Глава 8

– Зато ее проведу я, – Влад уверенно и решительно прокрутил колеса коляски, направляясь ко входу. – Нужно посмотреть, в каком состоянии оборудование, чего не хватает в цехах…

Как только они оказались внутри здания, к ним навстречу выскочил встрепанный мужчина с темными волосами и диковато блестящими карими глазами.

– О, а вот и Дмитрий Красовский собственной персоной! – довольно протянул Андрей.

Дмитрий словно и не услышал. В смятой запачканной одежде с закатанными рукавами он нервно протянул лист бумаги.

– Как хорошо, что вы приехали! Новые хозяева, – презрительно фыркнул Дмитрий, явно едва удержавшись, чтобы не плюнуть им под ноги. – Как раз подпишете бумагу! Потому что ноги моей больше не будет в месте, где всякие уроды за сломанную деталь человеку едва не ломают руку!

У Миланы перехватило дыхание. Значит, перед ней тот самый Дмитрий? В которого без ума влюбилась Светлана, но который ее отшил, а она за ним бегала каждый раз, когда наведывалась на завод? Дмитрий был красив… какой-то особенной хищной, опасной красотой. Словно дикого зверя заперли в человеческое тело, но его свободолюбивая натура все равно рвалась на волю. Темные, отросшие сильнее привычного волосы касались плеч. Они слегка вились, обрамляя мужественное лицо с горящими янтарными глазами. Горящими праведным гневом. А тело… сильное, красивое, играло мускулами так, будто Дима был волком, стоящим в лесу, готовым сорваться с места и помчаться вперед, на врага.

– Что случилось, Дмитрий? Я могу чем-то вам помочь? – встревоженно выступила Милана вперед.

Она посмотрела в глаза Красовскому, не отрываясь.

– Вы? – фыркнул Дмитрий. – Я Вас помню девчонкой с большим бантом. Вы меня вряд ли. Но с тех пор на заводе мало что поменялось. Одного из рабочих едва не покалечили побоями! А когда я вступился за него, – Дмитрий задумчиво потер костяшки кулака, – то меня лишили всего жалования за этот месяц! Видите ли, это не первая моя выходка. Меня давно звали на другой завод, так что все, хватит с меня!

Влад взял из его рук бумагу и задумчиво прочел. Филигранные завитушки, ровный почерк – совсем не похоже на обычных работяг, многие из которых не умели писать.

– Я отказываюсь принимать такие решения в первый день, когда толком не знаю, как идут дела на моем заводе. Идите домой. А потом мы подумаем, что делать дальше.

Милана вспыхнула. Она прошипела негромко:

– Вы тоже тогда только устроились на завод, Дмитрий! И я Вас прекрасно помню. Помню, что моя старшая родственница… была старше и Вас! Я многое о вас помню.

Между ними повисло неловкое молчание. Наверное, Дмитрий удивился ее напору? К счастью, Влад отвлекся на беседу с Андреем и отъехал на своей коляске в другую сторону зала. Милана обернулась и заметила, как он агрессивно тычет Андрею в лицо бумагу Дмитрия. А тот мнется и качает головой.

– А еще Вы ошибаетесь, – Милана повысила голос. – Я тоже владелица этого завода. Жена Влада Эсберга. И я официально заявляю Вам, что никуда Вы не пойдете. Домой, во всяком случае. А пойдете на свое рабочее месте. Продолжать работу. Я и мой муж поговорим с нарушителем, с тем, кто поднял руку на Вас и на еще одного нашего работница. Вам и ему выплатят компенсацию за физический и моральный ущерб. А виновник будет оштрафован и уволен.

– Вам нравится командовать мужчинами? – Дмитрий не флиртовал, он смеялся глазами. – А если я не подчинюсь приказу? Разрешите управляющему и по мне пройтись тростью? С этим предметом хорошо знакомы во всех цехах.

Дмитрий нервно оглянулся на Влада, прислушиваясь, о чем там идет речь. Хотя ни один человек ничего не расслышал бы на таком расстоянии.

Щеки Миланы заалели одновременно и от гнева и от стыда. Но вместо того, чтобы потупить взор и показать свое смущение, она, напротив, уперла руки в бока и сделала несколько шагов в сторону Дмитрия. Постепенно сокращая между ними расстояние. Сейчас они стояли с ним близко… слишком близко. И краска не сходила с щек, но Милана выпалила:

– Нет! Я не признаю физические наказания, Дмитрий. Я считаю, это унизительно, когда один человек насильственно берет верх над другим. Но Вы правы. Я здесь хозяйка. А значит, я разрешаю Вам отвечать ударом на удар, если кто-то обидит или причинит боль Вам или другим работникам. Вы сильный, я же вижу. Так что легко возьмете верх над теми, кто вас унижает.

Милана гневно и тяжело дышала, хотя Дима не сказал ничего плохого. Но ей захотелось поставить его на место. Ведь Красовский так явственно показывал, что на этом заводе нет и не будет места справедливости… Что ж, пускай убедится в обратном. Милана продолжила смело:

– А раз здесь и сейчас только мы, раз вашего обидчика здесь нет, то разрешаю Вам наказать меня! Как хозяйку завода. За недосмотр, за то, что не остановила произвол управляющего и других работников, что ставили себя выше других. Я обязана была это сделать. Можете… скажем, ударить меня! Я разрешаю.

Милана продолжала сверкать глазами, как дикая кошка. А с ее губ рвалось дерзкое: «Сделайте это, если Вам полегчает! Просто дайте мне пощечину и тем самым разорвите странную, почти мистическую связь, которая возникла между нами еще до нашей первой встречи в моей голове!»

Они стояли у двери в небольшую каморку. Взгляд Дмитрия метнулся к Владу и Андрею. Они были далековато. Так что Дмитрий стремительно дернул Милану за руку в эту кладовую. И накрыл нежные губы своими, горячими и растрескавшимися, в бесстыдном поцелуе. В золотых, отливающих янтарем глазах по-прежнему плясал вызов.

– Будьте аккуратнее, провоцируя простых работяг. Они легко могут Вас скомпрометировать, сударыня, – выдохнул Дмитрий вполголоса, пока она не успела опомниться. – Но раз Вы сами предложили… я подумаю еще раз, уходить или нет. В обмен на одну услугу.

Милана охнула и отшатнулась от Дмитрия. И прижала пальцы к губам. Если Андрей с его соблазнением вызвал у нее лишь неприязнь и желание отшить, то Дмитрий… в первое мгновение ее колени подогнулись от желания. Хотя к Владу ее потянуло с самого начала, но этот мужчина подействовал на ее тело магнетически.

– Что за условие? Что вы себе позволяете? – звенящим от гнева шепотом проговорила Милана.

Конечно, она не хотела компрометировать себя в первые же дни после свадьбы. Кроме того, Влад относился к Милане предвзято, и она не собиралась ему давать в руки карты против нее.

– Еще раз попробуете коснуться меня… я Вам сама устрою такое наказание, что Вы горько пожалеете, что распускали руки! – выпалила Милана горячо, не дождавшись ответа Дмитрия.

– Я знаю толк в женщинах, Милана Петровна, – нахально усмехнулся Дмитрий. – Ничего Вы мне не сделаете. По одной простой причине. Вам понравился этот поцелуй… Но что об этом? – он вздохнул и помрачнел. – Мое маленькое желание отнюдь не касается Вас, не переживайте. В следующий раз, приезжая сюда, захватите своего пасынка. Хочу устроить мальчишке экскурсию… Светлана о нем рассказывала.

Он отвел взгляд. Понимал, что Милана может просто посмеяться над такой просьбой. А гордости в Дмитрие было столько, что на десятерых хватит. Так что он сцепил зубы и стиснул кулаки, чтобы не нахамить, если ему откажут.

Милана фыркнула. Вот еще, ловелас нашелся! Но просьба Дмитрия ее удивила.

– Пасынок? Георгий? Но зачем Вам? – Милана умолкла.

В ее мозгу зашевелились шестеренки. Она начала соотносить возраст Георгия с первым знакомством Светланы и Дмитрия… а еще странное жесткое отношение Влада к сыну?

– Я постараюсь выполнить Вашу просьбу, Дмитрий. Но ничего не могу обещать, – негромко проговорила Милана. – А Вы, в свою очередь, объясните мне свою просьбу.

Ее голос стал строгим. Показалось, что Дмитрий что-то от нее скрывает. И это чувство все возрастало.

– Я люблю детей, – ответил Дмитрий таким холодным и жестким тоном, что стало понятно, что большего от него не добиться. – До завтра.

Он распахнул дверь каморки, широким шагом направляясь прочь. Однако неожиданно дорогу ему перегородил Влад на своей коляске.

– Не так быстро! Вы забыли свои бумаги, – он протянул ему клочки от листа, разорванного в несколько раз. – Идите домой, выспитесь и успокойтесь. А завтра мы поговорим о Вашем вспыльчивом и скоропалительном решении. Уверен, мне будет, что Вам предложить на моем заводе.

– Что-о?! – вспылил раздраженный Дмитрий снова и растерянно сжал в кулаке свои порванные бумаги. – Да что вы себе позволяете?! Самодержец! Вы не имеете права меня тут держать силой!

Казалось, еще немного, и Дмитрий не выдержит и набросится на Влада с кулаками. Его останавливала только инвалидная коляска.

– Да я… такого обращения к себе и рабочим не потерплю! – продолжал высказываться Дмитрий.

Впрочем, Влад тоже был не робкого десятка, да и настроение у него оказалось не из лучших. И он тоже посмотрел на Дмитрия волком.

– Вот только тогда и жалование за этот месяц Вы все-таки не получите, – и бровью не повел Влад. – Не жалко-то трудов своих? Подумайте, прежде чем со мной ссориться. Может, я раздумываю сделать Вам более выгодное рабочее предложение, чем раньше?

Он посмотрел на то, как Дмитрий комкал в кулаке порванный листок. Светлые глаза смеялись. Даже находясь в инвалидной коляске, Влад будто немного смотрел свысока. Он был уверен, что Дмитрия легко подкупить обещаниями сытого будущего. Но тот аж побледнел от гнева. Сжал кулаки и сделал несколько шагов к Владу.

– Думаете, сможете меня купить? – низким хриплым голосом проговорил Дмитрий, глядя в глаза Владу, и даже стоящей рядом Милане стало не по себе от такого тона. – Черта с два! Вы мне не хозяева. И я не ваша собственность. И подчиняться вам не стану!

Резким движением Дмитрий разжал кулак и швырнул во Влада разорванное заявление об увольнении. Наверное, только плевок в лицо выглядел бы унизительнее.

Милана испуганно отшатнулась. Даже не представляла, как Влад отреагирует на подобное оскорбление!

Влад медленно смахнул обрывки бумаги со своих колен на пол.

– Я так понимаю, что рабочий день еще идет? Тогда попрошу подмести здесь, – процедил Влад сквозь зубы. – Я найду, чем Вас купить. Не сомневайтесь.

Его глаза опасно сверкнули. Андрей, переминавшийся с ноги на ногу за его спиной, выскочил вперед, к Дмитрию.

– Эй, а почему бы тебе просто не остыть, дружище? Вот, возьми, – Андрей выхватил купюру из кармана, – купи себе чего-нибудь, порадуй себя и ступай домой. А завтра на холодную голову все и обсудим. Не будут тут больше никого бить. Тебя, по крайней мере. Мозговитый ты, говорят, так что нам пригодишься!

Дмитрий выпрямился и смерил и Андрея, и Влада презрительным взглядом.

– Спасибо, – вдруг медленно и холодно проговорил Дмитрий и обернулся, посмотрел на Милану, а потом взял деньги у Андрея и сунул в карман. – Я передам деньги пострадавшему работнику. Мне они ни к чему. А Вы, уважаемая леди…

Дмитрий снова подошел к Милане и опасно сверкнул глазами. Она похолодела от ужаса. Сейчас Дмитрий расскажет об их поцелуе Владу! И им обоим конец.

– Надеюсь, наш уговор в силе? – так же холодно обратился Дмитрий к ней, не сводя с нее глаз. – Даю вам срок до конца недели. Если не выполните, ухожу. А здесь… подмету.

Его губы вдруг изогнулись в искренней усмешке. Даже глаза потеплели. Дмитрий перевел взгляд на бумажки и на Влада и сказал:

– Это самая легкая работа, которая только была у меня в жизни. Скажите, а с сыном Вы так же… мягко обращаетесь, как со мной сейчас?

На последнюю дерзость Дмитрий и не ждал ответа. Развернулся и вышел из зала. А Милана осталась с Владом и Андреем. И ощущением, что сейчас будет не то допрос, не то скандал.

Влад медленно повернулся к Милане. Его взгляд стал тяжелым, смерив ее с головы до ног.

– Что это у вас… за договоренности? И при чем здесь Георг? – процедил Влад.

Голос у него был сейчас строгим, как на допросе. Было видно, что Влад не позволит Милане отмолчаться или отшутиться. Андрей, стоявший рядом, нервно сжал пальцами спинку его кресла. Похоже, тоже насторожился из-за странных слов Дмитрия. И из-за повышенного внимания к Милане. Но если Андрея это все просто насторожило, то Влада привело в тихое бешенство!

Милана побледнела. Но решила, что ни в коем случае не выдаст Дмитрия. И их договоренность о Георге.

– Я не знаю, при чем здесь Георг, – голос Миланы прозвучал удивительно твердо. – А наша договоренность… ничего такого. Я пообещала Дмитрию разобраться в том деле, с избиением рабочего. Наказать виновника. И выплатить финансовую компенсацию и ему, и Дмитрию. А еще сказала, что Красовский теперь должен присматривать за порядком на заводе. Если заметит недобросовестное и жестокое обращение с другими рабочими, он может разобраться с виновниками на месте. Если у тебя есть другие предложения, Влад, можешь их озвучить. Но закрывать глаза на проблему не имеет смысла. У нас и так слишком низкая заработная плата и большая нагрузка на людей. Рядом открылись новые заводы. На которых платят больше. Тот же Вяземский переманит людей, и мы останемся ни с чем.

– У нас много проблем и помимо этого, – хмуро ответил Влад. – Боюсь, что твой отец не слишком пристально следил за управляющим, и я найду расхождения между бумагами и реальностью. Я займусь этим, а ты, Андрей, побудь с Миланой. Осмотритесь здесь, что есть, чего нет, в каком состоянии оборудование…

– Я?! – в ужасе округлил глаза Андрей.

– Ты. Вспомни, чему нас учили в юности наши усердные наставники. У которых явно для тебя розг не хватило, раз в твоей голове до сих пор пусто.

Влад пренебрежительно фыркнул и повернулся, направляясь прочь. И не увидел, как Андрей смотрит вслед со злостью, почти с ненавистью. Его кулаки судорожно сжались.

– Ну и подложил мне папенька свинью, умирая… – прорычал он вполголоса.