталкиваться ни с Кайеном, ни с Шериданом.

Однако дракон решил сменить тактику, и уже на следующее утро устроил мне настоящую «Осаду роз». Едва я открыла двери комнаты, чтобы выйти к завтраку, как чуть не споткнулась об корзины с цветами и подарками.

Довольно щедрыми подарками, которые мне было даже не с чем сравнить. Например, клыки ледяного вепря, добытые принцем в северных пустошах. Или артефакт из дымчатого хрусталя, который стабилизировал огненную магию. А прямо у порога лежали три черные розы, лепестки которых были покрыты тонким слоем инея. Они никогда не завянут, пока живо сердце того, кто их срезал.

— Принц сошел с ума? — прошептала ошеломленно, разглядывая все это богатство.

Каждый час мне преподносили что-то новое. К обеду доставили карту звездного неба, выбитую на шкуре реликтового зверя, затем масло для волос, пахнущее хвоей и медом. При этом Кайен не требовал встреч, не врывался в мои покои. Он просто был везде, куда бы я ни пошла. Его присутствие ощущалось в каждом подарке, в каждом уважительном поклоне стражи, которую дракон выставил вокруг нашего павильона.

Моя глупая и падкая на ласку кошка довольно мурчала при виде очередного подношения. А я злилась на себя и на дракона с его обычаями, которые заставляли тянуться к самому сильному и щедрому самцу.

Вечером, когда вышла на балкон подышать воздухом и увидела Кайена, нарочно устроившего тренировку под моими окнами, то не сумела оторвать взгляда от его тренированного тела, двигающегося с хищной грацией.

Он словно почувствовал мой взгляд и поднял голову, впившись в меня глазами, полными неприкрытой тоски. Я невольно отступила вглубь комнаты, прижав ладонь к груди. Лед, который так тщательно наращивала с самого первого мгновения новой жизни, кажется, дал трещину.

Я ненавидела себя за эту слабость. Каждое слово Кайена, каждый брошенный на меня взгляд, полный обещаний дарили надежду, что между нами все может быть иначе. И это чувство подтачивало меня изнутри хуже яда Альвины. Если снова кому-нибудь поверю, а меня потом предадут, то этого я уже не выдержу.