Глава 40

Я не знала, на что способна, а девочка искренне верила в чудо, но результат поразил даже ее. И исцеление Мэтти превзошло наши самые смелые ожидания.

Дэнни расплакалась и бросилась брату на шею. Тот моргал, приходя в себя. Его руки больше не походили на тростинки, волосы не казались свалявшимися и жиденькими, глаза смотрели спокойно и живо. Мэтти спустил ноги с кровати и попытался встать.

– Нет-нет, – поторопилась остановить его я. – Лучше не напрягаться. Пару дней отдохни. Дэнни сказала, ты долго болел.

– Еды, – хрипло с непривычки произнес мальчик.

Дэнни уж было бросилась исполнять его просьбу, но он мотнул головой.

– Надо денег, – продолжил он. – В приюте нет денег. На еду.

В коридоре раздались тяжелые шаги. Дверь открылась, но в комнату вошла не воспитательница, а суровая старая женщина с угрюмым лицом. Она зло зыркнула на меня. Уверена, эта дама попыталась бы прогнать нас из комнаты больного, но увидела исцеленного мальчика.

Ее брови поползли вверх. Старая женщина прижала руки к сердцу и охнула. По щеке скатилась скупая слезинка.

– Сынок, – пробормотала она, – уж не чаяли…

Вдруг женщина резко выпрямилась. Она приняла прежний суровый вид. Эмоциональная сцена кончилась, толком не начавшись.

– Сколько они пообещали? – зло прищурилась она. – Одного или двоих?

Я опять не понимала, что мне говорят. Но Дэнни быстро вмешалась, подтверждая худшие опасения.

– Я пойду в услужение госпоже ведьме! – сказала она. – Жизнь Мэтти за мою.

От таких расценок на услуги магов я чуть воздухом не подавилась. А старуха шикнула на рыженькую и замахала руками.

– Сколько? – устало проговорила она. – Сколько лир вы хотите за жизнь этой дурочки?

Мне стало стыдно. Да как можно брать деньги, когда люди в приюте с трудом сводят концы с концами, и хлеб от незнакомки утягивают, лишь бы еда была? Мальчик умирал. Я бы с ума сошла, если бы знала, что могла спасти невинную душу, но не сделала этого. За кого они меня принимают? За бессердечное чудовище?

– Не надо, – покачала головой я.

Дэнни подошла ко мне и молча сунула в ладонь лиры, которые взяла из сегодняшней выручки. Я приняла их, но тут же отдала женщине.

– Вот, – несмело сказала я. – Здесь мало, конечно, но сколько есть. Вижу, ваш приют… Сильно пострадал от отсутствия финансирования. Попробую обратиться к властям. А вы пока держитесь, госпожа…

– Госпожа Астра, – подсказала женщина. – Я здесь так, экономка. Приношу детям еды, когда могу. Подрабатываю мойщицей в нескольких едальнях. Вы лучше нашей воспитательнице дайте, она тут всем заведует.

Я коротко хохотнула. Нет уж, если кто и мог справиться с детьми, то только эта боевая женщина. Я сжала ее руку, силой впихнув туда лиры.

– Купите детям еды, госпожа Астра.

Я вышла из дома, даже не встретив по пути воспитательницу. Сколько можно ходить за водой? Не уверена, что она даже дошла до гостиницы Ады. Возможно, просто постояла, решила, что это безнадежная затея, и вернулась. Воспитательница беспокоилась за детей, но себя любила куда больше. Иначе бы она не оставила ведьму наедине с Мэтти. И не бросила бы свою подопечную в магической лавке! Я побрела прочь, думая о всяком разном.

Меня угнетало, что дети с трудом выживают, а я даже не могу помочь. Дэнни и то больше заработала в моей лавке. Может, я действительно умела только готовить, а не продавать? Ведь знать о работе ресторана не то же самое, что ее налаживать.

Я оглянулась на приют в последний раз. Дом покосился. Того и гляди, посыпется детям на головы. Глубоко вздохнув, я вытянула руки вперед. Мне было известно лишь одно заклинание. Но я от всей души пожелала, чтобы приюту стало лучше, как и его обитателям, и вложила в жесты всю силу.

Дом окутало голубое облако и тут же исчезло. Видимо, не помогло. Чувствуя себя смертельно уставшей, я побрела домой.